Да здравствует Король!

      Кофемашина громко забурлила. Кружка наполнилась ароматным крепким кофе. Звеня и ударяясь об стенки кружки, ложка поспешно размешала сахар. Кружка со стуком опустилась на стол. Чак плюхнулся в кресло и, уныло подперев кулаком подбородок, уставился в экран ноутбука.       Прошла неделя с его последней встречи с Вельзевулом. На канале “Мефисто” выходило всё больше и больше мусора. Но, что больше всего поражало Лазаренкова, далеко неглупая аудитория дьявола, кажется, ловила с этих откровенно тупых роликов гэги и принимала их за очередной “трэшачок от Повелителя”.       Рыжий с усталым вздохом поправил очки, чувствуя, как медленно нагревается место, где спина заканчивает своё благородное название. Видео Демона Хаоса, присвоившего себе канал Мефистофеля, распространялись по Интернету как вирус. Они будто зомбировали, отупляя и без того немногих шевелящих извилинами людей в Сети, и пробивались путём накрутки (или тёмных сил?) “в тренды”.       Лайки, комментарии, просмотры лились словно из рога изобилия. Так, за неделю на самом последнем ролике Лжемефисто по капле набралось семьсот тысяч просмотров. Притом что на самом популярном видео на канале было только около трехсот пятидесяти тысяч. За полгода.       Народ усиленно хавал дурно пахнущую “шоколадную конфетку” Демона Хаоса, тупел, подписывался на канал и хотел ещё. Глядя на всё это со стороны, Чак понимал только одно…       – Грядёт какой-то пиздец.       Кинообзорщик пожёвывал в недовольстве губу. Ролики настоящего Мефисто всегда несли какой-то посыл, идею, итоговую мораль… Что бы он ни говорил об обречённости человечества, сколько бы ни напоминал о себе как о Дьяволе, Повелителе Тьмы и Страданий, но чем больше Даня узнавал его, тем больше понимал, что Мефисто по-своему, но радеет за людей. Хоть и пытался это скрыть и почему-то стыдился своей надежды на человечество. Каково ему было бы узнать, что то, что он строил больше двух лет, сейчас самым бесчестным образом использует Демон Хаоса в целях всеобщей деградации. Поганит его репутацию. Позорит его имя.       Даниил Лазаренков озлобленно скрипнул зубами:       – Нужно найти способ остановить этого чёртового Демона Хаоса. Пока он не устроил хер пойми что.       “И заодно отомстить”.       Последняя мысль осталась невысказанной. Чак устало вздохнул и, закрыв глаза, сосредоточился на чём-то большом, рогатом и бесцеремонном. Перед глазами замаячил образ Гаврюши из нового “Простоквашино”.       “Твою мать, Чак!”, – мотнул головой рыжий. – “Сосредоточься!”       Даня просидел неподвижно в кресле в течение десяти минут. Пальцы нетерпеливо барабанили по столешнице. В любой другой ситуации он бы посчитал очень плохой и абсурдной идеей взывать к демону. Но, чёрт! Смириться с происходящим он тоже не мог.       – Ты звал меня?       Лазаренков вздрогнул, услышав за спиной хриплый голос, и распахнул глаза, оборачиваясь. Вельзевул смотрел с любопытством и лёгким удивлением. Он явно не ожидал встретиться с этим смертным ещё раз, не говоря уже о том, чтобы тот додумался бы призвать его.       Сам блогер, увидев демона, попервости потерял дар речи. Он на самом деле не слишком-то надеялся, что Вельзевул придёт или хотя бы услышит его. Но, как ни странно, у него всё же получилось.       Даня поспешил перейти к делу. Всё же демон – не собачка, которую можно было так легко и без причины вызвать. Да и с их прошлой встречи молодой человек запомнил, что Вельзевул не отличался особым терпением. Злить его не хотелось.       – Мы должны остановить Демона Хаоса, – без предисловий выпалил Чак.       Вельзевул посмотрел на него так, будто спрашивал: "ты что, тупенький?", и с расстановкой напомнил:       – Без кинжала это невозможно. А другой информации, как его убить, у нас нет.       Даниил нахохлился, засунув руки в карманы джинсов, и опустил задумчивый взгляд в пол. Вельзевул был прав. У них не было практически никакой информации. Они могут потратить годы на то, чтобы найти хоть что-то стоящее.       Но он знал того, кто мог хоть из-под земли достать любую информацию.

***

      – Тыщ! Всем привет! – поднял руку в привычном приветствии научпоп-блогер. – Сегодня мы поговорим о довольно интересной теме.       Женя Попадинец записывал очередной выпуск для “Utopia Show”. Написал отличный сценарий, заранее заснял вступительный скетч и даже разоблачительный танец, осталось только записать основную часть ролика с разносом очередного мифа от РенТВ. И вот он настроил камеру, поставил свет, выбрал подходящий ракурс и… Ничего.       Съёмки сегодня как-то не ладились. Да и вообще день начался неважно. Уже в шестой раз Топа пытался записать видео, однако каждый раз то забывал текст, то оговаривался, то зажёвывал слова, то вообще камера сдыхала. Молодой человек начинал потихоньку выматываться. И беситься. Да. Куда уж без этого.       Отпив из кружки остывающий какао, Женя сделал глубокий вдох и продолжил выговаривать вызубренный сценарий…       – Топ, нам надо поговорить.       Он едва удержался от того, чтобы не завизжать как девчонка, услышав в пустой квартире чужой голос. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы признать в обладателе голоса своего давнего приятеля.       – Блин, Дань! – беззлобно выругался Топа, с недовольством глядя в сторону камеры. – Я здесь немного занят.       Дубль определённо был запорот. Снова.       Вдруг до научпоп-блогера дошло осознание. Глаза округлились и в удивлении уставились на внезапно материализовавшегося в его квартире Чака.       – Эм… А как ты вообще вошёл?       Несколько смущённый Лазаренков открыл рот, чтобы что-то объяснить. Женя смотрел на него с подозрением в лучших традициях адептов конспирологии, невольно сделав шаг назад, как вдруг врезался во что-то спиной. Или в кого-то.       Обернувшись, Топа застыл в шоке. Перед ним стояло большое широкоплечее существо человекообразного вида в чёрном балахоне. В хмуром краснокожем лице прослеживались грубые мужские черты, а из лысой головы росли огромные рога.       Даниил Лазаренков, всё это время наблюдавший за явно подзависшим Женей, не удержался от фейспалма и устало, но со сквозившим в голосе недовольством пробормотал:       – Я же просил тебя не появляться, пока я не объясню ему ситуацию.       Вельзевул простодушно развёл руками, как бы говоря “ну извини, не подумал”. Но тут, к удивлению кинообзорщика, Попадинец неожиданно рассмеялся.       – Отличный костюм к Хэллоуину!       Топа добродушно похлопал демону по плечу, растянувшись в улыбке. Немного подохреневший от такой наглости Вельзевул молниеносно первёл взгляд на не менее ошарашенного Чака. Рыжий состроил умоляющий взгляд и одними губами призвал его помолчать. Демон посмотрел на него с недовольством, но всё же подавил все желчные замечания в себе.       – Нам нужна твоя помощь, – несколько виновато произнёс Даня и пересказал блогеру события последних недель.       Выслушав историю Лазаренкова, Женя решил, что это какая-то шутка. Ну да, конечно, рассказывать блогеру, который занимается тем, что разоблачает фейки, заблуждения, антинаучные теории и мистические истории, про реальное существование Ада и Дьявола. Отличная шутка, ребята!       Но Даня явно не шутил и вообще выглядел крайне серьёзно и мрачно. В глазах застыла никем не понятая боль. Топа нахмурился.       – Да брось, Даня, – сказал он, устало улыбаясь. – Неужели ты думаешь, что я действительно поверю в историю о том, что Мефисто – настоящий дьявол? Он всего лишь очень эксцентричный парень, который не хочет в деанон в угоду яркому образу. Только и всего. Какие ещё “тёмные силы”?       – Но это правда! – воскликнул Чак и в отчаянной попытке его убедить указал на Вельзевула. – Вот! Перед тобой настоящий демон!       – Да это ведь всего лишь костюм! – всё ещё думая, что это какой-то розыгрыш, насмешливо прыснул научпоп-блогер.       Женя демонстративно потянул за рукав чёрной рясы, обслюнявил палец и потёр им по огромной кисти демона, проверяя на стойкость “красной краски”. Вельзевул ощутимо напрягся, возмущённо вытаращив глаза на в край обнаглевшего недоразоблачителя. Даня нервно хихикнул от такого комичного выражения лица демона Преисподней, но, ощутив на себе его гневный взгляд, тут же заткнулся, опустив глаза в пол.       – Хотя признаю, костюм неплохой.       Казалось, Топе было, в общем-то, всё равно.       “Ну, нравится человеку косплеить Хеллбоя”, – повёл плечами он. – “Кто же ему запретит? Тем более, в преддверии фильма...”       – Тоже мне удивили! Мужик в красном гриме с примотанными рогами! – продолжал посмеиваться Женя Попадинец, оценивающе ощупывая “застывший грим” на лице демона. – Некоторые блогеры для обзоров ещё и не так заморачиваются!       Вельзевул свирепо задышал, как разъярённый бык, выступающий против матадора. Чак начинал нервничать. Казалось, что из ушей демона вот-вот пойдёт пар и послышится свист, как у закипающего чайника.       – Женя…, – нервно улыбаясь, опасливо протянул рыжий.       Но тот был слишком увлечён изучением “костюма” и уже добрался до рогов.       – Ого! – с силой дёргая демона за рога, восхитился Топа. – Ничего себе как крепко прицепили. Это вы на что? На строительный клей что ли?       Для верности он снова ощутимо потянул за рога. Такого издевательства Вельзевул не выдержал. Глаза налились кровью, зубы преобразовались в клыки, выпустились когти, за спиной раскрылись кожистые, как у летучей мыши, крылья, и он, разинув пасть, страшно зарычал.       Топа попятился назад и, споткнувшись, плюхнулся на пол, глядя на рычащего демона в ужасе. Это больше не походило на костюм или загримерованного “мужика с рогами” – перед ним была истинная форма зверя!       Чак стоял на месте, не двигаясь. Он чувствовал, что вот-вот надует в штаны. Женя всё ещё ошарашенно пялился на Вельзевула, тыча в него трясущимся пальцем. Мотнув головой, Даня несмело подошёл к приятелю и незамедлительно поднёс к его носу нашатырь. После появления в своей квартире Вельзевула, когда кинообзорщик и сам едва не схватил инфаркт от страха, нашатырь казался ему самой необходимой вещью в доме, рюкзаке, джинсах…       От резкого запаха Топа, не успев упасть в обморок, тут же пришёл в себя и неожиданно выкрикнул:       – ТВОЮ МАТЬ, ЭТО ЖЕ НАСТОЯЩИЙ ДЕМОН!       Из его рта вырвался тихий смешок, перерастающий в нервное хихиканье, а затем и в самую настоящую истерику. Лазаренков не знал, как ему реагировать. Он с минуту смотрел на заливисто смеющегося Женю, с опасением подумывая о том, что случайно сломал тому психику и умение трезво мыслить.       Ситуацию разрулил Вельзевул. Раздражённо цокнув языком, он усадил научпоп-блогера на диван, как маленького ребёнка, укутал в плед и впихнул ему в руки уже успевшую остыть кружку с какао. Топа от таких внезапных действий демона прекратил смеяться и шокировано уставился на него, всё ещё побаиваясь и мелко дрожа.       – Согласен, он уже холодный, – виновато пробасил Вельзевул.       С этими словами он выхватил у смертного кружку, нагрел небольшим огоньком из когтистого пальца какао и вручил ему обратно.       Топа был всё ещё в шоке. Ещё большем шоке.       Вельзевул на секунду задумался. И подложил ему под голову мягкую подушку в виде головы зелёного человечка.       Топа всё ещё в шоке!       Подумав ещё немного, Вельзевул взбил ему подушку и подоткнул пледик.       Топа всё ещё в шоке.       Тогда Вельзевул всучил ему пакетик зефиринок из “Мармелад Шоу” и, скрестив руки на груди, смотрел на Топу в ожидании. Чак в недоумении смотрел на демона. Казалось, силой этого недоумения могли лопнуть стёкла в его очках.       Поймав на себе этот взгляд рыжего, Вельзевул смущённо пояснил:       – Босс как-то был в таком же состоянии, впервые увидев “Дом-2”.       Даниил выразительно приподнял брови в удивлении. Топа понимающе кивнул и молча отпил какаошку. Кинообзорщик тряхнул рыжей головой и, вспомнив, зачем они, собственно говоря, сюда пришли, решился нарушить неловкое молчание негромким покашливанием.       – Так ты поможешь нам?       Женя некоторое время молчал, а затем, тяжело и как-то обречённо вздохнув, пробормотал:       – Боже, и зачем я только снялся в “Очередном высере”?

***

      Даниил Лазаренков практически поселился в квартире Жени. Научпоп-блогер даже как-то с невесёлой улыбкой отметил, что он проводит с кинообзорщиком больше времени, чем со своей девушкой. Они совсем не выходили из дома и часами сидели в Интернете, чтобы найти лишь один вопрос: как уничтожить дьявола?       Глаза Дани высохли, болели и были красные как у наркомана от постоянного сидения за компьютером. По вискам били невидимые “молоточки”. Уже через несколько часов он едва ли мог воспринимать то, что читает.       Топа справлялся с исследовательской работой куда лучше. Он привык рыться в помойке из разрозненной информации, именуемой Интернет. В конце концов, это было его работой. Во что бы то ни стало докапываться до истины.       Спустя несколько дней Чак, казалось, уже знал о демонах и самом дьяволе всё. И чем больше он читал, тем сильнее мрачнел. Перед глазами стояли обрывки статей и изречений. Все эти злые штуки, которые писали о Мефистофеле, совершенно не вязались в голове у Даниила с образом его друга.       “...древнеевр. происхождения — от “мефиц” — “разрушитель” и “тофель” — “лжец”...”;       “...верховный дух зла, властелин ада, подстрекатель людей к совершению греха...”;       “... ангел, восставший против Бога. Ему приписывается ненависть к человечеству и вообще созданиям божьим, противостояние Богу, распространение лжи и хаоса в людских душах...”;       “...Диавол всегда желает человеку только зла, его цель – погибель человека…”.       Лазаренков выругался и закрыл очередную вкладку со статьей-обличительницей дьявола. Он больше не мог это читать. Может быть, Мефисто и был временами излишне саркастичен, циничен и жесток в высказываниях, нередки были и вспышки гнева, но…        Он не был злодеем. По крайней мере, тот Мефистофель, которого знал Чак. Он был обличителем грехов и человеческой глупости, а не их создателем. Даня мало знал о прошлом своего друга, но точно знал одно: Мефисто никогда не желал ему зла. Что бы святоши там ни писали бы о желании зла и погибели человеку. Пусть подавятся своими статейками. Чак, в отличие от них всех, знал реального человека (ну, вы поняли!), а не вымышленного персонажа.       Увереннее в своих богохульных размышлениях заставлял его чувствовать Вельзевул. Иногда демон появлялся в квартире Жени, который всё ещё бледнел при виде него, но упасть в обморок или проверить на прочность демонские рога больше не пытался, и наблюдал за работой смертных. Нередко Вельзевул останавливался за спиной Даниила, из-за его плеча читая, чего путного мог нарыть смертный, и кривился в недовольстве.       — Чего?! Не было такого! — сотрясал воздух возмущениями демон. — Босс никогда не пытался соблазнить какую-то левую бабу сраным яблоком! Бог ведь тогда ещё даже не спроектировал Стива Джобса!       Вельзевул находил много неточностей и лжи в представлениях человечества о дьяволе и не считал зазорным указывать на это, в свою очередь рассказывая, как всё было на самом деле. Истории демона о пребывании Мефистофеля в Раю (до изгнания) успокаивали Чака, но после них он — хоть убейте! — не мог избавиться от образа Мефисто папкиного тинейджера-бунтаря, разбивающего тачки, прогуливающего пары по богословию и мацающего по углам воскресной школы женских херувимов.       При мыслях об этом рыжий несдержанно прыснул, давясь смехом. Чёрт! Он действительно скучал по этому засранцу! Без Дьявола всё вокруг было как-то не то. Серо, уныло и… безнадёжно, что ли.       Тем, кто действительно чувствовал себя гораздо лучше без окружающих его адских созданий, был Топа. С уходом Вельзевула он работал куда расслабленнее и увереннее, а следовательно быстрее. Да и соображалка на пару с критическим мышлением снова нажимала на кнопку “вкл”.       — Интересно получается, — вдруг задумчиво заговорил Женя Попадинец, нарушая тишину. — Ещё никогда мои блуждания по Интернету не казались мне такими бесполезными. Одна информация дублирует другую. Пусть и описывается каждый раз некоторыми другими словами.       — Да-да, я знаю, о чём ты, — нетерпеливо закивал Лазаренков. — Дьявол — лжец, само зло, вершитель греха, убийца котиков и создатель кураги! Читал это всю прошедшую неделю. Аж тошно уже.       — Верно, — негромко прыснув, улыбнулся уголком губ своим мыслям научпоп-блогер. — Но мой интерес не в этом. Вся информация в Сети о Мефистофеле противоречит словам Вельзевула, который немного-немало был его приближённым, и моему личному впечатлению о нём. Уж больно принимающей всё близко к сердцу, — Женя на секунду запнулся, вспоминая слова Вельзевула, — к семи сердцам! — и деятельный в просвещенческой сфере Мефисто парень для Мирового Зла.       — Он и не злодей, — пробормотал себе под нос Чак. — Всего-то вредный засранец. Но поддаётся дрессировке.       — Однако я нашёл в Интернете кое-что схожее со словами Вельзевула, — подняв указательный палец, продолжал Топа. — Я наткнулся на несколько иллюстраций к старым вариациям Библии, на которых Дьявол изображён с отчётливо и как будто бы специально выделенным большим кольцом на пальце. Вокруг кольца даже какие-то алые штрихи будто радиоволны. Это привлекло моё внимание. Было сложно, но, благодаря этим иллюстрациям, мне удалось найти пару интересных текстов.       Даниил Лазаренков совершенно точно понимал, что ничего не понимал. Но, тем не менее, уселся поудобнее и внимательно слушал приятеля.       — Так вот, — прочистив горло, Женя обратился к экрану ноутбука, — в одном из утративших религиозную актуальность преданий речь шла о том, как Дьявол дабы проучить смертного, позволившего себе дерзость оскорбить Владыку Ада, заточил его душу в своё кольцо, пока тот не взмолился о пощаде.       — Кольцо. — Негромко повторил кинообзорщик, опустив задумчивый взгляд из-под очков. — Я припоминаю. Мефисто пару раз разговаривал с кольцом при мне. Вельзевул говорил, что он перенёс его в кольцо, когда явился на землю. Чтобы не привлекать внимания. Но как нам это поможет?       Топа устало потянулся и, расслабившись, откинулся в кресле, а затем терпеливо пояснил свою мысль:       — Хоть Демон Хаоса и стал новым Правителем Ада после смерти Мефисто, но технически он всё же не настоящий Дьявол. Понимаешь?       — Он в первую очередь демон, — напрягая извилины, хмуро пробормотал Чак и растянулся в победной улыбке. — Это значит мы можем заточить Демона Хаоса в кольцо!       — Главное, чтобы Вельзевул отыскал его. Насколько я понял, в последний раз оно было на пальце “смертного тела” Мефисто. — Женю покоробило от этих слов, но всё же сразу взял себя в руки, убеждая себя, что просто цитировал демона. — Думаю, это ему должно быть под силу.       — Отлично! — довольно потирал ладони Даня. — Закроем ублюдка в кольце, пока не придумаем, как его уничтожить.       Топа смотрел на воодушевившегося товарища как-то устало-снисходительно, что не смогло укрыться от его внимания. Лазаренков вопросительно посмотрел на него.       — Даня, — серьёзно начал тот, — пойми, демона, а в особенности дьявола, которым сейчас и является Демон Хаоса, невозможно убить.       Эта информация свалилась на Чака так же внезапно, как кирпич, прилетевший с крыши на голову прохожему. На мгновение он даже замер, пытаясь переварить сказанное.       — То есть как? Я не понимаю.       — Это прослеживается во всех старинных источниках, что мне удалось нарыть, — лекторским тоном разъяснял Женя Попадинец. — Демоны, в отличие от людей, это не плоть, которую можно ранить или убить. Они не привязаны к телу. У них по сути его как такового нет, так как они способны менять их, вселяться в тела людей. Как и Вельзевул. Он сейчас в своей истинной, адской форме, поэтому не может долго находиться на земле, не привлекая к себе внимания. И он и вполовину не так силён здесь без тела, как мог бы быть в Аду.       Лазаренков ловил каждое слово научпоп-блогера, впитывая информацию словно губка. Он не знал, какой именно вывод сделал для себя Женя. Даже если сказанное ему не понравится, это было хоть что-то. Они знают уже гораздо больше, чем когда только-только приступили к своему исследованию.       — Демона можно лишь изгнать из человеческого тела и заточить его душу в самых глубоких недрах Ада, — продолжал Топа. — Если верить источникам, демона способен убить лишь сам Дьявол, а Дьявола лишь кто-то, кто создал его. Логично предположить, что этот “кто-то” — тот, кто создал Всё.       Чак с неожиданным пониманием посмотрел на Топу. Его поразило собственное осознание. Бог. Дьявола может убить лишь Бог. Как они раньше не подумали об этом? Даня почувствовал внезапный прилив надежды.       “Значит Мефисто может быть ещё жив?”       Его мысли прервала с грохотом распахнувшаяся дверь на балкон. В комнату ворвался мощный и ледяной порыв ветра, снося оборудование и захлопывая крышки ноутбуков. Ребята отвернулись, прикрываясь выставленными вперёд руками от бьющего в лица ветра. Всё вокруг вдруг разом потемнело, будто бы кто-то наверху решил выключить солнце. В гостиную ворвался водоворот теней.       Топа чуть опустил руку, с недоумевающим прищуром выглядывая из-за неё, и разинул рот в удивлении:       — Какого х…?!       Тень приобрела очертания человеческой фигуры, сделала взмах призрачной рукой, и его с силой отбросило назад. Лазаренков бросился было на помощь, пытаясь в последний момент схватить друга за руку, но его тут же опрокинуло на спину, невидимой силой придавливая к полу. Послышался грохот. Даня резко повернул голову на звук и увидел, как Женя сполз по стене и рухнул без сознания.       Чак с отчаянием смотрел на распластавшегося на полу друга и чувствовал, как его окутывает липкий страх. Руки задрожали. Он попытался освободиться из невидимого плена, думая только о том, как помочь Жене, но его будто молотом Тора придавило.       — Нет-нет, нет!       Его охватила паника. Он пытался вырваться, но не мог даже на сантиметр оторвать руки от пола.       “Я не хочу, чтобы с ним произошло то же, что и с Мефом”, — пронеслась в голове отчаянная мысль.       Мерзкое противное хихиканье эхом разнеслось по квартире. Чак замер. Мурашки потусторонним холодком пробежались по позвоночнику. Рыжий медленно повернул голову, в его глазах отразился ледяной гнев. Тень приблизилась к нему и опустилась перед ним на корточки, ни на секунду не прекращая хихикать.       — Здравствуй, Чак! — надменно приподняв голову, пафосно поприветствовала его Тень. — Вот мы и встре…       — Чего тебе от меня нужно? — ощутимо дёрнувшись, нетерпеливо перебил тот.       Демон застыл с открытым ртом и стоял так с секунду, возмущённо и явно разочарованно уставившись на смертного.       — Неправильно! Ты сделал всё неправильно! — разгневанно развопился Демон Хаоса, осыпая его проклятиями. — Ты всё запорол! Всё — херня! Давай по-новой.       Даня настолько был шокирован, что на мгновение даже забыл о своём презрении к демону, и скривился в недоумении. Повисла неловкая пауза.       — Чего? — наконец, выдал рыжий.       — Я что, зря готовился что ли?! — продолжал возмущаться Демон Хаоса. — Придумывал речь, писал сценарий, репетировал всю ночь! Что за смертные пошли! Ты что, фильмы не смотрел?       “Психованный какой-то…”.       — Но ведь это же клише… — неуверенно попытался Чак.       — А мне насрать!!!       Призрачная рука с с силой сдавила его горло. Даня закашлялся, чувствуя, как катастрофически не хватает воздуха. Он попытался разжать хватку демона, но руки отказывались слушаться, а затем и вовсе оказались намертво прижаты к полу.       — Каким же всё-таки жалким был Мефисто, — наблюдая за задыхающимся смертным, елейно протянул он. — Он начал становиться мягкотелым, опустился до дружбы с человеком! И то, что он сдох — ему по заслугам.       Лицо Чака перекосилось от гнева. Брови налегли на вспыхнувшие злостью глаза, губы плотно сжались, чуть подрагивая. Он с силой дёрнулся, пытаясь вырваться. Демон Хаоса пронзительно громко и визгливо расхохотался.       — Люди… Вы все просто мусор. От вас нужно избавляться, как избавляются от блох на любимой собаке, — презрительно говорил он, силой мысли, буквально, вдавливая блогера в пол. — Мефисто забыл эту простую истину. Решил, что встретил достойных представителей вашего разлагающегося рода. Вместо того, чтобы править Адом и утопить человечество в грехе и деградации, он занимался тем, что снимал с тобой видосики. Годные, блядь, видосики!       Лазаренков начал синеть. Демон чуть ослабил хватку на горле, позволяя смертному сделать глоток свежего воздуха.       — И я не понимаю, что в тебе такого, что смогло очеловечить самого Повелителя Тьмы, — процедил сквозь зубы Демон Хаоса.       Даня поднял на него ничего не соображающий взгляд — он был на грани потери сознания.       — Мне не хватает одного канала Мефисто, — между тем продолжал новый владыка Ада. — Я не смогу отупить человечество, просиживая в Аду. Мне нужно быть на Земле. А для этого мне понадобится тело.       Зрачки Чака расширились в ужасе. Он едва успел открыть рот, как вдруг поток теней ворвался ему в глотку. Лазаренков отчаянно мотал головой. Ногти царапали пол. Он пытался сопротивляться изо всех сил!       Вдруг всё прекратилось. В квартире стало тихо. Только холодный ветер слегка раздувал занавески. Кинообзорщик медленно принял сидячее положение и застыл, совершенно не двигаясь. Чак резко распахнул глаза, и они тут же затянулись чёрной пеленой.