Слёзы Лимба: Книга вторая

«— Призрак, сэр, — ответил он, — не что иное, как иллюзия зрения.»

Джеймс Джойс, "Улисс"

Декабрь, 1927 год

Над домом Елизаветы повисла густая, золотистая дымка, словно кто-то разлил в воздухе жидкий мед. Солнечные лучи пробивались сквозь нее, окрашивая окружающий мир в теплые, янтарные тона. Но внезапно налетел пронизывающий ветер, разорвал эту иллюзию тепла и разнес дымку по окрестностям, резко ухудшив видимость. Эрван и его люди залегли в неглубокой ложбине неподалеку от дома. Укрытие было не самым лучшим — вокруг расстилалась голая, заснеженная равнина, лишь изредка вздымались небольшие холмы. Эрван сфотографировал машину Джорджа на миниатюрный цифровой фотоаппарат, уделив особое внимание номерному знаку, и приник к окуляру снайперской винтовки. Его люди, утопая по колено в снегу, молча наблюдали за домом, держа наготове автоматы. Напряженное ожидание нарушила вибрация рации в кармане Эрвана. — Алексей, есть новости? — спросил он охрипшим голосом, прижимая рацию к уху. На его лице, все еще сохранившем юношескую привлекательность, проступили морщинки. Противоречивое сочетание молодости и усталости делало его возраст неуловимым. — Они в доме, разговаривают, — доложил Алексей. — Подозрительной активности не замечено, но прибор фиксирует высокий энергетический фон. Температура в доме резко упала. Возможно, объект там. — Не исключено, — Эрван прищурился, вглядываясь в окна дома. — Наша задача — выманить его наружу. Действуем аккуратно, без лишнего шума. Жертвы нам не нужны. Продолжай наблюдение. Конец связи. Эрван убрал рацию и погладил пальцами золотую эмблему «Исида», пришитую к рукаву его куртки. Он снова прильнул к прицелу винтовки, продолжая наблюдать. — Черт, погода портится, — проворчал один из солдат, указывая на темную тучу, нависшую над горизонтом. — Плохо, — Эрван нахмурился. — Надеюсь, мы успеем до бури. Другого шанса не будет. Рация снова ожила. — Алексей? — Я подслушал их разговор. Похоже, они собираются на болота. К сгоревшему охотничьему домику. — Я знаю это место, — Эрван облизал потрескавшиеся губы. — Там соленое озеро и гейзеры. Что они там забыли? — Не говорят. — Следи за ними, пока не уедут. Дальше мы сами справимся. Конец связи. Через несколько минут Джордж и Лиза вышли из дома. Они были легко одеты для такой погоды, но Эрван не удивился. Возле болот, нагретых подземными источниками, всегда было тепло. Джордж помог Лизе сесть в машину, завел мотор, и они выехали со двора. — Объект выехал, — Эрван взял рацию. — Алексей, двигайся к нашей машине. — Выполняю! Эрван и его люди бросились к своему внедорожнику, припаркованному за соседним домом. Эрван сел за руль и резко нажал на газ. Внедорожник рванул вперед, снег хлестал по лобовому стеклу, словно огромные белые лапы пытались остановить их. Вскоре они увидели машину Джорджа. Эрван снизил скорость, чтобы не привлекать внимания. Тёмная туча надвигалась быстрее, чем он рассчитывал. Если их настигнет буря, они рискуют потерять Джорджа и Лизу. Эрван прибавил газ, стараясь не отставать. Он не мог допустить провала. Слишком многое было поставлено на карту.

***

Грязные стены, испещрённые тёмными потёками, уже не казались Ричи чем-то необычным. Он равнодушно скользил по ним взглядом, не пытаясь представить, как они выглядели раньше. Воздух пропитался запахом сырости и гнили, от которого слезились глаза. На полу появились лужи маслянистой, мутной жидкости, просачивающейся из трещин в стенах. Ричи показалось, что дом старел прямо на глазах, обнажая все признаки своего запустения. Он направился к коридору на верхнем этаже, где недавно видел Марию. Ему не хотелось вновь встретиться с ней, он боялся, что это место в любой момент может превратиться обратно в больницу, и его снова запрут в тесной палате. Но он все же решил найти женщину. Поднимаясь по лестнице, Ричи услышал резкий хлопок и протяжное шипение. Он отскочил в сторону как раз в тот момент, когда из стены хлынул поток ржавой воды. Водяной каскад с рёвом обрушился вниз, увлекая за собой инвалидную коляску. Коляска кувыркалась на ступеньках, разваливаясь на части, пока не исчезла в бурлящем потоке. Лампа под потолком взорвалась с оглушительным треском, осыпав все вокруг дождём искр. Ричи провел рукой по влажным волосам и осторожно двинулся вперед, обходя поток воды. Путь вниз был отрезан. Ему нужно было как можно скорее найти Марию и другой спуск на первый этаж. Но его ждало новое испытание. Пол перед ним раскололся надвое, образуя зияющую пропасть. Ричи услышал, как мебель с грохотом проваливается в эту трещину. Он отступил назад, разбежался и прыгнул. Но ему не хватило совсем немного. Ноги соскользнули, и он повис над пропастью, ухватившись за металлический прут, торчащий из бетона. Кусок пола, за который он держался, начал крошиться. Ричи, превозмогая боль в руках, подтянулся и перевалился на другую сторону. — Что за чертовщина?! — прошептал он, оглядываясь по сторонам. Он начал лихорадочно обыскивать комнаты, надеясь отыскать Марию. Страх за женщину гонял его по разрушающемуся зданию. Наконец, он нашел ее в одном из кабинетов. Мария сидела на кровати, застыв в неподвижной позе. Ее бледная кожа блестела, словно воск. Ричи, с трудом подавляя дрожь в ногах, подошел к ней. Он старался сохранять спокойствие, но внутри у него все сжималось от ужаса. Раньше все эти странные события были похожи на сон, из которого он всегда просыпался. Но сейчас все было по-другому. Ричи не видел выхода из этого кошмара. Впервые он почувствовал отчаяние, которое холодной кислотой разъедало его изнутри. Ричи коснулся руки Марии, пытаясь вывести ее из оцепенения. Но она не реагировала, ее взгляд был пустым, а тело — неподвижным. Он сел рядом с ней на колени, потряс за плечо, но безрезультатно. С разочарованием Ричи оглянулся и понял, что привлекло внимание Марии. Напротив нее, в кресле, сидел человек. Вернее, то, что от него осталось. Скелет в больничном халате, с расхлябанной челюстью и клочьями седых волос на черепе. Ричи сразу узнал доктора Аддерли, своего лечащего врача. Его тело, изъеденное червями, представляло собой ужасное зрелище. Ричи отвернулся от трупа и снова посмотрел на Марию. — Послушайте, нам нужно уходить! — в его голосе послышалась паника. — Здание разрушается! Мы погибнем, если останемся здесь! Он вздрогнул, услышав грохот обрушивающейся стены в соседней комнате. — Прошу вас, не заставляйте меня бросать вас! — взмолился он, пытаясь поднять ее с пола. Но Мария резко ударила его по лицу и снова застыла. — Хорошо, — прошипел Ричи, потирая покрасневшую щеку. — Решайте сами. Я ухожу. У вас есть шанс пойти со мной. Я буду ждать на первом этаже, у ресепшена. — Мне нужно сделать обход… — пробормотала Мария, раскачиваясь из стороны в сторону. — Проверить пациентов… Они ждут меня… Ричи понял, что она потеряла связь с реальностью. Страх лишил ее рассудка. Он не мог ее заставить идти с ним силой. Она станет для него обузой. Если она пойдёт сама — хорошо. Если нет — её выбор. Сейчас его собственная жизнь была важнее. Ричи вышел из комнаты и начал искать путь вниз. Трещина в полу стала ещё шире, перепрыгнуть ее было невозможно. Ему нужен был мост. Его взгляд упал на длинную лестницу, приставленную к стене чердака. Он оторвал её от прогнившей стены и перетащил к пропасти. Лестница с трудом дотянулась до противоположного края. Ричи осторожно пополз по ней, вглядываясь в темную бездну, зияющую под ним. Трещина уходила глубоко под землю. Откуда она взялась? Ричи не чувствовал землетрясения. Земля буквально раскололась под ними бесшумно. Он отбросил бессмысленные попытки найти объяснение и сосредоточился на том, чтобы выбраться из этого места. Когда он дополз до середины лестницы, то услышал позади себя испуганный крик Марии. Обернувшись, он увидел ее на краю пропасти. Она металась в панике, не понимая, что происходит. — Идите сюда! — крикнул Ричи. — Быстрее! Здание вздрогнуло, и Ричи почувствовал, как куски пола у края пропасти начали откалываться с утроенной силой, укорачивая жизнь лестницы-моста. Мария вскрикнула, присев от страха, но быстро взяла себя в руки и послушно поползла за ним. Ричи торопился добраться до противоположной стороны, сомневаясь, что хрупкая конструкция выдержит их обоих. К его удивлению, Мария перебралась через пропасть удивительно ловко. Он помог ей встать и отвёл подальше от трещины, опасаясь, что пол может обрушиться в любой момент. Шум воды стал тише — поток ослабевал. Ричи вышел на лестничный пролет и оценил ситуацию. Другого пути вниз не было. Им придётся спускаться по затопленной лестнице, ступеньки которой скрылись под водой. К счастью, у стены было суше — основная масса воды устремлялась к перилам. Ричи взял Марию за руку, и они начали медленно спускаться. На одном из пролетов они наткнулись на инвалидную коляску, превратившуюся в бесформенный ком металла. Она намертво застряла в перилах. На первом этаже воды было по пояс. Видимо, плотно закрытые окна и двери не давали ей выйти наружу. Ричи спрыгнул в ледяную воду и невольно вскрикнул — холод пронзил его насквозь. На поверхности плавали обрывки бумаги, похожие на гигантские белые лепестки. Ричи надеялся, что не наткнётся на что-нибудь острое на дне. Здесь было очень темно, почти ничего не видно. Мария, всхлипывая, плелась за ним. Он старался не обращать внимания на ее плач. Вода отбрасывала причудливые блики на стены, ее шелест заглушал звуки рушащегося здания. Ричи ускорил шаг, раздвигая обломки мебели. В помещении, где находился ресепшен, было светлее. Грязные окна, покрытые толстым слоем грязи, еле пропускали свет. Сам ресепшен почти не пострадал. Ричи бросился к столам, вспомнив о документах, которые упомянула женщина по «беспроводному телефону». Через пару минут он нашел их, а также несколько неожиданных «подарков» — пистолет с полной обоймой и письмо.

«Надеюсь, ты хорошо стреляешь, — гласило письмо. — Десяти патронов должно хватить. Вряд ли их будет много. Но я верю, что ты справишься и доберёшься до места встречи целым и невредимым.

Винни Коутс»

— Винни Коутс… — прошептал Ричи, разглядывая пистолет. Оружие было большим, но удивительно лёгким. Паспорт лежал под пистолетом. Он был новым, в кожаной обложке. На фотографии Ричи увидел себя, но каким-то незнакомым, взрослым. Рядом было написано совершенно другое имя. — Поддельный паспорт, — пробормотал он, чувствуя все большее недоумение. Ричи спрятал паспорт в карман, перезарядил пистолет. Он не знал, чего ожидать, но чувствовал приближение опасности. Мария стояла рядом и спокойно наблюдала за ним, словно в этом не было ничего необычного. Ричи еще раз проверил полки, но там было пусто. — Мария, нам пора уходить, — сказал он и направился к выходу. Ричи направился к двери, которая когда-то была выходом из здания. Сейчас она едва различалась под слоем грязи и плесени. Открыть ее было непросто — замок проржавел, а давление воды лишь усложняло задачу. Ричи нашел в воде обломок стула и начал бить им по несчастной двери. Из-под воды пошли пузыри — дверь начала поддаваться. Ричи ударил еще раз и, поняв, что вода доделает начатое, оттащил Марию в сторону. Дверь с треском распахнулась, и мощный поток воды хлынул наружу. Ричи ухватился за деревянный столб, чтобы их не сбило с ног, и они простояли так, пока вода не ушла. Когда пол обнажился, Ричи осторожно выглянул наружу. Яркий солнечный свет заставил его прищуриться. Но вместо ожидаемого шума города его встретила звенящая тишина. Ричи переступил порог и замер, пораженный до глубины души. Мир вокруг него превратился в непонятную и пугающую картину. Улицы, которые он помнил, заполненные людьми, конными экипажами и трамваями, теперь были совершенно пусты. Вместо привычных ему кирпичных домов с викторианскими фасадами вдоль улицы выстроились странные, блестящие здания из стекла и бетона. Они были такими высокими, что, казалось, упирались в само небо. Вместо знакомых ему автомобилей Ford Model T вдоль тротуаров стояли незнакомые машины с гладкими, обтекаемыми формами и яркими, кричащими расцветками. Некоторые из них были повреждены, с разбитыми стеклами и вмятинами на кузовах, словно их покинули в спешке. В воздухе висел странный, незнакомый запах — смесь выхлопных газов, горячего асфальта и еще чего-то неуловимого, что Ричи не мог определить. Яркие вывески с непонятными названиями и изображениями пестрели на стенах домов. В витринах магазинов были выставлены незнакомые ему товары, упакованные в блестящую упаковку и картон. Город выглядел так, словно его обитатели исчезли в одночасье, оставив все свои пожитки.