В постели с врагом

***

      Сладкий аромат розы витал в королевских покоях, на прикроватном столике тускло горели свечи. Высокая кровать из чёрного дуба с позолоченным резным оленем в изголовье под золотым шёлковым балдахином была огромной. На ней могли бы поместиться шесть, а может быть, и восемь человек. Даже для прежнего короля она была очень свободной, но лежавший теперь на ней Джоффри, казался маленьким и беспомощным. Он громко стонал и вскрикивал. Мейстер Пицель заново перевязал его рану, которая оказалась слишком глубокой и протянул чашу макового молока. — Позже, — оттолкнул его руку Джоффри. — Сейчас я хочу вина. — Но, Ваше Величество, вам необходим отдых, к тому же снадобье избавит вас от лишних страданий. — Я сказал позже. Мать, налей мне вина. — Мейстер Пицель, ты свободен, — Серсея налила в чашу вино и протянула сыну. — Но, Ваше Величество, я думаю, что моё присутствие здесь необходимо. — Когда ты понадобишься, за тобой пришлют. Мейстер сердито сложил губы и проковылял к дверям спальни. Не успела за ним закрыться дверь, как в комнату вошла Санса с книгой в руках. Сзади неё стоял Томмен. — А ты зачем пришёл? — удивилась Серсея. — Джоффри мой брат, — мальчик покосился на Сансу, — разве я должен ждать приглашение, чтобы узнать о его самочувствии? — Хорошо ты его выучила, — усмехнулась королева. Санса подошла к кровати и села на стул, рядом на другой стул сел Томмен. — Санса… — застонал Джоффри и приподнял голову от золотых подушек. Санса открыла книгу. — Прикажете читать? — она смотрела на строчки перед собой. Джоффри покосился на мать. — Томмен, тебе пора спать, — строго проговорила Серсея. — Пойдём. — Дядя Джейме попросил меня побыть вместе с тётей Сансой, вдруг Джоффри захочет, чтобы я тоже почитал для него. — Джоффри не звал тебя, — начала сердиться Серсея. — Тебе пора спать. — Нет, я уйду только вместе с Сансой, — заупрямился мальчик. — Ты совсем перестал меня слушаться. Если ты сейчас не пойдёшь вместе со мной, я прикажу позвать Пейта, и ты сам высечешь его до крови. — Если вы, матушка, считаете, что я заслужил наказание, то должны сами… — Томмен замолчал и виновато посмотрел на Сансу. — Что я должна сама? — ласково спросила королева. — Выпороть меня, — еле слышно договорили мальчик. — Этому тебя тоже тётя Санса научила? — голос Серсеи стал сладким. — Нет, — Томмен не смел посмотреть на мать. — Я слышал, как дядя Тирион говорил дяде Джейме, что если бы ты хоть раз отшлепала Джоффри по… — он замялся, — то мой брат знал бы, что это больно, и не стал бы подвергать других такому наказанию. — Значит, ты хочешь узнать, что это больно? Санса увидела, как Томмен задрожал, словно ожидал, что Серсея накажет его прямо сейчас. Неожиданно дверь открылась, и в комнату вошёл Тайвин. — Леди Санса, ваш муж ожидает вас у дверей, и отведите Томмена спать в его комнаты, няня ждёт его. Санса поднялась со своего места. — Но король пригласил её, чтобы она почитала для него, — возразила Серсея. — Мейстер Пицель сообщил мне, что раны твоего сына слишком опасны, и ему нужен покой. Леди Санса, вы свободны. А ты, мой король, выпей сонное вино и отдыхай. До свадьбы с леди Маргери осталось несколько дней. Ты ведь не хочешь, чтобы её пришлось отложить из-за твоей болезни? Если тебе хочется, чтобы около тебя кто-то сидел ночью, я приглашу мейстера Пицеля или мейстера Френкеля, твоя мать не откажет тебе, или мы можем позвать Маргери и её кузин, они могут развлечь тебя и чтением, и беседой. Тайвин выжидающе смотрел на внука. — Нет, вы мне все надоели, — капризно возразил Джоффри. — Дайте мне сонное вино и оставьте меня в покое. — Вот и славно, — Тайвин вышел из спальни короля вслед за женой сына и внуком.

***

      Санса вместе с мужем вернулась в свои покои. Она устало присела в кресло. — Ванна готова, леди Ланнистер, — улыбнулась служанка. — Спасибо, Эмма. Санса вошла в туалетную комнату и быстро разделась. Эмма помогла ей вымыть волосы и окатила её чистой водой. — Вы быстро вернулись, — проговорила она, подавая Сансе чистое полотенце. — Королю нездоровится. Это был всего лишь визит вежливости. Мы с Томменом зашли, чтобы узнать о самочувствии короля. — Он вас для этого звал? — Он хотел, чтобы мы почитали вместе книгу, но мейстер Пицель не позволил нам переутомлять короля.       Санса вошла в солярий, Джейме сидел за столом и разбирал письма, которые принесли сегодня. — Милорд, мне надо с вами поговорить, — она села на кушетку. — Завтра поговорим. Сегодня был слишком длинный день. Я хотел ещё просмотреть несколько срочных писем. — Хорошо, — вздохнула Санса. Но она не ушла. Она расстегнула, как обычно, ремешки на его руке и сняла протез, смазала покрасневшие места своей пахучей мазью и обмотала запястье чистой тряпицей. — Спокойной ночи, милорд. — Спокойной ночи, миледи.       Санса вернулась в спальню и легла под одеяло, свернувшись калачиком. Неужели ещё утром она была несчастлива и ожидала наказание от мужа и короля? Она вздохнула. Робб… Она всё ещё не могла поверить, что его больше нет. Последний раз она видела его почти три года назад. Она вспомнила, что в Винтерфелле во время визита короля у неё почти не было времени на обычные игры и разговоры с братьями. Даже утром, когда за столом собиралась только их семья, она не могла думать ни о чём, кроме скорой поездке на юг и своей помолвке с Джоффри. И в день отъезда она торопливо попрощалась с Роббом даже не задумываясь, что увидится с ним нескоро. Но теперь уже никогда… За прошедшее время он стал взрослым мужчиной, отважным воином, выиграл все битвы, женился… и его подло убили. Санса прикусила губу. Не Джейме убил его. Но ведь и отца казнил не король, а палач. Разве от этого вина короля меньше? Ведь это он отдал приказ. А королева? Ведь это она приказала схватить их всех: и отца, и её с сестрой; Арье всё-таки удалось исчезнуть, но едва ли её это спасло, если она до сих пор не объявилась… А кто отдал приказ убить Робба? Дженна Фрей была очень приветлива, и она просила за её мать Кейтилин, стоя на коленях рядом с ней. Она сказала, что их не было на красной свадьбе. Значит ли это, что она и её муж не виноваты? Но ведь это Фреи убили Робба! А Оливер Фрей? Похоже, что он искренне осуждает предательство своей семьи и переживает смерть Робба. Санса вспомнила, как слышала однажды разговор между отцом и матерью. Он винил себя в смерти принцессы и её детей. Отец и Роберт Баратеон были тогда в Красном замке. Разве их победа не значила, что все Таргариены должны быть уничтожены? И кто-то отдал приказ убить Элию Мартелл и её детей? Мартеллы наверняка считают виновными в её смерти и Роберта, и отца, и может быть даже её, хотя она тогда ещё не родилась даже. Как всё сложно и запутано. Она сказала мужу, что ненавидит, а он вместо того, чтобы наказать, спрятал её от короля. Она не может ненавидеть его, и Томмена, и даже детей Джоффри она не сможет ненавидеть, ведь их матерью будет Маргери.

***

      Сквозь утреннюю дрёму Санса ощутила нежное прикосновение его руки. Ей не хотелось просыпаться. Так было приятно лежать в его объятиях и чувствовать его тепло. Но рука мужа настойчиво гладила её грудь и бедро и пушистый треугольник, потом палец невзначай задел то место. Санса отодвинулась и уткнулась в подушку, ей хотелось ещё чуть-чуть остаться в этой лёгкой дремоте между сном и бодрствованием, но рука мужа не хотела оставить её в покое. — Я только поглажу, — тихо прошептал он ей на ухо. Но только погладить у него не получилось. Вскоре она почувствовала то странное возбуждение, которое возникало у неё всякий раз, когда муж ласкал её тело. А потом его твёрдый корень аккуратно проник в неё, и тогда она поняла, что чувствует, что хочет быть с ним, хочет быть частью его, хочет, чтобы он всегда ласкал её и оставался внутри неё. Только в его объятьях она ощущала себя живой и защищённой, только в его постели ей казалось, что у неё снова есть семья и надежда.

***

— Ты ведь не любишь яйца? — Джейме с удивлением смотрел на свою жену. Санса и сама казалась удивлённой. — Матушка говорила, что, когда я повзрослею, мои вкусы изменятся, — смущённо проговорила она. — Вероятно, ты повзрослела, — усмехнулся он. — Сегодня мы с Бронном не поедем в Королевский лес, — он протянул ей хлеб, чтобы она намазала его маслом, — мы собираемся осмотреть Драконье Логово. Возможно, там тоже найдётся подходящая площадка для наших тренировок. Ты желаешь отправиться с нами или у тебя есть другие дела? — Эмма забрала мой костюм для верховой езды в чистку, — с сожалением призналась Санса. — И я должна закончить вышивку. — Тебе ещё много? — Нет, остался только жук-олень.       Эмма принесла чайный сервиз и лимонные пирожные, на подносе лежало письмо. — Это вам, леди Ланнистер. Санса со страхом взяла пергамент. Последнее время в записках не было приятных известий. Пробежав его глазами, она протянула его мужу. — Леди Маргери приглашает меня на праздник, который она устраивает для своих кузин и подруг. — Ну что же, сходи, вы с ней не так часто видитесь, а скоро мы и вовсе уедем. — Но, может быть, мы должны пойти вместе? — Она меня не приглашает, — усмехнулся Джейме. — Это, вероятно, праздник для дам, и мне там не место. А я как раз отправлюсь на тренировку с Бронном. Если Маргери станет настаивать, останься с нею и на обед, а я займусь почтой. За последние дни накопилось слишком много писем, которые необходимо прочитать. Возможно, что на некоторые придётся ответить. — Но, может быть, вам понадобится моя помощь? — Не волнуйся, иди на праздник. Я справлюсь.

***

      Джейме вскрыл письмо. Печать в виде ракушки. Кажется, это герб Вестерлингов. Отец не ждёт от них секретных известий, поэтому, вероятно, решил, что их почту Джейме может вскрыть без его участия. Джейме пробежал глазами несколько строк, написанных кудрявым почерком. Леди Сибелла предлагала свою дочь для леди Ланнистер в качестве компаньонки в Утёсе Кастерли. Джейме вздохнул. Конечно, Санса нуждалась в женском обществе, но он не знал, как выбрать для неё подругу, как вообще это делается. Ему не хотелось окружать её самовлюбленными интриганками, он боялся, что среди них могут оказаться и такие, которые станут шпионить или потихоньку вредить ей. Наверняка, после их приезда в Утёсе соберётся множество кузин и кузенов из Ланниспорта, которые попытаются подружиться с ней и остаться в Утёсе. Хорошо, что отец уже женил его. При мысли, что ему пришлось бы отбиваться от всех этих потенциальных невест и их братьев Джейме скривился. Надо же, теперь он неожиданно открыл для себя пользу в их таком скоропалительном браке. Он усмехнулся. Дженна предлагала забрать в Утёс Рослин и Эдмара Талли, но он сказал, что уже пообещал своей жене, что к ним переедет леди Кейтилин с мужем. Отец, как ни странно, одобрил его решение. Рослин — дочь лорда Фрея, вот он пусть и решает, что ему делать с нею и её мужем. А два Талли в Утёсе — это половина заговора. Тётушка очень надеялась, что у Рослин родится дочь. Тогда они женят своего внука Теона на ней и Риверран станет их замком почти законно. У этой Вестерлинг две дочери: одна старше Сансы на два года, а другая — моложе. Нет, Джейме откинул письмо. Их мать — дочь какого-то торговца, а бабка и вовсе была колдуньей. Надо сказать Сансе, чтобы завтра она написала им вежливый отказ.       Нежное прикосновение рук вывело его из задумчивости. Они приятно гладили его по плечам. — Ты уже вернулась? — Джейме по привычке поднял правую руку. Он всегда забывал, что её у него больше нет. Он повернулся к ней и улыбнулся. Глаза натолкнулись на вспышку зеленого огня. — Ты ждёшь её? — сердито проворчала Серсея и отдёрнула руку. — А кого я должен ждать? Ты избегаешь меня. Он поднёс свой обрубок к её глазам, отчего она отшатнулась. — Видишь, моя рука не отросла, — с досадой проговорил он, увидев её отвращение. — Думаю, тебе следует вернуться к своим делам. — Ты гонишь меня? — Что вы, Ваше Величество, — усмехнулся он. — Разве я смею. — Джейме, я пришла просто поговорить. — Всякий раз, когда ты приходишь поговорить, это заканчивается слезами моей жены. — Она так тебе дорога? — Серсея присела на кушетку рядом. — Она моя жена. — Она умело пользуется слезами, — Серсея с интересом посмотрела на брата. — Полагаю, теперь она научилась пользоваться не только слезами. — Ты пришла поговорить об этом? — Я пришла поговорить о нас с тобою. — Нет больше нас с тобою, — Джейме вздохнул. — Джейме, — она протянула руку и погладила его по небритой щеке. — Ты сегодня не брился? — Вечером. — Для неё. Джейме не ответил.  — Теперь я понимаю, что ты чувствовал все эти годы, — снова заговорила Серсея. — Все эти годы пока я была женой Роберта, и тебе приходилось делить меня с ним. Как это больно на самом деле знать, что любимый тобой человек вынужден дарить свои ласки другому. Джейме отвернулся. Он всё ещё чувствовал, горечь от той своей жизни. — Я не хочу, чтобы ты делила меня с нею, — неохотно признался он. — Я хочу, чтобы у тебя была своя жизнь, чтобы ты была счастлива с другим. — Счастлива с другим? А ты будешь счастлив с нею? — Серсея встала и отошла к окну. Джейме смотрел на сестру и чувствовал, что всё ещё любит её. Он любит её не так, как Сансу, в которой каждый день открывает для себя её нежность и участие. Серсея была, как солнце, на которое он глядел всю свою жизнь, теперь ему не хватало её света, её огня. Это страсть была сильнее его. Она никогда не была для него сестрой. Она всегда была его любовницей. Он отвернулся. Он не станет поддаваться этой слабости. Осталось всего несколько дней. Они уедут в Утёс, и ему будет легче. Рядом с Сансой ему всегда легче. Она придаёт ему силы и уверенность в том, что он поступает правильно. — Мне кажется, что моя жизнь закончилась, а твоя только начинается, — вздохнула Серсея. — Джоффри стал королём, а завтра он станет мужем Маргери. Мирцелла помолвлена с принцем Тристаном, а Томмена ты заберёшь в Утёс Кастерли. Отец отсылает меня в Штормовой Предел, замок, похожий на барабан. Я должна выйти замуж за старика. Мысль о том что я должна разделить с ним ложе вызывает у меня отвращение. И всё это лишь ради того, чтобы через десять лет Томмен смог стать лордом этих камней и земель вокруг них. — Скажи отцу, что хочешь другого мужа. Только назови конкретного мужчину. Он не станет возражать. Думаю, отец хочет, чтобы ты была счастлива. — Так же, как ты? — Я тоже хочу, чтобы ты нашла мужчину, с которым будешь счастлива. — Я всегда была счастлива только рядом с тобой. — Я имел в виду кого-нибудь с двумя руками, — усмехнулся он. — У него может быть даже три руки, — возразила Серсея, — но ни у кого не будет такого члена, как у тебя, — она подошла к нему и погладила его между ног. — Я чувствую, ты хочешь меня. — Моему члену ты нашла замену прежде, чем я потерял руку, — с горечью проговорил он. — Джейме… — Уходи, — он вздохнул и отвернулся. — Я не могу. — Скажи ещё, что дал клятву. — Если это так важно для тебя, то да. Я дал клятву в септе, что стану защищать её и от своих измен тоже. — Ты нарушил множество клятв, — с презрением проговорила она, — и готов был нарушить и эту в первые дни после свадьбы. Так что изменилось? — Я изменился. Она изменила меня. — Да, ты изменился. Ты больше не лев. Ты драный волк без одной лапы, который скулит поджав хвост. — Волки в отличие от львов не имеют гаремов. Они спариваются только с одной волчицей и всю жизнь преданы только ей. — Ну-ну… а она тоже будет всегда тебе верна? — язвительно проговорила Серсея. — Это зависит от меня. — Надейся, дурачок. Она уже сегодня ушла на праздник без тебя. — Маргери позвала её на девичий праздник. — А ещё она позвала Томмена и своего брата Лораса. — В таком случае мне следует обижаться на Маргери, а не на Сансу. — Может быть, нам стоит воспользоваться её отсутствием? — Уходи, — Джейме смотрел на неё с сожалением. — Не порть то немногое, что ещё осталось у нас. — Да что у нас осталось? У нас и не было ничего, кроме короткого траха между длинными днями и ночами бесконечного ожидания. — У нас были Томмен и Мирцелла. — А ещё Джоффри. Джоффри! — воскликнула она. — Твой сын, который стал королём. — Когда он был принцем, он мне больше нравился. — Когда твоя жена была его невестой, она мне тоже больше нравилась. — Она тебе никогда не нравилась, даже в Винтерфелле. Уж не знаю, почему. Может быть, она всё-таки красивее тебя? Или умнее? Громкая пощёчина была ему ответом. Но по крайней мере Серсея наконец встала и направилась к двери. — Она не красивее и не умнее, — презрительно проговорила Серсея. — Скажи просто, что тебе нравятся все те извращения, которые она тебе позволяет. — Она нежная и ласковая, и она только моя. — Это ненадолго. — Посмотрим. — Тут и смотреть не на что, мужчины вокруг неё уже теперь кружат, словно мухи над коровьей лепёшкой, а она дурочкой прикидывается. Думаешь, она не замечает их взгляды? — Какая ты злая, — он сокрушённо покачал головой. — А ты… ты наивный простофиля! — Уходи. Серсея покинула солярий, сердито стуча каблуками.       Джейме снова сел в кресло. Не так ему хотелось расстаться с сестрой. Почему, почему она не хочет, чтобы их отношения завершились? Наверняка этот её молодой любовничек очень ловкий и старается ей угодить. Если бы она только захотела, отец отдал бы её за того, кого она выбрала. Среди лордов-знаменосцев отца, в штормовых землях и среди прибывших на праздник дорнийцев немало достойных старших сыновей. Она могла бы выбрать и не старшего. У неё есть замок мужа — это лучшее приданое, о каком только может мечтать мужчина.       Джейме чувствовал свою вину перед сестрой. Его жизнь действительно изменилась. Он словно начал жить заново, в ней появился какой-то смысл. Он ловил себя на мысли, что с нетерпением ждёт, когда уже сможет вместе с женой уехать в Утёс Кастерли и забрать сына. Они станут жить полноценной семьёй, оставив в столице грязь, вонь, дурные воспоминания и мерзкие отношения. Конечно, он не посмеет назвать Томмена сыном, но он может относиться к нему, как к сыну, и воспитывать его, как сына. Он даже надеялся, что Кейтилин ради хрупкого счастья своей дочери не посмеет рассказать ей правду про младшего брата Сансы, который теперь уже был мёртв. А сестру ждала унылая жизнь среди вассалов Баратеонов, которых она с трудом выносила ещё во времена, когда был жив её муж, вдали от столицы, вдали от роскоши, веселья и власти, к которой она давно привыкла.       Он слышал, как открылась дверь и кто-то пришёл. В проёме мелькнуло платье Сансы. Он ждал, что она придёт к нему, она всегда приходила, чтобы рассказать о прогулке, робко прикоснуться губами к его щеке, спросить о его заботах. Он ждал с нетерпение, он уже к этому привык. Вдруг он расслышал испуганный голос Эммы и вздох или всхлип своей жены. В спальне что-то происходило. Джейме почувствовал тревогу. Неужели Джоффри?.. Ведь Санса ходила одна?       Что-то было не так. Санса сидела на постели закрыв лицо руками и плакала, вздрагивая всем телом. Джейме почувствовал запах лимонной воды королевы, постель была смята, на шёлковых подушках он разглядел несколько золотых волосков, на светлом покрывале блестели мерзкие следы чужой похоти. Служанка испуганно взглянула на него и попятилась к двери. — Стой, — властно проговорил Джейме и схватил её за руку. — Санса, обыщи её. Санса обиженно взглянула на мужа, но не посмела спорить. Она сунула руку в карман на переднике и с удивлением извлекла из него флакон лимонной воды королевы и бриллиантовую брошь. Девушка задрожала и упала на колени. — Миледи, пощадите, — вскрикнула она. — Это приказала королева. — Что она тебе приказала? — гневно спросил Джейме. — Она приказала принести эту брошь. Королева сказала, что вы, милорд, купили её для неё, а потом отдали своей жене. Она хотела надеть её на свадьбу короля Джоффри. Джейме посмотрел на унылое лицо своей жены. — Что она ещё тебе приказала? — Она дала мне это покрывало и прядь своих волос, — девушка всхлипывала, — и свои духи. Простите, миледи, я знаю, что вам больно, — она с надеждой повернулась к Сансе. — Но королева приказала… — Ты знаешь, что полагается за воровство драгоценностей? — Милорд, я не хотела, — разрыдалась Эмма, — королева заставила меня. Она пригрозила, что отдаст меня Джоффри. — Что значит: «отдаст»? — Король очень любит развлекаться с девушками, иногда эти развлечения заканчиваются дурно, — едва слышно прошептала Эмма. Санса со страхом переводила взгляд с Эммы на мужа. Он, наконец, отпустил её руку. — Уходи, — сердито прорычал он. — Но что я скажу королеве? — Правду, — усмехнулся Джейме. — Скажи, что моя жена рыдает, что она выкинула злосчастное покрывало и подушку из спальни, увидев всё то, что ты тут натворила, и меня вместе с ними. Скажи, что ты попалась, и я хотел лишить тебя руки за воровство, но леди Ланнистер заступилась за тебя. Скажи, что ты уволена, ты больше не служанка моей жены. — Но леди Санса просила меня, сделать ей причёску на свадьбу короля. — Скажи, что леди больна, и королю придётся веселиться без нас. — Позвольте мне хотя бы сменить постель. — Нет. Джейме вытолкнул девушку из комнаты. Он скомкал покрывало и выбросил вместе с подушками из спальни. На душе было мерзко. Сестра в то время, как вела с ним задушевные разговоры, на самом деле замышляла эту пакость. — Собирайся, — вдруг решил он, — мы уезжаем прямо сейчас. Я устал всё это терпеть. — Мы поедем вдвоём? — Я думаю, отец найдёт для нашей охраны полсотни солдат. — А Томмен? — Ему тоже будет полезно сменить мерзкую вонь Королевской Гавани на свежий бриз Закатного моря. Он вышел из комнаты и отправился в башню Десницы. Что сказать отцу? Едва ли Серсея сознается, что эту пакость задумала она. И слово служанки ничего не стоит против слова королевы. Однако, как она всё хитро задумала. Санса уже достаточно понимает, чтобы догадаться, что на их постели кто-то развлекался. Если бы завтра на пиру она увидела на королеве эту брошь, Санса не посмела бы обвинить королеву в воровстве, и это выглядело бы как будто Джейме и в самом деле подарил её в знак своей любви. Нужно было придумать вескую причину уехать прямо сейчас накануне праздника.       Санса растерянно оглянулась, не зная с чего начать сборы. Вдруг в комнату вошла леди Дженна. Удивлённый взгляд скользнул по постели разбросанной посреди гостиной. — Что случилось? — Мы уезжаем, — неуверенно проговорила Санса и поспешно подняла подушки и покрывало на диван. — Я право не знаю, что значит собирать вещи. Когда я уезжала из дома, матушка приказала мне лишь уложить личные вещи. Но теперь нужно забрать постель и столовое бельё. Мой дорожный костюм служанка вчера забрала в чистку, бельё и платье в стирке. Она с надеждой посмотрела на Дженну, ожидая от неё совета. — Позови служанку, пусть она принесёт платье и бельё из стирки. Постель найдётся в Утёсе. А что касается вещей Джейме, он должен сам решить, что ему необходимо взять с собой. — Мой муж выгнал служанку, — призналась Санса. — Судя по беспорядку в ваших покоях, ему давно следовало это сделать. — Эмма служила мне и королеве. У неё было чересчур много обязанностей. — Ты слишком добра к ней, — усмехнулась Дженна. — Едва ли у Серсеи была только одна служанка. Эта скорее всего ходила к королеве лишь для того, чтобы сплетничать про тебя. Послушай моего совета на будущее, — Дженна взяла её за руку и заглянула в глаза. — Постарайся, чтобы твоя служанка служила только тебе. — Но где же взять такую? Здесь в Красном замке я могла пользоваться лишь услугами людей королевы. — Лучше бы ты взяла девушку из деревни. — Но я не выходила никуда из замка, я была заложницей, — призналась она. — А теперь уже ни к чему, ведь мы уезжаем. Дженна вздохнула. — Я оставлю тебе одну из своих девочек. Не волнуйся, она не станет докладывать о твоих проказах. Хотя, кажется, ты слишком прямолинейна для проказ. — Но она нужна вам самой. — В военном лагере молодая служанка будет больше думать о внимании солдат, чем о своих обязанностях. — В военном лагере? — удивилась Санса. — Вы уезжаете на войну? — Мы уезжаем в Риверран. В Речных землях ещё неспокойно. Армии перестали открыто сражаться, но развелось слишком много разбойников. — А вы разве на свадьбу не останетесь? — удивилась Санса. — Кто же теперь станет звать на свадьбу Фреев, — горько рассмеялась Дженна. В комнату вернулся Джейме. — Ты что-то хотела, тётушка? — сердито спросил он. — Завтра на рассвете мы покинем Королевскую Гавань. Возможно, в Риверране я встречусь с вашей матушкой, леди Санса. Может быть, вы хотите ей что-то передать? Может быть, письмо? Санса растеряно посмотрела на мужа. Сотни слов, которые она хотела бы сказать своей матери, пронеслись у неё в голове. Но что толку от писем, если она не умеет рассказать о своих мыслях и желаниях. Она писала Роббу, а он созвал знамёна, она писала матери, а они стали искать новых союзников и угодили в ловушку. — Передайте, что я очень скучаю и надеюсь в скором времени увидеться с нею, — неуверенно проговорила она. — Ну что же, тебе прислать Лору? Она — толковая девушка и с радостью вернётся с вами в Утёс. — Если это возможно, — неуверенно проговорила Санса. — Полагаю, мы сегодня ещё увидимся, — Джейме не терпелось побыстрее отделаться от тётки. — Тайвин пригласил вас на ужин, на котором будем и мы. Санса вскинула на него испуганный взгляд. — Мы разве не уезжаем? — Отец просил остаться ещё на один день, — Джейме подавил раздражение. — Только один день. Завтра мы должны присутствовать на официальной церемонии в Септе Бейлора и на пиру в Тронном зале. А на следующее утро сможем уехать и забрать Томмена. А сейчас ты можешь пока собрать необходимые вещи.

***

      В башне Десницы их уже ждали. Дженна расспрашивала Кивана о ранении Ланселя, Тайвин делал вид, что внимательно слушает рассуждения Эммона Фрея. Как только Джейме и Санса вошли в горницу, он быстро закончил разговор, и все устремились к столу. — Что сегодня у нас на ужин? — с улыбкой поинтересовалась Дженна у служанки, расставлявшей посуду. — Лорд Тайвин приказал приготовить грибной суп и куропаток в винном соусе. — Тайвин, приятно, что ты нашёл время, чтобы разделить его с нами, — улыбнулась леди Фрей. — Когда король спит, его подданные тоже могут позволить себе отдых. Джейме отодвинул стул для своей жены. — Джейме сказал, что вчера вы целый день гуляли в Королевском лесу, — пристальный взгляд Дженны остановился на брошке в форме лютоволка на груди Сансы. — Я благодарна ему за это, — смущённо проговорила она.       Новая служанка уже приготовила для неё воду и помогла ей искупаться. Санса сразу отправилась в спальню. Завтра им предстоял сложный день. Королевская свадьба — праздник, на котором их присутствие обязательно и Джейме, как ближайший родственник короля будет на виду, да и Санса едва ли избежит любопытных взглядов.       Последний день в Королевской Гавани. Эта мысль радовала её больше всего. Только один день, и она оставит этот город навсегда. Она надеялась, что навсегда…       Джейме сел на кровать в ногах у Сансы. — Что случилось? Почему ты не ложишься? — Я хочу получить свой приз. — Какой приз? — удивилась она. — Как какой? Ты забыла? Мы с Бронном сражались за право поцеловать твои пальчики. Он взял её за пятку и поднёс к губам. Санса смотрела на мужа, не веря, что он действительно хочет этого. — Твои пальчики пахнут цветами, — он хищно втянул воздух. — Лора бросила в воду ароматную соль. Когда он прикоснулся своим губами к её пальчикам, Санса вздрогнула. — Ты такая пугливая, — усмехнулся он. — Зачем вы это делаете? — смутилась она. — Ведь я ваша жена. Вы имеете право целовать меня, куда захотите. — А я и хочу именно сюда, — он снова поцеловал её маленькие пальчики, — и сюда, — его губы коснулись её тонкой лодыжки, — и сюда, — он поцеловал её коленки, — и сюда, — голос Джейме стал хриплым, — и сюда… …Сладкая дрожь пробежала по её телу. Санса тихо застонала, не в силах сдержать себя. Она приоткрыла глаза. Её муж был всё ещё одет, он самодовольно смотрел на неё, словно это он получил удовольствие, а не она. — Милорд, позвольте мне помочь вам раздеться. — Если вам угодно, миледи, — усмехнулся он. Санса торопливо расстегнула пуговицы на его рубашке и помогла ему избавиться от неё. Она прикоснулась к его паху и смущённо отдёрнула руку. — Он всё ещё хочет тебя. Санса покраснела, но расстегнула пуговицы. Она наклонилась и поцеловала влажную головку, от чего его естество вдруг вздрогнуло. — Ваш… ваш… — она не знала слов, — ваш корень тоже пугливый, — улыбнулась она. — Он не пугливый, он нетерпеливый. Санса легко толкнула мужа в грудь, и он откинулся на кровать. Она склонилась. Её нежные губы и проворный язычок сводили с ума. Джейме довольно заурчал. Санса делала это очень умело, и в его голове шевельнулись подозрения. В конце он всё-таки сумел отстранится и пролил своё семя в платок. — Почему вы это сделали? — удивилась Санса. — Едва ли тебе могло это понравиться, — с сомнением проговорил он. Джейме знал, что Серсея этого не переносила и каждый раз с отвращением говорила, что ей снова пришлось проглотить детей Баратеона. Если иногда она дарила такие ласки ему, то предпочитала, чтобы он не изливался ей в рот. — Иди ко мне. Санса легла ему на плечо. — Где ты научилась такому? — ревниво спросил он. — Шая, — неохотно призналась Санса. — Шая? Кто такой Шая? — Шая была моей служанкой, недолго. Вы должны её помнить. Потом она стала любовницей короля. — И как она тебя научила? — На морковке, — смутилась Санса. — На морковке? Джейме удивлённо посмотрел на жену и вдруг расхохотался. Он вспомнил, что Эмма каждый день в обед приносила ей с кухни чищенную морковь, и как Тирион иногда грыз эту морковь под обиженным взглядом его жены. Теперь, пожалуй, если братец снова откусит от морковки, Джейме не сможет удержаться от хохота. — Чему она тебя ещё научила? — Ничему, — честно призналась Санса. — Она сказала, что вы сами научите меня. А если я буду слишком умелой, то вы заподозрите меня в измене. Джейме ухмыльнулся. Он и в самом деле хотел, чтобы его жена умела только то, что он ей сам покажет. — Ты отлично держишься в седле, — вдруг проговорил он. — По правде говоря, прежде я не очень любила конные прогулки. Но отец говорил, что зимой даже на юге дороги не пригодны для кареты. А на Севере и летом в гости проще добраться верхом. У нас конечно был пони, однако, несмотря на протесты нашей матери, в десять лет отец посадил меня верхом на лошадь, а моя сестра Арья стала ездить в мужском седле с восьми лет. — Я хочу, чтобы теперь ты оседлала меня. — Оседлала? Как это? — Помнишь, когда я залез к тебе в ванну? Санса кивнула. Он усадил её на себя. — А теперь приподнимись. Санса привстала на коленях и почувствовала его мокрую, дрожащую от нетерпения головку. — Медленно… Санса опустилась и поняла, что муж внутри неё. Он заставил её снова приподняться, но не до конца. Он снова задавал ритм их движений. Сначала медленно, а потом всё быстрее, то отстраняясь от неё, то двигаясь ей навстречу. Санса чувствовала, что она как будто и в самом деле скачет верхом, мышцы ног были напряжены, пот струился по её спине и лицу, в конце её муж громко зарычал и прижался к ней всем телом. Он и рычит, как лев. — Прости, — виновато проговорил Джейме. — За что? — Мы должны были вместе получить удовольствие. — Но я уже получила его, когда вы целовали меня. — Женщина в опытных руках может сделать это несколько раз. — Может быть, в этом моя вина? — Конечно, ты смущаешь меня своей учтивостью, — коварно улыбнулся он. — Почему вчера, когда ты сердилась, ты забыла о ней, а сегодня вдруг снова вспомнила? — Моё вчерашнее поведение было непростительным, — Санса смущённо опустила глаза. — Я не должна была… — Нет, ты не должна сдерживать свои эмоции. Только не при мне. Я твой муж и я хочу, чтобы ты мне доверяла, чтобы при мне ты смеялась, плакала, злилась и говорила всё, что думаешь. — Я хотела вам сказать… — нерешительно заговорила Санса после недолгого раздумья. — Обещаю, что мы научимся вместе получать удовольствие. — Конечно, — Санса вздохнула.