Любовь Ёкая

Кошмары продолжали преследовать Рю и даже отвары, которые готовил для него Чуя помогали лишь на пару дней, а затем они снова приходили. И каждый раз были неизменным три вещи: огонь, маленький мальчик и хвостатый аякаси. А также голову юноши вновь начали одолевали мысли: он хотел узнать прошлое Чуи. Акутагава помнил, что Мори намекнул ему, что Накахара в прошлом был не так чист как сейчас. А Тацухико говорил, что прошлое в прошлом и нужно жить настоящим. Прошло несколько дней прежде чем Рюноске принял решение. Он попросил Риэ сказать Чуе, что он отправился тренироваться у реки, а сам потомок Расёмона направился во владения паучьего ёкая. *** Огай же всё это время терпеливо ждал, пока его насланные видения во снах Акутагавы дадут результат. И он дождался. Один из его слуг сообщил, что к храму приближается мальчишка Накахары. Услышав это губы мужчины растянулись в довольной улыбке. Акутагаву встретили несколько слуг Мори, а после из храма вышел он сам. Нападать он не собирался, по-крайней мере пока, впрочем, как и сам Рюноске, но все равно был настороже. - Добро пожаловать, Акутагава-кун~, - поприветствовал его ёкай-паук. - что привело тебя в мою скромную обитель? Юноша слегка нахмурился. Как будто этот восьмилапый не знает! - Ответ на вопрос, - сдержанно ответил Страж Аматерасу. - и если солжёшь… Мужчина усмехнулся и жестом пригласил гостя войти. Недоверчиво поглядывая на пауков, но те оставались на месте, позволяя пройти к хозяину. Войдя внутрь, Рю слегка покачал головой, отгоняя воспоминания из детства, когда впервые попал сюда. Нет, не сейчас, у него важное дело! Огай уселся на единственный внутри стул, который был его "троном", оставляя гостя стоять. - Так, что у тебя за вопрос ко мне? - спросил Мори, подперев щёку кулаком. - Ты сказал, что Чуя-сан раньше был другим, и ещё… что ты знаешь, кто напал на мою деревню, - заговорил Акутагава. - я хочу получить ответы на эти вопросы. Ёкай-паук хмыкнул. И начал плести свою паутину. - Накахара раньше был очень… импульсивен, и легко мог впасть в ярость. Поэтому многие из наших предпочитали не связываться с ним. И однажды он почти потерял контроль. Да так, что… сжёг одну из человеческих деревень. От этих слов Рюноске передёрнуло. Впал в ярость и сжёг деревню? Юноша тут же вспомнил: его дом, мать, что кричала от ужаса, в ещё… он помнил жар от пламени. Неужели это…? Нет! Нельзя сразу бросаться обвинениями! - В чём дело? Вспомнил что-то~? - Огая откровенно забавляла реакция этого юнца. Акутагава нахмурился. - Чем ты докажешь, что это не ложь? - спросил он. Мужчина поднялся со своего трона и медленным шагом двинулся в сторону гостя. Остановившись от него в шаге, он протянул руку, от которой Рюноске был готов дёрнуться в сторону. В ответ на это Мори ответил, что Расёмону-сама нечего бояться, он лишь покажет свои воспоминания о том дне. Решив, что сможет в случае чего отбиться, Акутагава позволил Чёрному Пауку прикоснуться к себе. Огай довольный этим, коснулся указательным пальцем лба юноши и велел закрыть глаза. Сперва Рюноске почувствовал лёгкое жжение, но после пришла лёгкость. /// Снова огонь, крики жителей, их попытки спастись от него. И этот смех, жуткий, леденящий душу смех. И к большёму ужасу Акутагавы он узнал голос, который после громко заявил: Жалкие муравьишки! Умрите, умрите! Ахахахаха!! Юноша не хотел верить в то, что увидел, но посреди горящих обломков и трупов стоял Чуя, его дорогой Чуя-сан. Как в том ужасном сне. Вот только теперь вместо того неизвестного хвостатого аякаси был его наставник. Так это из-за него Рю потерял дом и остался сиротой? Нет! Но тогда, зачем он оставил в живых его, когда нашёл среди пепелища? Потехи ради? Или, или… зачем?! \\\ Возвращение в реальность было не из приятных, а уж после увиденного так точно. Парень отступил на пару шагов от Огая, который старательно скрывал торжестующую ухмылку. Видя, добился нужного, он обратился к Акутагаве: - Теперь веришь? Это был он. Рю тяжело дышал, в глазах читались ужас и неверие в только что увиденное. И вместе с тем хотелось бежать, бежать прочь, не только из этого забытого Аматерасу места, но и из леса. Бежать, пока не покинут силы и он не рухнет замертво. Ведь получается, что вся его жизнь, с того самого момента как его нашёл Чуя и приютил у себя… была ложью? И снова тот самый вопрос: зачем Накахара забрал его тогда? Неужели с самого начала знал, что он не человек? Из мыслей его вырвали прикосновение к плечу и голос Огая: - Ты в порядке? Ты побледнел. Рюноске отстранился от хозяина храма и дрожащим голосом произнёс: - Я, мне… мне нужно идти. Мори не стал препятствовать ему и позволил покинуть помещение, смотря ему вслед. И лишь когда гость скрылся в тени леса, Чёрный Паук широко ухмыльнулся и засмеялся. Вот и всё. Теперь лишь вопрос времени, когда Акутагава направит свой клинок на ненавистного теперь кицунэ. *** В себя Рюноске пришёл только у реки, той самой где встретил девчонку, которая усыпила его. Он опустился на колени, зачерпнул немного воды и плеснул себе в лицо, надеясь привести мысли в порядок. Он вновь набрал воды в ладони и взглянул на своё отражение. Неужели это правда? Тот, кто растил его, кто научил его стольким вещам оказался обманщиком и убийцей? Как теперь смотреть ему в глаза, говорить с ним, да просто находиться рядом, и не вспоминать то, с каким удовольствием убивал и сжигал неповинных людей? "Поговори с ним, - шептал голос разума. - сперва узнай ситуацию с его стороны, а потом решай, что делать дальше". А другой голос нашёптывал просто вызвать предателя на бой и пронзить его лживое сердце лезвием клинка. "Он заслужил! За свою ложь, коварство, лицемерие, притворство! За всё!!". Вода утекла сквозь пальцы и парень сжал мокрые руки в кулаки. Что если была причина? А может это всё лишь огромное недоразумение? Да и в конце концов, может Мори обманул его, используя заклинание, а не показав ему свои истинные воспоминания? На эти мысли юноша помотал головой и решил избегать наставника. Не о чем им говорить. *** Чуя заметил перемены в ученике. Тот словно избегал его, стоило лису оказаться рядом, как Рюноске тут же уходил, говоря что отправляется на тренировку или на встречу с Ацуши и Кёкой. Это заметил и Риэ, что видел всё со стороны. И хоть пытался что-то выяснить у своего господина, но тот отмахивался, говоря, что это его дело и он сам разберётся. Ящер поделился с Накахарой своими мыслями, и кицунэ предположил, что произошло что-то, о чём подопечный не желает говорить. Чуя хотел поговорить с ним, ведь они всегда были откровенны друг с другом, но Рю снова оставлял его всякий раз стоило лису приблизиться к нему. Это начало раздражать. И в один из дней Накахара просто схватил юношу за руку и потребовал объяснений. На что Акутагава выдернул руку и произнёс то, от чего у кицунэ сжалось сердце. - Мне не о чем говорить с убийцей! Чуя тогда дёрнулся словно от удара. Глаза Рю пылали гневом и ненавистью, и направлены они были на наставника. - О чем ты, Рю? - спросил Накахара, придя в себя. - Ты не имеешь права так меня называть! - воскликнул темноволосый юноша. - особенно после того что ты сделал! - Рюноске, объясни, в чём дело, я правда не понимаю, - просил старший. - Не понимаешь? Не понимаешь?! Это всё ты! Из-за тебя я остался сиротой! Это ты сжёг мою деревню! Ты убил мою мать! Ты убийца!! И снова, это ужасное чувство, словно его пронзили насквозь. Лицо Чуи окрасилось печалью, и для Рюноске это было лишь подтверждением того, что он тогда увидел. Накахара сделал несколько шагов навстречу ученику и хотел что-то сказать, но Акутагава тут же пресёк это: - Не смей! Не подходи ко мне. Не говори со мной. Убийца. Лжец. Голубые глаза медленно начали наполняться слезами, но это никак не повлияло на потомка Расёмона, хотя раньше он бы тут же подбежал и начал выяснять отчего наставник так печален, попутно вытирая его слёзы. Но не сейчас, и уже, похоже никогда. - Ты злобный аякаси! - прокричал юноша, после чего со всех ног побежал прочь. Прочь от этого места, от этого чудовища, которое скрывалось под маской добродетеля. Оставленный Накахара сперва смотрел вслед своему мальчику и протянул руку, тихим голосом умоляя его вернуться. После опустился на колени и дал волю слезам, прижимая руку к груди, пытаясь унять боль в сердце. Спустя какое-то время он почувствовал, как кто-то поднял его на ноги. Это был Осаму, который был удивлён, что его друг в подобном состоянии. Вопросами по типу "что случилось? тебе плохо?" он ничего не добился, поэтому просто отвёл кицунэ в храм, где усадил за стол, на который поставил две чаши и бутылочку сакэ. "Может это поможет?", - подумал Дазай, разливая напиток по чашкам. Однако Накахара и не подумал прикоснуться к своей, чем вызвал лёгкое недовольство тигриного ёкая. Выпив свою порцию, шатен подошёл к лису, взял его чашку и насильно влил в него содержимое. Рыжий сперва закашлялся, а после начал ругаться на приятеля, мол, какого дьявола он творит?! На что Осаму сказал, что тот наконец пришёл в себя. Накахара моргнул и внезапно осознал, что находиться не на улице, а внутри своего храма. - Ты сидел там и ни на что не реагировал, - сказал Осаму, садясь на своё место. - расскажешь, что случилось? Вспомнив из-за чего он впал в такое состояние, Чуя снова принял печальный вид, и спустя несколько секунд заговорил: - Рю. Он сказал, сказал… что я лжец и убийца. Осаму моргнул и снова наполнил их чаши сакэ, попутно спросил с чего это мальчишка это сказал. И Чуе рассказал ему, как так случилось. Выслушав друга, шатен нахмурился. - Но ты сам прекрасно знаешь, что это ложь, - сказал он. - почему ты не объяснил ему? - Он меня и слушать не желает, - ответил кицунэ, уставившись на своё отражение в чашке. - И что теперь? Ты просто сдашься, не попытавшись даже поговорить с ним? Весь вид так и говорил, что Накахара собирается именно так и поступить. Осаму пробубнил что-то вроде "вот дурак", и встал из-за стола. Спустя несколько секунд, он покинул лисий храм. *** Два дня Акутагава не возвращался домой. Но он и не остался у Осаму и Ацуши. Как оказалось, он проводил время всё у той же реки, а когда кто-то приходил то парень прятался среди деревьев. Ни хотелось никого видеть, особенно Чую. Рюноске так и не решил, что следует делать дальше: переступить через себя и поговорить с кицунэ или же отомстить ему за то, что он сделал? Был конечно ещё один вариант: покинуть лес и стать странником. Шибусава ведь отсутствовал много лет и ничего не случилось, а ведь он тоже Страж Аматерасу. Но Рю не рассматривал его, посчитав, что это жалкое бегство, а он не собирался сбегать от проблемы. Нужно было решить её, раз и навсегда. *** Чуя следующие два дня не вылезал из их с Рюноске комнаты, лежал на футоне и вспоминал те слова, что сказал ему юноша. Вместе с тем перед глазами мелькали картины того ужасного дня: огонь, что пожирал ветхие лачуги и людей. Но Чуя совсем не хотел этого! Это была ужасная случайность! Но как объяснить это Рю, если тот уже всё решил для себя и не желает его слушать? Однако, не понятно, откуда он мог узнать? О том происшествии знали только сам Накахара, Осаму и… Тут рыжеволосый резко сел на футоне, а лицо его исказилось от злости. - Ах ты мерзкое членистоногое! - прорычал кицунэ. Чуя откинул одеяло, вскочил на ноги и быстрым шагом направился к выходу из храма. Встретив по пути Ичиё, Накахара сказал, что пока его нет она за главную. Лисичка почувствовала исходящую от хозяина злость, поэтому лишь согласилась, не желая попасть под горячую руку. Кицунэ направился в Тёмный лис. Он всю душу выцарапает из этого ублюдка! *** Дазай нашёл Рюноске как раз тогда, когда тот прятался от чужих глаз. Шатен огляделся вокруг, но нюх тигра подсказал, что здесь кто-то есть. - Выходи! - громко произнёс он. - я знаю, что ты здесь! Выйди, поговорить нужно! Акутагава мысленно проклял животный нюх отца своего друга, но всё-таки показался, выйдя из-за деревьев. Осаму раздражённо выдохнул: - Как дети малые, что ты, что Чуя. Имя наставника в этот раз неприятно резануло по ушам и он презрительно поморщился. - Чего лицо кривишь? - спросил Дазай, подойдя к брюнету. - ты не представляешь, как обидел его. - Чего? Обидел? - Рюноске был в шоке. - о чём вы говорите, Дазай-сан? Вы, что, защищаете его?! Да вы хоть знаете, что он сделал?! - Знаю! - рявкнул тигриный ёкай и схватил парня за плечи. - знаю, а вот откуда узнал ты, у меня вопрос! Это Мори тебе рассказал?! Отвечай, он рассказал!? Потомок Расёмона чуть дёрнулся от такого напора, но не струсил и ответил старшему: - Да! Он показал мне что натворил этот монстр! Я видел, как он сжёг мою деревню и убил всех жителей, и мою мать тоже! Осаму нахмурился и что-то прошипел себе под нос. После чего убрал руки с плеч мальчишки и зарядил тому смачную пощёчину. Акутагава в шоке прижал руку к щеке, а затем уставился на Дазая. Это ещё за что было? Осаму же гневно смотрел на потомка Расёмона. Этот, этот паршивец поверил Мори, который только и делал, что хотел навредить ему, а Чую, который его вырастил и научил всему, нет? Что за бред?! - Ты, ты просто… идиот!! - снова рявкнул Дазай и достал из ножен катану. Он замахнулся на юношу, но тот молниеносно вытащил свой клинок и блокировал атаку. Карие глаза в гневе уставились в серые. Снова выпад со стороны Осаму, а Рю защищается. Лязг металла разнёсся над местностью. - Прекратите! - воскликнул Акутагава, переходя в наступление. - Нет, пока у тебя мозги на место не встанут, неблагодарный щенок! - ответил тигр-ёкай, блокируя удар. - какого дьявола ты не поговорил с ним?! Почему поверил Мори!? С каждым сказанным словом удары становились сильнее, или так казалось Акутагаве? А Дазай всё наступал и наступал, выжидая, когда подопечный Накахары оступиться или же совершит рывок. В итоге Рю совершил ошибку: отскочил назад, собираясь рвануть к Осаму, но тот тут же оказался перед ним. Темноволосый Страж Аматерасу не успел отразить атаку, и почувствовал боль в области груди, а после его пинком отправили на землю. Акутагава тут же опустил голову и увидел длинную едва начавшую кровоточить полосу вдоль груди. Эта была не смертельная рана, но её всё равно нужно было обработать. Дазай тем временем отбросил катану в сторону и в несколько шагов пересёк расстояние между ним и противником. Тигриный ёкай схватил юношу за ворот одежды и дёрнул на себя, заставляя того подняться на ноги. Снова пощёчина, за ней ещё одна, после чего шатен резко встряхнул юношу, словно пытался привести его в чувство, впрочем, так и было. - Ты смотри какой гордый! Говорить он не хочет! - высказывал Осаму всё в лицо Рюноске. - не хочет узнать как всё на самом деле было, и поверил ублюдку, из-за которого всё и случилось! Рю округлил глаза, не понимая о чём говорит старший. - Что глазёнки вылупил?! Не знал, да?! Не знал, что Огай тоже в этом замешан?! А узнал, если бы не вёл себя как обиженная девчонка, а сел и поговорил с Чуей! Осаму продолжал кричать на подопечного Накахары, доказывая, что Рюноске совершил огромную ошибку и причинил Чуе большую боль, назвав чудовищем. Ведь он сам видел, как было всё на самом деле. И главное: он видел, как Накахара сожалел о случившемся и винил себя. А Рюноске он считал шансом на искупление, хотя Дазай сотню раз говорил, что его вины нет. Наконец шатен отпустил мальчишку, после чего отдышался, давно он не чувствовал такой злости. Когда шатен успокоился, он рукой указал в сторону лисьего храма и строго произнёс: - К нему. Вы сядите и поговорите. Акутагава поднялся на ноги. Он всё ещё находился в небольшой прострации от новых подробностей в этом случае, но точно понял: ему не всё рассказали, а может и вовсе ввели в заблуждение. Юноша шагом направился домой, но тут же услышал громкое и недовольное: - Бегом!!! Это заставило его перейти с шага на бег. В голове роились сотни мыслей, но их все прогнала одна единственная, которая была одним из вариантов ранее: "Я должен поговорить с ним!". *** Слуги Мори чувствовали, что к ним приближается нечто опасное. И были правы, потому как на их территорию зашёл разозлённый как чёрт Накахара и готов был сжечь всё, что попадётся ему на глаза: пауков Огая, ветхий храм, который и храмом-то не назовёшь, и самого ёкая. Самого мужчины в храме не оказалось. Тогда Чуя схватил девчонку, которая сидела на "троне" вместо него. - Где он? - спросил лис, едва сдерживая рык. На кукольном личике не дрогнул ни единый мускул, и она спокойно произнесла: - Сзади. Рыжеволосый моргнул, и тут же его опутала липкая паутина. Он против воли отпустил девочку, и та быстро выбежала из помещения. Накахара сперва по привычке принялся дёргать руками, но лишь сильнее увязал в этой мерзости. Тогда он сделал вдох и выдох, после чего немного успокоился и призвал огонь, который быстро избавил его от пут. Обернувшись, он увидел Огая, который стоял на месте, словно ждал, когда "гость" сделает первый шаг. С приветливой улыбкой на губах, мужчина произнёс: - Здравствуй, Чуя-кун. С чем пожаловал? Лис зарычал в ответ: - Как будто не знаешь, мерзавец! Ты его обманул! Огай моргнул и состроил удивление на лице, мол, "о чём это ты?", чем сильнее разозлил Накахару. - Ты прекрасно знаешь о чём я! Вот только ты забыл рассказать причину случившегося! - Рааазве~? - издевательски протянул Мори. - а по-моему всё так и было. Это ты сжёг ту деревеньку~. - Из-за тебя! Я целился в тебя! - Но промахнулся! И по твоей вине умерли те люди~. Рыжеволосый вытянул руку. В ней образовался небольшой огненный шар, который полетел в Чёрного Паука. Однако тот увернулся, и огонь настиг одного из пауков, что громко зашипел, упал на землю и принялся кататься по ней, в надежде потушить огонь. Но не прошло и несколько секунд, как насекомое затихло и сгорело дотла. Чуя тяжело дышал, успокоиться не получалось, злость и гнев медленно забирали контроль. Огай же усмехнулся и снова заговорил: - Вот видишь. Целился в меня, а убил одного из моих слуг. Тоже из-за меня? - Да!! - рявкнул Накахара. - Просто признай наконец, что тебе нравится сжигать всё, что стоит на твоём пути! - Мори насмехался над кицунэ. - и в прошлый раз не я был твоей целью, а люди! А я просто стал удачной отговоркой, признай же, Чуя-кун!! Голубые глаза от гнева окрасили в кроваво-красный цвет, что говорило о крайней степени ярости. Совсем как в тот раз. Вот только здесь он не навредит никому, кроме этой восьмилапой твари и его слуг. Накахара кинулся на Мори, но тот отпрыгнул назад. Однако, Чу предвидел это и метнул огненный шар, который настиг Чёрного Паука, стоило тому коснуться земли. Огай зашипел от боли, но быстро погасил огонь при помощи паутины. "Остануться ожоги", - подумал мужчина, готовясь к новой атаке. Девятихвостый не заставил себя ждать и рванул к паучьему ёкаю. Но тот натравил на лиса своих слуг, выигрывая время и убегая с поля боя. - А ну вернись! Трусливая тварь!! - услышал он вслед угрозу от Накахары. Дальше нужно было лишь заманить кицунэ в нужное место, а дальше он сделает всё сам. *** Юкичи не знал, что делать. После того случая с мальчишкой, Огай стал медленно, но верно погружаться во тьму. Серебряный Волк старался быть рядом, поддержать, но это не помогло. Окончательной точкой невозврата стал тот день, когда несколько деревенских пришли на их территорию с оружием и разгромили храм Огая и убили его Сайо, его Стража, который был паучьему ёкаю как старший брат. Брюнет убивался по нему и сгоревшему дому. Фукузава пытался просить помощи у Аматерасу, ведь люди пришли в их лес и уничтожили один из храмов и Стража Огая. Но верховная богиня ничего не сделала, сославшись на то, что она вмешивается лишь в тех случаях, когда нарушается равновесие между миром людей и духов. - Разве это недостаточная причина!? - негодовал тогда Юкичи. - они причинили боль Огаю. Он ведь Ваше дитя, госпожа! Так почему?! Но божество не ответило, лишь велело ступать прочь. Узнавший об этом Мори разочаровался в богине и стал отшельником. А после вовсе начал разорять деревни и убивать людей. Другие ёкаи осуждали его, но не вмешивались. Фукузава до конца пытался спасти своего друга от тёмного пути, но не смог. Напоминанием о том, что он не смог, стал шрам на груди, который ему оставил Огай в их последнюю встречу. С того самого дня Юкичи больше не искал встреч ним. *** Рюноске бежал изо всех сил, но вернувшись в храм не обнаружил там наставника. Тогда он спросил у Риэ и Ичиё, куда ушёл Чуя. Лисичка ответила, что не знает, и добавила, что девятихвостый был очень зол прежде чем покинул храм. Потребовалось несколько секунд, прежде чем Акутагава понял, куда, вернее к кому направился Накахара. - Я должен его остановить, - сказал потомок Расёмона. Но только он собирался направится в Тёмный Лес, он услышал громкое карканье позади. Обернувшись, он увидел белого ворона, что сидел на крыше храма и смотрел прямо на него. Моргнув, Рю с сомнением в голосе обратился к птице: - Шибусава-сан? Ворон снова каркнул, взлетел с насиженного места и приземлился уже на верхушке дерева. И снова громкое "кар!". - Вы знаете, где Чуя-сан? - спросил Рюноске. Птица кивнула, снова взлетела, но на этот раз направилась к границе их леса. Акутагава правильно понял это действие и помчался за тэнгу-карасу. Главным сейчас было успеть остановить Чую от совершения ошибки, которая может стоить ему жизни! *** Накахара настиг Чёрного Паука у реки, и снова выпустил огненный шар, но лишь слегка задел противника. - Ха-ха! Только и можешь что огнём "плеваться", Чуя-кун? - рассмеялся Огай. В ответ на это кицунэ вытащил из ножен катану и рванул к нему. Мужчина продолжил уворачиваться, а в атаку пустил свои паучьи лапы, и плевался ядом. Чуя бы перерубил эти чёртовы лапы, но они казалось сделаны из той же стали, что и его оружие. - Как думаешь, как скоро он придёт, чтобы отомстить тебе? - продолжил насмехаться над ним Огай. - или может проявит милосердие и убьёт тебя во сне? А, Чуя-кун~? В ответ на это кицунэ зарычал и отразив атаку, замахнулся катаной и молниеносно отсёк одну из лап Чёрного Паука. Тот вскрикнул от боли, но в долгу не остался, и пронзил плечо противника другой лапкой. Кицунэ поморщился от боли, но не собирался отступать, и кулаком ударил лицо паучьего ёкая, после чего отпрыгнул от него, снова призывая огонь. Мори кряхтел от боли из-за потерянной конечности, но внезапно ухмыльнулся, словно что-то понял. Над ними громкая каркая пролетел белый ворон, но Накахара не обратил на него внимания. В Мори полетел огонь, и в этот момент он услышал громкое и знакомое: - Чуя-сан!! Огай отпрыгнул от летящей в него атаки, открывая взору девятихвостого на того, кто позвал его. Кицунэ в ужасе осознал, что сделал, увидев в кого летит огненный шар. Он летел прямо в Рюноске. Чуя успел лишь выкрикнуть: - Нет!!