В постели с врагом

***

      Хмурый день заглянул в комнату сквозь узкое окно. В Чаячьем городе шёл снег. Санса смотрела на маленькие снежки, пролетавшие мимо запотевшего стекла, и с грустью вспоминала летний снег Винтефелла. Кажется, это было тысячу лет назад. Арья с Браном и Джоном устроили засаду в Разрушенной башне и кидались наскоро слепленными снежками в каждого, кто имел неосторожность пройти мимо неё. В тот день досталось и Роббу, и Родрику Касселю, и отцу, и самой Сансе, и её подругам. Это прекратилось только после того, как Арья попала в матушку. Леди Кейтилин разгневалась, и хотя проказничали все трое, наказан был лишь Джон. Его лишили ужина и заставили весь следующий день сидеть в своей комнате в одиночестве. Для Арьи это тоже было наказанием, ведь Джон всегда участвовал в её проказах. Впрочем, сестра тайком носила ему из кухни пироги с капустой и вишнёвым джемом. Санса с нежностью вспомнила лукавое лицо сестры, весёлое — Джона и смеющееся — Брана. Из всех троих теперь остался только Джон. Едва ли в Ночном Дозоре у него было много поводов для веселья, хотя он и прежде очень редко смеялся.       Санса вздохнула и поправила на своих плечах тёплую шаль из тонкой голубой шерсти с белыми цветами. Она снова опустила голову к своему рукоделию. Теперь это был единственный источник её существования. Вышивка позволяла платить за комнату и покупать самое необходимое. А необходимого было очень много. Новое бельё, платье, высокие сапоги из замши прохудились, старый шерстяной плащ Алисы на заячьем меху не грел. Нужны были вещи для будущего ребёнка. Деньги, которые были у Сансы быстро кончились, но Тереса Маарсен, приютившая её в тот ужасный день, не только не выгнала её из своего дома, но и помогла ей. Она нашла покупателей для её вышивки и согласилась подождать с оплатой за жильё. Санса могла бы шить с утра до вечера, но Тереса ей не позволяла. Она заставляла её гулять в саду, или брала с собой в септу и на рынок, они вместе завтракали и ужинали, после прогулки она следила, чтобы Санса отдыхала, а потом они вместе пили чай, после ужина Санса читала вслух для неё и её мужа. Иногда Санса думала, что никогда не сможет расплатиться с этой женщиной за её доброту.       Тереса Маарсен была ещё не старой женщиной с приятным лицом и добрыми глазами, в уголках которых лучились первые морщинки. Её муж Корлисс был капитаном небольшой каракки, но однажды попал в шторм, вся команда погибла, а он три дня плавал на обломках собственного корабля, пока его не подобрал проходивший мимо галеон. Через несколько дней на этот галеон напали пираты и половину команды перебили, а тех, кто остался, продали в рабство в заливе Работорговцев. Корлиссу удалось сбежать, но он скитался ещё несколько лет прежде, чем добрался до дома. Все эти годы Тереса преданно ждала его и верила, что он вернётся. Чтобы свести концы с концами, она открыла небольшую лавку, в которой продавала сувениры, привезённые её мужем и другими моряками из дальних путешествий: статуэтки, шкатулки и разные безделушки, пользовавшиеся популярностью у жён местных торговцев и их любовниц. Когда Корлисс вернулся, он занялся изготовлением музыкальных шкатулок и механических игрушек для детей. Этим они и стали жить. Новый корабль купить ему было не на что, а плавать на чужом он не решился. С ними в их небольшом доме на Полотняной улице жила вдова друга Корлисса, который служил на его караке помощником капитана и погиб во время шторма. Гвэн была скорее помощницей по хозяйству, чем служанкой. Единственная дочь Тересы вышла замуж за сына капитана галеона и уехала в Старомест, где у неё был дом и трое детей.       Санса взглянула на свою вышивку и снова отвела взгляд на снег, круживший за окном. Дверь открылась. — Алейна, — позвала её Гвэн, — септа Розита пришла. Пойдём пить чай. Санса отложила свою работу и встала, поправила складки просторного платья на своём большом животе и вслед за Гвэн отправилась в гостиную.       Септа Розита совсем не была похожа на чопорную септу Мордейн, какой её помнила Санса. Она была ещё довольно молодой, смешливой женщиной с быстрым взглядом тёмных глаз, любившей пышки с фруктовой начинкой и имбирный чай с мёдом. Раз в семь дней она приходила в дом к Маарсенам, чтобы попить чаю и рассказать последние новости. Сегодня она была особенно многословна. — Вчера Дэнис Аррен отдал замуж свою младшую дочь Диану за лорда Лионеля Корбрея, — принялась она охотно делиться новостями, наливая горячий чай из чашки в блюдце. — Дэнис давно мечтал породниться с кем-нибудь из знатных лордов Долины, — Тереса Маарсен наполнила большую чашку с красными горошинами горячим ароматным чаем и подала Алейне.       Женщины уютно расположились в небольшой гостиной за круглым столом. Приятный дневной свет падал на большой белый чайник с красными горошинами, на горку румяных пирогов, на вазочку с тёмной вишней в медовом сиропе и плетёную корзинку с тонко нарезанным белым хлебом. Гвэн поставила на стол расписное блюдо с яблоками и грушами и села рядом с Алейной. В камине, отделанном керамической плиткой с цветочным рисунком, тихо потрескивали дрова. — В Лунной септе было не протолкнуться, — Розита взяла из горки румяный пирог с курагой, — кроме младших братьев Лионеля Корбрея, сира Лукоса и сира Лина, на свадьбу приехали леди Анья Уэйнвуд с двумя сыновьями и внучкой, старший сын лорда Ройса из Лунных Врат Албар и его дочь Миранда, лорд Линдерли, лорд Белмор, Саймон Темплтон со своей дочерью Селисой, лорд Ваксли и лорд Графтон, — Розита довольно хлебнула из блюдца, — и даже лорд-защитник Долины Петир Бейлиш. Говорят, что он и устроил этот брак, — доверительно добавила она, чуть понизив голос. — А что же его жена? — Тереса Маарсен тоже взяла из горки пирожок с тыквой. — К сожалению, маленький лорд Аррен накануне подхватил простуду, и леди Лизе пришлось остаться в Лунных Вратах с сыном, — проговорила септа без сожаления. — Зато на свадьбе присутствовала её племянница, леди Санса, — глаза септы хитро засияли. — Племянница леди Аррен? Но, у Джона Аррена был лишь один племянник… — Гвэн удивлённо переглянулась с Тересой, — Гаррольд Хардинг. — Санса — дочь Кейтилин Талли, сестры леди Лизы, — пояснила Розита. — Кажется, сестра леди Лизы была замужем за лордом Старком… — неуверенно вспомнила Тереса. — Значит, теперь леди Старк гостит у своей тёти? — Её выдали замуж за Ланнистера, — Розита поправила белый воротник с вышитой голубой розой. — Но ведь ходили слухи, что жену лорда Ланнистера убили в Речных землях?.. — Гвэн подала Алейне пирог с творогом и изюмом, а себе взяла с курагой. — Все так думали, — Розита подула на горячий чай. — Оказалось, что она сбежала от своего жестокого мужа и пряталась всё это время в Лунных Вратах у своей тётки. — Сбежала? Но ведь это должно быть очень опасно… — снова удивилась Гвэн. — Лорд Бейлиш помог ей сбежать и добраться до своей тётки. Пока она жила в замке, все считали, что она его внебрачная дочь, — Розита с явным удовольствием делилась этими секретами. — Почему вы думаете, что это леди Санса? — вдруг спросила, молчавшая до сих пор, Алейна. — Может быть, это самозванка, назвавшаяся её именем? — Леди Лиза узнала её. Она, как и все Талли, имеет ярко-голубые глаза и рыжие волосы, — уверенно возразила Розита. — Может быть, я тоже Талли? — усмехнулась Алейна. — Нет, — септа поспешно сделала глоток из блюдца, словно боялась сказать лишнее. — Леди Ланнистер надела в септу платье с золотыми львами, а на свадебном пиру она была в знаменитом ожерелье «Невинность Сансы». Вы не представляете, что это за роскошное украшение!.. Розита с восторгом принялась описывать ожерелье и платье леди Ланнистер, наряды прочих гостей, невесты, угощение и подарки…       Гвэн уже заварила второй чайник чая, а новости у Розиты не заканчивались. — На свадьбе Корбрея и Дианы присутствовал капитан галеры «Сардиний король», они пришли из Королевской Гавани, — септа с аппетитом откусила от булочки с инжиром и громко хлебнула чай. — Столько событий произошло за то время, что порт был заблокирован флотом Грейджоев… а мы сидим тут словно на другом конце Закатного моря, и ни о чём не знаем. Она снова откусила от булочки и лукаво посмотрела на хозяйку дома, наслаждаясь её любопытством. — Что же необычного случилось в Королевской Гавани? — Тереса покосилась на Алейну, которая взяла из горки пирог с капустой. — Даже не знаю, что думать, — рассмеялась она, — утром ты ешь творог с изюмом и фрукты в сахаре, в обед — капусту с тыквой, а вечером таскаешь бекон. Утром я уверена, что у тебя будет дочь, а вечером не сомневаюсь, что сын. — Может быть, это двойня? — улыбнулась Гвэн. — Защити нас Семеро, — быстро перекрестилась Тереса. Алейна вздохнула и откусила от пирога. — Септа Розита, вы похоже решили замучить нас, — Тереса подлила в чашку септы горячий чай, — наверное, мы так и не узнаем новости из столицы. — Ах, простите, не знаю прямо с чего начать, — задумчиво произнесла Розита, наливая чай в блюдце. — Начните с королевы Маргери, — тихо попросили Алейна. — Пожалуй, — согласилась септа. — Королева Маргери оказалась беременной. — Беременной? — удивились женщины. — Это должно быть обрадовало королеву-мать, — предположила Тереса. — Нет, — возразила септа, — это её вовсе не обрадовало. — Но король Томмен ещё ребёнок, — неуверенно проговорила Алейна, — едва ли он способен… — Тоже самое заявила королева Серсея, — Розита подула на чай и сделала глоток. — Верховный септон приказал схватить её и допросить. — Допросить? Что значит допросить? — Алейна содрогнулась, она вспомнила свою служанку в синяках и кровоподтёках после допроса. — Неужели её пытали? — Нет, — септа откусила от булочки с инжиром и хитро посмотрела на женщин. — Зато во время допроса, на котором присутствовала королева Серсея, новый Великий септон, называемый в народе Его Воробейшество, обвинил королеву-мать в блуде и заточил в подземельях Великой Септы Бейлора, — затараторила Розита. — Королева призналась в связи со своим братом… — она снова громко хлебнула из блюдца. Алейна неожиданно закашлялась и слёзы выступили у неё на глазах. — Милая, что с тобой? — Тереса участливо протянула ей салфетку. — Ты подавилась? — Простите, — Санса вытерла рот и сделала глоток из чашки, — эти новости и в самом деле очень странные. — …с Ланселем, — продолжила сплетничать Розита. — Кузен королевы вступил в орден Сынов Воина, отказался от имени, титулов, наследства и земель, когда он каялся в своих грехах, он признался, что был её любовником. Санса вспомнила, что уже в Дарри Лансель носил септонские одежды и проводил больше времени в септе, чем со своей женой и обитателями и гостями замка. — …королеве Серсее пришлось признаться… Она согласилась покаяться… — слова септы долетали до сознания женщины, словно сквозь толстый слой воды. Неужели Серсея изменяла не только королю Роберту, но и своему брату Джейме? А ведь Санса всегда думала, что королева любит его, преданно, самозабвенно, так как женщина любит единственного мужчину в своей жизни, когда готова ради него начать войну или уничтожить соперницу. — …её обрили наголо и заставили пройти голой по улице Сестёр от септы Бейлора до Красного замка… — Как же Великий септон позволил такое непотребство? — Тереса всплеснула руками. — С каких это пор септа стала подвергать женщин такому унижению, — возмущалась она. — Если каждую жену, изменившую хоть раз своему мужу, заставить ходить голой по улице, торговцы платьем разорятся. — Я всё слышу, — раздался насмешливый голос хозяина дома из соседней комнаты. — Я же не сказала, что все женщины склонны к блуду, — крикнула в ответ Тереса. — И что же? — снова обратила она свой любопытный взор к септе. — Чернь преследовала её, выкрикивая оскорбления и бросая в неё гнилой рыбой и огрызками. — Какой ужас! — снова воскликнула Тереса. — Почему гвардейцы короля допустили это? Столицу охраняют около тысячи золотых плащей и столько же красных… Зелёные плащи Тиреллов тоже должны были защитить её, — недоумевала Тереса. — Король Томмен приказал армии не вмешиваться, ведь Маргери все ещё оставалась пленницей септы, а если бы солдаты попытались отбить Серсею, септон пригрозил казнить Маргери и её кузин. — А что же Маргери? — снова спросила Санса. — Её отпустили? — Две луны её держали в Великой септе, чтобы она покаялась, — Розита снова хлебнула, — однако, Маргери заявила, что после свадебного обряда в септе, когда они с королём Джоффри удалились в свои покои, чтобы переодеться для пира, юный и пылкий король не утерпел и воспользовался своими правами мужа. Алейна с ужасом закрыла рот ладонью. Бедняжка. Неужели Джоффри всё-таки успел изнасиловать Маргери?  — Да ты, милая, бледна словно покрывало невинной септы, — Тереса обернулась к Алейне. —  Что с тобой? Как бы ты не упала в обморок. Такие страсти… — она укоризненно взглянула на Розиту. — И что же, ей поверили? — Гвэн с любопытством посмотрела на Розиту, ожидая продолжения истории. — Конечно, ей поверили. — Значит её отпустили, и теперь королева Маргери ждёт наследника? — с сомнением спросила Тереса. — Да, её пока отпустили, но её положение не лучше, чем у узницы. Днём и ночью её стерегут септы, почти всё время она проводит в молитве или чтении «Семиконечной Звезды», ей не позволяют видится со своей семьёй, и её брат Лорас всё ещё остаётся пленником септы. — Сир Лорас? — удивилась Алейна. — А он почему? — Он оказался любителем мальчиков… — с отвращением прошептала септа. — Септа нашла свидетеля, который знал о его порочном пристрастии. Это ещё отвратительнее, чем если бы он спал со шлюхами, ведь он рыцарь Королевской Гвардии. Алейна не могла поверить, что такой блестящий рыцарь, о котором она тайно мечтала и даже была немного влюблена, вдруг оказался совсем не рыцарем. — Через несколько дней после позорного шествия королевы Серсеи в Королевскую Гавань вернулся корабль, на котором доставили её дочь Мирцеллу, — снова принялась делиться новостями Розита. — Мирцелла вернулась домой? — Алейна с нежностью вспомнила девочку, которая недолгое время была её подругой. — Вероятно, её возвращение стало утешением для королевы… — Тереса подлила чай говорливой септе. — Бедняжку отравили в Дорне, — печально проговорила Розита. — Как? — вскричала Алейна. — Кто это сделал? За что? Ведь она была ещё ребёнком! — Говорят, что это сделали Песчаные змейки. Джейме Ланнистер привёз её тело в Королевскую Гавань. — Джейме Ланнистер? Разве он жив? Разве его не убили в Речных землях? — рука Алейны дрогнула, и она чуть не выронила чашку с чаем. Септа Розита хитро посмотрела на неё. — Мы все так думали, — проговорила она, радуясь, что знает ещё один секрет, — но он, оказывается, выжил и вернулся в Королевскую Гавань. — Выжил? Но почему он не вернулся?.. Алейна прикусила губу. Она была так ошеломлена известием, что её муж жив, что совсем потеряла осторожность. Розита и Тереса смотрели на неё ожидая объяснений, почему её так взволновало известие о Цареубийце. — Разве он не должен был вернуться за своей женой? — пролепетала она, не смея взглянуть на женщин. Розита снова хлебнула из блюдца. — Цареубийца в Речных землях попал в засаду, он с небольшим отрядом отправился искать свою жену и столкнулся с Бравыми ребятами, почти всех его людей перебили, а у него украли его золотую руку. Среди них был один бандит, носивший шлем Пса. Оказалось, что Пёс давно сдох где-то в Речных землях, а этот мерзавец, спрятавшись под его именем, творил ужасные зверства. Их банда сожгла Солеварни, перерезала всех жителей и изнасиловала всех женщин, даже двенадцатилетнюю девочку. А ещё… — Ну хватит, — прервала её Тереса. — Хватит рассказывать эти ужасы, хочешь, чтобы у Алейны случился выкидыш? Розита умолкла, она вздыхала и долго разглядывала пироги прежде, чем выбрала из горки самый румяный, то и дело с любопытством поглядывала на Алейну, словно видела её впервые. — Эта леди Ланнистер оказалась та ещё горячая штучка, — снова заговорила она. — Говорят, что Гаррольд Хардинг был так ею очарован, что бросил свою беременную подружку и стал её любовником, он хотел сделать ей предложение и жениться на ней, но она ему отказала. Теперь она собирается на Север. Сразу после свадьбы лорда Корбрея она отправится домой по Высокой дороге. Лорд Бейлиш договорился с лордом Болтоном о свадьбе между его сыном и леди Сансой. — Разве по по Высокой дороге уже можно ездить? — удивилась Тереса. — Несколько дней назад из Харренхолла пришёл обоз с какими-то гобеленами для лорда Бейлиша, а торговцы из Долины хотят отправить пшеницу и овёс в Речные земли, ведь там уже лежит снег, а урожай они так и не собрали. Скоро всё золото Фреев и Ланнистеров окажется в сундуках Арренов, — усмехнулась она, снова сделав глоток из блюдца. — Но Рамси… он ведь Сноу, — возмутилась Алейна. Она не знала, как выглядит бастард лорда Болтона, но помнила водянистые глаза его отца и тихий пугающий голос. Обе женщины удивлённо взглянули на неё. — Всё-то ты знаешь, голубушка, — Тереса взяла яблоко. — Всё, да не всё, — возразила септа, вытирая губы салфеткой. — За услуги, оказанные короне в подавлении мятежа северян, король Джоффри одобрил прошение лорда Болтона и узаконил его сына, а так же наградил его, отдав замок и земли Старков. Лорд Русе Болтон теперь Хранитель Севера, а его сын — лорд Винтерфелла. — Но северяне не признают этого предателя, — возмутилась Алейна, она почувствовала, как гнев закипает в её груди. Мало того, что вся её семья погибла по вине этих предателей, теперь они стали хозяевами в её доме. Болтоны станут спать в их комнатах, трапезничать в их столовой, устраивать пиры в большом чертоге, пользоваться их посудой, скатертями и бельём, рыться в их сундуках… Алейна прикусила губу, чтобы не расплакаться. Она не может выдать себя. Люди Бейлиша схватят её и отправят в Винтерфелл в лапы мерзких Болтонов. Она сделала глоток из чашки с чаем. — Вот опять слёзы выступили на глазах, — заботливо проговорила Тереса, — надо сначала подуть на чай. — Поэтому он и женится на старшей дочери лорда Старка, — Розита тоже взяла яблоко и откусила от него. — Рамси они, может, и не признают, но его наследника от дочери Старка признают. Санса вспомнила, как Тайвин Ланнистер тоже говорил, что её ребёнка, последнего Старка, северяне посадят на трон Винтерфелла, даже если он будет рождён от лорда самого низкого происхождения. — Но как же леди может выйти замуж, если её муж Джейме Ланнистер жив? — вдруг вспомнила Гвэн. — Септон Бурсен пообещал лорду Бейлишу уладить это маленькое препятствие. Септа расторгнет их брак, если леди согласится признаться, что её принудили к нему. Да это и так всем известно, Миранда Ройс рассказывала ужасные подробности её брака. Ланнистеры пользовались её постелью по очереди… и позволяли… Звон разбитой чашки прервал поток грязных сплетен. Алейна виновато взглянула на Тересу, но та лишь улыбнулась и кивнула Гвэн, которая поспешила убрать осколки и подала новую чашку. — Лорд Ланнистер не мог такое допустить, — голос Алейны дрогнул. — Может быть, эта Сан… женщина клевещет на него, чтобы расторгнуть брак? — Эта Миранда — известная сплетница, — поддержала её Тереса. — Ланнистеры слишком горды, чтобы так обращаться с леди, которая должна была стать матерью их наследника. Септа Розита молча грызла яблоко, но Алейна видела, что она уверена в правдивости сплетен, которые слышала от этой Миранды и от девушки, которая выдаёт себя за Сансу. — Как же лорду Джейме удалось выжить? — Санса всё ещё не могла забыть доспех, покрытый каплями крови, который она оставила в Башне Бейлиша. Как она могла поверить этому лжецу Бейлишу? Наверняка это он продолжает распространять про неё эти лживые сплетни. — Его спасла какая-то Бриенна. Эта Бриенна теперь разыскивает свою сестру, высокую девушку с голубыми глазами и медно-золотистыми волосами. Говорит, что она, возможно, беременна. — Септа посмотрела на Сансу. — Септон Бурсен сначала подумал, что она разыскивает тебя, Алейна, — улыбнулась Розита. Санса сидела словно оглушённая. Джейме всё это время был жив, ей стоило только дать ему знать, где она. Возможно, следовало попытаться добраться до Риверрана через Лунные горы или отправить хотя бы ворона. Может быть, найти способ примкнуть к этим торговцам, которые отправятся в Речные земли… — И что же леди Бриенна нашла свою сестру? — почти равнодушно спросила Алейна. Она подумала, что ей понадобится хоть какой-нибудь союзник. Ей предстояло непростое путешествие. — Пока нет. Я видела её в септе во время свадьбы Корбрея, такая высокая женщина в доспехах, не всякий воин может похвастать таким ростом, но для женщины это скорее недостаток, к тому же она очень некрасивая. Интересно, её кузина, которую она ищет похожа на неё? Кажется, она остановилась в таверне «Жареный гусь». Но почему ты спрашиваешь о ней? — септа повернула к Алейне свой хитрый взгляд. — Просто из любопытства, — Алейна пожала плечами и постаралась придать своему голосу безразличие. — Надеюсь, септон Бурсен передал деньги за мою работу? — смущённо спросила она. — Это ни к чему, — вдруг возразила септа. — Твой отец сказал, что это дар Лунной септе. — Какой отец? — удивилась Алейна, и страх сжал её сердце. — Ой, прости, лорд Бейлиш просил не говорить тебе, он хотел сделать сюрприз, — хитро улыбнулась Розита, — он несколько раз расспрашивал о тебе, а когда увидел салфетки и скатерти, которые ты вышила для приданного Дианы, сказал, что уверен, что ты его дочь, которую он давно ищет. Ты ведь говорила, что твой отец - благородный лорд… — Я не ожидала, что септон Бурсен не сдержит своего слова, — сердито проговорила Алейна, — ведь он прекрасно знает, что я должна Тересе за проживание в её доме. Я отложила все прочие заказы, чтобы быстрее исполнить его. — Лорд Бейлиш сказал, что сам оплатит все твои долги, — виновато пробормотала Розита. — Я не желаю, чтобы за меня платил Бейлиш. — Но почему? Ведь он твой отец… — Этот сводник мне не отец! — вспылила Санса. Она взглянула в удивлённые лица женщин и поняла, что её слова выглядят странно. Она бастард, говорит, что вдова, ждёт ребёнка и знает, что Бейлиш занимается сводничеством. Санса больше не хотела ни чай, ни пирог, ей хотелось остаться одной. Она вспомнила леди Оленну Тирелл и Маргери. Может быть, послать ворона им, чтобы они сообщили о ней Джейме? Помогут они ей? Или теперь, когда Маргери по вине Серсеи стала заложницей септы, они захотят отомстить Ланнистерам? А если она объявится в Кастерли, признает ли её кастелян замка. По крайней мере он должен будет доложить лорду Ланнистеру, что какая-то самозванка называет себя его женою. Джейме наверняка приедет, чтобы удостовериться лично. А если не приедет? Если прикажет привезти в Королевскую Гавань? Или Серсея прикажет тайно казнит её и её ребёнка? Или всё-таки стоит вернуться в Риверран? Дженна Фрей была очень приветлива, она, кажется, любит Джейме, как сына. Она найдёт способ сообщить ему правду. Или к матушке в Дарри?.. Гвэн и Тереса всё ещё с удивлением смотрели на неё, септа Розита засобиралась уходить. — Лорд Бейлиш и леди Ланнистер ещё несколько дней будут пировать на свадьбе лорда Корбрея, прежде чем покинут Долину, — неуверенно проговорила она, — но возможно, что вечером он заглянет к вам, чтобы убедиться, что ты и в самом деле его дочь, если он ошибся, то септон Бурсен, конечно же, отдаст деньги за твоё рукоделие, — виновато добавила она. Розита накинула на плечи шерстяной серый плащ и поспешила к выходу. — Я — Санса Ланнистер, — слёзы брызнули из глаз Сансы, едва дверь за Розитой закрылась, — он похитил меня в Речных землях. Он обманул меня, сказал, что мой муж Джейме убит. Я не знаю зачем. Он говорил, что хочет отдать меня замуж за Болтона, который предал моего брата, но мне удалось сбежать от его людей. Она закрыла лицо руками и разрыдалась. — Санса Ланнистер? —  Тереса глядела на неё, как на привидение. — Но как же та женщина, о которой говорила Розита? Платье с золотыми львами и украшения… — Можете мне не верить, только я сама отдала ей это платье и украшения, чтобы спрятаться от Бейлиша. — Может быть, тебе стоит признаться септону Бурсену, что ты леди Ланнистер, он сможет защитить тебя, — неуверенно предложила Гвэн. — Зачем ему это? Он, кажется, уже продал меня Мизинцу, — возразила Санса сквозь слёзы.       Она ушла в свою комнату и села в кресло, взгляд растерянно блуждал по немногочисленным вещам, которые она приобрела за последнее время. Едва ли она сможет взять много. Денег у неё почти не было. Она снова с досадой подумала о том, что септон присвоил её работу, не расплатившись. Санса расстелила на кровати шаль и уложила в неё одеяльце, пеленки и рубашки, которые любовно вышивала для своего будущего ребёнка. У неё ещё остались украшения. В комнату вошла Тереса и с удивлением взглянула на сборы Сансы. — Ты уходишь? — спросила она. — Я должна вернуться к мужу. — Но ты можешь послать ему ворона, чтобы он сам приехал за тобой. — Боюсь, что люди Бейлиша снова попытаются схватить меня, — возразила Санса, — или люди Серсеи. Я знаю Бриенну. Она мне поможет. Санса взяла одну из подвесок с бриллиантом и протянула женщине. — Это настоящий бриллиант, — смущённо проговорила она, — мой муж Джейме Ланнистер подарил мне три такие подвески после гибели моего брата Робба… — всхлипнула она. — Но зачем ты отдаёшь его мне? — удивилась женщина. — Я не хочу, чтобы вы думали, что я сбежала от вас, не расплатившись. — Всё равно, я не могу взять это украшение, оно слишком дорогое. — Тогда пусть оно останется, как залог. Когда появится возможность, мой муж расплатится с вами за то, что вы приютили меня. — Хорошо, — со вздохом согласилась Тереса, — но уже поздно. Может быть, стоит подождать до утра? — она с тревогой смотрела на сборы Сансы. — Если бы ты призналась чуть раньше, я бы написала своей дочери, и мы бы нашли способ отправить тебя в Старомест… — Я пойду в «Жареный Гусь», возможно, Бриенна все ещё там. — Может быть, тебя проводить? — Не стоит, будет лучше, если вы сделаете вид, что не знаете, куда я ушла. Если люди Бейлиша явятся за мной, скажите, что я побежала к Матильде за мочеными яблоками. Пусть они подождут. — Нет, — со вздохом возразила Тереса. — С тобой пойдёт Гвэн. Она поможет нести твой узел. Нам будет спокойнее, если мы будем знать, что ты встретилась со своей кузиной. — Хорошо, пусть идёт, но только до Торговой площади. Я все равно не вернусь к вам, даже если не найду Бриенну. Я останусь в таверне. — Тогда тебе понадобятся деньги. Тереса достала из кармана мешочек, в котором звенели монеты, и протянула ей. — Но я не могу взять это, — испугалась Санса. — Можешь, — усмехнулась Тереса. — «Твой отец» обещал расплатиться за твои долги, помнишь? — Но он сможет отказаться от своих слов, когда не найдёт меня здесь. — Зато септон Бурсен не сможет отказаться. Я скажу ему, что ты моя племянница, и я дала тебе деньги в расчёте на те, что он должен тебе. — Но… — Санса всё ещё не решалась взять мешочек из рук женщины. — Ты ведь оставляешь мне в залог свой бриллиант. Если ты не вернёшь мне деньги, я продам его. — Хорошо, — согласилась Санса. Она обняла Тересу на прощание. — Надеюсь, ты встретишь своего Ланнистера. — Спасибо вам за всё, — Санса испытывала истинную благодарность к этой женщине, которая приютила её в самый отчаянный момент её жизни. Гвэн взяла её узелок, и они покинули этот гостеприимный дом.