Администраторский

Глава 12. Июнь, 1544 Нурбану Хатун подходила к двери хранителя покоев. Сердце бешено стучало в груди. Девушка чувствовала, что совершила ошибку, когда решилась отравить соперницу. А если они догадались? Неужели, Серхат Ага позвал её, чтобы обвинить и наказать? Нурбану набрала полные лёгкие воздуха, а потом шумно выдохнула. К счастью, этого никто не заметил. Нет, она не виновна. Она тщательно скрыла все следы. Им нечего предъявить ей. Постепенно успокоившись, Нурбану вошла в комнату хранителя покоев. Интерьер был обычным, как и в других комнатах: небольшая кровать, письменный стол со стулом, за которым Серхат Ага работал; множество свеч, два сундука для личных вещей, но одно окно. За счёт этого, в комнате было темновато. Серхат Ага стоял отвернувшись к камину. Он вспомнил Турхан Хатун. Ему удалось лишь раз увидеть фаворитку Шехзаде. Девушка гуляла по саду в компании служанок. Она была необыкновенно красива. Серхат помнил её тёмные, почти чёрные, карие глаза. Они и сейчас смотрели прямо ему в душу. Услышав характерный стук дверей, Серхат вздрогнул так, будто кто-то прочитал его мысли, и обернулся. Перед ним стояла Нурбану Хатун, ещё одна фаворитка Шехзаде Селима. Девушка имела прекрасную утонченную фигуру и иссиня-чёрные волосы. А в белом облачении, поверх которого был бирюзовый кафтан, расшитый прелестными птицами в области груди, она напоминала собой невинную куклу с зелёными глазками, и длинными чёрными ресницами. Этикет в гареме не позволял женщинам разговаривать с чужими мужчинами с непокрытой головой, поэтому густые накрученные локоны Нурбану Хатун, были надёжно спрятаны под шёлковым белым платком, отделанным по краю золотистым кружевом. Надо отметить, что все женщины наследника обладали красотой. Мелек Султан также была хороша собой и миловидна. Об вспоминании про жену Шехзаде, Серхат решил пригласить на беседу ещё и её. Он должен проверить всех. Кто только посмел так жестоко поступить с Турхан Хатун? Серхат очень хотел бы узнать правду. - Хранитель покоев - произнесла Нурбану. На первый взгляд, робкая и тихая, но стойкая и совершенно спокойная. Она подкупала своей уверенностью и спокойствием. - Добрый день, Нурбану. Что ты знаешь про отравление Турхан Хатун? - поинтересовался Серхат Ага, пытаясь получше рассмотреть подозреваемую. Она должна обязательно сделать ошибку. Но, кажется, он просчитался. Нурбану достойная девушка, верная фаворитка Шехзаде Селима. Она не станет пачкать руки в яде. - Я мало, что знаю, Серхат Ага - прервала его размышления черноволосая венецианка. После небольшой паузы, продолжила: - В тот вечер пришла Гюмюшь Хатун и сказала Турхан собираться на хальвет. Я сразу же пошла к Шехзаде, чтобы поговорить с ним. Предмет разговора не важен, поэтому я не стану рассказывать. Когда вернулась, все уже случилось. Здесь был лекарь, Шехзаде Селим и все остальные - отчиталась Нурбану. Сейчас, она спасала себя. Турхан долгое время подливала ей настойку против беременности. Она травила её ребёнка, который мог бы родиться. Нурбану не было жалко соперницу. Никто и никогда не узнает, кто отравил Турхан. Венецианка уже давно продумала речь для хранителя покоев. - И ты ничего подозрительного не видела? - пытался дознаться Серхат Ага. - Нет - чётко отвечала Нурбану. Больше хранителю покоев сказать было нечего. Он согласно покивал головой и тяжело вздохнул. - Неужели, ты никого не заподозрила? - прищурив миндальные глаза, произнёс мужчина. Всё же, он был в тупике, и не знал, кого ещё допросить, чтобы узнать ответ. -Я ни с кем не общаюсь - твердила "своё" Нурбану. - ты можешь идти - спокойно произнёс хранитель покоев. Как сложно было разобраться. Никто и ничего не видел. Подозреваемых больше нет. Приподняв подол белого платья, девушка покинула комнату хранителя покоев. Нурбану в душе ликовала, но на лице не дрогнул ни один мускул. Она победила. Это её первая маленькая победа. - Позовите ко мне Мелек Султан - отдав приказ своим услугам, произнёс Серхат. Он смутно надеялся, что удастся что-то узнать, но допросить Султаншу стоило. Слуга отправился выполнять приказ, а в это время в комнату вошёл Лала Мустафа Паша. Мустафа Паша - учитель Шехзаде Селима, лала - опытный и мудрый государственный деятель. Наследник очень ценит его советы в государственных делах. Коренастый мужчина лет сорока с небольшой бородой и серыми глазами. Он был одет в богато отделанный кафтан и чалму. - Серхат Ага - грубый мужской голос прогремел, отвлекая хранителя покоев, и выводя из раздумий, о том, кто бы мог причинить вред Турхан. - Лала Мустафа Паша - с почтением произнёс Серхат, и поклонился. - Что-то известно о деле Турхан Хатун? - с нескрываемым интересом спросил Лала, Серхат понял, что Шехзаде успел и ему рассказать. - Ничего, Мустафа Паша - горько произнёс мужчина, опуская вниз карие глаза.- Нет никаких зацепок - Должно быть что-то - он почесал подбородок, вспоминая что-то подозрительное. - Я всех опросил. Осталась только Мелек Султан - честно отчитался Серхат. Паша покивал головой, и заложив руки за спину, ушёл, сопровождаемый взглядом хранителя покоев, напоследок оставив: - Это твоё первое серьёзное дело, Серхат Ага. Я советую тебе в любом случае найти виновную, иначе Шехзаде усомнится в твоих способностях, и передаст этот важный пост кому-то ещё. - Я Вас понял Лала Мустафа Паша - серьёзно произнёс Серхат Ага. Да, учитель был прав- виновного нужно найти обязательно, чтобы никто не сомневался в нём. Наступала глубокая ночь, и Мелек Султан искренне сомневалась: стоит ли идти на сомнительную встречу с хранителем покоев? Почему он вызывает её к себе так поздно? Понимая, что отказ насторожит его и приведёт к ненужным мыслям, Мелек Султан всё же приняла приглашение. Она ещё не успела переодеться ко сну, поэтому оставалась в том же тёмно-синем платье. Укрыв волосы синим платком, Султанша вышла из покоев. Тёмные корридоры едва освещались настенными факелами, но Мелек не боялась. Она шла в компании своих служанок. Быстро передвигаясь, женщина добралась до нужных покоев. Войдя в комнату хранителя покоев, Мелек султан окинула всё взглядом голубых глаз. - Серхат Ага, почему Вы вызвали меня в столь поздний час? - строго, но справедливо негодовала Султанша. - Прошу прощения, Госпожа. Но дело не терпит отлагательств - объяснился молодой человек, остужая пыл Мелек Султан. Девушка успокоилась и согласившись с ним, принялась слушать его: - Тогда чем могу помочь? - задала вопрос первая жена Шехзаде. Мелек Султан носила статус "Кадина. Султан." Он был самым высоким, среди женщин и позволял получать ей большое жалование. - Что вы знаете об отравлении Турхан Хатун? - спросил Серхат, он смотрел на Мелек так, как будто видел в ней последнюю надежду. Она должна что-то сказать, такое, за что можно зацепиться и следовать дальше. Но, к разочарованию хранителя покоев, Мелек ничего не знала. - Только то, что её отравили - кратко произнесла молодая женщина. Она бы рассказала непременно всё, что знает, но Мелек ничего не знала. - Тогда можете идти. Спасибо, что согласились встретиться, Госпожа - учтиво произнёс Серхат. Разговор с Мелек султан не принёс никаких плодов, и оставалось лишь одно - найти виновного. Решив, что он обязан успокоить наследника и гарем, Серхат принял очень серьёзное решение. На утро, когда солнце осветило гаремную комнату, а девушки убрали постели и позавтракали, им предстояло идти на занятия, Атике Хатун решила навестить Турхан. В Стамбуле девушки подружились, и сейчас, когда она приехала в Конью, то решила навестить бывшую подругу. Атике Хатун, подобрав полы розового платья, украшенного самой простой вышивкой, вошла в покои Турхан Хатун. Сразу в нос ударил запах лекарств и болезни. Турхан была ещё слаба, она лежала в постели. Ей было запрещено вставать и двигаться, служанка кормила Турхан с ложечки. Сама фаворитка Шехзаде лежала на просторной кровати, укрыта мягким одеялом. Рядом стоял небольшой поднос на танкетке, где находились все мази и необходимые повязки. Напротив кровати в дальнем углу стоял камин. Он сейчас не горел. В комнате и так было тепло. У другой стены располагалась ширма, а рядом зеркало во весь рост. Комната была хорошо освещена, этому способствовали два окна, рядом с которыми располагались внутристенные шкафчики. Сами покои были выполнены в спокойных, персиково-зелёных тонах. Турхан было комфортно и спокойно здесь находиться. Это видно невооружённым глазом. Также фаворитке дали ещё четверых служанок и двух аг, кроме того, были постоянные - Айтач Хатун и Фирдевс Хатун - Что ты хотела, Атике? - спросила строго Айтач - преданная служанка Турхан Хатун. Она была высоковата, обладала карими глазами и тёмными длинными волосами. Айтач была преданна только Турхан, в отличии от Фирдевс, которая служила Шехзаде Селиму. Фирдевс была родом из Албании. Она обладала весьма привлекательной фигурой, пышными упругими формами, голубыми глазами и светлыми, словно лучи солнышка, волосами. Сейчас албанки не было в покоях, она ушла по делам. Айтач, переводя внимание на вошедшую девушку, ждала ответа. - Я принесла Турхан Хатун письмо от сестры. - и Атике протянула послание, - Сечиль Султан родила здорового мальчика и девочку. Мальчика назвали Шехзаде Османом, а девочку Кёсем Султан. - Спасибо, Атике Хатун - очень тихо выговорила Турхан, превозмогая боль. Она была рада за сестру. Родить Шехзаде и Султаншу - это почётно. Теперь Сечиль стала госпожой. Турхан подумала, что тоже беременна, и она в скором времени может стать султаншей. - Айтач, прочти письмо - попросила Турхан. Видно было, что её раны ещё были слишком свежи и ныли всякий раз, когда фаворитка Шехзаде говорила. " Дорогая сестрёнка, надеюсь ты читаешь моё письмо в добром здравии. Мы с тобой так давно не виделись - я очень скучаю. Наверное ты уже слышала, с позволения Всевышнего, я родила дочь и сына. Ты стала тётей. Поздравляю тебя! В последнее время от тебя нет вестей, я беспокоюсь. Прошу ответь, сестра. Люблю тебя бесконечно. Твоя Анна." Атике Хатун вышла из комнат подруги и возвращалась в гарем. Ей предстояло идти на занятия, как и всем остальным рабыням. Атике прибыла сюда позавчера по личному распоряжению Хюррем Султан. Девушка выпросила у Госпожи шанс попасть в гарем Шехзаде Селима. Тем утром она, ничуть не стесняясь, прошла в великолепно обставленные покои Хюррем Султан, одета в простое синее платье, служащее гаремным рабыням униформой. Госпожа сидела на софе у окна - своём излюбленном месте, и попивала горячий кофе, заедая всё это лукумом. Она так устала в последнее время от всех навязанных наложниц - так весь гаремный порядок разрушится. Сразу Нурбану послали по просьбе сына, теперь Атике умоляет отдать в гарем Шехзаде Селима. - Что ты хотела, Хатун? - безразлично спросила Хюррем Султан. Атике подошла к госпоже и присела на колени. Она восхищалась красотой и статью госпожи. Хасеки Султана ничуть не подурнела, хоть в её рыжих волосах и просела седина. Она ввсё ещё была красива и выглядела молодо. А какое прекрасное на ней было платье. Из дорогой парчи тёмно-зелёного цвета. Оно было расшито золотыми лилиями и на поясе красовался дорогой ремень, старательно отделанный мелкими алмазами. Атике от такого богатства потеряла дар речи ещё и тогда, когда ей удалось рассмотреть изумительный набор состоящий из серёжек, короны и колье, выполненных из чистейшего золота с добавлением изумрудов. Хюррем Султан была красива, а наряд и украшения придавали ещё больше блеска. - Госпожа, прошу, отправьте меня в гарем Шехзаде Селима - схватив подол тёмно-зелёного платья, взмолилась Атике. Она мечтала стать могущественной, мечтала одеваться также красиво и иметь такую неограниченную власть, как у Хюррем Султан. Но для этого нужно было стать фавориткой и родить сына. Атике была готова на это. Хюррем подумывала над тем, чтобы выполнить желание рабыни. Ведь Атике уже не первый раз просилась. Сначало она говорила через Арзу Хатун, после пришла лично попросить. В итоге, Хюррем сдалась. - Я могу отправить тебя в гарем к моему сыну, однако зачем мне это? - подводила к разговору Хасеки. Конечно, верные люди в гареме Селима не помешают. - Я сделаю всё, что вы пожелаете, Хюррем Султан. Только прошу, отошлите - сразу же поняла к чему ведёт мать наследника. Атике всегда была смышлёной, она понимала, что услуга не будет безвозмездной. Но девушка готова была на всё, чтобы получить желаемое. - Тогда, поезжай, Хатун. Ты станешь моими ушами и глазами в гареме. Следи пристально за Турхан Хатун и Нурбану Хатун. Мне доложили, что Шехзаде Селим уделяет им очень много времени. Обо всём будешь докладывать мне - царственно сидя на софе, говорила Хюррем. Атике Хатун слушала и запоминала. Она знала - скоро её жизнь изменится, и готовилась к этому всем сердцем и душой. - Атике Хатун, пойдём скорее, я ищу тебя - взяв за руку девушку, произнесла Назлы Калфа, когда нашла её в одном из корридоров дворца. - Зачем я тебе, калфа? - спросила Атике, оглядев женщину. Она была молода и свежа, одно лишь её отличало от остальных - Назлы обладала не светлой кожей, а тёмной. Она не была похожа на здешних обитателей по внешности и отличалась, но это не умаляло её достоинств. Назлы служила верно и преданно всей семье Султана. За это Хюррем Султан отправила её в гарем своего сына калфой - Назлы Калфа служила ункяр калфой. Она была вторым человеком в гареме, после Гюмюшь Хатун. - А как же? Хюррем Султан лично приказала тебя отправить к Шехзаде Селиму. - А тогда пойдём - с улыбкой произнесла Атике, и развернувшись, ушла с калфой в хаммам. Скоро она станет фавориткой Шехзаде Селима. Она вспомнила, что Хюррем Султан подарила девушке красивое платье для хальвета. Атике его обязательно наденет после хаммама. Утро Мелек Султан начиналось со сборов на уроки. Молодая султанша собирала сына на занятия. Застегнув сыну тёмно-синий кафтан, расшитый золотыми звёздами по краям, женщина поцеловала шехзаде в лобик: - желаю удачи и лёгкого дня, мой родной - нежно произнесла мать, отдавая мальчика в руки служанке Альруз Хатун - светловолосой, голубоглазой молодой рабыне с приятными чертами лица. Альруз очень старательна и послушна, в отличие от Фирузе Хатун, которая, сейчас стояла рядом с госпожой. - Мелек Султан, пришла Румла Хатун. Я рассказывала Вам о ней. Это жена местного знаменитого портного. - уточнила Фирузе Хатун - темноволосая, кареглаза с женственной фигурой, но своевольна за что часто бывает наказана. Мелек любит её за преданность. Фирузе, хоть и глуповатая, но очень преданная рабыня. - Хорошо пропусти - позволила Султанша. Сама она расположилась у камина на софе. На ней было легкое платье из белого шелка, поверх которого находился красный кафтан с украшением из множества сшитых между собой мелких алмазов, образуя рисунок, Прекрасные волосы Госпожи собраны в причёску и спущены с одной стороны плеча. Их украшал хиджаб из той же ткани, сверху посыпанный драгоценными камнями. Весь этот образ смотрелся очень красиво и придавал Госпоже грации и изящности. Мелек Султан сидела ровно держа спину. Она понимала, что Румла станет просить помощи, которой мать шехзаде может ей и не оказать. А всё потому, что Мелек не обладала большой властью. Но отказать женщине, которая в ней нуждалась не смогла. Румла Хатун вошла в покои и осмотрелась. Комнаты, выполненные в золото-фиолетовых оттенках приглянулись ей. Мелек жила в роскоши, но сама уже даже не замечала этого. Одна только софа, выполнена из сусального золота, на которой расположилась женщина, стоила всё состояние Румлы, а она была не из бедных. Её муж считался самым богатым в аристократических кругах. - Мелек Султан - поклонилась Румла Хатун. Женщина вняла советам Фирузе - госпожу стоит почитать, и первое, что она может сделать - это поклон - выражение уважения и почтения. - Проходи, Румла Хатун. Располагайся - Мелек указала на фиолетовую подушку у её ног, сшитую из бархата. Женщина прошла в комнату и присела на подушку. Она не была стара, как ожидала жена шехзаде. Девушка обладала притягательной внешностью, что отметила Мелек. Но и наряд собеседницы не остался без внимания, женщины замечали такие мелочи. Красное одеяние, расшитое чёрной нитью узором в виде переплетающихся растений. Как говорила Фирузе, Румла сама вышивает такую красоту. - Благодарю, госпожа. Вы прекрасны, как о Вас и говорят - не преминула польстить ей Румла. Мелек понимала, что это лесть, но всё равно заулыбалась: - Благодарю. Так у Вас какое-то дело ? - когда они обменялись любезностями, спросила Султанша. - Фирузе, принеси нам прохладного шербета и лукум - заметив, что собеседница оглядывается по сторонам, и не желая её стеснять, приказала Мелек. Фирузе тут же с поклоном, удалилась. От внимания Султанши не укрылось, как посерьёзнела гостья. На её лице заплясали желваки. - Да, Госпожа. Только Вы одна можете помочь мне - честно, с надеждой в голосе, призналась Румла. Мелек замерла в ожидании. Она готова помочь, но сможет ли? - Мой муж, Барыш Эфенди - уважаемый и честный человек, обвинён несправедливо. Его посадили в темницу и собираются судить. Но я уверена, что это чья-то жестокая игра. Он никогда не станет брать взятки, да и зачем ему это. У нас достаточно денег - на глазах выступили слёзы, а в сердце заныло. Румла не видела Барыша Эфенди уже две недели. За это время она обращалась к судье, писала Серхату Аге и даже просила о встрече, но везде ей было отказано. Оставалось лишь одно - пойти к султанше, которая сможет помочь. По крайней мере, Румла искренне верила в это. Она не переставала теребить край своего красного кафтана из-за волнения, из-за страха, что Мелек откажет в помощи. - Но почему бы Вам не обратиться к Серхату Аге? Неужели и там Вам отказали? - недоумевая, почему жительница Коньи пришла именно к ней, спрашивала Мелек. - Я уже писала ему, Госпожа. Но результата это не принесло, я только потеряла время - жалобно отвечала Румла. Она вызывала в Мелек Султан сочувствие, но женщина не собиралась помогать ей. Да и что она могла? Мелек не была такой властной, как Хюррем Султан или Михримах Султан. Шехзаде Селим не прислушивался к ней так, как к Нурбану Хатун. Решив, что должна отказать, Султанша произнесла: - Я понимаю Вашу беду, Румла Хатун, но ... - она остановилась и выдержала небольшую паузу, взгляд голубых глаз упал на рубиновое кольцо на пальце. То самое, что нужно Гюрай Хатун. Ведунья говорила, что скоро украшение попадёт во дворец, вот оно. Теперь нужно просто взять его и отдать травнице взамен на средство для беременности. В один миг султанша изменила своё мнение, и решила попытаться: - цена будет необычной - неожиданно даже для себя произнесла Мелек. Румла с той же надеждой в глазах, произнесла: - Всё, что угодно, Султанша. Если нужно, то я душу отдам за своего мужа - открыто и честно увещевала темноволосая женщина. - Барышу Эфенди очень повезло, что у него такая жена - с улыбкой произнесла Мелек. - Так что я должна буду Вам за услугу, моя госпожа? - перебила её гостья, но Султанша не стала злиться. Она понимала Румлу. - Мне нужно вот это рубиновое кольцо - указав рукой на украшение на пальце Хатун, сказала Мелек. Та удивлённо посмотрела на неё, и не задумываясь, сняла украшение. Это был самый дорогой подарок от матери и отца, но ради мужа женщина не обратила на этот факт внимания. Она, конечно, не понимала зачем богатой султанше её кольцо, но спрашивать не осмелилась. Румла протянула украшение Мелек Султан: - Оно Ваше, госпожа. Только прошу, помогите - Я сделаю всё, что от меня зависит, обещаю Вам - забрав заветное украшение, проговорила Мелек. Её надежда на счастливое будущее ещё не угасла. Мелек верила, что рождение второго ребёнка вернёт расположение Селима. Он забудет своих фавориток, и как раньше, будет проводить время только с ней одной. А в это время, во дворце Топкапы, на мраморную террасу, где отдыхали величественная Хюррем Султан с луноликой Михримах Елена Хатун подала жареных перепелов - любимое блюдо Хасеки Султан. Мать и дочь расположились на мягких софах, стоящих друг напротив друга. Они обсуждали минувшие дела в гареме. - Сечиль родила мальчика и девочку. С рождением шехзаде, шансы Мустафы возросли - разбираясь с птицей, говорила Михримах. Она в борьбе за власть, выбрала сторону шехзаде Баязида, но матери об этом не было известно. По её мнению, шехзаде Селим был слишком слаб, шехзаде Мустафа излишне вспыльчив и эмоционален, а шехзаде Баязид подходит идеально. Он обладает благородными качествами отца: справедлив, умён, самоотвержен - именно таким и должен быть наследник. - Ты права, Михримах - Хюррем султан со вкусом поедала любимое блюдо. Запив из позолоченного кубка, Султанша закивала: - Нужно что-то придумать. Мои шехзаде находятся в смертельной опасности. Дочь Рашида Паши - Шарифа, она законная жена Мустафы. В этой борьбе армия Рашида станет против моих детей - рассуждала Хюррем. Но за всю жизнь во дворце и борьбу за выживание, Султанша устала от бесконечных войн. Она чувствовала слабость, желание покоя, семейного счастья и тепла. - Если Шарифа - корень бед и несчастий для моих братьев, тогда давай вырвем его. Мы избавимся от неё - бесстрастно произнесла Михримах, даже с какой-то ненавистью в голосе. Хюррем была горда за дочь, но также и переживала. Как могла её лунолика султанша вырасти такой жестокой и беспощадной. С другой стороны, Султанша лишь защищала своих братьев, свою семью. Хасеки согласилась с дочерью . - Я согласна, Михримах, но это не так просто. Шарифа имеет огромную силу не только во дворце, но и в Империи. Её уважают и почитают, её защищают и берегут по приказу Паши, словно хрустальную вазу. - Ничего, мы найдём способ - изрекла молодая женщина. Она обладала не меньшей властью и силой, будучи дочерью Султана, самого сильного из правителей. - Дильшах Хатун, забери Айше Хюмашах из сада и приведи сюда - обратилась Султанша к своей любимой и преданной служанке. Она в прошлом году купила девушку на рынке и обучила. Хатун оказалась умна и трудолюбива, что Михримах взяла её себе в помощницы. - Говорят, Сечиль в хаммаме упала. Это и вызвало преждевременные роды - вспомнила Михримах, что ей сообщала Дильшах. - Да, и мне Арзу говорила. Странное падение было - с сомнением в голубых глазах, произнесла Хюррем. Она знала, как это происходит. В хаммаме и правда скользко, но для этого есть специальные сандалии, которые выдают каждой женщине. Кроме того, у Сечиль было несколько служанок, обязанность которых - смотреть за здоровьем и самочувствием беременной фаворитки шехзаде. Падений случайных не бывает. - Шарифа? Вы же о ней сейчас говорите? - быстро догадалась Михримах, направив на мать холодный взгляд серых глаз. Хюррем ничего не ответила, лишь многозначительно ухмыльнулась. Никто не смел без доказательств обвинять законную супругу шехзаде - регента престола. Даже у стен есть уши. Но они поняли друг друга.       Шарифа Султан отправила детей в гарем, где все праздновали, уже который день, рождение Шехзаде и Султанши. Сама она собиралась присоединиться к гуляниям. Шарифа не была ревнивой, она думала наперёд и переживала лишь за будущее своих детей. Шехзаде Ибрагима и Бирсен Султан она обожала и любила всем сердцем и душой. Конечно, рождение султанши и Шехзаде у соперницы, каковой, всё же, считалась Сечиль, мягко говоря, пугало Шарифу. Она предпочла, чтобы Сечиль умерла в хаммаме беременная. Но мечтам не суждено сбыться. В тот день, после продолжительных родов, Султанша вошла в покои новоиспечённой матери. Та лежала счастливая с Шехзаде на руках, а дочку бережно, глядя на неё с любовью, держал Шехзаде Мустафа. Дочь паши одела платье из красной парчи, высокую корону, что запрещено носить простой фаворитке Шехзаде. Хюррем, Махидевран и Михримах смотрели искоса на неё. Но Шарифу не волновали их мнения. Сам Шехзаде Мустафа подарил ей корону, кто что ей может сказать? - Твоё имя Шехзаде Осман - сказал Мустафа, склонившись над сыном. Он назвал шехзаде так, как звали создателя великой династии Османов. Шарифа недовольно поморщила носик, но этого никто не увидел. Церемония имянаречения шла, и все гости сказали слова поздравления и пожелания, а после отдали подарки. Михримах Султан подарила племяннику деревянного коника, а племяннице золотую расчёску и гребешок, Хюррем Султан - одинаковые обереги в виде глаза, Махидевран Султан порадовала внучку и внука дорогими кафтанами, а Шехзаде Мустафа и вовсе два сундука с богатства и, и ещё столько же их матери в благодарность за детей. - Твоё имя Кёсем Султан - произнёс Шехзаде имя для девочки. Шарифа смотрела на эту картину, и вспоминала свои роды и имянаречения детей. Тогда она была одна у наследника. Только она и нет соперниц, сейчас все было иначе. Сечиль не просто родила сына и дочь, она поднялась по статусу и стала Госпожой. Конечно, ей далеко до самой Шарифы, но власть теперь она тоже имеет. К тому же, любима Шехзаде. Когда все одарили деток, Султанша вспомнила, что теперь её очередь. Девушка взмахнула рукой, и её верная... Хатун поднесла две подушечки из зелёного бархата, на которых лежали броши рубиновые. Это был дорогой подарок. Все ахнули. Никто не удивился подобной роскоши, потому что знали - Шарифа Султан получает помощь ещё и от отца. - Благодарю, Госпожа - пролепетала Сечиль,не поднимая глаз на Шарифу. - Пусть детки растут здоровые и счастливые - с яркой улыбкой, за которой скрывалась сталь, произнесла законная жена Шехзаде. Шарифа тяжело вздохнула, и поправила кафтан, стоя у зеркала. Из своих покоев девушка услышала музыку. " Значит, праздник начался, прекрасно" - подумала Султанша, и намазав запястья сладким маслом, покинула покои, шелестя красным платьем. Под вечер Атике Хатун собиралась в покои Шехзаде Селима. Счастливая наложница мечтала о будущем. Конечно, больше всего, девушка хотела стать госпожой, иметь личные покои, наряды, украшения и слуг в личное распоряжение. Она, будучи ещё совсем юной (Атике Хатун было только четырнадцать лет), не понимала какие испытания придётся пройти, только если она родит шехзаде. Те, кто участвовал в кровопролитных войнах, это знают. За величие платят самым дорогим. Гюмюшь Хатун вошла в покои фавориток. Атике Хатун сидела на софе посреди комнаты, она осматривала своё милое лицо, лишённое изъянов. Девушка обладала серыми глазами, прямым носом и пухлыми губами. Светлые волосы её, словно шёлковые нити нежно обволакивали лицо и придавали образу изысканность и шарм. Платье вишнёвого цвета с несвойственной фаворитке дорогой вышивкой в виде розы на лифе, прекрасно струилось на фигуре Атике, словно весенний ручей. Славянская внешность привлекла Хюррем Султан, в гареме Шехзаде Селима было мало таких. У Атике точно был шанс на счастье. - Атике ты готова? - раздался голос Назлы Калфы, которая всё это врем стояла рядом с девушкой, и Атике повернулась. - Да, Назлы Калфа - ответила девушка. - Тогда идём - произнесла женщина и процессия двинулась по золотому пути. В Стамбуле, во дворце после праздника все жители отправились в царство морфея. Утомленные гуляниями, все спали. Ночь окутала все вокруг: тишина, темнота, мрак, ведь весь дворец спал, в коридорах было настолько тихо, что слышно даже как стражники посапывают на посту, "охраняя" покои Госпожей. Махидевран шла окутанная этой тишиной и мягким мерцанием свечей в медных канделябрах. Внезапно раздался гром и отблеск молнии , казалось, расколол небо наполовину. Он озарил весь путь Султанши и та пошла на свет. В конце коридора были двери. Она узнала эти покои, ведь когда женщина была башкадиной Султана эти комнаты принадлежали ей. Все было настолько знакомым и родным, что в сердце Махидевран кольнуло. Вот она увидела себя молодую, большой живот - судя по всему она беременна. Рядом сидит ее любимый, единственный сын - Шехзаде Мустафа, он играет с деревянным коником. На лице Госпожи возникла улыбка: - Сынок, тебе пора спать. - нежный голос молодой женщины нарушил тишину. Ребенок надул губки и запротестовал. - Ширин Хатун, иди уложи Шехзаде - приказала Махидевран няне своего малыша, девушка взяла ребенка за руку и увела. Гюльбахар, так звали "весеннюю розу" встала чтобы приготовиться ко сну, но ее разразила резкая боль. Женщина схватилась за живот и закричала: - Салиха, скорее лекаря зови. Роды начались - закричала мать Шехзаде Мустафы. Все служанки, что находились в покоях Госпожи засуетились и забегали. Салиха Калфа подошла с каким-то отваром: - Выпейте, Махидевран Султан. Это Вам поможет - заботливо произнесла главная служанка башкадины Султана. Мать Шехзаде сделала несколько глотков и ее сознание помутилось. Салиха уложила женщину на кровать, где та и дожидалась лекаря, мучимая родовыми схватками.       Все это время Махидевран наблюдала за прошлым. Она помнила отчетливо все те моменты, но после того, как выпила отвар, любезно предоставленный ее служанкой, молодая женщина ушла в забытье. Сейчас "весенняя роза" смотрела с настороженностью, она не могла понять почему сон принес ее в прошлое, а именно роды. А вдруг эта светловолосая девушка и есть ее маленькая доченька Шах, в смерти которой Махидевран всегда обвиняла Хюррем? Женщина осталась дальше и продолжила смотреть : - Ты все сделала правильно, Салиха. Осталось только отдать нам мальчика - прервала ее размышления хазнедар. На то время Арзу Хатун была лишь главной калфой в гареме и служанкой Хасеки Хюррем. Махидевран узнала ее, значит столько лет рядом была убийца ее дочери. Госпоже было очень интересно узнать, что было дальше: - А если будет девочка? - поинтересовалась Салиха - Мне все равно, кто будет. Махидевран хотела убить Шехзаде Баязида. Придется ей отплатить за это - злобно прорычала Арзу, Салиха кивнула: - Госпожа совершила плохой поступок, что послала ту девушку убить Шехзаде, но забрать младенца из рук роженицы - это слишком большая расплата - размышляла Салиха Хатун. - Зуб за зуб, кровь за кровь - произнесла злобно оглядываясь Арзу, не обращая внимания на крики роженицы. Спустя некоторое время в покоях раздался детский плач. - У Госпожи две малышки - огласила на всю комнату молодая лекарша - Зулия Хатун, тогда она еще служила заместителем главного лекаря во Дворце ТопКапы. Арзу недовольно ухмыльнулась и схватила первого попавшегося ребенка. Салиха хоть и была против, но сделать ничего не смогла. Она покорно взяла мешочек золота, затем лекарша сделала тоже самое, Арзу их предупредила: - Этот день вы должны забыть. Салиха, ты ведь помнишь, что твоя сестра у нас? Если что, то жизни лишишься не только ты одна - пригрозила ей служанка Хюррем. На лице Махидевран заплясали желваки от обиды и злости, но она продолжала смотреть: - Арзу Хатун, стоя с малышкой на руках, сказала также и Зулие: - А тебя в течении недели я отправлю в Конью. Ты должна сама договориться с хазнедар. Скажешь, что не смогла спасти вторую девочку Госпожи, скажешь, что она запуталась в пуповине. А иначе... Нас всех ждет Босфор и голодные рыбы - затем на руках с ребенком вышла из комнаты. Следом за ней и Зулия Хатун, Салиха, осталась одна, она налила с стакан того же самого отвара и протянула своей Госпоже, которая лежала на кровати, ожидая своих малюток. Махидевран сделала несколько глотков и ее сознание вернулось. Позже ей сказали, что маленькая девочка умерла, а вторую Салиха отдала матери, после этого ребенка в компании Султана Сулеймана, Валиде Султан и Хюррем Султан, назвали Разие Султан, это уже "весенняя роза" Султана очень хорошо помнила.       Дальше оставаться в прошлом смысла не было, Госпожа развернулась и так же тихо покинула покои. Женщина открыла глаза, только камин потрескивал еле слышно, местами освещая комнату. Она налила себе воды с стеклянный стакан с позолоченным рисунком и сделав несколько глотков задумалась: - Она моя дочь. Девушка со светлыми волосами. Это моя родная Альруз Шах Султан и она жива, моя кровиночка - произнесла мать наследника, затем горько улыбнулась, стараясь собраться с мыслями. Где сейчас эта малышка? Что с ней сделали и знает ли она, что родом из Династии? - Я тебя найду, родная - решительно произнесла мать Мустафы и вновь ушла спать.  Яркий солнечный свет озарил просторные покои Шехзаде Селима. Веселый луч скользнул сразу на пол, а после на красивое лицо юноши и попал прямо в глаза, что нарушило его мирный сон. Шехзаде откинул теплое одеяло и одев рубаху мятного оттенка подошел к столу, где лежала куча государственных бумаг. Вчера, после того, как он принял Атике Хатун, он много работал, отправив девушку в гарем. Он не позволил спать ей с ним всю ночь. Девушка была хорошо, но заменить любимую Нурбану она не смогла. Селим принял её только потому, что мать настаивала - Назлы сообщила прежде, чем впустить Атике в покои наследника. Сегодня Шехзаде не хотелось работать, он должен был узнать, кто отравил Турхан. По гарему бродит преступник, это волновало санджак бея. Серхат должен был узнать всю правду - скоро он придёт с докладом.       Долго ждать не пришлось. Серхат Ага, взяв с собой множество бумаг, пришёл к шехазде. - Что с делом Турхан? - сразу же, грубо спросил наследник. Неизвестность пугала и бессилие тоже. Сколько ещё можно было ждать. Но к счастью Шехзаде, Серхат приготовил отчёт. - Шехзаде, дело раскрыто. Турхан Хатун подлила яд на платье Хюмейра Хатун - ваша давняя фаворитка. Её недавно перевели на нижний этаж, и готовились выдать замуж. Девушка мстила за то, что Турхан удалось попасть в Ваши покои, - отрапортовал Серхат, но на сердце не стало спокойно. Наоборот, Аге стало тошно от своего вранья. Но ему пришлось поступить так. Если бы он не раскрыл дело - Шехзаде усомнился бы в нём, и передал должность кому-то другому. Он потупил карие глаза в пол, сложив руки перед собой в замочек. - Значит, Хюмейра - шехзаде помнил её, красивая наложница с русыми волосами. Она надоела наследнику, и тот дал указания управляющей гаремом выдать её замуж. - Примерно накажите её! - процедил шехзаде, потира бороду. Он даже не спросил про доказательства, не спросил призналась ли, а сразу же поверил словам хранителя покоев - это о многом говорило. Наследник высоко ценил Серхата Агу. - Не потребовалось, Шехзаде. Виновная перерезала себе вены в хаммаме - отчитался Серхат. Он почувствовал, что дело закрыто, наследник поверил. Но сможет ли он сам забыть, как поступил с невинной девушкой? Не будет ли она ему являться в кошмарах? Лишь мрачная тишина, наполненная сожалением стала ему ответом. Шехзаде Селим приказал подать ему кафтан, он должен навестить Нурбану и Турхан.             А в это время Нурбану Хатун сидела в покоях фавориток. К слову, в гареме было их несколько, потому, когда собирали Атике на хальвет, Нурбану не видела - девушка находилась в других комнатах. Сегодня был четверг, и Нурбану не ждала господина. Однако, в порядок себя привела. Она выбрала красивое платье бирюзового оттенка с интересным лифом. Он был украшен лентами и бисером, в чёрных волосах сверкала небольшая диадема. - Что ты такое говоришь, Агнесс? - мрачно произнесла Нурбану, перебирая в руках край платья. Она узнала, что вчера Шехзаде снова принял девушку. Это была Атике. Сердце Нурбану жгло ревностью. она не знала, как смириться с его изменами, не знала, как принять их... Слёзы тот час хлынули из зелёных глаз. Закрывая рукой лицо в немых рыданиях, девушка продолжила плакать. Она очень давно для себя решила, что не покажется слабой. Плакать будет лишь, когда никто не видит. - Ты можешь идти - безразлично произнесла фаворитка наследника сразу, как только, Агнесс сообщила плохие вести. После она закрылась в покоях.       Страх быть пойманной и обличённой больше не нависал над ней. Айше узнала, что во всём обвинили Хюмейру Хатун. Это и передали Нурбану. Она лишь виновато ухмыльнулась. Это она убила своими поступками ту Хатун, Хюмейра пострадала из-за неё. Но такова цена величия. Нурбану не желала себе судьбы, как у Мелек или Хюмейры. Она мечтала стать даже могущественнее Хюррем Султан.       Но сейчас это не важно. Селима венецианка полюбила всем сердцем. Она мечтала взаимной любви, жизни без измен. Никак не могла привыкнуть к правилам гарема, не хотела смиряться. Что же можно сделать, как поступить с Атике? Убить её она не могла. Яд использовать слишком опасно. Выслать у Нурбану ещё не хватало власти. Что же делать? Девушка погрузилась в раздумья. Она должна обязательно избавиться от Атике.