Sedum Spathulifolium

Где-то без двадцати десять вечера Гэвин приезжает на место преступления. Снаружи жилого дома офицеры, кажется, пытаются успокоить любопытного прохожего, решившего узнать, что происходит. Идёт дождь, хоть пока Гэвин добирался до места преступления, он немного успокоился. Квартира, которую он ищет в этом здании, находится на втором этаже. Гэвин быстро поднимается по ступенькам. Достаточно очевидно, какая именно квартира ему нужна: она опечатана лентой, и рядом суетятся люди. К удивлению и радости Гэвина, Коннор стоит снаружи, слушая другого офицера с искренним интересом. Его волосы слегка влажные от дождя. Двое заходят внутрь, прежде чем у Гэвина получается заставить свой мозг снова функционировать, чтобы сдвинуться с места. Он торопится нагнать их и почти врезается в Коннора в спешке. — Чёрт, прости… Коннор сразу узнает его и улыбается. — Всё в порядке. — Эм, привет. Рад видеть тебя здесь, Коннор. Куда делся Хэнк? — Здравствуйте, детектив Рид. Хэнк уже спал, когда я получил сообщение о проишествии, так что я пришёл один. Гэвин поднимает бровь. — Детектив Рид? Ты же больше меня так не зовёшь. Коннор разворачивается и двигается дальше внутрь. Гэвин следует за ним, исследуя квартиру, пока они идут. — Мы на месте преступления. Я просто подумал, что формальности были бы к месту. — И что, ты теперь хочешь, чтобы я называл тебя «Детектив Андерсон»? — Называйте меня, как хотите, детектив, — говорит Коннор с улыбкой. Гэвин смеётся. — Правда? Как захочу? Коннор останавливается и смотрит на него незнакомым взглядом. — Я уверен, что мне подойдёт всё, что бы вы не придумали. Это вызов? — Я не куплюсь на это. Должно же быть что-то, что тебя взбесит. Улыбка Коннора превращается в ухмылку. — Сомневаюсь, что ваши прозвища вызовут у меня хоть какую-то реакцию. Вам недостаёт тонкости. Вызов принят. Они продолжают идти. Коннор останавливается в разных местах, чтобы проанализировать по его мнению подозрительные вещи. Гэвин выжидает, размышляя. Начни с малого, а потом двигайся дальше. — Значит, тебе нормально, если я буду назвать тебя Андерсон? — Это приемлемо, — говорит Коннор, заходя в следующую комнату. Жертва лежит на полу. Бледный пластик виднеется в месте разрыва — на животе. — Её тириумовый регулятор насоса был серьёзно повреждён, что вызвало полное отключение. После её передвинули, предположительно убийца. Коннор прижимает пальцы к синей крови, покрывающей её живот. Он облизывает пальцы, диод мигает жёлтым. Гэвин отворачивается, понимая, что пялится. Вместо этого его взгляд переходит от кровавого следа на ковре к большому пятну в прилегающей столовой. — Как насчёт «Девианта». — Тоже подходит. Коннор всё ещё склоняется перед андроидом, а когда Гэвин позволяет себе посмотреть ещё раз, он видит, как кожа на руке Коннора исчезает, когда тот прижимает свою руку к руке жертвы. Признаться честно, наблюдать за этим немного странно. Гэвин знает, что под синтетической кожей Коннор пластиковый. Несколько месяцев назад он даже прямо указывал на это пару раз, но… Видеть это в действительности совсем по-другому. Не обязательно в плохом смысле. Просто… по-другому. — Реактивация невозможна без замены необходимых биокомпонентов, — говорит Коннор, выводя его из раздумий. — От неё мы ничего не добьёмся. Гэвин хмыкает в подтверждение, направляясь в столовую. — Ладно, а как насчёт тупицы? — Немного грубо, но с этим у меня нет проблем. Гэвин останавливается рядом с лужей крови, рядом с ней лежит наполовину сломанный стул. — Кажется, это орудие убийства, — говорит ему Коннор, указывая на упомянутый стул. — Неплохо, засранец. Всё ещё нет реакции. Коннор долго пялится на лужу, его диод желтеет, а он потом двигается дальше. Очевидно, ругательства ему не помогут. Андроид, должно быть, провёл слишком много времени с Хэнком. — Пластиковый хер? — Банально, но в точку. Коннор продолжает исследовать дом, оставляя Гэвина со своими мыслями. Щёки последнего краснеют, когда он понимает, на что намекает Коннор. Он быстро идёт за андроидом, замедляясь, когда догоняет его. — Хитрый ублюдок. Не знал, что ты умеешь делать намёки. Коннор закатывает глаза. — Я самый продвинутый прототип Киберлайф. Мне может и недостаёт социальных навыков, но человеческая биология мне понятна без усилий. — Ауч. Как едко, красавчик. На секунду Коннор выглядит, как будто сейчас улыбнётся, но возвращается к работе прежде, чем это происходит. Что ж, Гэвин точно на правильном пути. — Как насчёт… «детка»? Коннор открывает рот, чтобы ответить, но слова не идут. Гэвин смотрит, как его щёки синеют. На секунду он почти не верит тому, что видит. Неожиданно смешок вырывается из Гэвина. — О мой бог, тебе нравятся ласковые прозвища! — Э… не-нет, не нравятся! Очевидно, это какая-то неисправность… — Не ври! Я знаю, что видел… дорогой. Коннор ещё больше синеет. — Не могу поверить. Ты слишком очарователен. — … ладно. Ты победил. Диод Коннора мигает жёлтым, его идеальные зубы кусают нижнюю губу. Гэвин представляет, как слегка наклонится и поцелует эти губы. Его сердце громко стучит в груди. Какого хрена он об этом подумал? Весь его мир рушится от неожиданного осознания. Ему пиздецки нравится Коннор Упомянутый андроид смотрит на него, диод теперь непрерывно мигает жилтым. Он выглядит, будто хочет что-то спросить. Гэвин паникует и делает единственное, о чем сейчас может подумать. Бежит. — Что… Гэвин, подожди! — зовёт его Коннор. Он знает, что Коннор может с лёгкостью его догнать, но тот не делает этого. Гэвин не уверен, рад он этому факту или нет. Только в машине, вставляя ключ в замок зажигания и убираясь к чёрту с места преступления, он позволяет себе снова думать. Ему нравится Коннор. Ему блять нравится Коннор. Возможно уже какое-то время. Господи, он идиот. А теперь он сбежал от Коннора без видимых причин. Идеально. Когда Гэвин приезжает домой, он падает в постель лицом вниз. Вскоре он чувствует, как его кошка запрыгивает на кровать, громко мяукая. — Знаю, знаю, я грёбанный идиот. А кошка всё громко мяукает. Наверное, хочет, чтобы её погладил или что-то вроде того. Он протягивает руку, и Олли врезается в неё головой. — Что, чёрт возьми, мне делать? — он не спрашивает никого в частности. Олли смотрит на него, будто он тупой, чего он в принципе и заслуживает. Очевидно, вселенная ему не ответит, а сам Гэвин, конечно, ответа не знает. Но что он знает,так это то, что его сердце бьётся быстрее, когда Коннор смеётся, а жизнь его становится немного светлее, когда Коннор улыбается. И, боже, он ведь и правда тупица. Становится поздно. Он разберётся со всем этим дерьмом завтра. Стоп. Завтра. Ему опять придётся столкнуться с Коннором, теперь уже понимая, почему его сердце сходит с ума от одного вида андроида. Всё это закончится плохо.