Глава 6. Следы
25 октября 2019 г., 04:18
Как оказалось, волшебники не представляют особой угрозы без своего главного рабочего инструмента – волшебной палочки. Дин запер опасный кусок дерева в комнате, наполненной другими жуткими вещами, находящимися там еще со времен просвещенных, активно использовавших бункер как оплот человечества в борьбе со сверхъестественным. Виолетте Бове было разрешено взять с собой из Нового Орлеана только инструменты и материалы, необходимые для создания волшебной палочки, а так как братья Винчестеры, конечно же, никак не могли знать, что из всего этого не способно их убить, они убрали каждую вещицу по разным шкатулкам. Волшебница оценила их параноидальные действия снисходительным взглядом, но спорить не стала, полностью подчиняясь ситуации, быть может чувствуя себя обязанной за спасение собственной жизни. По ее мнению, сделать для мальчишки волшебную палочку и получить взамен свободу – перспектива куда лучше, чем оказаться разобранной на органы стаей изголодавшихся ругару.
Виолетту поселили в одну из многочисленных комнат бункера и даже предоставили возможность свободно передвигаться, насколько это вообще считается свободным, когда за тобой попеременно следят двое мужчин, которым навскидку явно приходилось держать в руках что-то потяжелее волшебной палочки и наверняка способных лишить тебя возможности двигаться в мгновение ока. Что ж, Винчестеров трудно назвать приверженцами доверительных отношений к существам, чьи таланты выходят за рамки книги рекордов Гиннесса.
На следующий день когда Рой вернулся из школы, он был сильно взвинчен мыслью, что совсем скоро получит свое собственное уникальное оружие, которое сможет штабелями укладывать монстров. Не то чтобы мальчик не верил в мощь «клинка Руби», о странном названии которого ему обещали рассказать как-нибудь потом, традиционно валяющегося на дне его рюкзака, он просто знал, именно знал, что способен на большее. Та ночь потери родственников и приобретения новых наглядно показала его способности, контролировать которые у него, увы, не получалось. Но это пока. Рой чувствовал, как в нем бурлит энергия, особенно это ощущалось, когда он испытывал яркие эмоции. Так и раньше бывало. В такие моменты всегда происходило что-то необычное, что до исступления бесило его тетю и дядю Дурслей. Слишком бесило, если задуматься. Оглядываясь назад, Рой бы даже не побоялся озвучить смелую догадку, что те знали, кем он являлся на самом деле.
В главном холле его уже ждали. Возле стола-карты стоял высокий табурет, и волшебница вместе с дядей Дином и дядей Сэмом сгрудились вокруг него, что ввергло мальчика в некоторое смятение. С плеча Виолетты змеей свисал сантиметр, а по левую руку от нее на столе лежали разного рода предметы, из которых Рой смог идентифицировать только довольно ветхую на вид тетрадь и, к его превеликому изумлению, покоящееся в чернильнице перо. Рой подавил в себе острое желание спросить, насколько прогрессивно волшебное общество, но закусил щеку изнутри, посчитав это невежливым. Виолетта, возвышающаяся даже над здоровяком Сэмом, поманила самого младшего Винчестера пальцем:
– Иди сюда, мальчик, – скрипучим голосом сказала она, и Рою подумалось, что женщина намного старше, чем могло показаться, – залезай.
Виолетта похлопала по поверхности табурета, и Рой недоуменно оглянулся на родственников, которые и сами лишь пожали плечами, не имея ни малейшего понятия, как подобные физические упражнения помогут сделать волшебную палочку. Рой подчинился и вскарабкался наверх, молясь, чтобы позорно не упасть.
– Вытяни рабочую руку, – приказала волшебница.
– Ту, которой мочишь монстров, – весело подсказал Дин, увидев в глазах племянника замешательство.
Рой оторвал от бока правую руку и замер под пристальным взглядом Бове, которая стянула с плеча сантиметр и принялась за дело. Сначала она измерила общую длину руки от плеча до кончиков пальцев, затем от плеча до сгиба локтя, от локтя до запястья и, наконец, длину ладони. Каждый замер она записывала в той самой ветхой тетради, выводя буквы причудливым почерком. Перо в ее пальцах лежало уверенно и смотрелось гротескно. Рою тоже захотелось попробовать пописать этим необычным для их века канцелярским предметом.
Отложив сантиметр, Виолетта встала напротив мальчика и оказалась одного с ним роста. Она принялась постукивать костяшками пальцев по различным точкам на его теле, чем окончательно заставила его растеряться. Дин и Сэм заинтересованно выглядывали из-за ее плечей, причём первый явно стоял на носочках и усердно вытягивал шею. Зрелище было презабавное, и Рой не удержался от смешка. Затем волшебница взяла со стола что-то, очень похожее на обычный ртутный градусник. Стеклянная трубка была пуста и имела всего несколько делений, а один конец и вовсе был не запаян и напоминал горлышко от бутылки. Рой смотрел на диковинную вещицу со смесью страха и нетерпения. Бове, поймав его взгляд, смилостивилась и объяснила:
– Через тело каждого живого существа проходят энергетические потоки. У маглов, – Виолетта кивком головы указала на Сэма и Дина, – то есть у не-волшебников, они просто есть, и совсем немногие могут похвастаться тем, что способны взаимодействовать с ними – таких людей вы называете экстрасенсами. У волшебников же эти потоки не просто ярко выражены, они могут ими управлять. Потоки соединяются в одной точке, что называется магическим ядром, которое выступает в роли сосуда, откуда волшебник и черпает свои силы для сотворения заклинания. Палочка же является проводником этих сил, она концентрирует их и, если ее создатель был умел, может сбалансировать их.
Рой задумался над ее словами, пытаясь переварить новую для него информацию и сделать определенные выводы. Кажется, мир волшебства не так-то прост, он не ограничивается парочкой зрелищных фокусов, равно как и мир, в котором он живет, может оскалиться на тебя, например, вампирскими клыками. Мальчик проанализировал действия волшебницы и одухотворенно поспешил поделиться своей догадкой:
– И вы как раз искали эту точку?
Виолетта кивнула и приставила «градусник» к месту чуть выше солнечного сплетения.
– А теперь, мальчик, мне нужны от тебя сильные эмоции. Это может быть волнение, страх или злость. Так как ты еще юн и неопытен в магических делах, то не сможешь по заказу почерпнуть немного силы из своего ядра. Зато всплеск эмоций способен всколыхнуть их. Именно поэтому возле малолетних волшебников часто происходят, казалось бы, необъяснимые вещи.
Перед внутренним взором Рой представил картину из той ночи три года назад, пытаясь воссоздать ее до мельчайших подробностей. В итоге он добился того, что ощутил неприятный холод, вмиг окутавший его тело, а в уши эхом пробрался нечеловеческий хохот, перемежающийся с истошными мольбами о помощи. Ладони укололо морозцем, а на лице выступил пот.
– Это что-то вроде инстинкта самосохранения? – спросил Сэм, припоминая то, что осталось от Баллбегги в гостиной дома 4 по Тисовой улице.
Видимо, вопрос он задал уж слишком непринужденно, и Виолетта, догадавшись, что за ним точно что-то стояло, смерила Сэма долгим пронзительным взглядом, прежде чем ответить.
– Думаю, можно сказать и так.
Она поднесла к глазам «градусник», затем отложила его и снова сделала запись в тетради. Рой, снова пришедший в себя, не выдержал и спросил, что это за штука такая и для чего нужна. Ему было как-то не по себе от того, что Бове там что-то измеряет, не говоря ему. А вдруг он дефектный? Вдруг болен?
Женщина тяжело вздохнула, словно беспрестанно задаваемые вопросы ее порядком утомили, однако она терпеливо ответила:
– Это измеритель магического ядра. Он дает мне сведения для определения наилучшего состава для волшебной палочки. Если у волшебника ядро очень большое, ему будет сложно контролировать свои силы. В таком случае я искусственно занижаю то количество энергии, которое может пройти сквозь палочку. Конечно, если маг уже чувствует себя гораздо увереннее на поприще мастерства, он может заказать палочку без ограничителя. И наоборот, если ядро мало, я максимально увеличиваю проводимость. Возможно, в таком случае заклинания и не будут мощными, зато действовать будут исправно. Я не работаю на массового потребителя, и никогда не делаю палочки без индивидуального подхода. Так сказать, это мой стиль работы.
– И что насчет моего ядра? – опасливо поинтересовался Рой.
Бове похлопала его по плечу и сказала, что он может слезть с табурета. На его вопрос она ответила с небольшим опозданием: видимо, ей было что обдумать:
– С ядром все в порядке, оно стандартного размера, так что проблем возникнуть не должно…
– Но… – подсказал Дин, уловивший эту неопределенную интонацию в ее голосе. Всегда было какое-то «но», что непременно омрачало атмосферу и делало жизнь еще сложнее, чем она есть.
– В основном в качестве оболочки для волшебных палочек я использую болотный боярышник. Этот материал отлично подходит целеустремленным волшебникам, впрочем, большинство моих клиентов как раз таковыми и являлись, иначе бы я им просто-напросто отказала в содействии. Но в случае нашего мальчика я подумываю о том, чтобы заменить материал. Да, пожалуй, это необходимо.
– Я недостаточно целеустремленный? – грустно спросил Рой, уже вознамерившийся получить палочку именно из боярышника. Он еле удержался от того, чтобы не начать настаивать на обратном, показывая чудеса упрямства.
Бове несколько минут молча разглядывала приунывшего Роя, наверное, решая, стоит ли ему говорить или нет. Она на физическом уровне чувствовала на себе тяжелые взгляды взрослых Винчестеров и, прежде чем они смогли просверлить в ее затылке дыру, осторожно пояснила свои предыдущие слова:
– Тебе больше подойдет осина, поскольку это дерево успешно поглощает отрицательную энергию вокруг волшебника. Злой маг навряд ли сможет ей воспользоваться.
От подобного заявления Рой расстроился еще больше и, угнетенный, мешком повалился на табурет. Он не был до конца уверен, что этим Виолетта хотела сказать. Что он плохой? Или непременно станет тем, кто захочет причинять людям зло, как это делают монстры, на которых охотится его семья? Перед глазами предстала неутешительная картина того, как он с воплями убегает от Сэма и Дина, которые говорят что-то вроде: «Прости, чувак, ничего личного».
– Воу-воу, – Дин поднял ладони перед собой и сделал шаг вперед. – А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее.
– Да, – согласился с братом Сэм, – нельзя так просто обвинять ребенка.
– Как бы вам объяснить… – не меняясь в голосе, проговорила волшебница.
– Да уж как-нибудь. – Дин улыбнулся настолько любезно, что даже Рою было понятно, что доброжелательностью тут на самом деле и не пахло.
Женщина подошла к Рою и, взяв его за плечи, заглянула ему в лицо. Ее взгляд смягчился, и мальчик немного успокоился.
– Я совсем не имела в виду, что ты плохой человек или станешь таким в будущем. Это мне неизвестно, а о чем мне неизвестно, я судить не стану. Но должна предупредить, что пока я осматривала тебя, не смогла отделаться от ощущения, что что-то недоброе вьется вокруг тебя. Скажи, мальчик, в твоей жизни происходили страшные события, связанные с магией?
Отчего-то Рой знал, что монстр в гостиной у Дурслей не будет правильным ответом.
– Мои родители погибли в автокатастрофе, когда мне был год, и до недавнего времени я не знал, что я волшебник. Но магия здесь ни при чем.
– Очень в этом сомневаюсь, – довольно резко отрезала Бове, сверля лоб мальчика задумчивым взглядом. Рой невольно прошелся пальцами по челке, желая убедиться, что шрам по-прежнему скрыт. Тот напоминал ему о том, что он сирота. – Такие следы, пропитанные неуемным темным желанием, я могу разобрать даже спустя столько лет. Это точно последствие заклятия.
– Постойте, – Сэм тоже сделал шаг вперед и потер надбровные дуги, стараясь сосредоточиться, – полагаете, что то была не автокатастрофа, а его родителей убил другой волшебник?
Бове резко развернулась к нему и мрачно произнесла:
– Более того, мальчика тоже хотели убить, но, видимо, что-то помешало злодею, и он остался жив.
– Может, это проклятие какое? – предположил Дин.
Ситуация становилась все веселее и веселее. А ведь тревожный звоночек прозвенел еще тогда, когда Кас заявил, что не может своими ангельскими, мать их, силами убрать со лба ребенка обычный, казалось бы, шрам. А в том, что он связан с тем, о чем говорила волшебница, Дин был твердо уверен.
– Нет, проклятие – это более тонкие чары, а вот то, что я чувствую, имело вполне себе определенный характер… В мире магии есть множество недобрых заклинаний, способных на такое, и среди них существует понятие непростительных. Как видно из этого названия, их применение строго карается законом. Их таких три. Первое позволяет подчинить себе волю другого человека. Может, вы слышали о магической войне восемь лет назад?
Дин сморщился, отчаянно стараясь припомнить, но мозг наотрез отказывался предоставлять ему запрашиваемую информацию. Сэму повезло больше.
– Да, Кас упоминал что-то об этом.
– Когда британский волшебник, держащий в страхе весь магический мир, был наконец повержен, многие его приспешники клялись, что вершили зло под действием этого заклинания.
– И что, им так просто поверили? – возмутился Дин.
– Не то чтобы поверили… Однако если у тебя есть деньги, которые можно показательно направить в общественно полезное русло, тебе верят куда охотнее.
Братья хмыкнули. Получается, даже волшебники любят пересчитывать деньги. Теперь отпало всякое сомнение, что они тоже такие же люди.
– Второе заклинание позволяет вытягивать из человека сведения, – Бове тактично не использовала при ребенке слово «пытать», но старшие Винчестеры поняли ее и так. – А что делает третье, думаю, вы и сами прекрасно догадываетесь. Только представьте, один взмах волшебной палочки, и жизнь меркнет. Ничто не способно спастись от этого заклятия. Но говорят, что Того-кого-нельзя-называть…
Со стороны Дина послышался хрюк, и все взгляды тут же обратились на него. Ему бы промолчать, но острота сорвалась с языка прежде, чем он успел захлопнуть рот.
– Знаешь, Сэмми, Тот-кому-нужно-всадить-клинок-промеж-глаз звучит лучше, чем просто Люцифер.
Если Сэм и оценил шутку, то вида не подал, вместо этого он одарил брата осуждающим взглядом, и Дин даже немного пристыженно склонил голову, позволяя Бове продолжить.
– Говорят, что Того-кого-нельзя-называть победил совсем еще маленький ребенок. В том смысле, что заклинание вместо того, чтобы убить его, в буквальном смысле уничтожило применившего его темного волшебника. Возможно, с вашим мальчиком случилось нечто похожее. Он тот, кто выжил.
На какое-то мгновение на зал опустилась звенящая тишина. Ее прервал резкий хлопок от удара ладони об ладонь со стороны Дина, заставивший остальных невольно вздрогнуть.
– А-а-а, – протянул он так, будто вдруг что-то внезапно пришло ему на ум, – да, да, Кас и об этом упоминал. Он сказал, что фамилия мальчика… как же там… что-то связанное с кувшинами… или нет… с горшками?
– Поттер. Мальчика зовут Гарри Поттер.
***
Роя пришлось практически нести в его комнату, так как ноги отказывались слушаться, а в голове стоял беспощадный звон. Он был полностью оглушен новостью о том, что всю свою жизнь верил в навязанную ему ложь. Его родители совершенно точно не разбивались в автомобильной аварии. Иными словами, это не было случайностью. Совсем нет. Его родителей убили. Преднамеренно. Одним взмахом волшебной палочки. Их жизни померкли по жестокой воле темного волшебника, чье имя даже боятся произносить вслух. Но сейчас вместе с невыносимой горечью, словно все произошло только вчера, и ужасом от того, что смерть его, Роя, и родителей зачем-то понадобилась столь опасному человеку, он ощущал парадоксальную тягу знать имя этого волшебника. Он и самому себе не мог объяснить природу этого желания. А Дин, кажется, знал. В глазах мальчика он отыскали то, с чем сталкивались они с Сэмом уже бессчетное множество раз. В свое время это что-то и их семью привело на тропу охотников. Это что-то забрало с собой множество жизней. Жажда мести нашла путь в сердце Роя, а за неимением выхода она могла причинить вред ему самому. Дин присел рядом с мальчиком на кровать и взял его заплаканное лицо в свои ладони. – Тебе больно, я знаю. Я не стану говорить о том, что со временем она утихнет. Ни черта подобного, парень. Легче не станет. Не станет и тогда, если тебе удастся отомстить. Поверь, мы с Сэмми прошли через это, и теперь, опираясь на наш опыт, могу сказать, что в погоне за своим кошмаром ты должен ставить перед собой правильную цель, чтобы в итоге она не сожрала твою душу. Понимаешь? Рой всхлипнул и отчаянно принялся тереть глаза. – Я просто не хочу, чтобы такое повторилось вновь. Не хочу, чтобы погиб ты, Сэм, Кас, мои одноклассники или кто бы то ни был еще. И… мне страшно. – Конечно, тебе страшно, это нормально. Но ты слышал эту ведь… волшебницу, тот маг мертв, и именно ты отправил его прогуляться по Аду. А если кто-то захочет навредить тебе, то тут-то мы не подкачаем. Дин говорил убедительно, но и сам плохо верил в свои же слова. Смертельное заклятие не то, от чего можно прикрыться подвернувшимся под руку хламом. Заденет хоть чуточку, и ты труп. И все же как именно годовалому ребенку удалось избежать смерти? Поразмыслив над этим, Дин пришел к выводу, что те, кто тогда три года назад хотели похитить Гарри Поттера, задавались точно таким же вопросом.
