Другой Моргот.

      Мелькор быстрым шагом шёл по ночному Валинору. Он роздал приказы в крепости и вернулся за Майроном, но нигде его не застал. А зная о трудолюбии объекта своего интереса, можно попытать удачи в кузне. Но как на зло в кузнях не было ни души. Тягостные мысли начинали прокрадываться в голову тёмного вала и отравлять разум. Мелькор направился к кабинету Ауле и увидел слабый свет, льющийся из замочной скважины.        - Есть кто? - спросил он, но ответа не последовало.       Мелькор отошёл на два шага и с разбегу пнул дверь ногой. Замок, скованный самим Ауле был сломан. Но беззаботность Мелькора, как и лёгкая улыбка, пропали. Тёмные брови нахмурились. И Мелькор подумал, что разум обманывает его, но нет. Из-под алой тряпицы виделась рука... И рыжая прядь...       Мелькор подошёл ближе и тронул подрагивающие в судороге пальцы. Он не мог признаться самому себе, что он боится, откинув ткань, увидеть Майрона. Мелькор медленно потянул тряпицу.       - Майрон? - тёмный вала на время зажмурился. - Майрон, ты слышишь меня?        Никакой реакции. Лишь слезы на щеках. Лицо Майрона ничего не выражало. Мелькора волновали дорожки густой крови из носа и рта. Майа тяжело вздохнул и слезы вновь полились из глаз. Кровь вновь хлынула по сухим бороздкам.       Неужели отравил? Похоже на то, что Ауле использовал какой-то отвар, призванный обездвиживать. Такие лекарства применяют к взбесившимся безумцам, которые могут себе навредить. Но если это выпьет здоровый...        - Майрон, не плачь, слышишь? Будет только хуже.       Мелькор снял свой плащ и, приподняв беспомощного Майрона, укутал его. Сдерживая праведный гнев, Мелькор подошёл к окну и шагнул в ночное небо.

***

      В голове сильно гудело, но ужасные мысли не могли покинуть Майрона. Больше всего беспокоил вопрос: "Что теперь? Кому он, Майрон, опороченный и отвергнутый майа, нужен?". От собственного ответа закололо в сердце - никому. Так может просто не открывать глаза? Забыться тяжёлым сном навсегда? Нет. Никто не позволит.        Майрон все же разлепил веки и обнаружил, что лежит на просторной мягкой кровати, закутанный в тёплое одеяло. Вся комната была окутана полумраком, но не липким и неприятным, а уютным. И ещё Майрон точно помнил, что был без одежды, а теперь на нем мягкая серая сорочка.       - Мелькор, твой мальчик проснулся! - прошептал знакомый голос. "Вилрес" - вспомнил Майрон.        - Мель... Кор... - протянул майа пересохшими губами.        Вдалеке зашуршали бумаги, и через несколько секунд кровать прогнулась. Майрон увидел знакомое лицо.        - Майрон... Все хорошо. Как себя чувствуешь?        - Нормально.        - Вилли, выйди.        Вилрес вышел, оставив валу и майа наедине. Мелькор приподнял Майрона и проставил к его губам стакан. Но жидкость полилась мимо.        - Май... Это вода, просто вода, - Мелькор демонстративно отпил из стакана, после чего вернул его Майрону. Тот немного отпил и, закашлявшись, вернул его вала.        - Зачем, Мелькор? - неожиданно прозвучало с хрипотцой. - Почему ты не дал мне умереть, а забрал сюда?        Вопрос ввёл в ступор тёмного вала. Он в принципе опасался сказать майа что-то не то и сделать ещё хуже.        - Ауле сказал, что ты мешал Эру создать меня... И поэтому я порочен.        - Да, это правда. Но ты ли порочен? Вспомни моего брата, вспомни остальных валар, таких надменных, таких фальшивых в своих эмоциях и чувствах. Говоришь с ними, а на лицах у них фальшивые улыбки и голос, готовый помочь, а на самом деле это проявление некого этикета. Потому что положено, а не потому что они хотят что-то сделать.       Мелькор взял мозолистую руку Майрона и погладил её большим пальцем.        - Мелькор... Но то, что произошло... Я теперь никому не буду нужен. Я должен был сопротивляться.        - Майрон, ты ничего не мог сделать. Он опоил тебя обездвиживающим отваром. Если бы ты активно сопротивлялся, ты бы умер. У тебя густая кровь носом шла, помнишь? И почему же ты думаешь, что никому не нужен? Ты нужен мне.        - Тебе?! - истерично вскрикнул Майрон.        - Мне, Майрон. Мне не нужен очередной слуга, который будет ползать передо мной, как муха! Мне нужен ученик, которого я могу научить быть подобным валар, быть свободным, а не заставлять его занимать свое время ковкой пуговиц и тому подобным!        - Мелькор, послушай...        - Нет! Это ты послушай! Прошу, согласись стать моим учеником! Я не хочу, чтобы тебя заставляли тратить свой талант на всякую ерунду!        " Мне некуда идти, - подумал Майрон, - но если я ещё кому-то нужен то..."        - Хорошо, Мелькор.        Майрон впервые видел такие эмоции на лице у вала. Лёгкая улыбка, которая ничему не поучает.        - Майрон, мы начнём, когда ты поправишься, а пока Вилли за тобой присмотрит.

***

      Несколько дней Майрон провел в постели. Вилрес часто заходил к нему и сидел рядом, с энтузиазмом рассказывая разные сказки и истории. Мелькор же заходил перед сном и разговаривал с майа, держал его за руку, рассказывал про создание Арды, спрашивал о самочувствии.

***

       Майа стоял у окна и смотрел на то, как странные существа внизу ходили, разговаривали, играли с огромными волками. И все это было так беззаботно, будто крепостью командовал не тёмный вала, которого отвергают в Валиноре, а какой-то добрый волшебник.        - Уже проснулся, Майрон? - раздался голос Мелькора.        - Да.        - Хорошо. Одевайся - и вала протянул Майрону свёрток.        Это оказались тёплые штаны, рубашка и шерстяная верхняя туника. Сапоги стояли у кровати.       Весь день Мелькор водил его по крепости, показывал залы, комнаты, подсобные помещения, орчьи квартиры и тому подобное. Потом Мелькор пытался научить Майрона читать на чёрном наречии, но с первого раза у майа ничего, конечно, не получилось.        Орки оказались не такими, какими их описывали в Валиноре это были разумные, но что самое интересное - прекрасные существа, хоть и несколько... необычные. Они были низкого роста, широкоплечие, со смуглой или серой кожей; на лицах у них отсутствовали волосы, но голову покрывали копны волос. Уши у них странно, но красиво были проколоты и увешаны серьгами, соединёнными меж собой цепочками. Улыбки у них напоминали оскал из-за клыков и частых зубов.        - Мелькор, они совсем не такие, как рассказывали в Валиноре.        -Скорее всего, - отвечал вала, - вам рассказывали о диких орках, которые обезумели и почти потеряли разум. Их тела деформировались, стали уродливыми. Дикие Орки уже не помнят, какими были эльфами, не помнят своих эльфийских имён. Они живут всего несколько десятков лет и погибают. А эти создания живут по несколько сотен лет. Они могут творить, думать, испытывать высокие чувства, заводить семьи.        Они вышли в какой-то дворик и присели на лавочку. Это был маленький сад, закрытый от посторонних глаз. Не как у Йаванны, но очень чистый и ухоженный. Орк, копающийся в кустах, снял садовые перчатки, подошёл к лавке и плюхнулся рядом с Мелькором.        - Люблю, когда красиво,- тихо проговорил орк.        Майрон промолчал. В Валиноре за такое хамство могло последовать наказание, но Мелькор лишь улыбнулся.       Втроём поздним вечером на скамейке сидели вала, майа и орк...