Пандемониум

POV Этра 1563 год, Англия, Лондон. Я сошла на землю с лошади и ощутила грязный запах города. Река Темза была в различных отходах, и я вспомнила, как раньше, несколько веков тому назад, всё было куда лучше. На престол не так давно взошла новая королева, и я надеялась, что жизнь будет налаживаться после такого долгого расшатанного состояния страны, особенно после Генриха. Повсюду на рынках стояли торгаши, пытаясь продать мне свои овощи и фрукты. Люди выглядели бедно, но уже сейчас они выгляди лучше, чем несколько лет назад. Антон сошел на землю вместе со мной и подошел ко мне. Одет он был роскошно, в то время как я только прибыла с континента и моё платье здесь казалось неуместным. Наряд выглядел для английского двора вызывающе, особенно, если учитывать вражду с Францией. До этого я долго жила в Греции, где царил далеко неспокойный период. Мне казалось, что никогда спокойствия в мире и не было. Поэтому вспомнила свою юность будучи человеком, когда я жила как эти люди вокруг, а в наше маленькое поселение заходило не так много странников. — Добро пожаловать в Лондон, мисс, — сказал Антон на идеальном английском. Я владела языком еще не так искусно, но понимала каждое его слово. — Давно я не видела тебя, — ответила я ему на греческом, который не понимал никто вокруг. — Если бы не знала, что это ты, подумала бы, что очередной лорд встречает меня с корабля в очередной стране. Он мило улыбнулся, пытаясь уйти от ответа, так как вокруг была свита. Он подошел ближе, и сказал: — Лучше говори на французском, иначе они могут что-то заподозрить. Твой английский идет хорошо? — Я почти освоила язык. Во Франции меня научили всему, чему только можно. Он кивнул, и мы пошли в замок, где мне было отведено место. Прогулка хорошо повлияла на меня, так как путешествие было непростым. Штормы чуть не потопили наш корабль, и я бы точно выжила, но куда бы я подалась? В моих покоях я заметила рисунки на обоях, где были интересные библейские сюжеты. Они были стары как мир, так что я понимала, что нахожусь среди своего собственного мира. Этим историям столько же лет, сколько и мне, вероятно. Выглянув из окна, я увидела большой сад, теперь я лицезрела город в его темных красках, словно с картины. Королева попалась мне на глаза где-то вдали, прогуливаясь с компаньонкой, рядом был какой-то лорд. В этот момент мне хотелось поговорить с Антоном. Я слышала, что бывшая подружка Галена охотится за мной, чтобы получить Кинжалы. Потому я и бежала из Франции, она была где-то рядом, и узнав, что ее имя Марго де Бланшар, не стала терять ни минуты. Мы находились на слишком маленьком расстоянии, мне было не на руку встречаться с ней. Вампирша хотела меня если не убить, то отобрать то, что я хранила столько веков. Раскрыв чемодан, я достала оттуда сундучок, где хранились те самые Кинжалы. Данные мне и другим двенадцати вампирам от богов, они переливались золотистым отсветом в моих руках. Свечи освещали комнату лучше хорошо, но благодаря им Кинжалы делали это еще лучше. Антон не знал всей правды о Кинжалах, ему и не нужно было. Вряд ли он когда-нибудь встретился бы с Деметрой. Однажды она спустилась в наш мир, и дала каждому по Кинжалу, сказав, что столько у нее будет частей души, которые, отколовшись от нее, будут приходить в мир людской, и проживать невероятные жизни. И Кинжалы будут существовать ровно столько, сколько она будет появляться не Земле. Как я знала, это уже случилось примерно раз восемь или девять. Оставалось еще четыре, тогда должна была закончиться моя жизнь и жизнь Плутарха тоже. Гробница богини, как я знала, находилась в Институте. Ее физическое тело уже давно лежало в усыпальнице, но не истлело. Я ни разу не видела этого своими глазами, но веря Плутарху, знала, что это так. Еще была версия, что она находится на каком-то маленьком островке, где прямо на берегу стоял маяк, и путники могли туда попасть только благодаря Летучему голландцу. Мои размышления были прерваны вошедшим в покои Антоном. Он улыбнулся мне и почесал затылок, как бы говоря, что он просит прощения за то, что было утром. Я его простила, ведь не знала правил. Во Франции, если я виделась со своими старыми друзьями, такого не было. Видимо, королева была довольно подозрительна, и свита могла донести до меня и тогда голову мне с плеч, чего я, безусловно, не хотела. — Я слышал, вы попали в шторм, — сказал он. Я кивнула ему, потом задернула шторы и отправилась к кровати, укрывшись в нем одеялом. Он присел рядом, взял мою руку в свою и поцеловал. — Я так давно не видел тебя. Даже не помню твоего тепла, хотя, если вдуматься, до мурашек хотел бы вернуть тебе его обратно. Я слишком охладел. — Это сделала Марго? — Ее зовут Сабрина Рейц, она немка. Гален ее влюбил в себя, они прожили душа в душу века три, а потом она раскусила его замыслы, так что теперь охотится за твоими Кинжалами, чтобы убить его. Подступиться к нему без них она не может. — Сабрина… — я произнесла это имя чуть ли не шепотом. Оно так плавилось на языке, немного грубое, но такое красивое. — Я ее ни разу не видела. — У меня есть ее портрет, подаренный на память. Могу показать, если окажешься в моих покоях завтра вечером. — Неужели тебе так хочется вспомнить то, что было две тысячи лет назад? — Я искал этого. Когда мы с тобой вновь встретились несколько лет назад, я и не подозревал, что вспоминания нахлынут так скоро. Потом я уплыл сюда, а ты осталась там. — Я польщена, дорогой мой друг. И я люблю тебя, но не так, как ты меня. Ты любишь Сабрину? — К ней я тоже испытываю некоторые чувства, которые не могу передать словами. Любит ли она меня, это другое дело. Вероятно, она испытывает то же самое, что и ты. — Когда вы познакомились? — Примерно в то же время, когда она ушла от Галена. Он был в бешенстве, и искал ее по всей Европе, куда только смог добраться. Но она уже тогда успела скрыться под именем Марго, и ей это несказанно помогло. Он не подозревает, что дама из высшего света и есть Сабрина. Ума у него явно не сильно много. — Когда-то и я была с ним, но было это недолго, лишь мгновение. Я его никогда не любила, как мне кажется теперь. — Но ты могла любить. И ты любила. — Несколько раз за несколько тысяч лет моей жизни. Теперь всё иначе, я не могу растрачивать вечную жизнь на тех, кто мне не предназначен. Я спасла одну семью из лап тревоги и лишений, и думаю, однажды встречусь с ними вновь, но это не скорое решение. Он разделся, и лег рядом со мной. Я почувствовала запах мускуса, исходящий от него, и не удержалась от того, чтобы положить руку ему на лицо, притянув ближе к себе.

***

POV Сабрина Кэтрин вернула Фиону обратно, так как у той был план. Она нашла одну женщину в Рич-Норсте, и мы поехали туда, чтобы встретиться. Ее звали Александра О’Брэйди, она жила одна, и дом ее, как мы вскоре увидели, был окружен садом из красивых цветов, которые представляли собой различные виды. Но главными здесь были фиалки. Фиолетовый цвет окружал маленьким голубой домик, на котором едва можно было устроить второй этаж. Остановив машину, мы вышли с Фионой и направились к двери, постучались и ждали, когда нам откроют. Женщина выглянула в окно и открыв дверь, перед нами возникла маленькая старушка в халате, который был тоже фиолетового цвета. — Я Фиона, — представилась подруга, — мы с вами связывались, чтобы встретиться. — Ах, точно, проходите, — сказала женщина. — Я Сабрина, — представилась я. — О, я знаю, — ответила старушка, и улыбнулась мне. Мы с Фионой переглянулись. — Могу я выпить воды? — спросила я, пока старушка устраивалась в свое кресло. — Конечно, можете пройти на кухню, там всё есть. Тогда я оставила Фиону с ней, а сама отправилась на кухню. Всё вокруг казалось самым обычным, ни намека на подвох, только вокруг стены казались какими-то знакомыми, и арка напоминала ту, что была в доме Вайлет. Я налила себе воды, чтобы действительно отпить хоть немного, иначе будет невежливо ходить и изучать всё вокруг просто так. Я чувствовала что-то знакомое вокруг себя. Будто я уже здесь была, и с этой женщиной общалась. Мое сознание плавилось, мне было так хорошо, будто я вернула себе всё то, что имела когда-то раньше. И подобное ощущение я испытывала не так давно, это было, когда Вайлет была жива.

***

POV Фиона Старушка присела в кресло, я села в диван, стоящий рядом с ней. Гостиная была маленькая, но могла быть просторнее, если бы не такое количество разных вещей по всему периметру. Сабрина отошла на кухню, оставив меня с ней наедине. — Слушаю, — сказала старушка приятным голосом. В нем я слышала тот тон, что был мне знаком. — Мы с вами говорили про Аида, и как ему помочь. Вы ведьма, и должно быть, уже знаете, что Дарсия ранила его Трезубцем. Мы ищем способ спасти его, к тому же, нам нужно уничтожить Нейтана. Она взяла со столика рядом сигарету и зажгла ее, зажав между пальцев. Эти движения меня тоже удивили, так делал только один человек в моей жизни. — Ответа на это у меня нет, милая мисс Голдман. — Но вы же обещали помочь. — Я могу сказать лишь одно, вам нужно собрать всех детей Аида, и они должны выступить в заключительной схватке с Аграт и Нейтаном. Так как они кровные родственники, им будет проще, к тому же, почти все они осознают, что являются демонами. — Стоит ли нам уничтожать Трезубец? — Это крайность. Трезубец выберет себе нового хозяина, тогда и появится новый правитель Царства, если Аид вдруг не выживет. Я понимаю, что это сложно осознать, ведь вам кажется, что бог умереть не может. Но для того и есть Обитель богов, чтобы после смерти они тоже смогли обрести покой. — Мы не можем лишиться Аида, вы не понимаете… — Я прекрасно всё понимаю. Поверьте мне, без него ничего не пропадет. Один убит Тором, так что его муки закончились. Он правил тысячи лет, то же самое случилось бы и с Аидом. К тому же, он тоже слишком долго живет, возможно, пришло время и ему уйти? — Вы на нашей стороне? — Не задавайте таких вопросов. Я с вами, просто вся эта ситуация с Аидом никак не повлияет на вашу победу. — Но вас это тоже касается. Вы ведьма, вы должны быть с нами. — Мисс Голдман, вы слишком наседаете. Я ведьма, да, но еще я человек. Меня разборки вашего мира касаются куда меньше, хотя бы потому, что я не бессмертна, как вы, и возраст мой уже готовит меня к отправлению в Обитель. Я лишь могу дать вам одну вещь, которую когда-то потерял один ваш друг. Ноэль забыл это в кабине номер сорок три в 1846 году, когда вы были еще детьми. Вы ведь давно не видели Ноэля, верно? — Как вы узнали… Старушка достала из ящика столика маленький кулон, принадлежавший когда-то моей матери. Ноэль был моим далеким родственником, и я видела его последний раз мальчиком, в одном из первых поездов, которые видела. Он вышел тогда со своим отцом, и они пропали где-то посреди дороги. Моя мать, уходя в мир иной, просила его передать кулон, когда мне исполнится одиннадцать. Ноэль передал его мне, но я его потеряла в тот же день. Передав его мне, она закурила еще одну сигарету, после чего я вгляделась в ее черты, и на всё вокруг себя. По дому везде были разбросаны горшки с цветами, они стояли на подоконниках, стояли на полу, были подвешены ближе к потолку. На шее у нее тоже был кулон, который, как мне казалось, я уже видела где-то. Она курила и улыбалась. Вскоре мы с Сабриной ушли, а в машине не сказали ни слова, но было ощущение, что мы испытали одно и то же чувство. Всё было слишком очевидным, но ни одна из нас не решилась сказать что-либо по этому поводу. Я лишь думала о том, что стало с Ноэлем после тех событий, и о Вайлет, которая, казалось, теперь поселилась у меня в голове.

***

POV Меган — Я очень рада, что вы прибыли, друзья мои, — сказала я, и обняла каждого вампира, который отозвался на наш зов помощи. — Мы не могли пропустить такое мероприятие, Меган, — отозвался Хосе. — И я не забуду отплатить вам, каждому. В Институте найдется место всем. Все закивали, и я пригласила их к себе, чтобы они не толпились в доме Вайлет. Чарли к тому времени уже основалась в Институте, и там за ней приглядывал Плутарх. По его словам, она была сильной ведьмой, и я не была удивлена, так как мои ощущения мне не могли изменить. Все мои труды были направлены именно на выяснение, кем она является, так что всё было ясно с самого начала, только подтверждение этому нашлось не сразу. Я думала о Хлое. В Царстве Аида всё было неопределенно, жизнь там текла иначе. По словам Фионы, Герман еще был жив, но если случится битва, он вряд ли сможет дальше существовать в том состоянии, в каком находился, и его часы были предрешены.

***

POV Клодия Тони стоял на утесе и смотрел бесконечный океан. Ему нужно было обдумать слишком много, чтобы решиться нам помочь. Оливер меня не покидал, считая, что должен быть рядом, если я вдруг решу вернуться домой. Но я уже знала, что его помощь не будет нужна, так как я и сама теперь могу это сделать. Мои силы возросли, пока я находилась в Обители, и это было ощутимо. Трава вокруг стала зеленеть со временем, больше это не были колосья, через которые было трудно ходить. Дом укрепился на своем месте с моим появлением, и трудно было понять, из-за чего это, из-за моего присутствия, или же Тони укрепился в решении остаться и не помогать нам. Небо наверху было чистым, солнце светило как никогда. Ни одной тучи, за всё время моего здесь нахождения, не появилось. Тони повернулся и направился ко мне. Мы с Оливером стояли и ждали, когда он что-то скажет, и это было мучительнее всего, потому что нам нужен был положительный ответ. — Ты хочешь, чтобы я вернулся на один день, так? — задал вопрос Тони. — Битва будет не в мире людей, а в Институте. Мы берем поле битвы на себя. Нейтан этого и ждал, и мы ему дадим игру на нашем поле боя, у нас будет больше преимуществ. — После этого ты меня отпустишь? Я не смогу оставаться там долго, я не уверен, что Смерть позволит мне находиться так далеко отсюда так долго. — Я бы сказала, что за этим вопросом теперь можешь обращаться ко мне. Смерть не появлялась довольно давно, я ее не видела уже бесконечно долго. Уверена, она не будет против. Просто прими участие в этом, Тони. Ты пережил так много с нами, что ты однозначно не испугаешься этих событий. Ты и так мертв, тебе нечего терять. — Но у меня есть условие. В следующие двадцать лет не приходить ко мне. Когда я решу, тогда и вернусь. Если вдруг мне не захочется, Энни придется ждать Джека. Пусть она живет долго и счастливо, я не ее судьба. Моей была Сьюзен. — Вам с Энни предначертан ребенок, Тони. Ты вернешься, иначе то, что сказал ей Джек, не имеет смысла. Ты ее любишь, но боишься того, что она отвергнет тебя, если он вернется раньше. Я не хочу, чтобы это тебе помешало быть уверенным в себе. Ты повзрослел, и я это вижу, но ты словно ребенок, который не может получить то, чего хочет, и поэтому отдает первенство другому. Я уверена, что и Джек не сильно рвется назад. Их отношения с Энни — история долгая, но она продолжится очень не скоро. Он постоял с минуту и подумав, ответил: — Я приму участие.

***

POV Тайлер Во сне я находился в школе. Там были развешаны награды и фотографии на стене почета. Вокруг не было ни души, коридоры были пусты, стоял солнечный день. Я смотрел на фотографию Энни, которая была там с момента ее смерти, рядом подпись, что она была лучшей ученицей. Где-то недалеко фото Джека, годы рождения и смерти. Чуть дальше также фото Макса и Стивена. Но это было совершенно неважно, мой взгляд был устремлен на Энни. Я предавался тем воспоминаниям, которые нахлынули, стоило вспомнить о матери. Вскоре я услышал шаги откуда-то справа от меня, и заметил фигуру, выходящую из-за угла, во тьме не было видно лица, но в этот же момент я проснулся и поднялся на постели. Чендлер проснулся тоже, и спросил, что произошло, но я ответил, что просто дурной сон. На утро Сабрина и Фиона уже были дома, и у нас завязался разговор. — Чендлер сказал, тебе что-то приснилось ночью, — начала Фиона. — Да, я будто был в школе, смотрел на доску почета и на портрет Энни, а потом из-за угла вышла фигура, странно напоминающая мне… это сложно объяснить. Мне кажется, это была Вайлет. — У нас тоже вчера была странность, — сказала Сабрина, — старушка, к которой мы ездили, ничего толком нам не сказала. — Да, она отдала мне старый кулон моей матери, который неизвестно откуда у нее взялся, и потом, глаза ее отсвечивали фиолетовым. И не то что бы это было странно, но весь ее сад был в фиалках и курила она те же сигареты, что и Вайлет. А потом, ее голос тоже казался знакомым. Тон похож на что-то, что я слышала когда-то. — Возможно, мы просто слишком часто думаем о ней, как и об Энни? — задалась вопросом Сабрина, — Возможно, нам нужно отвлечься от скорби и скуке по тем, кто не с нами? Может, мозг делает свое дело? — Тогда странно, почему мы не видим во сне Энни, если это мозг, — предложил я. Тогда все замолчали, ибо совпадений быть не может. Таких совпадений. Об этом я еще думал часто потом, когда всё снова затихло, и наши знакомые прибывали с разных точек земли. Мы даже отправили письмо Тесс, но не получили ответа. Тереса, ведьма из Германии и предок Джека, тоже не отвечала, но потом мы получили от нее весточку, где она коротко сказала, что будет в Институте как только сможет. Мы собирали свои силы как могли, а тем временем шли дни, вскоре случилось много всего, о чем даже сложно вспомнить. Но могу точно сказать, что это были невероятные приключения.

***

POV Чендлер Мы с Анной решили, что долой скромность, и пора вызывать Эмбер на помощь. На нее, как на будущую королеву, возлагалась большая надежда. Международный звонок влетел нам в копеечку, но это того стоило, потому что Анна знала, ее племянница не сможет оставить нас в беде. — Гудки пошли, — сообщила она мне, когда набрала номер. — Она взяла трубку. Алло, милая, это твоя бабушка. У нас тут небольшое дело к тебе, ты не могла бы вернуться в город как можно скорее? Я слышал всё, что говорила Эмбер на том конце провода, и она расспрашивала, что случилось. Голос ее звучал ровно, но нотки тревожности были заметны. — В общем, Нейтан объявил нам свои ультиматумы Борна примерно с год назад, и потому я уехала обратно. Мы не сообщали до последнего, так как не хотели тебя подвергать опасности, а теперь она реальная, и поэтому нам нужна твоя помощь. Знаю, звучит как бред, ведь если бы была опасность, я бы наоборот сделала всё, чтобы тебя это не коснулось. Но Сьюзен где-то поблизости, она стреляла в твоего брата, и это значит, что Нейтан где-то рядом тоже. Эмбер ответила, что вылетает следующим же рейсом, она не оставит нас, и очень хочет вернуться как можно скорее. — Я буду ждать тебя, Чендлер тоже здесь. Мы тебя любим. Эмбер ответила, что тоже любит нас, и потом мы положили трубку. — Что ж, теперь нам остается лишь ждать твою сестру.

***

POV Анна Тем вечером я смотрела старые фотографии, которые были сохранены когда-то моей сестрой, где была наша семья. К ним я положила то, которое было найдено в моем доме, и которое отдала Фиона. Была еще одна, где было запечатлено три сестры. Улла, Фиона и Виолетта. Они стояли обнявшись. Все разные. Улла, чьи голубые глаза можно было рассмотреть даже на фото цвета сепии, ее белокурые волосы, и светлую улыбку, за которой скрывалось так много коварства и зла. Фиона, кудрявая и темноволосая, ее глаза были зелеными, но здесь они были не слишком заметны, на голове у нее была шляпка, в то время как Улла их не сильно любила носить. Ее улыбка излучала нежность, взгляд полон невинности. И Виолетта, которая улыбалась скромно, глаза ее излучали еще большую невинность, чем глаза Фионы. Они смотрели на меня, и я заметила, что я действительно похожа на Уллу. Взяв фото Энни, я сравнила нас троих, и поняла, что от ген никуда не деться. Когда-то и Энни была блондинкой, пока не стала вампиром. После смерти Тони она их отрезала, и они порыжели. Вайлет же как была блондинкой, так и осталась ею до конца. Мы ничего не взяли от Стивена, кроме вьющихся волос, но ни намека на то, что нашими предками являются Мухаммед и Бернардо. Этого мне сильно не хватало. Я хотела быть похожей на кого-то другого, но не на Уллу. В комнату вошел Джефф, и обнял сзади, вглядываясь в фото Уллы. Оно было сделано даже задолго до его рождения, и ему тоже было странно видеть нечто подобное. Но разница между этим фото и годом его рождения примерно двадцать лет. — Как странно понимать, что я жила так мало, но так мне так много лет. — произнесла я. — Мне еще больше, Анна, — сказал он. Я кивнула и отошла к кровати, где были разбросаны остальные маленькие истории. Там были и фотографии Стивена, которые Меган с удовольствием отдала мне, найдя их на чердаке. На одной из них он был с Эллен, подписано ноябрем 1872. Как раз через пару месяцев после рождения Джеффа. — Я застряла на идее поговорить с Уллой. Мы с Фионой говорили об этом, я сказала, что поеду сама. — Я бы мог съездить с тобой. Если она нападет, защитить. — Мне это не нужно. Я буду говорить с ней не как с врагом, а как с бабушкой, которой была лишена. Только подумать, мои предки — вампиры. Бабушка, дедушка, прабабушка, и пара ее предков. И из-за всего этого, каждый, находящийся в этом доме, моя семья. Я тоже хочу свою, как это было у Энни и Джека. И я не имею права просить тебя об этом, но мы помолвлены. Мы не можем прожить жизнь вот так, словно порознь, когда я человек, а ты нет. Поэтому нам нужно решать, либо я стану вампиром, либо ты станешь человеком. Но дело в том, что я уже переболела этой идеей, когда хотела быть бессмертной ради Макса. Я стала взрослее и умнее, и теперь это не нужно. Поэтому, обязана спросить тебя… Ты станешь человеком ради меня, Джефф Смит? На глаза Джеффа навернулись слезы, я испытывала то же самое ощущение. Он просто обнял меня, притянув к себе. И хотя я понимала, что ответ получила, он всё же дал его, просто прошептав мне на ухо: — Да, Анна.

***

POV Хлоя Аграт всё еще летела навстречу нам. Врата всё ещё были закрыты. Но зло не стало ждать. Это случилось в тот самый момент, когда Эмбер уже вернулась домой, прошло несколько дней после того, как на дом напали. Об этом я узнала из видения, которое пришло как раз в момент нападения на нас. Библиотека вновь открылась, и из-за этого открылись наши Врата. Ветер задул сильно, сметая деревья. Огонь полыхал везде, замок оказался в затруднительном положении. Вскоре всё начало затухать, но ненадолго. Он вошел в Ад на мертвом коне, а с ним вся его свита. Аграт почти долетела до нас, и кричала словно сирена. Демоны нападали вокруг, а Нейтан улыбался, продолжая свой путь с холма и убив Харона. Это было самое жестокое событие, какое я видела в своей жизни. Казалось, тьма сгустилась, и больше нет возможности выжить. Тогда Нейтан поднял свой собственный Трезубец, и направил его в жерло вулкана. Наступил Апокалипсис.