Красно-желтые маски

Lera Lynn — The Only Thing Worth Fighting

      Тони — это ходячая катастрофа. Тони — это постоянный недосып, шрамы на пальцах, энтузиазм в глазах и рвение в будущее. Тони это… Тони. Такой, какой он есть и его не переделаешь.       Стив знает это. И любит его таким, перемазанным в машинном масле, уставшим, раздражительным, когда что-то не получается. Сначала он пытался как-то поменять Старка, приучить его к нормальному режиму сна, сменить кофе хотя бы на чай. Вот только со временем становится понятно, что это бесполезно. Гений все также засыпал за рабочим столом, выпивал кучу кофе и вообще был последним засранцем.       Теперь Роджерс только улыбается, опираясь на дверной косяк и наблюдая за Тони. Гений пытается наладить стрелы Бартона, хмурит брови и вертит в руках снаряжение. Тянется к кружке с кофе, делает глоток почти на автомате, другой рукой записывая какие-то свои наблюдения. Стив любовался бы своим гением вечно, но он только что вернулся с долгой миссии. Хотелось касаться.       — Я скучал, — мужчина кладет руки на напряженные плечи и целует в макушку. Тони вздрагивает, но расслабляется в знакомых объятьях. Не в силах сдержать улыбки, он откидывает голову назад и смотрит прямо в голубые глаза.       — Я повешу на тебя колокольчик, — ухмыляется Старк и получает в ответ долгий поцелуй.       Стив дома.

***

      Виски обжигает горло. Пальцы, израненные, обожженные, сжимают граненый стакан. Хочется отправить его в стену, как и несчастную раскладушку. Но Тони держится, не позволяя эмоциям взять вверх. Контролирует их до последнего, хотя они льются из него через край.       Позвонить, сказать все, что думает о его слишком правильном лице, о его лживых принципах, о его морали. О его гнилой чести и о том, как Тони его ненавидит. И одновременно с этим все еще любит. Так, что сердце хочется вырвать наружу и закопать где-нибудь, спрятать в сейф. Но только чтобы оно ничего не чувствовало и не изнывало от тоски.       Вот только Старки слишком гордые и самоуверенные. Поэтому гений смотрит на черную раскладушку всего с одним номером, делает глоток виски и шумно выдыхает. Он должен показать пример для будущего поколения, он должен быть сильным, чтобы противостоять врагу.       Тони не нужен Стив, чтобы справится с угрозой. Тони вообще не нужен Стив.

***

      В голубых глазах читается слишком много противоречивых чувств, и Старк сам не может понять, что чувствует. Его переполняет злость и обида, ярость и гнев, но в то же время он рад, что Стив — живой. Он стоит прямо перед ним, побитый, раненый и шепчет одними губами «Прости». Тони бы злиться, но он понимает, что это все — детские обиды.       — Я тебя не прощаю, — чеканит Старк и слышит, как собственное сердце ухает вниз. Роджерс понимающе кивает: ни что не искупит его вины. Он бросил его одного, выбрав прошлое. Он оставил самого близкого человека бороться со своими демонами в одиночку. И лучше бы он ругался, кричал, но Тони как всегда закрылся в своем коконе. Снова надел броню, которую Стив так долго рушил. — Но мы должны работать вместе, иначе весь мир сгинет. И прошу тебя, ничего не говори. Молчи и делай то, что должен.       Стиву хочется рассыпаться в тысячах извинениях, сказать, что он последний дурак. Хочется обнять Тони, прошептать ему на ухо, что они со всем справятся. Вместе. Вот только вместе уже не будет, потому что Роджерс разрушил все до основания.       На восстановление из пепла потребуются годы. Стив не боится. Он хочет все вернуть назад, потому что Старк — это самое дорогое и важное, что у него есть. Этот неугомонный гений — вся его жизнь. И он сделает все, чтобы вернуть обратно доверие и снова снять маску.       Он знает, что Тони до сих пор его любит.