Fingerprints

Ньют блуждал по небольшому домику в поисках отпечатков пальцев. Их вызвали на место преступления, но его не покидало чувство беспокойства. Томас вел себя странно уже который день, с того момента, как пожаловался на головную боль. Американец по возможности избегал Ньюта, и опускал взгляд, когда им все же приходилось взаимодействовать. Теперь же они находились в разных частях дома, молча выполняя свою работу. Ньют решил отбросить выяснение отношений до лучших времен и сосредоточиться на расследовании. Им нужно было найти пропавшего человека - Натана Понда - проходившего в качестве главного подозреваемого по делу об убийстве тридцатипятилетней женщины. Детективы как раз осматривали дом в поисках ниточки, связывающей его с преступлением. В давящей на них тишине они безрезультатно провели уже несколько часов. Ноги Ньюта, обутые в тяжелые мартинсы, гудели от усталости, но он не обращал внимание на дискомфорт. Проведя ладонью в одноразовой перчатке по волосам, он резко остановился у автоответчика, который весело подмигнул ему. - Томми, кто-то оставил сообщение. Томас обернулся, натыкаясь на внимательный взгляд, и сразу же опустил глаза на деревянное напольное покрытие. Он подошел ближе, когда Ньют нажал на кнопку. Гнусавый издевательский голос разнесся по комнате: - Эй, копы-уебки. Это Натан, а вы в моем доме. Не нашли доказательств того, что я убил Мэнди Браун? Какая жалость, я же сжег их. Прям как вас сожгу. Сообщение оборвалось, автоответчик принялся бешено пищать, лихорадочно мигая. Глаза Ньюта широко распахнулись, и он взглянул на Томаса, который успел только произнести "Черт", прежде чем напарник крепко ухватился за его рукав и порывисто потянул за собой, бросаясь на пол. Взрывная волна высосала весь воздух из легких Ньюта, заполняя их липким горячим дымом и отнимая возможность сделать вдох. Зажмуренные глаза слезились, а барабанные перепонки разрывал отвратительно высокий звук. Он успел упасть на оказавшийся горячим деревянный пол, и потому его не так сильно отбросило. Боль от падения стихала, а от жара было избавиться не так просто. Потеряв ориентацию в пространстве, он перевернулся на спину, делая короткие вдохи, и сжал руками голову, переводя взгляд в сторону Томаса, который сидел рядом, хватая воздух ртом. - Ты в порядке? - спросил Томас, но Ньют его не слышал. Он проследил за движением его губ и кивнул, прежде чем задать тот же вопрос. Томас тоже кивнул, и тогда Ньют вдруг подумал, что сейчас между ними неловкости стало гораздо меньше. Потом он понял, что в общем-то это нормально для двух едва не погибших людей. Звон постепенно стихал, и они синхронно попробовали встать, цепляясь друг за друга в поисках поддержки. Глаза Ньюта, в которых все двоилось, разъедал едкий дым, и он попытался сморгнуть слезы, оглядывая то, что осталось от комнаты. Обхватив тяжело дышащего Томаса за плечи, он потащил его наружу. Ноги едва слушались, а зрение плыло, но слух медленно восстанавливался, что давало силы. Кашель Томаса походил на глухой лай, пока он, согнувшись в три погибели, пытался вдохнуть свежий воздух. - Ты в порядке? - еще раз спросил Ньют, надеясь, что теперь Томас слышит. Томас неуверенно выпрямился, наконец останавливая свой взгляд на лице Ньюта дольше, чем на секунду. - Нормально. А ты? - Ага. - Если это не неопровержимые доказательства, то я не знаю, что мы искали, - с хрипом выскочили из его горла слова, когда он прижал ладонь к своей грудной клетке. - Хорошо, что у нас есть камеры, да? - сиплый смех быстро оборвался, когда периферийным зрением Ньют заметил движение. Развернувшись на здоровой ноге, он подхватил выпавший у входной двери пистолет, ловя взгляд Томаса, который последовал его примеру. - На тебе переулок, - бросил он, проходя вперед. Всю его ногу ломала невыносимая боль, ему бы следовало сесть и перевести дыхание, но он старательно игнорировал свое состояние. Он следовал за силуэтом человека, переходя на бег, когда цель ускользнула, исчезнув за домом. Держа пистолет наготове, он стиснул зубы и резко завернул за угол. Перед ним предстала пустынная улица. Он сбавил шаг, пытаясь понять, куда идти дальше. Рация вдруг ожила, и Ньют, переложив пистолет в правую руку, снял ее с пояса, услышав голос Томаса. - Ньют, мне нужно кое-что сказать тебе. - Если ты не по делу, то давай потом, - дышать было тяжело, и сейчас его совершенно не волновало, что там опять произошло у Томаса. Он мирился с его странным поведением все это время, а сейчас понял, что сыт им по горло. Отвлекаться было нельзя, но все же в какой-то мере ему хотелось узнать, что происходит в голове Томаса. Он решил, что может совместить эти два дела, и вздохнул: - Ладно, рассказывай. - Если вкратце... Я знаю, что за таблетки ты принимаешь. Ньют завис на секунду, а затем резко остановился. - Что? - Я знаю, что ты злишься, и у меня нет никаких оправданий, поэтому мне жаль. Мной руководило любопытство, а потом я выяснил про самоповреждения, а потом про Марка и... - Ты, блять, серьезно, Томас? - громко воскликнул Ньют, забывая обо всякой предосторожности. Биение сердца отдавалось в ушах, затмевая звуки дыхания и собственных шагов. - Ньют, прости, я понимаю, что поступил неправильно, поэтому... Попятившись назад, Ньют вдруг столкнулся спина к спине с Томасом, который чуть не упал, но смог удержаться на ногах, и теперь молча пялился на напарника, шумно сглотнув. Ньют видел, что тот напуган, потому что не хотел обсуждать вопрос лицом к лицу. Совершенно позабыв о силуэте человека, за которым он гнался, Ньют схватил Томаса за ворот рубашки, и сильно замахнулся, но остановил кулак в нескольких сантиметрах от лица и разжал пальцы. Насколько бы он не злился, Ньют ни за что не ударил бы человека, который на его стороне. Удерживая в одной ладони и пистолет, и ткань одежды Томаса, он принялся кричать ему в лицо, яро жестикулируя свободной рукой: - Ты когда-нибудь слышал о частной жизни, Томас? В чем, блять, твоя проблема? Ты не можешь просто ходить и вынюхивать чужие секреты - это ненормально! Я считал тебя достойным человеком, а оказалось, ты сплетничаешь за моей спиной! Что за хрень! Томас просто позволял Ньюту вывалить на него все, что он думает. Он стоял, пристыженно опустив голову, и кивал, соглашаясь с каждым его словом. В жилах Ньюта все еще кипело возмущение, поэтому он не расслышал шорох, из-за которого Томас резко подобрался. Мужчина мгновенно поднял свой пистолет, и Ньют пораженно моргнул. Без дальнейших промедлений он отпустил рубашку Томаса, стремительно пригнувшись. В голове случилось короткое замыкание. Томас хочет его убить. У Ньюта было много ебанутых напарников, но еще ни один не пытался прикончить его. Ньют вздрогнул, услышав выстрел, из-за которого его барабанные перепонки снова пострадали. Понимая, что еще жив, он заторможено поднял взгляд на Томаса и проследил за тем, куда направлено дуло пистолета. Подозреваемый удивленно прижал ладонь к сочащейся кровью ране на животе, его колени подкосились, и он упал на тротуар. Кровь выплескивалась сильными толчками на асфальт, стекая в канализационный сток. Ньют медленно выпрямился, шокировано посмотрев Томасу в глаза. Он спас его. - Томас, что за... - он замолчал, неспособный выразить словами то, что происходило в мыслях. Томас сделал шаг вперед, роняя пистолет и обхватывая ладонями его за плечи. - Послушай, я осознаю, что проблема не решена, потому что ты спас меня при взрыве, так что мы квиты. Я не должен был поддаваться любопытству. Но я обещаю, что больше никогда так не поступлю с тобой. Никогда.

***

Двое мужчин молча сидели в машине, каждый смотря в свое окно. После того, как Натана Понда увезли, а они официально отчитались о произошедшем, то забрались в автомобиль и погрузились в тишину. Ньют знал, что уже давно должен быть дома. Марк будет взбешен. Но по какой-то причине ему было плевать. В конце концов, Томас произнес: - Я говорил серьезно, Ньют. Обещаю, что такое больше не повторится. Я не задам тебе ни единого вопроса. Мне действительно очень жаль. Пожалуйста, не ищи мне замену. Ньют медленно повернул голову в сторону Томаса. Неужели он и впрямь полагал, что все это время Ньют планировал избавиться от него? - Томас, я и не собирался. Я думаю, ты замечательный. Только сдержи свое обещание и не повторяй ошибок, хорошо? - Ньют наконец заставил себя встретиться с его виноватым взглядом, когда тот торопливо закивал, - вот и прекрасно, - он откинулся на спинку сидения, запрокинув голову, - думаю, тебе и это можно рассказать, - пробормотал он больше себе, чем Томасу. - Что рассказать? - незамедлительно переспросил Томас. Ньют бросил на него нечитаемый взгляд, и тот сразу же заткнулся, вспоминая, что не должен задавать вопросы. - Как я получил травму, - он скосил глаза на ногу, а затем вернулся к лицу Томаса, - мне было семнадцать, когда я признался родителям, что гей. Краткий пересказ длинной истории: они возненавидели меня. В то время Соня все еще находилась под их опекой, так что они сделали все возможное, чтобы я не оказал на нее дурное влияние. Они планировали вернуться с ней в Англию, - тихо рассказывал Ньют, - они уж точно не ожидали, что в этой семейке нет детей натуралов. Она пряталась у своей девушки Гарриет. Родители пытались уговорить ее вернуться вместе с ними на родину, так что она поведала им о своей ориентации, и они съебались от нас в закат. По их словам, детей у них больше нет, - рассмеялся он, пряча за сарказмом боль, которую причиняют воспоминания, - в общем, когда они оборвали со мной все связи и не давали видеться с сестрой, у меня никого не осталось. В тот момент я чувствовал себя до нелепости одиноко. Ни друзей, ни семьи. Совсем один в чужой стране. Так что... Однажды я... Эм, - он прочистил горло, отводя взгляд, когда поймал поддерживающий кивок Томаса, - я... Нашел здание, забрался на крышу и... Спрыгнул. Как видишь, выжил, только переломал ногу в нескольких местах. Меня нашел один парень и отвез в больницу. Мы подружились. Так я познакомился с Минхо. Он снова взглянул на Томаса, который смотрел на него в ответ. Он искал в глазах уже привычную и набившую оскомину жалось, которая всегда появлялась во взгляде собеседника после этой истории, но, к своему изумлению, не нашел. Одно восхищение. - Ты проделал такой путь, это потрясающе, - улыбнулся Томас. Англичанин фыркнул: - Вообще-то нет. Все эти стикеры, о которых ты хотел спросить. Они от каждого человека из подразделения. Это причины жить, Томас. Оставайся жить, Ньют, потому что собаки ждут, что ты их покормишь. Оставайся жить, Ньют, потому что Миссис Норрис нравится, как ты завариваешь чай. Оставайся жить, Ньют, потому что у Сони однажды будет свадьба, - шепотом объяснил он, - без них у меня нет мотивации вставать по утрам. - Я все равно считаю тебя очень сильным... Ты, наверное, слышал это сотни раз, но, если тебе когда-нибудь понадобится... - Я приду к тебе, - саркастично закончил Ньют, хотя его губы сложились в благодарную улыбку. - Ведь для этого и нужны напарники.