Встреча в переулке

      Я нашёл твой рюкзак.       WW       Питер Паркер.       WW       Отличник.       WW       Хочешь его забрать?       WW              И Питер конечно же приходит. Приходит дёрганный. Немного испуганный тем, что какой-то отброс (что заставляет его извиваться в конвульсиях экстаза), знает его имя, знает о нём больше, чем положено.       — Пул…       — Уэйд Уилсон.       — Ч-что?       — Уэйд Уилсон — это моё имя. Так ведь будет честно?       Питер не знает, что и ответить. Он делает шаг навстречу к Уэйду, медленно поднимает его маску, обнажая чужие губы, и задрав таким же образом свою — целует Пула.       — Я тоже рад познакомиться, — урчит Уэйд, сжимая задницу Питера. — Но чтобы забрать рюкзак, его придётся отработать. Ты ведь свободен?       Питер кивает, упираясь руками в грудь Уэйда, пытаясь переосмыслить новую информацию. Ведь Пул не врёт? В этом же нет смысла? Мысли Паучка прерываются в то мгновение, когда Уэйд стаскивает с себя штаны. А под ними он совершенно голый.       — Новый уровень? — с нервным смешком произносит Питер и почему-то не может оторвать взгляда от органа Пула. — Я должен?.. — он сглатывает, а Уэйд заливается смехом.       — Хотел бы я видеть твоё лицо без маски в этот момент.       Питер инстинктивно тянется к лицу. Маска на месте.       — Иди ко мне на колени, — падая на диван произносит Уэйд.       Питер мешкается. По всем канонам порно и всем рассказам, что Питер успел посмотреть и прочитать, Уэйд давно должен был его трахнуть. И Паучок этого хотел. Он хотел Уэйда. Ему было плевать на его безобразные шрамы по всему телу, плевать на то, что он, скорее всего, по другую сторону баррикад. Просто, какая разница? Кажется, он влюбился. Влюбился во встречи полные похоти и желания. Это омерзительно и от этого невозможно оторваться. И Питер послушен, словно щенок лабрадора. Бежит за Уэйдом. «Похвали меня! Похвали меня!» — виляет он хвостом, преданно заглядывая в глаза наёмника, и это жутко несправедливо.       — Иду, — отзывается Питер и в момент, когда Уэйд поднимает руки, Паучок выпускает паутину, связывая их. Удивленный, не меньше Пула, что сделал это, — но сегодня всё будет по моим правилам. — Сердце бешено бьётся, моська наёмника расплывается в улыбке, а Питер надеется только на то, что голос его в этот момент звучал не пискляво.       «Я сделал это? Я сделал это! Я сделал это».       Питер видит, как Уэйд хочет сказать что-то едкое, что-то пошлое и прежде, чем его рот открывается, он выпускает паутину. В голове звучит очередное победное: «Я сделал это».       Уэйд заносит связанные руки за голову, словно говоря: «Хорошо-хорошо, ты победил». И раздвигает ноги чуть шире. Да, в этот момент Питер понимает чувства Пула, понимает его желание увидеть то, что спрятано под маской.       Паучок делает шаг вперёд, самый трудный шаг. До этого казалось, что его ноги приклеены к полу.        «Не облажайся. Пожалуйста, только не облажайся».       Питер падает на колени Уэйда, на мгновенье замирая, и сталкиваясь с Пулом взглядом. Он заполучил власть, но не знает, что с ней делать. Как себя вести? Уэйд бы точно придумал что-то жутко неловкое. Он всегда вел себя раскрепощённо, словно жизнь готовила его к одному большому секс-марафону.       «Не облажайся».       Питер касается губами шеи Уэйда.       «Не облажайся».       Медленно проводит по ней языком, а после кусает за жилку. Уэйд шумно выдыхает.       «Не облажайся».       Он оставляет след своего присутствия на шее наёмника, так же, как это делал этот паршивец.       «Не облажайся».       И ещё один.       «Не облажайся».       И ещё.       «Не облажайся».       Он может делать всё что захочет. И Питер хочет, чтобы во взгляде Уэйда перестала читаться насмешка.       Питер опускается ниже. Через костюм касается зубами сосков Уэйда. И тот поддаётся ему навстречу, проглатывая стон и запрокидывая голову назад.       Стояк Уэйда упирается Паучку в зад, и Питер специально, двигает пятой точкой активней. Он кусает Уэйда через костюм, снова и снова. Как-то нелепо целует, проводит по ткани языком, даже не думая о том, в каких передрягах она побывала. Он словно один большой возбужденный нерв. И его стояк, неудобно упирается в эластичную ткань костюма.       Питер опускается ниже до тех пор, пока полностью не слезает с Пула и не оказывается на полу. Он обхватывает бёдра наёмника и кусает его за внутреннюю часть бедра. И он получает желаемую реакцию. Уэйд вздрагивает всем телом, кляп из паутины, поглощает его стон и Питер усмехается одними губами, глядя на Пула снизу вверх, зная, что тот не пропустит подобный жест.       И внезапно для Питера — Пул отвечает. Он чуть толкает Питера ногой, а после ступнёй надавливает на пах парня, теперь настала его очередь вздрогнуть и издать громкий стон, который при любом желании Паучок просто бы не смог подавить. А Пул продолжает давить. Пальцами сжимая ткань, и надавливая, двигая ногой по кругу и обратно, до тех пор, пока Питер не умоляет его прекратить.       Пул указывает на свои руки и Питер пристыженно повинуется. Его лицо покрыто румянцем и потом. Он освобождает Уэйда и тот притягивает Паучка к себе, прижимая его к груди и проникая языком в его рот.       По телу Питера пробегают мурашки.       Уэйд целует жадно. Кусает Паркера за губы, кусает его язык. Целует глубоко. Прерывает и возобновляет его снова, а после приспускает с Питера штаны, обхватывая его член и заставляет Паучка выкрикнуть его имя.       Ох, что за картина. Уэйд не может не насладиться податливостью Питера. Его тело отзывчиво. Коснись его и вот — волна дрожи и стон. Снова. Снова и снова.       — Посмотри вниз, — хрипит Уэйд, — Дай свою руку.       И Питер опускает взгляд, и протягивает руку. Уэйд обхватывает её и зажимает в руке Паркера сразу два члена.       — Вместе?       — Д-да, — выдыхая, произносит Питер.       И им нужно не больше тридцати секунд, чтобы залить диван тёплой спермой и обмякнуть в руках друг друга. А после просидеть без движения минут десять, приходя в себя и собираясь с мыслями.