Побочный ущерб

      Долгое время Гарри не понимал зельеварение — или чем оно в принципе полезно. Собственно, поэтому он всегда получал не лучшие оценки по этому предмету. Этому, конечно, также способствовал профессор Снейп, который, похоже, был готов костьми лечь, но завалить ученика. Оценки у Гарри улучшились только с появлением профессора Слизнорта — и с нахождением учебника Принца-Полукровки.       Его интерес к зельям резко возрос уже после трагедии.       Гарри удавалось сварить в котелке немного полезных зелий из тех ингредиентов, которые он находил, путешествуя по стране. Это даже помогало отвлечься и расслабиться, избавиться от мрачных мыслей, терроризирующих разум. Он начинал с самых простых зелий, которые варил в первые года обучения. Гарри приходилось действовать методом проб и ошибок — ни учебников, ни тетрадей с рецептами у него не было. Поначалу ничего не выходило; однажды ему даже подпалило брови. Но он учился на ошибках. Он начал обращаться к зельям, как к чему-то важному. Пусть они и не были разумны, но у них имелся характер. Они по-разному реагировали на не те ингредиенты, ошибки и даже погоду. Это удивляло Гарри больше всего — как оказалось, многие зелья портились на солнце, и вскоре Гарри стало очевидно, почему все зельевары жили в подземельях. Поэтому-то ему так и нравилось оставаться в лесах — зельям нравилось прятаться под защитой ветвей.       Вот и сейчас Гарри сидит под деревом и варит зелье, помешивая его сначала дважды по часовой стрелке, а потом уменьшая огонь и помешивая пять с половиной раз против часовой. Потом он вынимает маленькую колбу и высыпает из нее немного порошка в котел — со дна начали подниматься пузырьки. Посмотрев на них двадцать шесть секунд, Гарри вновь взмахивает палочкой, возвращая огонь. Зелье превратилось из темно-фиолетовой жижи в золотистую жидкость, прозрачную, как вода.       Феликс Фелицис. «Жидкая удача». Ему всего пару раз удавалось приготовить его.       Он старается сварить его немного иначе, чтобы эффект длился дольше, а зелье не приходилось принимать в больших дозах. Задача оказалась не из простых — мельчайшая ошибка способна все испортить. Поэтому Гарри действует осторожно, записывает каждый шаг и пристально наблюдает за зельем. Котелок у него небольшой, поэтому много сварить не получится, но он будет надеяться, что этого хватит. Нужно ведь лишь ему и Локи.       Прошел уже месяц с тех пор, как Локи спас Гарри. Да, на события он был не богат — в основном они просто сидели, обменивались идеями и практиковались в магии. Саркастичный юмор и бесстыдное очарование Локи вкупе с его острым языком пробили защиту Гарри, и парень даже привык к тому, что рядом с ним находится всамделишный бог, но палочку на всякий случай держал поблизости. Локи почти не рассказывал о своем прошлом, но Гарри и не спрашивал. Похоже, бог знал о Гарри больше, чем показывал, что, впрочем, не сильно удивляло — о Гарри Поттере было написано более чем достаточно. Гарри беспокоило, что Локи не расспрашивает его о том трагическом случае, но он и сам не спешил поднимать эту тему.       Прошло слишком много лет. О Гарри уже редко упоминали в газетах — только в особенно ужасных историях. Он практически исчез с глаз общественности. Да, она до сих пор знала о его существовании и до сих пор верила в ложь Министерства, но пара десятилетий способна заглушить любой страх.       — Поттер, — Локи произносит это точно так же, как и Малфой когда-то — с усмешкой между первым и вторым слогом.       — Как все прошло? — Гарри не отвлекается от зелья и осторожно помешивает его       — Как и всегда, — громко вздыхает Локи. Гарри слышит, что он подходит ближе — под его ногами хрустят веточки. Бог останавливается у него за спиной и присматривается к зелью.       — Уверен? — тихо спрашивает Гарри.       — Разумеется, — Локи возмущенно вздергивает подбородок.       Поначалу план казался простым. Гарри уже проникал в Министерство вместе с Роном и Гермионой и знал, что их может ждать и что нужно предпринять. Как жаль, что в тот раз он не знал, что друзья менее чем через год погибнут.       Тогда-то это было делом непростым. С тех пор защита Министерства должна была лишь усилиться. Но проникновение туда было только первым шагом к их цели.       — Мне нужно, чтобы ты был прав, — Гарри скашивает взгляд на Локи. — Мне нужно знать, кто за этим стоит.       — Знаю, — спокойно отвечает Локи. — Этот мужчина — или женщина, без разницы — лишил тебя всего. Ты заслуживаешь узнать, кто это, и заслуживаешь права отомстить… Но вдруг это был просто безумец, позавидовавший твоей огромной силе? Да и мне нельзя сидеть без дела, — продолжает он, изгибая бровь. — Ты — мой единственный шанс попасть домой и первый, кто пытается мне помочь. Я не меньше тебя хочу преуспеть.       — Я пока никак тебе не помог, — бормочет Гарри.       — Мне приходится верить, что поможешь.       Они замолкают. Вскоре Локи уходит, и Гарри полностью сосредотачивается на зелье. Бог то приходит, то уходит, и Гарри уже прекратил у него что-либо спрашивать.       Проходит час, и «Жидкая удача» почти готова. Еще пять раз помешать по часовой стрелке и произнести нужные заклинания.       — Раз, два, три, четыре, пять, — считает вслух Гарри, стараясь не запинаться и не дрожать. Он замирает. Зелье уже должно сменить цвет.       Спустя миг жидкость становится золотой. Гарри облегченно выдыхает.       — Ура, — бормочет он, взмахивает палочкой, чтобы погасить пламя, и медленно садится, а потом и вовсе плюхается на спину. Он выбился из сил. В создании любого зелья немаловажен фактор самого волшебника. Простые, легкие зелья готовятся так легко, что их и не замечаешь. Но чем сложнее они становятся, тем больше в них приходится вкладывать своей энергии.       Земля мягкая, сырая и влажная, и грязь пропитывает и куртку, и майку Гарри. В спину тычутся несколько острых палочек, но он слишком устал, чтобы их вынуть. Он не закрывает глаза, предпочитая смотреть сквозь ветви на бледно-синее вечернее небо.       Он не привык так расслабляться. Все вокруг словно приходит в порядок. Палочки больше не причиняют боли — просто касаются спины. Небо настолько бледное, что кажется белым. По нему пробегают облака, но Гарри не заботит, будет ли дождь. Он дышит спокойно и легко. В голове ни единой мысли, а тело словно ничего не весит. Гарри хочется остаться так навечно, слиться с окружением и позволить поглотить его целиком, утонуть под корнями и мхом. Чтобы его омывал дождь и обдувал ветер. Чтобы он уже больше ничего не знал.       — Я мог бы убить тебя прямо сейчас. Ты ведь знаешь об этом, да?       И все, покой нарушен. Гарри хмурится и садится.       — Ты бы так не сделал.       — Почему?       Гарри закатывает глаза.       — Потому что. Я тебе нужен.       — И ты прав, — тише обычного говорит Локи с толикой сожаления.       Гарри вздыхает, поднимается на ноги и отряхивается. Покачиваясь из стороны в сторону, он делает пару шагов и падает возле дерева, стараясь не смотреть на Локи.       — Я кое-что тебе принес, — говорит бог, подходя к нему. — Кофе. Если хочешь, конечно.       — Где ты… — Гарри замолкает. — Забудь, — он качает головой и прижимает ладонь ко лбу, желая, чтобы внезапная головная боль наконец-то прошла.       — Полагаю, это «да»? — едко интересуется Локи. Гарри сжимает зубы и пораженно потирает лицо.       — Да, не против.       Локи пододвигается к нему и передает Гарри огромный и горячий бумажный стаканчик с кофе.       — Я добавил немного сахара и сливок, — говорит он.       — Спасибо, — бормочет Гарри, и он в самом деле благодарен богу за кофе. Он и не помнил, когда в последний раз его пил. Гарри слишком уж боялся, что его раскроют и поймают, и потому делал вылазки в «реальный мир» только поздно ночью, тенью петляя по окраинам городов. Чаще всего он воровал шоколадные батончики на заправках. Гарри старался не появляться ни в чьей жизни — слишком быстро возникли бы проблемы, и ничто в мире не стоило боли, которую он бы навлек на других людей и на себя. Кроме того, все, с кем он сближался, рано или поздно погибали.       Он отпивает кофе. Он обжигает губы. У Гарри трясутся руки.       Если Локи и замечает, насколько он изможден, то решает ничего не говорить, и за это Гарри ему вновь благодарен. Горячий напиток согревает изнутри и словно вдыхает в уставшее тело жизнь.       Гарри замечает, что сегодня Локи одет в маггловскую одежду, разительно непохожую на тот фантастический наряд, в котором бог его спас. Гарри кажется, что эта одежда идет ему куда больше. Локи отыскал где-то черные штаны и черную же рубашку, а поверх накинул длинную зеленую парку — хотя, возможно, он просто изменил магией свой наряд. Волосы он зачесал назад, и сейчас они как никогда блестели на свету.       — Перестань пялиться на меня, — журит его Локи, изгибая брови и отпивая что бы то ни было из своего стаканчика. Гарри краснеет и быстро отводит взгляд.       — Прости.       — Да ладно, — Локи нахально усмехается. — Я привык. Я же такой… — он обводит себя ладонью. — Неотразимый.       Гарри быстро качает головой и как следует отпивает кофе.       Кроме них в лесу никого нет. С высоты деревьев их и не разглядеть, а в тусклом свете заката они и вовсе теряются на общем фоне. Если их и заметить, то совершенно не понять, кого видишь перед собой. Они могут быть кем угодно — на вид это просто два молодых человека, отдыхающих в лесу. Совершенно непримечательные.       В такие моменты Гарри задумывается над тем, как легко было бы сменить внешность, уехать подальше от Англии, притвориться магглом и начать новую жизнь. Он мог бы стать очередным незнакомцем, лицо которого забудешь, едва пройдешь мимо. Их жизни и проблемы никого не интересуют. Их не останавливают, чтобы спросить, как дела. С ними не нужно здороваться. Они — слепое пятно в общей картине мира. И потому так легко исчезнуть, притворившись ими.       За пределами магического мира, за пределами Англии никто бы не стал искать Мальчика-Который-Продолжает-Жить.       Да, на него могли открыть охоту. Скорее всего, у Министерства есть шпионы по всему миру. Его могли выследить. Могли убить всех, с кем он сблизился. Могли опять поймать; могли опять попытаться убить; могли опять отправить в Азкабан; могли опять заставить переживать худшие кошмары. И именно эти опасения и сдерживали его все эти годы. Да, опасения — и факт того, что ему не видать покоя, покуда он не отомстит тем, кто всего его лишил. Он отпивает кофе.       — Завтра.       — Что, прости?       Гарри выдыхает, поворачивается к Локи и со всем спектром эмоций выдает:       — Завтра мы отправимся в Министерство. И там мы узнаем, кто за всем этим стоит.       У Локи загораются глаза.       — Ну наконец-то. Хоть какое-то веселье.       — Ты чересчур уж рад. Мне стоит забеспокоиться?       — Ничуть, — улыбается Локи. — Коварство — мое второе имя.       Какое-то время Гарри не знает, что сказать, но потом выдает:       — Мне кажется, ты бы поладил с Фредом и Джорджем.       — Кто это?       — Они — очень хорошие… Нет. Были очень хорошими людьми, — Гарри мысленно ругает себя за ошибку. Сердце сжимается от боли.       — Не думаю, что мы бы в любом случае поладили, — небрежно говорит Локи. — Я далеко не хороший, как и те, кто меня окружает.       Гарри фыркает.       — Перестань драматизировать.       Локи сжимает зубы, но ничего не отвечает. Они молча допивают кофе, и Гарри взмахом палочки заставляет пустые бумажные стаканчики исчезнуть.       — Ладно, — начинает Гарри. — План на завтра такой…