Сломать Вуда

— Флинт, мы не в Хогвартсе. Что ты себе позволяешь, урод? — сказал Оливер, когда Маркус завалил его на узкую кровать и навалился сверху. — Это ты меня оскорбляешь так? Зря стараешься, я в курсе своей внешности. — Маркус попытался избавиться от футболки Вуда, но у него не получилось. — Куда мне до ангельской красоты Пьюси или до этого милого ебаря, которого ты привел в нашу общую, заметь, комнату.       Оливер не отвел взгляд от лица Маркуса. Да, тот не был очень привлекателен, но он имел ввиду совсем другое — уродливым он скорее всего считал характер слизеринца. — А ты что, ревнуешь?       Это не было слишком умно с его стороны, сказать такое, но эти слова сами слетели с языка. — Я? Тебя? Как я могу ревновать шлюху? — зло прошипел Маркус и сжал его ягодицу через ткань брюк. — Что ты творишь?! Отпусти меня! Я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне, отвали! — чуть громче сказал Оливер, снова безрезультатно пытаясь скинуть слизеринца с себя. — А ты позови на помощь, — сказал Флинт и ухмыльнулся, чувствуя азарт.       Оливер попытался ударить его, но ничего не получилось — Маркус легко отмахнулся и прилип губами к ключице парня, обведя языком ее контуры. Он схватил шатена за волосы и принудительно откинул его голову назад, чтобы иметь лучший доступ к шее.       Маркус укусил его за шею, и Оливер вскрикнул, чувствуя острую боль. — Животное, — прошептал он хрипло.       Маркус посмотрел на него мутными от возбуждения глазами и заметил, что Оливер плотно зажмурился, как будто пытался сдержать слезы. Он вернулся к нежной коже шеи и лизнул красное место укуса. — А ты ведь так и не кончил в прошлый раз, — задумчиво пробормотал Маркус и ущипнул Оливера за левый сосок, продолжая более мягко гладить его живот. — Я не мазохист, знаешь ли. Это ты у нас гребаный извращенец, — ядовито выплюнул Оливер.       Маркус хмыкнул и продолжил ласкать парня сквозь одежду. — Думаешь? Хочешь, я тебе докажу обратное? Я заставлю тебя кончить, несмотря на всю боль… вот это будет настоящее унижение для тебя, Вуди, — сказал Маркус и легко укусил парня за подбородок. — Размечтался! Слезь с меня, сука, — ответил Оливер, но не смог сдвинуться с места.       Маркус мысленно призвал свою палочку и та вылетела из-под подушки и расположилась прямо в его руку. Приняв наследие, он обрёл некие преимущества, но парень не успел еще разобраться в этом.       Оливер недоверчиво распахнул глаза. Этот мерзавец колдовал без палочки только что? Невербально? Что за бред, он не мог этого делать, он же тупой придурок. Застыв в полном шоке, Оливер слишком расслабился и слишком поздно опомнился, а Маркус уже бросил Инкарцеро и связал руки гриффиндорца за спиной. — Все еще можешь позвать на помощь, ты же у нас маленький беспомощный капитан, — съязвил Флинт, наблюдая, как светло-карие глаза гриффиндорца начинают темнеть от злости.       Маркус взялся за край белой футболки и потянул вверх, оголяя плоский живот парня, а потом взялся за пижамные штаны, потянул за шнурок и вскоре избавился от них. Оливер остался только в той самой футболке с поднятым краем. Его аккуратный член был в полувозбужденном состоянии. — Не принимай это на свой счет, — тихо сказал он и прикрыл глаза, проклиная свой молодой организм.       Оливер почувствовал, что возбуждается, еще когда Маркус начал гладить его живот, но не мог ничего с этим поделать и теперь было уже поздно, слизеринец все увидел. — Понимаю, тяжело осознать такое, но мне и не нужны твои признания, достаточно того, что я вижу, — сказал Флинт и первый раз в жизни коснулся чужого члена.       Чувствуя прикосновение теплых пальцев там, Оливер затравленно посмотрел на Маркуса. Тот облизнул губы и сжал член в руке, а потом легко начал подрачивать его, наблюдая за лицом своего врага.       Тот молчал и почти не дышал. Слизеринец усмехнулся и потянулся ртом к груди парня. Местами грубо кусал разные участки кожи, местами лизал, продолжая дрочить Вуду. — Что и требовалось доказать… не мазохист ты, Олли, только на словах, а каменный хуй в моей руке говорит о другом, — холодно сказал парень и оставил свое занятие, чтобы грубо повернуть гриффиндорца на живот, просунув колено между его ногами.       Тот уткнулся головой в подушку и тяжело задышал, краснея от осознанности, в какой развратной позе он находился: связанный, полуголый и с раздвинутыми ногами, снова такой открытый перед Флинтом и еще беспомощнее, чем в прошлый раз.       Маркус чуть приподнял его задницу и подложил свободную подушку. От этой картины рот мгновенно наполнился слюной. Он начал массировать анус парня влажными пальцами, чтобы потом просунуть сразу два. Оливер замучено простонал, но уже не делал попытки убежать. Он смирился со своей участью и ждал, когда все закончится, проклиная свою чувствительность.       Маркус вдруг передумал, взял палочку и прошептал заклинание смазки, продолжая свое дело более усердно. Шатен вцепился зубами в край подушки, молясь не произносить ни звука. На этот раз все было по другому, хоть Флинт и действовал так же безжалостно, но не стал иметь его на сухую, что и дало результат. Оливер чувствовал как длинные пальцы слизеринца бесстыдно массировали стенки ануса и каждый раз стискивал зубы плотнее, приглушая стоны.       Прошло не много времени и Маркус заменил пальцы своим членом. Он вцепился ногтями в ребра парня, царапая нежную кожу, держал его крепко и грубо трахал в ускоренном темпе. — Нравится? Скажи мне — спросил Маркус, не переставая двигаться внутри гриффиндорца.       Оливер упрямо помотал головой. Маркус зарычал и резко повернул парня, расположив на спине. Поза была очень неудобной, связанные сзади руки мешали, а веревка больно впилась в запястья. — Рукам больно, развяжи, — прошептал Оливер. — Нет, потерпи, — совсем немилосердно отрезал Флинт.       Маркус схватил Оливера и силой поднял его, таща за собой на свою кровать. Он навалился на спину и потянул Оливера к себе. — Сядь на мой член, лицом ко мне — приказал парень.       Оливер покраснел. — Нет! — Блядь, не зли меня, а то заставлю сосать, несмотря на то, что мой хуй побывал только что в твоей жопе. Выбирай.       Оливер выбрал первое. Он неуклюже сел сверху на Маркусе. Почувствовав, что твердая плоть упирается в его ягодицы, он зло спросил: — Как я могу сам делать это со связанными руками?       Маркус ухмыльнулся, но направил свой член куда надо и Оливер медленно сел на него, сгорая от стыда. Маркус вцепился в его талию. — Двигайся. Смотри на меня.       Что-то такое было в этой позе, совсем бесстыдное. Маркус позволил гриффиндорцу самому контролировать процесс и просто наслаждался. Он прекрасно понимал, что алкоголь смягчил его и сегодня все происходило по другому, но в тот момент ему было наплевать. Флинт провел рукой по груди парня и остановил свои пальцы на левой части, где чувствовалось, как бьется сердце гриффиндорца.       Оливер насаживался на член слизеринца и был только рад, что он не может касаться своего собственного. Он чувствовал удовольствие все острее, а боль почти исчезла. Слезы унижения брызнули из глаз и Оливер перестал двигаться, чувствуя себя слишком паршиво.       Маркус открыл было рот, чтобы заставить свою шлюшку двигаться дальше, но так и застыл, заметив влажные дорожки на щеках парня. Он чуть приподнялся, обнял гриффиндорца и снова завалил того на спину, не переставая держать его в своих объятиях. Флинт начал по-животному лизать лицо Оливера, упиваясь этими слезами и чувствуя, что возбуждение зашкаливает. Он задержал свои губы в уголок пухлого рта, продолжая толкаться в желанное тело. Одной рукой он продолжал держать спину Вуда, а другой схватился за член гриффиндорца. Потребовались лишь несколько движений и тот позорно излился в руку слизеринца. Его анус начал пульсировать вокруг члена Маркуса и тот не сдержался, кончив следом глубоко внутри своей любимой жертвы.       Через несколько секунд Флинт слез с шатена и прошептал нужное заклинание, освободив его руки. Оливер встал так резко, что чуть не грохнулся на пол и помчался в ванную. Его по-настоящему тошнило и Флинт прекрасно слышал, что происходило за стеной. Его это сильно расстроило, и он решил уйти, пока не прибил Вуда на месте.       Оливер услышал, как захлопнулась входная дверь, но он был так расстроен и так плохо себя чувствовал, что даже не подумал о том, куда мог уйти Флинт в новом, почти незнакомом месте, в такой поздний час.       Маркус вышел во двор и аппарировал в свое поместье. В конце концов Снейп отпросил его до понедельника. ☆☆☆       Оказавшись дома, Маркус решил принять душ, чтобы смыть все следы спермы и пота. Полчаса назад он чувствовал себя прекрасно, он уже не мог отрицать, что Вуд возбуждал его сильнее всех на свете. Маркуса возбуждали даже слезы парня и беспомощность, лицезрение всего этого приносило ему необычное удовольствие. Он заставил его кончить, как и обещал, но почему тогда Вуду стало так плохо?       Маркус не мог заснуть до утра. Мысли вертелись между гриффиндорцем и отцом, который скончался в субботу вечером. Он успел сделать все, прошел через ритуал и стал Лордом. Он знал, что теперь с легкостью может использовать беспалочковую магию, но он должен был скрывать это от всех. «Обязательно нужно было выебываться перед Вудом» — раздраженно подумал брюнет.       Если об этом узнают, его не подпустят к профессиональному квиддичу, а если и позволят играть, то Маркус всегда будет под строгим надзором и с ограничителем магии на теле. Осталось только надеяться, что львенок не догадается, что эта ценная информация и не использует ее против Флинта. Будет еще лучше, если тот вообще забудет о том, как Маркус мысленно призвал палочку.       Эта магия была новой для него и он должен был сначала научиться управлять ею хорошо, прежде чем кидаться заклинаниями. Поэтому он не смог использовать инкарцеро без палочки, он мог так связать внутренности Вуда, вместо рук. Парень был пьяный, но не настолько, чтобы не понимать такие очевидные вещи.       Перед тем как наконец-то уснуть, Флинт подумал, что ему стало очень неприятно от реакции Вуда. А еще он подумал, что Оливер никогда не посмотрит на него так нежно, как смотрел на Эдриана в тот вечер на астрономической башне. ☆☆☆       Оливер проснулся, помятый и встрепанный, еще толком не осознавая, где находится. Он нашел свою палочку, прошептал темпус и убедился, что проспал завтрак.       Воспоминания нахлынули на него вместе с головной болью. Флинта не было, он и не вернулся в спальню. Где-то до двух ночи Оливер просидел в ванной комнате, пытаясь успокоиться. Он ненавидел себя, за то, как реагировал на все прикосновения слизеринца. Он всем сердцем не хотел, чтобы ему нравилось, но тело его не слушало и жило своей жизнью. Он бурно кончил, предавая себя в тот момент и в душе осталась только пустота, ничего больше.       Парень вздохнул и начал переодеваться в спортивную форму. Он пойдет сразу на поле и будет ждать начала тренировки. На запястьях остались следы от верёвок и если прикоснуться, становилось больно. Спортивная куртка с длинными рукавами хорошо скрывала эти метки, а его любимая водолазка с горлом скрывала синяк на шее.       Осмотрев себя со всех сторон и убедившись, что все более-менее нормально, Оливер вышел из комнаты. По дороге он встретился с Вирджилом. Тот поблагодарил за журнал еще раз и они начали обсуждать на ходу предстоящую финальную игру. Все участники были уже на поле, даже Флинт соизволил прийти. Тренер опаздывал, поэтому парни болтали между собой. — Ах, чуть не забыл. Я не увидел тебя на завтраке и прихватил тебе что-то, — сказал Вирджил и вытащил из сумки аппетитный сэндвич.       Оливер искренне улыбнулся и поблагодарил за заботу. Увидев еду, желудок начал урчать и Вуд стал кушать с аппетитом. Флинт лишь зло смотрел на всю эту идиллию и на такую яркую улыбку гриффиндорца. Его бесил этот блондин, хотелось пойти и молча уебать ему по бледной морде, но, естественно, он так не поступил.       Флинт подумал, что Вуд слишком легко игнорировал его, как будто и не плакал отчаянно в его объятиях, как будто и не кончил ему в руку. Конечно, он понятия не имел, каких усилий стоило Оливеру вести себя так непринужденно.       Скоро пришел тренер "Соколов" вместе с членами команды. — Ребята, сегодня вы будете играть против "Соколов". Покажете, кто и на что способен! — вместо приветствия прокричал им тренер.       Все согласились, чересчур довольно, хоть и волновались. Оливер преобразился на глазах. Он взлетел и расположился на свою позицию, готовый защищать кольца до последнего, после того как тренер Рид утвердил его, как вратаря команды. И только когда Флинт взлетел близко, он понял, что они впервые будут играть за одну и ту же команду. Это было чересчур странно для них. ☆☆☆