Побочный ущерб

      Поднялся на удивление сильный ветер; деревья качались, а с их мощных ветвей на землю сыпались листья. Локи только проснулся; он потер глаза и поднялся на ноги. Гарри же рылся в маленькой сумке, в которой он хранил все зелья. Одно полезное заклинание делало сумку бездонной, но из-за этого найти что-то в ней становилось практически невозможным. В конечном счёте раздался громкий треск; Гарри громко выругался и вытащил руку.       — Акцио Феликс Фелицис, — раздражённо сказал Гарри, быстро невербально колдуя Репаро внутрь сумки. Изнутри прямо в его протянутую руку прыгнул маленький сосуд.       — Что такое «Феликс Фелицис»? — пробормотал Локи у него из-за спины, стоя на покрывале, закрывающим грязную лесную землю.       — Зелье удачи, — коротко ответил Гарри. — Именно его я так долго варил. Оно очень сложное, но без него нам не обойтись.       — Ага. И ты носишь его в кошелечке?       — Это не кошелек, — ответил Гарри. — А сумка из драконьей кожи. Очень крепкая и вместительная, — он показал на котелок, горелку и небольшое количество ингредиентов. Он присел и медленно сложил все в сумку, уверенными движениями уничтожая все следы их присутствия на поляне. — План помнишь? — спросил Гарри, закончив со всем. Локи за это время успел избавиться от покрывала и раздобыть где-то стакан кофе.       — Конечно, — отмахнулся он.       — Повторим ещё раз, — заявил Гарри, прислоняясь спиной к дереву. Локи устало вздохнул.       — Идём в Министерство Магии, выкрадываем пару слабаков…       — Не называй их так, — прервал его Гарри. — И никого мы не похищаем.       Локи поджал губы и продолжил:       — Забираем их вещи и с их помощью проникаем внутрь. Там выпиваем твое замечательное зелье, и я иду вызнавать столько информации о нас, сколько получится. Забираю папки, бумаги и прочее. Ты же… — он намекающе замолчал. О своей роли Гарри пока что умалчивал.       — Иду к министру магии, — серьезным тоном заявил он.       — Уверен? — недоверчиво спросил Локи.       — Со мной все будет в порядке, — ответил Гарри.       Взгляд, которым одарил его Локи, так и говорил, насколько бог не верил в это утверждение. Но это Гарри идёт вершить справедливость и Гарри идёт мстить. Никто не встанет у него на пути — даже Локи.       — Как только со всем закончим — встречаемся здесь, — продолжил Локи.       Гарри протяжно выдохнул и вытащил флакон жидкой удачи.       — Ты можешь выпить совсем немного. Оно невероятно токсично.       — Поттер, я бог. Зельям меня не убить, — высокомерно сказал Локи.       — Это не простое зелье. С ним нужно обращаться крайне осторожно. Люди умирали, приняв неправильные дозы. Этому зелью плевать, насколько крепкий у тебя организм, — предупредил Гарри. — Пожалуйста, — добавил он, надеясь воззвать к разуму Локи.       Бог возмущенно задрал подбородок, но все же кивнул.       — Это, это… — Гарри вздохнул. — Это очень важно. Если мы справимся… Я буду свободен, — он нахмурился; его взгляд наполнился уверенностью.       — А потом ты вместе с магическим миром отправишь меня домой? — спросил Локи и сжал зубы. — Я помогаю тебе, ты — мне?       — Да, — согласился Гарри, словно на миг потерявшись в мыслях. — Именно так.       До Лондона они добрались без проблем, скрывшись под чарами для отвода глаз. Зайдя в боковую улочку, Гарри мог поклясться, что из-под одной урны выбежала крыса. Неподалеку слышался шум проезжающих машин; мимо проходили люди, но никто не обращал внимание на двух странников, спрятавшихся у всех на виду. Небо заволокло темными тучами — обещанием долгого дождя.       — Готов? — тихо спросил Гарри.       — Да, — с легкостью ответил Локи.       — Они могут пройти в любой момент… — Гарри замолчал, всматриваясь в прохожих. Волшебник нащупал в кармане зелье удачи.       И тут прямо перед ними появились два человека.       — Есть, — едва слышимым шепотом сказал Локи.       Двое волшебников, одетых в непримечательные костюмы, трансгрессировали за спины группки подростков и легко смешались с толпой. Локи и Гарри тут же последовали за ними, не боясь, что их раскроют под оборотным зельем, делавшим из них простых безымянных и безликих прохожих.       Гарри наступил в лужу, обрызгав ноги Локи грязной водой. Они шли плечом к плечу, но не касались друг друга, пристально глядя в спины двух волшебников. Вскоре те свернули направо. Все. Сейчас или никогда. Гарри выхватил палочку из рукава и, быстро махнув рукой, невербально наложил на волшебников Империус. Затем они с Локи незаметно — а, может, и заметно, им было плевать, — завели мужчин за угол и применили на них оглушающее заклинание.       Два парика. Еще два флакона оборотного зелья: один — мерзко-коричневого, другой — пепельно-розового цвета. Локи выбрал второй флакон до того, как Гарри протянул ему тот, что был более мерзкого цвета.       — До дна.       Кожа горела. Гарри подрос — Локи же уменьшился. Их темные волосы приобрели разные оттенки коричневого, а глаза стали карими. Затащив тела за угол, они стащили с них мантии и спрятали волшебников, что напомнило Гарри о том, как он проникал в Министерство в первый раз. Они порылись в вещах волшебников, чтобы иметь представление о том, в кого перевоплотились. Эдвард Смит и Люк Бушери. Обоим больше сорока. Они подметили еще пару мелочей, но это мало чем могло помочь.       Новое тело придало Гарри уверенности. Он задрал голову и пошел к знакомой телефонной будке. Он прикусил губу, выдохнул, а потом набрал номер в надежде, что он не изменился: 6, 2, 4, 4, 2.       Их без труда пустили внутрь. Они попали в одно из самых защищенных мест в магическом мире с поразительной легкостью. С учетом того, что их обоих разыскивали, Гарри стоило вести себя более осмотрительно, но, как только он оказался в Атриуме, у него перехватило дыхание. Он даже отшатнулся.       Двадцать лет.       Двадцать сраных лет — и вот он здесь. Он в Министерстве Магии. У него закружилась голова.       Пол блестел начищенным мрамором, стены сияли чернотой, простираясь до высоких сводчатых потолков. Солнце ярко светило сквозь окно, освещая работающих сотрудников. Все здесь было так ярко, необыкновенно и… За неимением лучшего описания, чисто магическим. В центре огромной круглой комнаты находился потрясающий фонтан, украшенный золотыми скульптурами. Он очаровывал и притягивал взгляд.       За все эти годы так мало изменилось.       В каминах вспыхивало изумрудное пламя, из которого появлялись волшебники и волшебницы. Все они исчезали в безумной толпе, спешащей по кабинетам и желающей вовремя приступить к работе. Гарри стоял, притворяясь кем-то другим, и неподвижно смотрел на это. Локи подхватил его под локоть и потащил за собой, пока Гарри не пришел в себя и не отпрянул от него.       — Сосредоточься, — прошипел Локи — или, скорее, Люк Бушери.       Гарри сжал зубы, злобно глянул на Локи и отошел от него, исчезая в толпе. Пришла пора найти министра.       Волшебники и ведьмы шли по коридорам, занятые своими делами. Было одновременно и шумно, и тихо. Тело, которое подобрал для себя Гарри, не пользовалось особенной популярностью — но и изгоем его нельзя было назвать. Некоторые здоровались с ним, спрашивали, как дела, а потом шли дальше. К нему не стеснялись прижиматься в лифте, полном спешащих волшебников.       — Твой кабинет разве не ниже? — кто-то спросил Гарри в ухо. Он кашлянул.       — Пошел за кое-какой бумажной работой.       Любопытный волшебник одобрительно хмыкнул. Что-то подсказывало Гарри, что настоящий Эдвард сказал бы куда больше — по крайней мере, поделился бы каким-нибудь слушком по работе. Но Гарри не был им, не знал его пристрастия и привычки, да и попросту больше двадцати лет провел в полном одиночестве.       — Увидимся, — бросил он, выскользнув из лифта на следующем этаже вместе с низенькой пухлой ведьмой, несущей невероятно огромную стопку бумаги. Гарри поразился, как она вообще могла ее поднять.       На миг он запутался в полах своей мантии. Эдвард носил слишком длинную одежду. Может, она досталась ему по наследству, как семейная реликвия, — это бы объяснило едкий спертый запах, идущий от нее.       Он смутно представлял, где расположен кабинет министра. Точно на этом этаже, но где конкретно — без понятия. Он беспокойно оглянулся, хоть у него и было достаточно времени найти нужное место. Ему оказалось на удивление легко вновь влиться в магический мир. Он кивал людям, проходившим мимо, глядел по сторонам, но пытался не делать вид, будто он тут впервые.       И тут в него кто-то врезался. Бумаги разлетелись по полу и разметались во все стороны.       — Чер… Простите, — Гарри наклонился, собирая документы в кучу.       — Да ладно, Эд, — весело ответил незнакомец. О. Так, значит, это друг.       — Все равно прости, — Гарри — или, скорее, Эдвард — рассеянно посмотрел на бумаги. Вид у них был официальный; он успел разглядеть лишь фразу «ЗЛО: Оно может нагрянуть и к ВАМ домой», прежде чем отдал всю кипу высокому красивому мужчине, присевшему, чтобы помочь ему.       — Все нормально, Эд, — успокоил его мужчина. — Эй, как прошел налет прошлой ночью? Не ожидал, что ты сегодня выйдешь на работу.       — Налет? — этот вопрос застал Гарри врасплох.       — Да, — вопросительно посмотрел на него мужчина. Мимо них проходили совершенно необеспокоенные волшебники. — Знаю, ты не хочешь об этом говорить, но, как-никак, это же дом твоих кузенов, — он хмыкнул. — Но закон есть закон.       — Да, — неловко выдавил Гарри. — Закон… Налет… Именно. А. Да, все прошло нормально, мы смогли, эм… Найти, что искали.       Мужчина изогнул бровь.       — Значит, ты их убил? — он сказал это так небрежно. Как будто это что-то нормальное. Как будто настоящий Эдвард не удивился бы и не обиделся от такого вопроса. Люди проходили мимо. Наверняка кто-то слышал. Но никто не обернулся.       — Эм… — Гарри засунул руки в карманы слишком длинной мантии. — Да.       Хуже всего было то, что он не знал, соврал ли он или нет. Он не знал, каким был Эдвард. Все его познания ограничивались тем, что он посещает Министерство каждую пятницу и проходит с другом по определенным улицам. Больше Гарри знать не требовалось.       Мужчине, казалось, ответ понравился. Он кивнул, но, стоило ему отвернуться, включились сирены. Громкий, звенящий звук пронесся по всему Министерству. Заморгал свет; кто-то испуганно пискнул.       — Эдвард, скорее, — мужчина подхватил Гарри под локоть. — Тебе не стоит быть на этом этаже — тебя заподозрят… Пошли.       Его голос был полон страха, и Гарри без раздумий побежал за ним к лестнице. По пути он слышал лишь обрывки фраз — вернее, чьих-то криков:       — Прорыв в защите!       — Кто-то пронес темные зелья!       — Может разрушить…       — Надо найти…       — Закрыть все входы и выходы!       Мужчина опустил руку и схватил ладонь Гарри, переплетая их пальцы.       — Это ты сделал? — тихо спросил он, ускоряя шаг и направляясь по коридору, ведущему к Атриуму. — Ответь. Скажи мне.       У Гарри во рту пересохло.       — Не понимаю, о чем ты, — выдавил он. Мужчина повернул к нему голову и посмотрел в глаза.       — Ты лжешь, — сказал он, но не остановился. Гарри отвел взгляд. — Это был ты.       Гарри ощутил неприятный комок в горле. Что-то пронеслось мимо него и сбило с ног, заставив мужчин расцепить руки.       — Вы, двое, идите к своим каминам! — крикнул какой-то мужчина. Один его глаз сильно распух, а на подбородке виднелся бледно-розовый шрам, исчезавший под воротником. — Погоди… Это ты, — уверенно заявил он. — Идем со мной, — он схватил Гарри за воротник и потащил за собой.       — Постой!       — Нет, Роберт. Я не буду ждать. Этот человек убил всю мою семью, а ты позволяешь ему шляться по Министерству? — его голос сочился ненавистью.       Гарри побледнел. Что за человек этот Эдвард? Что он совершил? Его слегка затрясло.       — Ты идешь со мной, понятно? — на шее мужчины вздулась вена. — Это ты пронес те зелья, да? Да?! — перешел он на крик. Гарри едва мог дышать — так крепко он его держал. — Что, собираешься еще кого-то убить? — плюнул он ему в лицо. — Поверь, как только Министерство узнает, чем ты занимаешься, ты пожалеешь, что вообще появился на свет! — да чью же личину принял Гарри?       — Прошу, Маркус, это не он. Это не мог быть Эдвард, я могу это доказать, я могу…       — Это был он! — закричал Маркус, безумно распахнув глаза. — Я видел его! Как он склонился над их телами! Он смеялся, смеялся, Роберт!       — Это был не он, — упрашивал его Роберт.       У Гарри в глазах начало темнеть. Он царапал руку Маркуса, пытаясь вырваться.       — Это… — рыкнул Маркус. — Это был он. И он за все заплатит.       — Это не исцелит твою боль, — заметил Роберт.       — Как только он умрет, — Маркус злобно встряхнул Гарри. — Я буду счастлив, как никогда.       Он потащил Гарри по коридору. К радости Гарри, он слегка ослабил хватку, и парень смог дышать. Они шли в Атриум. Сирены выли так, что у Гарри голова разболелась. Люди сбегались к ним, вставали в линии; служащие Министерства вставали у них на пути, приготовив палочки. Никто не зайдет и не выйдет.       Гарри отчаянно всмотрелся в толпу. Где Локи? Им пора убираться отсюда. Не так он все планировал. Краем уха он слышал, как спорят из-за него Маркус и Роберт.       Сирены продолжали завывать, перекрикивая гвалт и топот. Гарри хотелось орать. Он не привык к такому шуму, к такой толпе, к таким беспорядкам. Куда подевался Локи? Им нужно бежать, и срочно, пока не раскрыли. Его охватывала паника. Он сжал волшебную палочку.       — Я его поймал! — крикнул Маркус сотням испуганных волшебников. — Я поймал того, кто за все в ответе! — люди затихли и повернулись к Гарри и Роберту. — Этот человек — убийца, — все уставились на Гарри. — Он что-то выискивал наверху! Обыщите его — наверняка у него при себе зелья! — Все смотрели, присматривались, приглядывались. — Он собирался убить еще кого-то, но я вовремя его остановил!       Сотни взглядов — и все на нем. Гарри видел, как сотрудники Министерства пробиваются сквозь толпу. Его кровь кипела.       — Он — зло!       Он пересек черту. Волдеморт был злым — но не Гарри.       — Неправда! — рычит он и вырывается из цепких пальцев Маркуса. — Неправда, — повторяет он. Даже если этот Эдвард совершил что-то плохое, Гарри не позволит так с собой обращаться.       Служащие Министерства подбираются ближе. Они с трудом прорываются сквозь толпу. Гарри чувствует, как пульсирует магия под кожей, готовая взорваться, убивать, бороться. Его дыхание учащается, лицо краснеет от гнева, а костяшки пальцев, сжимающих палочку, белеют до цвета кости.       — Эд, прекрати, пожалуйста, — доносится до него голос Роберта. Гарри оборачивается к нему.       — Прости, — тихо бормочет он, понимая, что должен хотя бы извиниться за разрушение жизни Эдварда. — Я должен это сделать.       А в следующий момент он применяет на Маркуса одно из непростительных заклинаний, заставляя того корчиться на полу. Спустя мгновение он уже лежит без движения.       — Ни с места! — кричит Гарри сотрудникам Министерства — мракоборцам, солдатам, бойцам. Они окружают его; он в ловушке. Он не сможет бороться со всеми сразу. Но им это знать не обязательно. Он выставляет перед собой палочку.       — Экспеллиармус!       — Остолбеней!       — Экспульсо!       Гарри произносит проклятья и заклинания одно за другим, и это не труднее, чем дышать.       — Протего!       — Остолбеней!       Гарри обернулся. Он не просто волшебник, нет, он — природный феномен. Цунами. Сила, с которой приходится считаться. Рассекая палочкой воздух, он почти не произносил заклинаний — они случались сами собой на уровне инстинктов. Поднимая руки к потолку, он простым взмахом обрушивает канделябры. Направив палочку на фонтан, он поднимает из него всю воду, а из палочки тем временем вырывается струя пламени. Земля, на которой стоит Министерство, ходит ходуном. Он приказывает элементам — всем сразу и каждому в отдельности.       Поняв, на что способен Гарри, люди подняли крик. Они побежали прочь из Министерства, подняли панику, пытаясь сбежать.       За спиной Гарри стоял ошарашенный Роберт. Гарри поставил вокруг него мощный щит, охранявший волшебника от чужих заклинаний. Он разрушал законы физики, творя с миром невообразимые вещи.       Казалось, прошла вечность, хотя, возможно, это была лишь пара минут. Испытывая одновременно боль и гнев, начинаешь по-другому воспринимать время. Оно идет иначе, когда законы физики больше не соблюдаются. Время изменяет свою форму, когда сирены воют так громко, что голова того гляди разорвется. Когда проклятия раздирают воздух.       Он не мог видеть все, не мог быть везде. Он в одиночку борется со всем миром. Люди, с которыми он сражается, испуганы. Они уже отбросили порядочность и гордость. Теперь их волнует лишь сохранность своей жизни.       За спиной что-то взорвалось.       — Круцио! — но заклинание так и не попало по Гарри.       Кто-то закричал от боли и упал на колени.       Гарри издал нечеловеческий рык, разлетевшийся эхом по залу. Он развернулся и махнул палочкой, и вдруг из волшебников закапала, заструилась, потекла кровь. Это не убило их, но замедлило. Но причинило боль.       Волшебник, принявший на себя удар Круциатуса, медленно и пошатываясь встал. Высоко задрал подбородок. Сжал зубы. Вокруг него замер весь мир.       Локи.       Зеленый свет — такой яркий, что ослепляет. Крики, мольбы.       Боль.       — Сектумсемпра, — доносится чей-то голос, и Гарри видит, как Локи падает на пол. Весь мир взрывается, и волшебник может лишь броситься вперед, подхватить бога и трансгрессировать в лес.       Из Министерства невозможно трансгрессировать, но то ли боль, то ли гнев дают Гарри сил осуществить это. Он ощущает, как все его внутренности переворачиваются и искривляются, когда они прорываются через щиты и чары, окружающие министерство.       Они приземляются на мягкий мох. Гарри тут же смотрит на Локи. Повсюду кровь — почему бог не лечит себя?       — Прошу, очнись, — Гарри хватает его за мантию. Действие оборотного зелья заканчивается — он чувствует, как кожу начало жечь и покалывать.       Он сдергивает с бога мантию. Его руки дрожат, пока он проводит палочкой над грудью Локи, бормоча лечащие заклинания. Бог не просыпается, не издает ни звука. Если бы не его слабое дыхание, Гарри бы принял его за мертвеца. Но Локи жив, и волшебник изо всех сил, дрожа, старается его исцелить.       — Очнись, черт тебя дери! — ругнулся под нос Гарри, продолжая лечить его, вновь и вновь проводя палочкой над телом Локи. Раны зарастают, хоть и оставляют после себя ярко-красные шрамы.       Лишь спустя пять минут Локи приходит в себя. По ощущениям прошла целая вечность.       Он резко распахивает веки, ловит ртом воздух и вскакивает на ноги, дико озираясь по сторонам.       — Локи, — Гарри медленно поднялся, сжимая палочку в руке. — Локи, это я.       — Поттер, — бог замер; его плечи поникли, но он дышал слишком уж часто — того гляди подхватил гипервентиляцию. — Поттер, — повторил он.       — Да. Это я, — сказал Гарри и осторожно шагнул к нему. — Все хорошо. Я унес нас из Министерства.       — Как… Ч-Что случилось? — заикнулся Локи и словно поразился этому.       — Ну, на нас напали…       — Это я понял, — заметил бог. Волшебник поджал губы.       — В тебя выпустили мощное заклинание. Думаю, целились в меня или… Роберта. Не знаю. Но почему-то под удар попал ты. Возможно, задело еще кого-то. Ты лежал без сознания целых пятнадцать минут, — Гарри показал на землю, на которой лежал Локи. Она покраснела от крови. — Сектумсемпра, — презрительно сказал он. — Я лишь единожды видел его в действии. Оно… — он сглотнул, вспомнив Малфоя. — После него не выживают.       Локи прищурился. Его дыхание замедлилось.       — Я больше, чем человек.       — Знаю, — спешно добавил Гарри. — Но даже твое тело не сможет залечить нанесенные им раны, — Гарри посмотрел на торс Локи. Из некоторых порезов до сих пор текла кровь. Локи заметил его взгляд и наклонил голову. — Больно? — спросил Гарри.       — А ты как думаешь? — съязвил Локи.       — Ты же бог. Не чувствуешь боли и прочее. Вроде как нечто большее, чем какие-то смертные, — передразнил Гарри голос Локи. Бог нахмурился.       — Разумеется, я чувствую боль. И сейчас мне адски больно, — он отвернулся от Гарри.       Он пытался перевести дух и не встречаться взглядами с Гарри. Поднявшись, он подхватил испачканную в крови мантию и неуклюже надел ее. Волшебнику показалось, что Локи совсем незаметно вздрогнул. Он вновь отвернулся от Гарри, пригладил волосы и еще раз протяжно выдохнул. Сделав пару шагов, он прислонился к дереву, чтобы удержаться на ногах.       — Ты в порядке? — осторожно спросил Гарри. Локи одарил его убийственным взглядом.       Гарри отвел взгляд и начал возводить над ними щиты. Это уже вошло в привычку и занимает всего пару минут. К тому же, через час их здесь не будет. Ему неспокойно. Может, служащие Министерства уже нашли способ выследить их и сейчас окружают их, медленно сужая круг?       Локи прислонился к дереву и опустился на землю. Выглядел он плохо — бог, весь в крови, одну руку прижимал к животу, а другую просто безвольно свесил. Гарри тут же бросился к нему, опустился на колени и осторожно убрал его ладонь от живота. Выхватив палочку, Гарри начал водить ей над ранами, из которых еще лилась кровь.       — Так продолжать нельзя, — болезненно прохрипел Локи. Гарри попытался его успокоить, но бог продолжил: — Прости, — то, как он это произнес, давало понять, что извиняться он не привык. — Я все испортил.       — Мы все испортили, — поправил его волшебник. — Мы же должны были работать сообща, — он продолжил лечить Локи, который того гляди был готов опять потерять сознание.       — Да. Не помешало бы.       Локи купался в магии. Силы продолжали покидать его, но Гарри с небывалым рвением залечивал его раны.       — Нам нужен план получше, — тихо сказал бог. — Так я точно никогда не вернусь домой.       — И что же ты предлагаешь?       — Я… — Локи болезненно зашипел. — Осторожнее, Поттер, это больно, — злобно побранил он волшебника.       — Прости, — быстро извинился Гарри. — Продолжай.       Локи порылся в кармане и вытащил крохотную пачку бумаг, тут же магически разросшуюся до нормальных размеров. Приглядевшись, Гарри понял, что это не просто беспорядочные бумажки, а чьи-то дела. Локи положил их на землю.       — Я нашел их, пока ты пытался убить какого-то старого хрыча.       — Что это?       — Данные Министерства по определенной группе людей, — победоносно заявил Локи.       — И как нам это поможет? — рявкнул Гарри, но не прекратил лечить его.       — Ты не понимаешь. Министерство, оно… Оно далеко не хорошее. Оно погрязло в лжи и коррупции, — Локи прислонился затылком к дереву. — Из-за него многих людей обрекли на незавидную участь — как тебя, например, — Гарри ощетинился. — Уверен, многие из них злы. И мы этим воспользуемся.       — Как? — спросил Гарри, хотя уже представлял сложившийся у него план.       — Их ненависть положит начало восстанию.