Записки лечащего врача
30 сентября. С того момента, как Алисе было разрешено покидать стены лечебницы, ее состояние заметно ухудшилось. Несчастная смерть ее любимицы Дины в конец разбила ее рассудок. Я считал, что выходы в город поспособствуют выздоровлению Алисы, но я ошибался. Сегодня ее перевели в палату интенсивной терапии. Алиса все время твердит про Страну Чудес. Она говорит, что это место, где она найдет спасение от всего. Хотелось бы ей верить, ведь прогнозы относительно ее лечения отнюдь не утешающие. 3 октября. Состояние больной улучшилось. Она снова различает, где сон, а где реальность. Сегодня она даже не отказалась от еды, как было всегда. В какой-то момент я уже было подумал, что это предсмертная ремиссия. Уж больно резко наступило улучшение. Совпадение или нет, но именно сегодня с утра она рассказала мне по секрету, что она победила ее обратную сущность, которую обозвала Асилой. Она сказала, что очень устала, но все равно не сдастся и пойдет до конца. Храбрая Алиса. Хотя как-то однажды она упоминала, что ей не хватает "булатности". Так называл храбрость ее отец. Мне кажется, сейчас в ней достаточно булатности. Не мешало бы завести отдельную тетрадь для придуманных Алисой терминов. И как ей это только в голову приходит? 4 октября. К моему облегчению, это была не предсмертная ремиссия. Алиса жива, но вот почему-то простудилась. Уж не знаю, как так вышло, но санитаров я наказал. Алису перевели в обычную палату с более комфортабельными условиями. Плюс ночью она умудрилась отыскать ножницы и отрезать свои волосы. Сказала, что так нужно. Вежливо попросила не лезть не в свои дела. 7 октября. Сегодня ночью Алиса чуть не задушила сиделку, требуя, чтобы ей привели меня. Кажется, жизнь этой девушки стала моей основной работой и смыслом дальнейшего существования. Когда я пришел, ее дико трясло. Она называла меня каким-то там котом и говорила, что боится. Говорила, что темнота смеется над ней и преследует по пятам. Мне бы хотелось помочь ей, если бы она только дала мне такую возможность. Но Алиса упорно не дает себя лечить. Она боится погружаться в воспоминания о своей семье, хотя я давно подозреваю, что корень болезни состоит именно в этом. 9 октября. Сегодня я разрешил Алисе выйти на улицу. Она была очень удивлена, что там оказалось мало снега. Хотя, больше всего ее удивило, что снег выпал только за пределами территории лечебницы. Меня всегда поражала ее проницательность и то, как она замечает различные детали. Не знаю, насколько это было для нее важно, но вечером она попросила листок бумаги и ручку и зарисовала то, что неожиданно пришло ей в голову. Она нарисовала какую-то поляну, странных существ и обозвала это сумасшедшим чаепитием. Именно в этот момент мне показалось, что она не со мной, не здесь. Не в этом мире. Она вроде бы как тут, но видит все искаженно, в других красках и очертаниях. Когда я спрашиваю у нее, что она видит, - она называет меня дистрофичным чудовищем и снова замолкает. Я тоже молчу, потому что не хочу нарушать ход ее мыслей. Мне всегда было интересно, как и что она думает. Безусловно, на моей практике это самый интересный случай. 10 октября. Ночью случился серьезный инцидент. Приступ паники произошел более чем неожиданно. Сегодня мы потеряли двух санитаров. Когда они пытались успокоить Алису и вколоть ей седатив, она вырвалась и скальпелем перерезала им горла. Алиса плакала и пыталась сбежать. Она вырвалась за пределы лечебницы, но нам удалось ее вернуть. Не подумал бы, что дело дойдет до "тихой" комнаты. Раньше мы держали там особо буйных пациентов, но, видимо, болезнь крупно прогрессирует. Я уже не в силах удерживать Алису в нашей реальности. 15 октября. На приеме Алиса рассказала, что виделась с отцом. Кажется, она считает, что он до сих пор жив. Она рассказывала, как плакалась ему, что не знает, как поступить дальше, говорила, что очень сильно устала, а мистер Бартлетт все время курил. Я удивился, что она еще до сих пор помнит его самую вредную привычку. Так или иначе, Алиса умудрилась сегодня достать пачку сигарет и выкурить ее всю за раз. Похоже, теперь придется запретить каждому подходить к ее комнате. Из "тихой" выпускать ее пока опасно. Трое санитаров и так уже уволились. 20 октября. Дело пошло на улучшение. Алиса пролежала во сне четверо суток и, наконец, очнулась. Первым делом она стала рассказывать мне, как добралась до Угрюмого Брега, замка Красной Королевы. Удивительно, но сейчас ее рассказы не кажутся мне бредом. Алиса говорила вполне серьезно, самостоятельно осознавая, что в реальности таких вещей не бывает, и все это - лишь плод, порожденный болезнью. Она сказала, что шизофрения побеждена. На полном серьезе ответила правильно, какой сейчас день, месяц, год. Я в глубине души надеюсь, что она идет на поправку. 22 октября. Алиса по-прежнему много спит. Однажды она сказала, что последней целью ее мести будет кукольный домик. Не знаю, что она имела в виду, но я искренне верю, что она доберется до туда. Она проснулась сегодня днем и растерянно попросила еды. Никогда за ней не замечал подобного. Она съела настолько много, что потом просто без сил упала на свою кровать. Чуть позже она призналась, что на нее резко напал голод. В голове больше не было пунктика по поводу еды. Она сказала, что победила Белую Королеву. Алиса уверовала меня, что ей осталось совсем немного. Все будет хорошо. 23 октября. Сегодня Алиса не проснулась. Ночью она впала в кому. Как бы ей не стало лучше до этого, она не смогла до конца справиться со стрессом и болезнью. Похоже, Алиса дошла до кукольного домика. Теперь ей понадобятся все силы, чтобы выкарабкаться оттуда. Я верю, что она справится. Булатная Алиса. 24 октября. Сегодня день рождения Алисы. Печально, что она не с нами. Где бы она не была, я бы хотел верить, что она знает, какой сегодня день, и что ее здесь любят и ждут.
Следующая глава: Загадочный Восток.
