Вера в Будущее

В комнате внезапно погас свет. Автора нервно посмотрела на дверь, ведущую в подвал, туда – где находилась Машина. «Экспериментаторы…» - подумала она и на всякий случай подошла к входу. Свет вернулся, на кухне мирно закипел чайник. - В следующий раз ты поаккуратнее с выражением «разрази меня гром». – смеялся Иосиф, помогая инженеру подняться. – Я же сказал, что лучше отключить её от электроэнергии. Вот тебе и результат – и дом без света оставил и сам разряд получил. Конрад недовольно усмехнулся, после отключил Машину и ещё раз решил проверить крепления на передатчике. Ученый сидел неподалеку от коллег и что-то нервно считал… - А ещё и за аренду дома надо платить… - выдавил из себя он, наконец. – Похоже, мы слишком увлеклись заказом новых деталей… деньги подходят к концу. Машина ещё не ожила… - Ожила – заметил Иосиф. – Уже научилась отключать свет и некоторых товарищей. Ученый улыбнулся, но, посмотрев на свои расчеты в блокноте и на Машину, снова погрустнел. - Вам же ещё надо выплатить жалование… - Я уверен, мы на верном пути,– постарался обнадежить Иосиф. – И деньги тут не имеют никакого значения. Поверь, я так счастлив, что ты забрал меня из этого треклятого Института, что хоть на старости лет у меня появился шанс сделать что-то стоящее. Я буду с тобой до конца. Ученый похлопал Иосифа по плечу и по-доброму улыбнулся. У них было некое свое представление об идеальной дружбе: это не "когда тебя понимают", а когда плечом к плечу вместе делаешь некое дело, и знаешь, что, если протянешь руку, в неё молча вложат гаечный ключ нужного калибра. Когда ты не предаешь своих идеалов, когда фраза "ты поспи немного, а я пока подежурю" всегда будет выполнена, и не важно, ты это говоришь или тебе говорят. Иосиф был таким другом. Ни коллегой, ни знакомым – именно другом - Другом с большой буквы. Конрад, наконец, закончил возиться с передатчиком на Машине и вновь включил её. На этот раз без лишних разрядов, без жуткого скрипа, та зажглась, и, рассчитав значение светопроницаемости «за бортом» выдала механическим голосом в пространство: «Добрый вечер, профессор». К кому машина обращалась, неизвестно, но радовал тот факт, что она работала. Хоть что-то… - Я так понимаю, жалования за прошлый месяц мы не увидим? – осведомился Конрад, вытирая запачканные руки о некую тряпку. - Увы. – смутился Ученый. – Как появятся средства, то обязательно выплачу. - То есть ты хочешь, что бы я работал просто так? За идею? - Деньги будут. – немного неуверенно сказал Ученый, сомневаясь в том, что некий «Ф.» найдет его раньше, чем Конрад окончательно забросит заниматься Машиной. - Но без тебя работа встанет, нам скоро по почте доставят новый модуль, его надо бы вмонтировать. - Неблагодарно работать за идею - жить впроголодь и думаешь, стоит ли того твоя идея, и хватит ли тебе силы на её воплощение? Конрад быстро накинул на себя серое пальто, и уже поднимаясь по лестнице к выходу, бросил: - Позвонишь тогда, как появятся деньги… Мне ещё есть, чем заняться… С этими словами он ушел, хлопнув дверью… На улице была весна – вовсю цвели вишни, солнце бережно согревало землю, где-то пели птицы, из мегафонов доносилась музыка. И люди – даже какие-то счастливые, но все-таки серые, шли с демонстрации с плакатами «Во славу Канцлера». Яркий свет ударил по отвыкшим от дня глазам, Конрад поспешно снял очки и протер глаза. Да, сидеть неделями в подвале и ювелирно подгонять модули один за другим – дело непростое. Не успев даже осмотреть всю красоту окружающей действительности, как к нему на улице подошли двое странных людей. Всем своим видом они чем-то напоминали шкафы – высокие, квадратные и такие же темные. - Конрад Клейнер? – осведомился один из них. Инженер кивнул, но, не успев даже спросить, что происходит, тут же был затолкан верзилами в большую черную машину, поджидавшую неподалеку. «Канцлер желает видеть Вас»… Ничего особенного Канцлер не пытался выпытать. Интересовался последними разработками, расспрашивал о квалификации, выведывал сведения о Машине. Иосиф, тем временем, начал собираться в отпуск, куда-то в горы, в старинный средневековый город, окруженный лечебными источниками и обвитые различными легендами. Ученый, получив на днях новое письмо от своего благодетеля с чеком внутри, с нескрываемой радостью бродил по комнате, сочиняя ответ, рассыпаясь в благодарностях и записывая факты своего изобретения, и о его разработке. Закончив, наконец, писать благодарственный ответ, он немедленно позвонил Конраду и сообщил, что неплохо было бы завершить разработку и установить на машину руки-манипуляторы. Так, спокойно и мерно, протекала неделя, другая. Ученый, наконец, узнал правду о своем благодетеле – это был Канцлер. На Машине уже были установлены руки, она уже могла собирать какие-то игрушки из механических деталей, умела играть в шахматы, все так же точно отвечала на все вопросы, но, выполнив заданное действие – выключалась. Иосиф вернулся с отдыха, воодушевленный и радостный, он первым делом попытался узнать, как обстоят дела с этим механическим детищем. - Работаем… - многозначительно промычал Ученый, явно не желающий называть конкретные вещи. Ведь, стоит их назвать, Иосиф прекрасно поймет, что развития как такового не наблюдается, и решения этой задачи не видно… Наконец, чтобы уйти от ответа, Ученый рассеяно спросил: - Как отдохнул? - Прекрасно. Не удивительно, что город N так славится на всю страну. - Охотно начал повествовать Иосиф. – Воды действительно целебные, я даже забыл, что такое радикулит! Что-то там есть такое мистическое, волшебное, историческое, но не обоснованное наукой. Даже, ты не представляешь, кого я там встретил! Сестер Ловет – Марию и Ленору! На удивление необыкновенные девушки – их знает и любит весь мир, а они разговаривали со мной, как с равным, как с другом. Как будто они и не знаменитости вовсе. Ленора показала мне небольшую деревушку около города, так называемый «оплот магов», сказав, что это будет мне интересно. Она не ошиблась – там действительно какое-то загадочное место. Какие-то храмы из невиданного ранее мне камня, высокие мраморные статуи с нездешними ликами. Местные жители поговаривают, что под это деревушкой – останки последнего из городов некой мифической цивилизации, о которой наши ученые молчат, поскольку не могут ничего объяснить. Раньше этот городок был оплотом алхимиков и магов, которые спускались через старые колодцы в подземелья, отыскивали среди затертых в глину развалин всяческие удивительные предметы и пытались выяснить их применение. Алхимиков в один прекрасный день на всякий случай перевешали, колодцы засыпали, но их рукописные труды продолжают бродить по частным коллекциям. Так вот, один из коллекционеров, с которым я познакомился в том городишке, похвастался, что якобы у того есть старинный документ, объясняющий, как одушевить неживую материю. Всё, что для этого нужно – только некий артефакт и собственно материя. Вот бы нам его… - Похоже, это единственное, что может спасти нас. – потерянно подумал Ученый, но на всякий случай улыбнулся, что бы не показывать отчаяние.