Операция: «выгнать училку с работы»

      POV Анна       Похоже, я плохо объясняю.       — Меня зовут Эльза Андерссон. Я — ваш новый классный руководитель. Давайте поладим, — улыбается уголками губ, а позади в углу стоит какой-то качок, скрестив руки на груди. И вот так она хочет с нами подружиться?       Кстати, сегодня нас на удивление было двенадцать из пятнадцати. Она что, обзвонила каждого?       — Так, сегодня отсутствуют: Рэй Бьёрк, Макс Форсберг и Леон Хольм, — отмечает в журнале, после чего обращает взгляд к кому-то на последней парте первого ряда. — Да? — спрашивает довольная, и я оборачиваюсь на голос задавшей вопрос Эмили:       — Учительница, а кто позади вас? Он — ваша защита от нас?       Ребята засмеялись, а качок было решил вмешаться, однако новоиспечённая учительница жестом остановила мужчину. Я показала палец вверх однокласснице, и та хитро подмигнула.       — Он мне нужен для того, чтобы со мной ничего не случилось. Насколько я знаю, в вашей школе любят нарушать правила. К примеру, не слушать учителя во время урока, пропускать занятия без уважительной причины, а также издеваться над педагогом при желании. Да и к тому же.. — она посмотрела на меня, — здесь есть насильники.       Класс разразился хохотом, но я уже даже не улыбалась, как со случаем с Эмили. Наоборот, я была серьёзна.       — Поэтому я решила установить некоторые правила, в рамках которых мы все будем учиться два года, — продолжила учительница, не отрывая взгляда от меня. Мои одноклассники недовольно замычали. — Во-первых, никаких гулянок после девяти, особенно по магазинам, — ребята начали материться, но педагог продолжила: — Данное предписание вы найдёте вот в этом документе, — подняв со стола тонкую книжку, показала классу. Ребята умолкли. — Итак, во-вторых...всем присутствовать на занятиях. Те, кого я отметила как отсутствующих, действительно болеют. А остальным я позвонила вчера...я имею в виду ваших родителей, конечно же, — её взгляд стал каким-то ледяным, что ли. — Один простой вопрос, десятый класс: вам не стыдно? Вы уже в старшей школе, а ведёте себя, как дети. Учителю приходится за вами бегать. А оценки... — она сжала «классный журнал» в руках и закончила: — ниже просто некуда. Зачем вы приходите в школу, если не учитесь? Просто так тратить своё время...вы серьёзно? Вам же всем не больше шестнадцати. Какого чёрта вы тратите личное время на такие заботы, как школа и уроки, если ничего из этого вам не интересно?       Могу поклясться, все в аудитории вздрогнули. Хмф, не думала, что она умеет злиться; может и не кричит, но в её тембре голоса всё становится предельно ясным — она в ярости. Чёрт, не могу не слушать её. Однако, этот смелый взгляд не меняет моих планов. Мой класс никогда не станет...       — Ах да, насчёт того, что если вы попытаетесь меня ослушаться. Я расскажу всё вашим родителям. Думаю, это их расстроит и смотивирует к определённым действиям, — спокойно продолжает учительница, заставляя меня злиться.       «Чертовка, всё продумала».       — И ещё: директор школы и её секретарь часто отсутствуют. Я так понимаю, это из-за ваших проделок?       — Это моя бабушка, — поднимаю руку, лениво говоря факт. — Просто она сейчас болеет.       — Что? Но ваши с ней фамилии...       — Я взяла папину фамилию. Не утруждайтесь, — парирую, перебивая, видя как она что-то усиленно ищет в сумке. — Ну так что дальше, учительница? — спрашиваю, выгнув бровь и тем самым подавая знак, что раз она хочет войны, то будет ей война...холодная только; ведь если её качок увидит, что это мы, то проблем не оберёмся.       — А, да. Я... — она почему-то остановила свою речь, встретившись со мной глазами. — Я просто.... — и тут вспомнила, что является учителем: — Кхм, — кашлянула для серьёзности в кулак и договорила: — я просто хочу вам напомнить, что вы в школе в конце концов, а не на улице. Так что, пожалуйста, давайте будем учиться.       На эти вдохновляющие речи я лишь зевнула. Она это заметила и нахмурилась. Ну а что? Имею право.       После этого небольшого введения начался, наконец, урок. По привычке некоторые хотели уже достать из сумок и карманов плееры или чипсы, но, увидев в углу стоящего качка, тут же передумывали.       Для того, чтобы проверить наши знания, эта училка раздала нам листки с цифрами и попросила провести вычисления. А также после добавила, что у нас на выполнение данного задания есть только десять минут. Все панически залезли в телефоны, но одним за другим оказывались пойманными этой тринадцатой занозой. Меня не спалили; и то только из-за того, что у меня был маленький калькулятор в рукаве. Однако... Бля, она меня заметила. Подошла ко мне, протянула руку и жестом попросила достать содержимое — на всякий случай — обеих рукавов. А после, когда отобрала калькулятор, попросила зайти за ним, как и всем ребятам за своими гаджетами, после уроков.       Чёрт! Я никогда не чувствовала себя настолько оскорблённой.

***

      — У всех двойки. И как это понимать? — она обвела класс взглядом и тяжело выдохнула: — Похоже, мне придётся проводить такие тесты каждый день, пока вы не выучите тему полностью.       Мои одноклассники зашипели. Что ж, теперь всё будет куда проще.

***

      В очереди за гаджетами я стояла последней. И это не потому, что я снизошла до почтения правил. Дело было в желании предупредить новоиспечённого педагога о неприятностях, а потом улыбнуться её реакции. Нравится, когда люди в отчаянном положении. А она...она сама подписала себе издевательства.       — Вот, твой калькулятор, — протянула она мне мой компактный гаджет. Я взяла его и, засунув в карман, спросила:       — А можно мы поговорим наедине? Буквально минуту, — обращаю взор на качка позади неё, и тот скалится страшно.       — А, конечно, — кивает, оборачиваясь к своему телохранителю. — Мэт, можешь ненадолго выйти? Не беспокойся, ей можно доверять.       Она серьёзно? Мне?       Мужчина вышел, прикрыв за собой дверь, и я тут же выпалила:       — Эй, только из-за вчерашнего инцидента ты решила, что я такая добрая? Что я тебе говорила про быть осторожной? Ты совсем не думаешь головой? — я жутко зла.       — Я могу принять это за заботу? — смеющимся тоном, с улыбкой в глазах смотрит на меня.       Она...       — Ты что, ещё не поняла, куда попала? Даже этот качок тебе не поможет, когда начнётся... — я недоговорила из-за вибрации телефона. Взяв трубку, вдруг слышу голос дедушки:       — Анна, я сегодня приду поздно. Приготовишь себе ужин сама?       — Да, конечно. Ты главное присматривай там за бабулей. Я всё сама сделаю, — серьёзно отвечаю, волнуясь за здоровье моей старушки.       — Вот спасибо. Тогда не засиживайся в своих телефонах до полуночи и не включай на полную громкость телевизор. Хорошо?       Ну вот чего это он вечно меня подставляет и выдвигает в хулиганки?       — Да, так и сделаю. Только, деда, не все технологии — телефоны. Тот что дома, например, это ноутбук.       — Неважно. Они все одинаковые. Ты мне лучше скажи, что собираешься готовить. Мне просто становится страшно за кухню.       На этих словах моего старичка училка засмеялась. Мне стало стыдно — она его слышит!       — Д-да, я просто сделаю бичку и...       — Хочешь отравить свой желудок?! Дырки в нём не хватало?! — восклицает, заставляя меня подпрыгнуть на месте. — Пожарь яйца и сосиски хотя бы! Ты же знаешь, где-что находится. Я приду — проверю. И кстати, мне твоя учительница звонила. На удивление, не жаловалась, просто попросила завтра прийти в школу. Ты что, в тайне от нас прогуливала?       Ну блин. Теперь я задаюсь вопросом насчёт пола дедушки. Почему он так волнуется всего лишь из-за какой-то еды и... Чёрта с два, во всём виновата эта улыбающаяся чертовка.       — Я всё сделаю, как ты сказал. Только давай поговорим обо всем позже. У меня важный разговор с учителем, — умоляю, готовая вот-вот выключить коммуникатор.       — Как только закончите, позвони мне. Поняла? — что ж, теперь эта училка знает, кто меня может приструнить.       — Да, как скажешь, — быстро кладу трубку и, спустя пару секунд молчания, обращаю угрожающий взгляд на педагога.       — Почему со своим дедушкой ты говоришь не на «вы», а на «ты»? А со мной наоборот? — спрашивает, наклоняя голову чуть вправо.       — Как хочу, так и говорю. Но... — я с уверенной улыбкой подошла к училке и заставила её попятиться назад, к стене. Резко поставив ногу справа от неё, констатирую: — Ты права. Тогда я буду с тобой говорить на «ты». Думаю, если в случае с моими предками это звучало более современно, то в случае с...тобой, это будет как неуважение, — она сжала журнал покрепче, скрестив руки, а я продолжила: — И ещё: за игнорирование моего предупреждения вам придётся платить, — разворачиваясь, направляюсь к двери, добавляя попутно: — И имейте в виду, что защищать вас я не стану. Это не моя забота. Надеюсь, мы друг друга хотя бы сейчас поняли.

***

      Чёрт, я, конечно, хожу в униформе классов чуть ниже меня, но так куда привычней: зелёная юбочка, чёрные чулочки, белая блузка, поверх которой жёлтая жилетка с красным бантиком на шее, правда чуть приспущенным... Но...       — Эмили, какого хрена я должна менять свою форму?! Мне и так нормально! — ору в трубку, забывая про подгорающую яичницу на кухне.       — Подруга, это прошлый век. Давай, одевайся и прямо сейчас пойдём по магазинам. Время, конечно, за семь, но ведь ещё даже не стемнело. Плачу я, так что не беспокойся, — она хохотнула, после чего продолжила: — тебе не придётся грабить прохожих.       — Сучка, — ухмыльнулась я, на что получила незамедлительный ответ:       — Трансвеститка, — после чего Эмили заржала в голос. А когда этот приступ смеха закончился, то спросила: — Ну так что, мне прийти за тобой?       — Лучше не надо. Сегодня... — и тут до меня донёсся запах сгоревшего яйца. — Короче так, куртизанка! — вставая с места, несусь на кухню, пока слышу возмущённый голос одноклассницы, но решаю последнее игнорировать и потому продолжаю свою речь: — Завтра, за полчаса до начала первого урока, чтоб все не болеющие были в классе, ясно?! У меня идеальный план насчёт нашей училки! На этом всё! — отклоняю вызов и начинаю материться: яйца и сковорода в непонятном состоянии.

***

      Все ребята были в полном составе. Даже болеющие пришли. Я была поражена, но потом услышала, что Эмили сказала про выселение новой училки, и потому они наплевали на болезнь и пришли посмотреть. Только Леон отказался в этом участвовать. Сказал, что просто выздоровел и пришёл учиться. Кстати, он единственный из всего класса отличник; спокойный, умный и таинственный в некотором роде.       В общем, к делу. Я обрадовалась такому ярому рвению своих одноклассников объединиться для спокойной, устоявшейся жизни всей группы, но тут же, взяв себя в руки, перешла к сути, стоя у учительского стола, рассказывая про весьма стандартные, примитивные, но вполне работающие методы, которые помогут нам избавиться от тринадцатой.       Когда дверь в кабинет открылась, и преподша переступила через порог, на неё вывалилось ведро ледяной воды с мочалкой вдобавок, которую, кстати, Стэн забыл убрать. Я шикнула на него, подперев щеку рукой, а он виновато потупил глаза.       — Госпожа! — быстро обойдя преподавателя, воскликнул качок. Он снял с головы учительницы ведро и мочалку, после чего стянул свою рубашку и отдал ей. Посмотрел на нас и злобно рыкнул: — Кто это подстроил? — все замолчали от страха. Я была спокойна; всё-таки не впервой. — Я задал вопрос! — не выдержав, стукнул кулаком по доске. Та затрещала и чуть оторвалась. — Вы глухие?!       Лениво зевнув, перевожу свой апатичный взгляд к мокрой от воды преподше. Она усиленно старается снять с себя пиджак и накинуть поверх блузки рубашку телохранителя. У неё сейчас такие испуганные глаза и...дрожащее тело, что становится немного стыдно.       — И правда странно, — лениво протягиваю я, заставляя одноклассников посмотреть на себя. — Кто бы мог это сделать? Окажись это кто-то из нас, разве он не был бы так же окатан водой, как училка?       — Разве не ясно?! — рявкнул качок, продолжая: — Вы всем классом это запланировали!       — Ого, вот это дедукция, — тяжело вздохнув, встаю с места и направляюсь к выходу.       — Эй, ты куда это собралась?! — спрашивает мужчина, приближаясь ко мне.       — За тряпкой, естественно, — обернувшись к нему, одариваю самым угрожающим ленивым взглядом, и он усмиряется...ненадолго. — Кто будет мыть за ней?       — Ты что такое говоришь?! А ну вернись на место! — продолжает давить этот ненормальный.       — А если откажусь, то что? Вы накажете меня кулаком? — чёрт, я ведь действительно могу вывести его из себя, и тогда останется только два варианта развития событий. «В первом я позволю себя ударить, и тогда училку точно уволят, но потом я буду вспоминать его удар с особой ненавистью; да и к тому же, я не привыкла позволять себя бить, так что потом по-любому поквитаюсь. А во втором, я сама его избиваю, но только после достанется мне, и все планы пойдут под откос. Что же мне делать в такой ситуации? Фингала или двухнедельной боли я бы не хотела, но и быть заклеймённой психопаткой тоже не льстит. Блин, тяжёлый выбор», — обрабатываю варианты в голове, как меня выводит из раздумий голос училки, тембр которой сейчас такой дрожащий:       — Не надо, Мэт. Оставь её. Можешь идти, — кивает мне на последнем предложении, сильнее себя обнимая.       «А я ведь предупреждала», — заключаю, выходя из кабинета.

***

      После урока я осталась одна в классе. Нужно было пол помыть. Урок был отменён, так что одну из своих задач я точно выполнила. Осталось только...       — Спасибо, — входит в класс продрогшая, но уже в сухой одежде училка.       — За что ты меня благодаришь? — спрашиваю, продолжая мыть шваброй пол. Я удивлена, что она вообще вернулась обратно.       — За то, что ты сейчас тут убираешься и...за предупреждение. Я думала, что приструнила вас, а оказалось, только подогрела интерес к своей персоне. Я искренне надеюсь, что это не ты сделала, — она поднимает на меня свой умоляющий взгляд, и с моих губ неосознанно слетает ложь:       — Конечно, нет. Я пришла и тут же уснула на парте.       — Что ж, тогда я поверю тебе на слово, — едва ли уловимая улыбка скользит по её устам и тут же пропадает. Она снова обнимает себя, проходит к рабочему столу и, садясь, начинает перебирать тетради. На ней сейчас более тёплая одежда: белая водолазка, поверх которой чёрная куртка; под цвет куртки брюки, а также сочетающиеся с цветом водолазки туфли. А ещё...носки. На ней белые носочки, хотя носит туфли. Ей что, настолько холодно?       Меня также удивила скорость, с которой она высушила волосы. Сейчас они были заплетены в косичку, завязаны тонкой резинкой и перекинуты на левое плечо. Такие белоснежные...подобно снегу.       — Ладно, я закончила. Пока, — забираю швабру, ведро и тряпку, уже желая уйти, как она просит:       — Пожалуйста, говори со мной на «вы». У нас с тобой разница в пять лет. Да и к тому же, я твой учитель. И потому... — она остановилась из-за кашля, после чего продолжила: — прошу, уважай меня, — и тут она сменила тему: — Кстати, где ты научилась так хорошо драться и...как ты поужинала вчера? — она облокотилась на спинку стула и, положив сцепленные в замок руки на стол, сосредоточила взгляд на мне.       — Научилась на улице, — грубо отвечаю, приближаясь к выходу. — Поужинала как обычно.       — Неужели что-то подгорело? — она тихо засмеялась, заставляя меня бросить на неё грозный взгляд, который, собственно, и усмирил её.       Я ушла как можно быстрее, не обращая внимание на стоящего у двери в кабинет Мэта.       «Чёрт. Тратить время на то, чтобы встать так рано и подстроить всё...а потом ещё и убираться после, как не виноватая... А эта...эта училка..! После ледяной воды она должна была уже уйти. Так какого хрена.?! — недовольная шиплю на саму себя. — Ну, хотя бы пару тройку дней она точно будет отсутствовать. Всё-таки кашляла и...дрожала. Но всё же. Её упрямство меня бесит. Надо с этим что-то делать. Бля, теперь, похоже, придётся на ком-то снять стресс», — с этими мыслями, бросив в подсобку швабру, ведро и тряпку, отправляюсь на заброшку, попутно набирая Стэна.       — Эй, доходяга, пошли на заброшку. Возьми с собой ребят. Да, знаю, что там банда Фрэда, но просто, знаешь, мне сейчас хреново. Хочется срочно что-нибудь разбить или лучше ударить. Да? Отлично. Тогда увидимся на месте. Пока.