Вера в Будущее

За стеной раздался звонкий смех. - В какой руке? – спросила Ленора у близнецов, протягивая им свои руки, сложенные в кулачки. Близнецы перемигнулись и одновременно указали в противоположные стороны: Третий на правую, а Четвертый – на левую. Ленора заулыбалась: - Угадали! Она раскрыла ладони, ив каждой руке у неё было по яркому цветному стеклышку. Близнецы схватили каждый свой и принялись рассматривать. Четвертый поднес зеленое стеклышко к глазам и увидел, что все вокруг стало ярким и...зеленым! - Вот так выглядела трава, она была именно такого цвета. Называется «зе-ле-ный» - проговорила Ленора, не переставая радостно улыбаться. – А так (она указала на желтое стеклышко Третьего) выглядело бы морское побережье, точнее, песок. Или некоторые фрукты, скажем, бананы. Называется «Жел-тый». Ничего, скоро Природа восстановиться, и вы увидите этот мир в новом свете… увидите его ярким… Из «комнатки Шестого» постепенно стали вылезать не спавшие. Оказалось, на улице уже давно как день, и метель уже давно исчезла, и Ленора уже явно была на свежем воздухе – это выдавал легкий морозный румянец на её щеках. Завидев человечков, она, радостно прокашлявшись, воскликнула: - Ребята, знаете, что я сегодня нашла?! Поезд! Действующий! Мы же можем отправиться в путешествие! На поиски чего-нибудь интересного! - А как на счет твоего здоровья? – беспокойно спросил Пятый. - Как на счет популяции кукол? – негодовал Первый. - Как на счет Шестого? – перебила Седьмая, чем сбила с толку всех остальных. Даже Ленору. - Шестого? А что Шестой? – Девушка удивленно посмотрела на смутившегося полосатика. После она с каким-то умилительным видом дотронулась пальцем до его живота, словно желая пощекотать. – Шестой у нас плюшевый и с ним вроде все в порядке! Куклы… ну, если вы разберете трактат...то конечно… А я ещё не помираю…вроде бы. Паниковать буду, когда сердце болеть начнет. А сейчас только кашель, но это пройдет! - Поезд, это, конечно, хорошо, но нам необходимо закончить то, что мы начали. Не отправляться же неизвестно куда вдесятером? – начал рассуждать Первый. – И потом, трактаты уже ждут наверху, есть два экспериментальных образца и… - Один. – перебил его Пятый. – Тот, который был первый, там что-то не работает. - А Второй на что? Пусть посмотрит… - Нет, мы все смотрели, вчетвером. И не можем понять, в чем ошибка. - Ладно. – Первый махнул рукой. – Давайте попробуем оживить…хоть кого-нибудь. Ленора, это возможно? - Ну… - девушка задумалась. – Египтяне верили, что душа может вернуться только в своё тело, то, в котором она жила… А вот… хм, спрятать её в новое тело будет сложнее. Боюсь, это все будет проходить на случайностях… Тем более душа не сможет сразу вспомнить все, а может и не вспомнит ничего… - Это уже и не важно, мы научим новую душу всему, что требуется для жизни. - А чему нужно научить душу, что бы она начала жить? – внезапно спросил Девятый, пытаясь заранее предвидеть и рассмотреть все варианты развития событий, что бы не повторить свою роковую ошибку. - Любить надо научить… любить все, что вокруг тебя… - вздохнула Ленора и как-то болезненно посмотрела на близнецов, играющихся с цветными стеклышками. - Утопию все равно мы не создадим – всплеснул руками Первый. – И равенства не добьемся! - Это и не нужно… нужно просто любить… - Так. – заявил Девятый, собираясь с мыслями. – У нас есть одно экспериментальное тело. Есть два старинных трактата, есть один не менее старинный артефакт и есть желание это все использовать. - Артефакт не нужен… – сказала Ленора, и бросила взгляд на Пятого. Тот взял зловещее «сокровище» и спрятал его к себе за пазуху. «Чтоб не потерять», – оправдался он. - В башню! – приказал Первый и быстро зашагал в сторону лестницы. - Латынь, иероглифы… голову сломать можно – ворчал Девятый, стоя на столе и одновременно просматривая обе книги. Второй в очередной раз проверял манекен-пустышку – на этот раз у будущего живого существа уже были окуляры, исправна голосовая коробка, работали все механизмы. Шестой неподалеку от них чертил третий вариант куклы – с различными усовершенствованиями, вроде повышенных сенсорных датчиков для лучшего восприятия мира, возможностями регулировки зрения, голоса, сменными руками и ногами. Ленора сидела за столом и составляла по рецепту все из того же египетского трактата, некий алхимический порошок, необходимый для работы. Пятый сидел в углу и, положив на колени очередное механическое тельце, обшивал его тканью. - Пробуем? – вдруг спросил Второй, закончив осмотр будущего «новорожденного». Девятый нерешительно пролистал пару страниц и открыл главу «Заточение в новое тело». Ленора, закончив возиться с колбочками, равномерно стала рассыпать приготовленный порошок на стол, «вырисовывая» им круг. Первый с важным видом зашел в центр круга и положил туда египетский крест – анкх, и по диаметру стал выкладывать медные знаки. Пятый забрался на стопку книг, что бы сверху понаблюдать за происходящим и прихватил с собой третий «манекен». Восьмой взял осмотренное Вторым тело и положил его рядом с крестом. - Ну что там…можно начинать? – спросил Первый, глядя на все это действо. Ленора кивнула и подожгла порошок… По башне разлетелись цветные огни, несколько лучей ярко-золотого цвета отправились на небо, словно за душой, на стенах вырисовывались «живые тени», сильно пугавшие Шестого, который предпочел спрятаться между книгами. Света было слишком много и не зажмуриться было невозможно. Огонь, наконец, добрался до куклы, и именно в этот момент душа должна была вселиться в тело, но… пламя, полностью выгорев, так и не произвело должного эффекта. Кукла сгорела полностью, и ни одна душа захвачена с небес не была, золотые лучи не вернулись… - Как же так!? – всплеснул руками Первый, разглядывая обгоревшие останки. – Все же сделали правильно?! - Ой… кажется, мы упустили одну деталь... я упустила. – Беспокойно сказала Ленора, протирая глаза, пытаясь вновь привыкнуть к нормальному свету. – Я забыла соль… и один из металлов… - Соль? Металлы? Зачем? - Соль это движение… а ртуть или сера – мужское и женское начало… там, в начале написано… - Ты хочешь сказать, что мы можем вселить в куклу душу определенного пола? Отлично! – обрадовался Первый. - Уже хоть что-то нам подвластно! Пятый, давай, дошивай новое тело, усовершенствования тогда опробуем в следующий раз. Ленора, а ты сходи и поищи то, что там нужно… ртуть, соль… Девушка поднялась, но тут же села, положив руку на сердце. Шестой, выбравшись из книжного «убежища», тут же недоверчиво посмотрел на Первого и предложил: - Может, позже? Ей плохо… - Я в порядке. Пройдет. – Ленора снова заулыбалась, не переставая придерживать руку и сердца. - Да. – Первый тут же махнул рукой. – Перерыв! Нужно отвлечься, а потом на свежую голову все перепроверить. Серу и соль мы с Восьмым сами поищем… Внизу, в большом зале, Близнецы изучали рояль – стучали по крышке, пытаясь понять, как она открывается. Седьмая молча наблюдала за ними – её успокаивала эта идиллия, эта умиротворенность… к ней тихо присоединился Девятый. Он бережно обнял её, так нежно, что у Седьмой даже сжалось сердце. Вот оно где, счастье… Было свежо и немного прохладно, на улице искрился снег. Золотое солнце пробивалось в храм через яркие витражные окна, разливая цветные краски на пол и рисуя там лики святых... Ленора подошла к исследуемому близнецами роялю и приоткрыла крышку, чем вызвала жаркий интерес Третьего и Четвертого. Они уселись рядом с клавишами и всем своим видом просили её что-нибудь сыграть. Ленора улыбнулась и присела за рояль, осторожно проведя пальцами по клавишам, словно смахнув с них пыль и потихоньку начала играть – очень тихую, очень простую, но какую-то проникновенную мелодию. В этой музыке чувствовалась какая-то непередаваемая боль, возможно забытая, возможно старая, но далее она сменилась спокойной, почти колыбельной… Ленора тихо запела, все так же безупречно растягивая гласные: How can I see through your eyes my destiny! I fall apart. You bleed for me. How can I see through your eyes our worlds collide! Open your heart, to close our great divide. (Как мне увидеть в твоих глазах свою судьбу! Я разрываюсь на куски, ты проливаешь кровь за меня. Как мне увидеть в твоих глазах, как сталкиваются наши миры! Открой своё сердце, чтобы сомкнуть нашу огромную пропасть.) Девятый вдруг поднялся и поклонился Седьмой, по-английски галантно приглашая её на танец. Та кокетливо улыбнулась и они закружились в медленном танце, забыв обо всем, обо всех страданиях, о том, что они пережили… О том, что им придется пережить. Близнецы с интересом наблюдали за руками Леноры, словно стараясь запомнить каждое движение, каждую клавишу… В дверях стоял Шестой, не решающийся своим «топаньем» по полу перебить приятные звуки и этот нежный голос. Рядом с ним находился и Пятый, тоже, почему-то, не стремящийся подойти ближе. - Болеет, еле дышит, и, тем не менее, и поет. – Вдруг сказал он и даже вздохнул. – Жаль, что мир разрушился, иначе, Шестой, ты был бы самым счастливым человеком… - Мне иногда снится… что было бы… если бы Машина не заработала… - Что же? Шестой молчал. Он как-то недоверчиво посмотрел на Пятого, будто взглядом пытаясь его убедить, что полосатый не намерен делиться своим внутренним миром. Тот понял и поспешил напомнить Леноре, что нужно принимать лекарства. - Да, я уже иду, – несколько обреченно промолвила та. После она посмотрела на близнецов. – Поиграйте, если хотите… может, станете великими музыкантами… С этими словами Ленора удалилась, окинув напоследок взглядом всех тех, кто был в зале: Девятого с Седьмой, близнецов и Шестого, провожающего её взглядом.