Проклятый

— Ваше Величество, Дол Гулдур… — Что с ним? — Он горит. Твердыня Врага полыхала, как погребальный костёр живого мертвеца. Дол Гулдур уже давно был мёртв изнутри, несмотря на то, что его густо населяли разные тёмные твари. Сейчас все его обитатели бились в агонии внутри огненного кольца. Некоторые пытались вырваться из западни, но тут же сгорали. Если бы кто-нибудь в крепости решил вдруг внимательнее присмотреться к каменным глыбам по ту сторону пламени, то, возможно, смог бы разглядеть, как блики пожара ложатся на лица двух невидимок, неподвижно наблюдавших за ужасным представлением. Никто в крепости не видел этого. Зато далеко за пределами Лихолесья, в безобразных пустошах Мордора, Багровое Око Саурона… заметило их.

***

Леголасу не хватило бы умений, чтобы разжечь огонь, зато он помог Лису раздуть его. Леголас был полон сил, хоть и не умел ими пользоваться. Ему бы хотелось облегчить это испытание для Лиса, ведь тот с самого начала предупреждал, что его сил может оказаться недостаточно для этой затеи. Вот только разделить с ним эту тяжесть он не мог. Лис таял на глазах. Каждая минута этого пожара отнимала его силы. — Леголас… Нам нужно вернуться, — с трудом выговорил он. — Подожди, там ещё остались орки, — в напряжении вглядываясь в руины крепости, бормотал принц. — Нам опасно здесь оставаться… Леголас? — Лис торопливо оглянулся по сторонам: Леголаса нигде не было, только тоненькая ниточка его следа тянулась на юго-восток. — В сторону Мордора, — оцепенело глядя перед собой, проговорил Лис. Как только он ослаб и не смог больше скрывать их присутствие, Саурон утянул к себе того, кому не было места в нематериальном мире. Леголас своим присутствием здесь нарушал негласные законы, установленные в Средиземье — именно поэтому затея была столь опасной и именно поэтому Лис должен вытащить его! Как можно скорее.

***

Глаза остались в Лихолесье, они мирно дремали под веками где-то далеко отсюда, но сейчас Леголасу казалось, что он ослеп. Всё, что он видел сейчас, было покрыто плотной чёрной завесой, похожей на грифельную стружку. Воздух был наполнен жаром, хотя призрак не мог ощущать температуры. Звуки — единственное, что осталось принцу, но и они не давали ему ни малейшего понятия о том, где он оказался. — Лис? — тихо позвал Леголас, надеясь проснуться и увидеть перед собой стены родного дворца. Никто не ответил ему, только приглушённый шум продолжал доноситься издалека. Леголас боялся пошевелиться: всё же это тело было слишком ненадёжным и зыбким, он опасался, что лишнее движение может унести его ещё дальше от дома. «Куда же делся Лис?» — с нарастающей паникой подумал Леголас. В темноте постепенно проступили огненные всполохи. Это был уже не пожар, но что же? Неужели… «Как я мог оказаться здесь? Ведь никогда раньше не видел этого места! Лис говорил, что для перемещения нужно представлять место, куда хочешь попасть…» Это было сейчас совсем не важно, но Леголас пока не мог поверить своему предположению. В самом деле, ведь не мог же он действительно оказаться вдруг над огненной расщелиной Ородруина?! Всё это бред, всё — сон. Где он? Откуда пришёл? Разве было когда-нибудь что-то, кроме этого раскалённого воздуха… Тёмные скалы вокруг кажутся плоскими декорациями. Он не может собраться с мыслями, они разлетаются в разные стороны, как испуганные птицы. Кто он? Как здесь оказался? Да и существует ли вообще? Ничего не осталось, ни клочка, за который можно было бы уцепиться… А над головой всё нарастает гул, сейчас он прольётся на голову струями раскалённого металла, польётся через глаза и уши, заполнит лёгкие… Или нет, ведь нет больше ни глаз, ни лёгких. Нет ничего, кроме огненного Ока, и больше никогда не будет ничего, кроме него…

***

Леголас содрогнулся всем телом и проснулся. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что он дома. Воспоминания тоже вернулись не сразу. «Мы сожгли Дол Гулдур!» — отозвалось в голове приятным чувством победы. В коридоре слышался шум, как будто по нему то и дело спешно пробегали в разные стороны. Леголас поднялся с кровати и выглянул в окно. Уже смеркалось, а уходил он на рассвете, странно, что никто не искал его за это время. «Я не помню, как вернулся… Странно». Принц потёр виски, в теле ощущалась слабость, ему пришлось снова присесть, чтобы переждать приступ головокружения. «Что-то не так. Раньше всё было иначе…» Ход его мыслей прервал стук в дверь — отец хотел его видеть. Леголасу пришлось прервать размышления и отправляться в тронный зал. К удивлению принца, речь шла не о Дол Гулдуре. Вряд ли Трандуил не знал ничего о пожаре (иногда Леголасу это казалось сказкой, но птицы по прежнему верно служили лесному королю, даже спустя тысячи лет). Он нарочно не говорил об этом сыну, и Леголас не посмел проронить ни слова, чтобы не выдать себя. Хотя по правде, ему было очень интересно узнать, что думает об этом отец. — Прибыл гонец из Имладриса… Элронд собирает совет, — в своей обычной неспешной манере проговорил Трандуил, расхаживая по залу и слегка хмуря брови. — Видимо, это действительно важно, раз Владыка Элронд обратился к нам, — кивнул Леголас. Трандуил остановился и плотнее сжал губы. Сложные взаимоотношения эльфийских королей не были секретом для Леголаса, но это никогда не останавливало его. Он говорил, зная, что отец не любит упоминаний об этом, и с интересом наблюдал, как тот менялся в лице, будто желая собрать его эмоции, как коллекцию масок. Вдруг однажды они ему пригодятся? — Ты отправишься в Имладрис. И будешь говорить от лица лесных эльфов. — Да, отец, — покладисто наклонил голову принц, всё же не стоило слишком злить короля, это могло плохо кончиться. Расставаясь со следопытами в Северных пустошах, Леголас знал, что однажды ему предстоит отправиться в Имладрис и, возможно, участвовать в войне против Саурона. Но когда пришло время отправляться в путь, он не почувствовал ни страха, ни волнения, будто всё, что было отпущено ему на целую жизнь, осталось в том полубреду, который он никак не мог вспомнить, сгорело в огне Дол Гулдура.

•••

Лис на бесконечно долгие мгновения замер в свете пожара, это как глубокий вдох перед прыжком в пропасть. Не должен раздумывать тот, кто подверг смертельной (хуже, чем смертельной!) опасности лучшего друга. Не должен раздумывать! Прежде чем кинуться ему на помощь, но… так ли это, если речь идёт о Мордоре? Лис весь напрягся, решаясь, и, не давая себе больше времени на сомнения, кинулся сквозь пространство вперёд, взяв угольно-чёрную башню Барад-дура за ориентир. Тёмная крепость будто упавшая из беззвёздного неба или выросшая из-под земли среди выжженных пустошей. Знакомая картина. Знакомая до каждого камня, каждой трещины в кладке стен. Знакомая настолько, что хочется выть от бессилия. Неужели он сейчас по собственной воле вернулся сюда? Почему не бежит в ужасе прочь? Лучше не искушать себя мыслями об этом, просто делать, что должен. Никто не преграждает ему путь к горе, никому это не нужно. Никто не мешает ему найти среди пламени и дыма бледный призрак Леголаса. Никто не станет останавливать его даже тогда, когда последним усилием он вышвырнет оцепеневшую душу прочь, подальше от Мордора, надеясь, что та вовремя отыщет своё оставленное тело. Это выгодный обмен. Как только призрак Леголаса уносится из раскалённой пещеры, Лис чувствует, как когтистые лапы чужой могущественной воли сжимаются вокруг его ослабевшей фэа. Теперь не вырваться.