Бездна смотрит в тебя или Взгляд из бездны

“Сэр, думаю…” - начал было Ниёми, только они покинули кабинет Бустаманте. Но Буччи жестом перебил его. “Нужно поговорить. Только не здесь”, - негромко сказал он. После того, как они покинули участок, они снова оказались в том небольшом кафе, где совсем недавно сержант и констебли обсуждали Буччи. Снова было темно и пусто, и они расположились за столиком, что стоял совсем рядом с тем, где они сидели в прошлый раз. “Я сказал Бустаманте, что не произошло ничего, что требует его вмешательства. Но это не значит, что нам не нужно ничего обсудить”, - сказал Буччи, сверля тяжёлым взглядом констеблей и сержанта. “За мной закрепилась слава того самого полицейского, который продался сиренам и уничтожил улики по делу Балаша”, - прямо сказал он. Йорк неловко отвела взгляд, её лицо и шея покрылись красными пятнами. Ниёми опустил глаза. Только да Мота не прятал взгляд. “Это изрядно портит мне кровь вот уже почти два года. Я не приживаюсь ни в одном участке, везде только и ждут, когда же я начну продавать и уничтожать улики направо и налево. По мнению моих коллег, да и любого полицейского, который узнаёт обо всём этом, вести со мной дело - заведомо его провалить. Так себе репутация. Сегодня я напрямую задал два вопроса констеблю Йорк: верит ли она, что это я уничтожил улики? Верит ли она, что это моя вина в утечке материалов нашего дела? Она ответила, что, как хороший полицейский, она должна спросить меня и потом оценить мои показания”. Ниёми и да Мота обменялись удивлёнными взглядами. Йорк изумлённо воззрилась на Буччи. “Вы знаете, что говорят обо мне за спиной. Я расскажу вам, как всё было на самом деле. Когда произошло убийство Балаша, я работал по другому делу. Оно было связано с поставками леритина из Лабиринта в Гидрополис. Меня перевели на дело Балаша лишь через неделю после начала расследования. А вечером накануне моего перевода из ОИД пропали важные улики”. “Это…” - начала было Йорк, но её перебил да Мота. “Почему вас перевели в Кадингир вскоре после закрытия дела Балаша?” - спросил он. “Это связано с моим предыдущим делом”. “Как связано?” - продолжил расспрашивать да Мота. “Я должен был внедриться в группировку, распространяющую леритин. А во время работы по делу Балаша я засветился в репортаже - в форме, среди других полицейских. Меня перевели, чтобы члены группировки не решили прикончить меня у двери моей квартиры”. “Вы работали под прикрытием?” - осторожно спросил Ниёми. “Это очевидно. Я же наг”, - негромко сказал Буччи. За столом воцарилась неловкая тишина. Невозмутимый официант-андроид принёс заказанные блюда. “Что ж, я дал показания. Теперь вам, как хорошим полицейским, предстоит решить, виноват ли я или нет”, - сказал Буччи и приступил к еде. Ниёми рассеянно крутил в руках кружку с травяным чаем и смотрел в окно. Йорк маленькими глоточками пила эксцельс. А да Мота сидел, разглядывая свои сцепленные руки. “Для того, чтобы раскрыть это дело и поймать виновного или виновных, нам нужно работать без разногласий”, - нарушил молчание Ниёми. “Согласен”, - это сказал Буччи. “В Эламе говорят: “Огонь рождает дым”. Я не знаю, что произошло в Эрешкигале”, - глухо проговорил да Мота. Йорк ахнула. “Но, похоже, я был неправ, когда судил вас по слухам, инспектор Буччи. И я был неправ, когда сегодня обвинял вас в утечке материалов нашего дела. Ну, и в том, что затеял драку”, - с трудом поднял взгляд, чтобы встретиться глазами с инспектором, да Мота. Буччи едва заметно кивнул, принимая это извинение. “Сержант сказал, что в работе не должно быть разногласий. Снова согласен. И буду откровенен с вами: я считаю, что эламская поговорка не лжёт. Нет дыма без огня. И я буду искать в ваших действиях умысел. А это будет рождать разногласия между нами”. “И что вы предлагаете, констебль?” - спокойно спросил Буччи. “Во время расследования легче сменить одного констебля другим, чем назначить нового инспектора”, - невесело ухмыльнулся да Мота. Его собеседники промолчали. “Поэтому я завтра напишу рапорт суперинтенданту Бустаманте с просьбой снять меня с дела”, - сказал да Мота. “Но расследование дела…” - горячо начала Йорк. “С моим участием только будет сложнее”, - перебил её да Мота. “Возможно, констебль Йорк и сержант Ниёми тоже не готовы вести это дело со мной”, - полувопросительно сказал Буччи. “Я не оставлю это дело!” - не раздумывая, выпалила Йорк. Она встретилась с немного насмешливым и понимающим взглядом да Моты и смутилась. “Я хочу поймать этого ублюдка!” - с вызовом заявила она. Ниёми, обменявшись быстрыми взглядами с да Мотой, сказал: “Если вы не против…” Буччи негромко рассмеялся. “Ну, ваша репутация меня не пугает. Так что со мной проблем не будет”, - сказал он с едва уловимой горечью в голосе. “Я хочу вести это дело, сэр. С вами”, - сказал Ниёми. Буччи, не мигая, уставился на сержанта: “Рад слышать, сержант Ниёми. Пусть мы сдвинулись по делу совсем немного, но мы вместе проделали огромную работу. Не хотелось тратить время на то, чтобы вводить в курс дела другую команду”. “Что ж, сэр, желаю удачи! И когда поймаете убийцу, врежьте ему от меня - у вас хороший удар”, - с этими словами да Мота встал из-за стола и протянул Буччи руку. Тот тоже встал и без промедления пожал руку. “Удачи и вам”, - пожелал он уходящему да Моте.