В постели с врагом

***

      Стены башни Мейгора гулко вторили шагам Джейме. Он спустился по ступеням и остановился у двери под лестницей, у которой дежурил Бейлон Сванн. Джейме плохо знал этого рыцаря, тот вступил в Королевскую Гвардию, когда он был в плену. — Кого ты здесь охраняешь? — спросил он рыцаря. — Леди Сансу Ланнистер, — ответил рыцарь. — К ней кто-нибудь приходил? — Принц Мартелл приносил ей обед. Значит, Красный змей уже приползал к ней и наверняка рассказал, на какую сделку пошли Серсея и Тайвин, чтобы сохранить ей жизнь. Он приносил ей обед, а сам Джейме, её муж, даже не вспомнил, что она сегодня целый день просидела голодная.       Пеклдон торчал на кухне и строил глазки молоденькой смазливой посудомойке. — Принеси ужин в комнату моей жены, — распорядился Ланнистер. Джосмин с сожалением отвернулся от девушки и поспешил исполнить приказание лорда.

***

      В комнате, где сидела Санса, уже было темно. Джейме пришлось взять в коридоре факел, чтобы не споткнуться в темноте. Сначала он не мог найти её, но потом разглядел под волчьей шкурой. — Санса, ты спишь? — позвал он её. — Вы пришли убить меня, милорд? — она пошевелилась, но не встала с постели. — С чего ты вдруг решила? — удивился Джейме. — Ваша сестра заставила Шаю оговорить меня, выставить при всём дворе распутной, чтобы вы усомнились, что этот ребёнок ваш. — Никто ей не поверил. — Почему вы так думаете? Ей же поверили, что я делилась с ней намерением убить короля и Маргери. — Я знаю, что это мой ребёнок. Джейме не мог объяснить почему верил ей. Может быть, это был самообман? Однажды сестра сказала ему, что Роберт никогда сам не признается, что Джоффри не его сын, если только кто-нибудь не ткнёт в него доказательствами, ведь тогда ему придётся признать, что он плохой муж, плохой любовник, глупый король, позволивший не только обмануть себя, но и признавший своим чужого бастарда.       В комнату вошёл Пеклдон и поставил на стол миску с овощным рагу и кусок пирога с сыром. — Пусть кто-нибудь принесёт ромашковый чай, — приказал Джейме. Оруженосец вышел. Джейме вставил факел в кольцо на стене. — Санса, ты должна поужинать. — Благодарю вас, милорд, я не голодна, — Санса не пошевелилась. — Ты должна поесть, иначе завтра у тебя не будет сил. — Для чего? Чтобы дойти до палача? Ваша сестра пришлёт кого-нибудь, чтобы меня отнесли. Когда я не хотела выходить за вас замуж, она обещала, что меня отнесут, — у Сансы вырвался нервный смех. — Теперь, вероятно, меня поволокут, точно сломанную игрушку, которой наигрались и теперь её следует выбросить. — Санса, ты не была для меня игрушкой, — он сел рядом. — Игрушка, которой теперь станет играть другой мужчина, а потом после него, вы возьмёте меня назад или отдадите ещё кому-нибудь? — Если бы ты согласилась признаться, что убила Джоффри, отец позволил бы тебе уйти в септы, ты бы родила ребёнка и воспитывала его, как родного, тебе лишь пришлось отказаться от нарядов и украшений. Твоя септа вместе с тобой посещала турнир и пиры, она учила тебя шить, читала тебе Семиконечную звезду. Она только не могла вступить в брак… — Джейме взял её за руку. — Признайся. — Зачем? Чтобы вы могли спать спокойно, когда моя голова окажется на пике Красного замка? Джейме хотелось ей возразить, что он уже давно не спит спокойно, призрак мальчика с голубыми глазами Кейтилин Старк доверчиво смотрит на него. …и что только не сделаешь ради любви?.. — Никто мне не верит, — с горечью проговорила она. — Ты не должна думать о том, верят тебе или не верят. Половину своей жизни я ношу клеймо цареубийцы. Твой отец презирал меня за то, что я убил Эйриса Безумного, который приказал сжечь заживо его отца и казнил его брата. Санса не смела пошевелиться, гневные глаза её мужа в темноте казались чёрными. — Теперь ты тоже цареубийца, никому нет дела, виновна ты или нет, всем плевать на твои обиды и его угрозы, возможно, он был так же безумен, как и прочие до него, может быть, ты спасла сотни людей от казней, которые он так любил, может быть, ты спасла Маргери от ужасной брачной ночи. Каждый из них понимает, что ты жертва, а он палач, но ты всё равно теперь цареубийца. Даже если завтра Мартелл победит, Серсея всё равно будет думать, что ты виновна, и Тиреллы, и Королевский двор, и весь Вестерос, все будут так думать. — Вы тоже не верите мне… — Санса накрылась с головой. — Санса, — позвал он. — Санса, послушай меня, — он смотрел на волчью шкуру, под которой спряталась его жена, но она не шевелилась. Он дёрнул за край и открыл её красное от слёз лицо. — Теперь уже не важно, верю я или нет. Даже если это ты… я прощаю тебя… его нет, он умер, может быть, в этом есть и моя вина… — он увидел удивление в её глазах, — ведь мальчик рос на моих глазах, я должен был относится к нему, как к сыну… своей сестры, а не как к чужому ребёнку. Теперь мы должны подумать о нашем ребёнке, ведь, если Мартелл проиграет поединок и тебя казнят, он тоже погибнет… — Может быть, боги не хотят, чтобы у нас был ребёнок? — тихо возразила Санса. — Может, они наказывают нас за ложные обеты, которые мы дали в септе. Я никогда не была вам нужна, этот ребёнок… мешает вам разделаться со мной. Если завтра Мартелл проиграет, меня казнят за убийство, несмотря на то, что я ношу вашего наследника, а если выиграет, то вы отправите меня в Дорн и избавитесь и от меня, и от ребёнка. Джейме смотрел в её глаза, в которых было столько отчаяния. Но он и в самом деле не верил, что она невиновна. Она была права: только этот ребёнок помешал ему расправиться с нею.       Джейме заставил её подняться и усадил за стол. Он взял вилку, она всхлипывала и глотала слезы. Джейме никогда никого не кормил, он едва привык пользоваться прибором и теперь понимал, что не сможет заставить её открыть рот. — Санса… — он с раздражением бросил вилку в миску.       В комнату вошла та самая девица, с которой на кухне любезничал Пеклдон. Она поставила на стол чашу с горячим питьём, от которого шёл пар и приятный аромат трав, и с любопытством уставилась на заплаканное лицо Сансы. Джейме сердито посмотрел на неё. Длинные рыжие локоны выбились из-под чепца и небрежно спадали на плечи и грудь, бесстыже обнажённые в этом платье. …и что только не сделаешь ради женщины, которая плачет… Джейме встал и повалил девицу на кровать, она едва пискнула из-под ладони зажавшей её рот.  — Молчи и останешься жива, — чуть слышно проговорил он. Девица кивнула головой. Джейме отпустил её. — Раздевайся, — приказал он ей, когда она поднялась с постели. Служанка зарделась от смущения и принялась расшнуровывать платье на груди. — Поторопись. Санса была так напугана, что перестала всхлипывать, она с удивлением переводила взгляд с мужа на девушку. — Ты тоже, — бросил он ей. — Зачем? — Меньше слов. Санса поспешно расстегнула золотые пуговицы на корсаже. — А теперь поменяйтесь, — снова приказал Джейме. Санса надела платье служанки и затянула завязки на груди, девушка в свою очередь с восторгом влезла в платье леди Ланнистер. Джейме бесцеремонно засунул ей в рот свой платок и снова толкнул её на кровать. — Помоги мне связать её, — обратился он к жене. — Зачем? — Чтобы она не выдала нас. Ты ведь не хочешь, чтобы я перерезал ей горло? Санса поспешно связала ей руки полотенцем, висевшим на спинке стула. Джейме завернул её в волчью шкуру. — Лежи здесь, пока я не приду за тобой. Если тебя найдут раньше, скажешь, что это я похитил свою жену, а тебя обещал убить. Но если я узнаю, что ты выдала нас, каким-то образом позвала на помощь или выползла из комнаты, я перережу горло и тебе, и твоей матери, и твоей младшей сестре. Ты меня поняла? — Девушка испуганно кивнула, слёзы выступили на её глазах. — Для тебя будет лучше, если ты не станешь ни о чём думать, а просто поспишь. Она снова кивнула и послушно закрыла глаза. — Теперь ты, — он повернулся к жене. — Возьми поднос и иди вниз. Этажом ниже расположена комната Тириона. Не бойся, я буду идти следом. — Но у дверей стоит сир Лорас… — чуть слышно пролепетала Санса. — Там стоит Бейлон Сванн. — Он узнает меня. Джейме сорвал с головы служанки чепец и протянул Сансе. Она поспешно надела его. Несколько коротких прядок волос выбились из косы, и Джейме положил их на открытую грудь своей жены, от чего она покраснела. — Он будет смотреть на твою грудь, — усмехнулся Джейме. — А вдруг он что-нибудь заподозрит? Джейме вспомнил, как однажды Серсея назначила ему свидание в дешёвой таверне и пришла туда в простом платье служанки. Даже он, всю жизнь глядевший на свою сестру, не сразу узнал её в девушке, улыбнувшейся ему за соседним столиком. — Улыбайся и кивай головой. Люди видят то, что хотят видеть. Самая смазливая служанка никогда не удостоится такого же внимания лорда, как какая-нибудь старая кочерга в бриллиантах. Кто бы тебе не встретился, он будет видеть твоё платье из простой ткани и дешевые бусины, криво пришитые вдоль лифа. Никто не ожидает, что ты сбежишь, и уж тем более, что я попытаюсь тебе помочь, а значит, у нас есть преимущество. Не бойся, — добавил он, — я буду идти следом. Санса взяла поднос с тарелками, но руки у неё задрожали и посуда с громким шумом рассыпалась. — Глупая курица! — закричал на неё Джейме. — Пошла вон отсюда! Санса испуганно смотрела на него, но он вдруг подмигнул ей. Санса выскочила из комнаты и побежала вниз по лестнице, даже не взглянув на стражника.       Санса сбежала по ступеням, словно за ней гнались ужасные снарки. Сердце бешено стучало, готовое выпрыгнуть из груди. Но оказавшись у двери, она нерешительно остановилась. В такой поздний час лорд Ланнистер должно быть уже спит. Врываться в его спальню — верх неприличия. Однако, Джейме подошедший следом решительно отворил дверь, даже не постучав, и втолкнул её в комнату брата. — Какого?.. В комнате Тириона царил беспорядок, вещи были разбросаны, на столе лежали косточки от персиков, обглоданные кисти винограда и пустой графин из-под вина. Тирион расположился на постели в одних подштанниках и листал какую-то книгу. — Что это значит? — он вопросительно взглянул на брата, а потом на неё. Санса отвела смущённый взгляд. — Ты с ума сошёл! — он подскочил с кровати и поспешно надел рубашку и натянул бриджи. — Леди Санса, прошу меня простить за мой вид и за беспорядок. Мой брат не предупредил меня, что вы собираетесь навестить мое скромное жилище. — Простите вы меня, милорд, но мой муж тоже не предупредил меня, — она отвернулась и уставилась на решётку камина. — Что ты собираешься делать дальше? — деловито спросил карлик у брата, натягивая сапоги. — Ты ведь понимаешь, что оставаться здесь опасно? Когда Серсея станет её искать, она непременно заглянет ко мне. Ведь мы с твоей женой сообщники… Тирион весело подмигнул Сансе, от чего она виновато посмотрела на мужа. — Когда рано утром ворота откроются, она сможет выйти из замка вместе с другой прислугой, — неуверенно проговорил Джейме. — Нет, так не пойдёт, — Тирион заглянул в чашу, но вина в ней не было, как и в графине. Он выглянул за дверь и позвал своего оруженосца. — Под, принеси мне ещё вина, — приказал он мальчишке. Подрик едва взглянул на Джейме и его жену и вышел исполнять приказание. Если он и был удивлён, то виду не подал. Вскоре он вернулся с кувшином вина и миской солёных грибов. Следом шёл Пеклдон с куском ветчины и хлеба. В отличии от Подрика Джосмин, увидев Сансу в платье служанки, вытаращился на неё, словно на приведение. — Зачем ты привёл его? — сердито спросил Тирион. — Он ждал Грейс на кухне, — промямлил оруженосец. — Я сказал, что она ушла спать, а он хотел отправиться в девичью. Тогда я сказал, что вы, сир Джейме, приказали принести хлеба и закуски, — виновато проговорил Пейн. — Если бы он принялся искать девушку… — Я тебя понял, — Тирион покосился на брата. — По-моему, у нашего заговора слишком много свидетелей. Может, стоит половину из них… — он провёл короткопалой рукой по горлу, глаза его хитро блеснули. — Налей нам вина, — насмешливо приказал Джейме испуганному оруженосцу. Пекдон разлил вино в три чаши. — Налей себе и Подрику. Оруженосец наполнил ещё две чаши. — Предлагаю выпить за успех опасной авантюры! — усмехнулся Тирион, поднимая чашу. — Самое сложное — это покинуть замок, — задумчиво произнёс Джейме, сделав глоток. — Ночью мы вызовем подозрение, если кто-то из прислуги вдруг захочет выйти в город. — Прислуга — да, — согласился Тирион, бросая в рот несколько грибочков. — А вот если карлик пожелает отправиться в бордель… — он покосился на Сансу. — Миледи, простите мою неучтивость, — он подвинул стул, — присаживайтесь, съешьте чего-нибудь. Под, порежь ветчины и хлеба. — Санса — не карлик, — возразил Джейме, взяв из рук жены протянутый хлеб с ветчиной. — Карлик не может отправиться ночью в город в одиночестве. Прежде меня всегда сопровождал Бронн, — Тирион хитро улыбнулся, — а теперь оруженосец. — Вдвоём выезжать ночью на улицы Королевской Гавани опасно, — возразил Джейме. — Ты прав, — не стал спорить Тирион, — придётся со мной отправиться моему братцу и его сквайру. Джейме посмотрел на ухмыляющееся лицо брата и рассмеялся. Они повернулись к Сансе, которая жевала хлеб с грибами. — Подрик маловат ростом… — И шире в плечах… — Значит, Пек… — Согласен… — Пек снимай бриджи и куртку, — приказал Джейме своему оруженосцу. — И сапоги, — добавил Тирион. — Сапоги не подойдут, — с сомнением возразил Джейме, взглянув на длинную узкую стопу оруженосца. — Может быть, твои? Только без золотых шпор и красных отворотов. Что-нибудь по-старее и неяркое. — Даже не знаю… — задумчиво почесал затылок Тирион. — Подрик, есть у меня в гардеробе такие сапоги? — Есть, ваша милость. — Ну, тогда неси. — И прихвати чистую рубаху и чистые подштанники из своего сундука, — добавил Джейме ему вдогонку. Подрик вышел. — Зачем? — удивился Тирион. — Не станет же Санса надевать вещи Пека на голое тело? — Разумно, — согласился карлик. — Зачем мне надевать вещи Пеклдона? — Санса растерянно глядела на братьев. — Мы переоденем тебя в моего оруженосца и покинем Королевскую Гавань. — Вы уверены? — Ночью мы не сможем найти корабль, — с сомнением возразил Тирион. — Главное найти место, где можно было бы спрятать Сансу на некоторое время. — Кажется, я знаю одно такое место, — карлик поставил чашу на стол. — Куда подевался этот несносный мальчишка? — с раздражением добавил он. Но Подрик, наконец, вернулся, держа в руках короткие темно-зелёные сапожки и бельё. Пеклдон ещё стоял одетый. — В комнате моего брата даже нет ширмы. Придётся тебе переодеться в уборной, обратился Джейме к жене. Санса взяла подсвечник и вошла в маленький чулан, в котором стоял столик с кувшином холодной воды и медный таз. Она быстро сняла платье служанки, нижнюю рубашку и панталоны и надела рубашку и подштанники Подрика. Джейме подал ей через приоткрытую дверь бриджи и куртку Пеклдона. Маленькие сапожки Тириона пришлись ей почти впору. Санса вышла из уборной, смущённо опустив глаза, без юбки и плаща она ощущала себя полуодетой. — Прекрасно, — Тирион не без удовольствия разглядывал ладную фигурку. — Прекрати пялиться, — поддел его брат. — Твоя жена слишком хороша, чтобы я мог отказать себе в удовольствии любоваться ею. — Волосы, сир, — вдруг проговорил Подрик. — Да, волосы слишком длинные. — Пусть наденет плащ и капюшон, — Тирион отвернулся, чтобы налить себе вина. Санса взяла плащ, который ей протянул Подрик. Коса была скрыта, а капюшон надвинут на глаза. — А если кто-нибудь захочет заглянуть под капюшон? — с сомнением проговорил Джейме. — Кому интересен мальчишка, который таскается целыми днями за тобой? — пожал плечами Тирион. — Кстати… Джейме и Тирион повернулись к Пеклдону, который всё ещё стоял полуголый, спрятавшись за шторой. — Пек, надень платье, — вдруг приказал Джейме своему оруженосцу. — Зачем? — Леди Санса навела в своей темнице беспорядок. Будет странно, если я никого не пришлю там убраться. Заодно проверишь, не пытается ли Грейс освободиться. Возьми верёвку и свяжи её получше, мы с Сансой второпях могли связать её недостаточно крепко. Оруженосец натянул нижнюю рубашку Сансы и платье служанки, тёмные непослушные вихры спрятал под чепец. — Он похож на Мэв, — усмехнулся Тирион. — Помнишь, в Утёсе была молочница, которая лучше всех взбивала масло? — О да, такие мощные руки и плечи, — рассмеялся Джейме. — И совсем плоская грудь, — фыркнул Тирион. — Хватит смеяться над ним, — Санса нетерпеливо переступала с ноги на ногу. — Санса права, нам следует поторопиться. Подрик, ты поедешь с нами. А ты, Пек, после того, как сходишь в её темницу и соберёшь разбитую посуду, иди в наши покои и ложись спать, словно ты ничего не знаешь. Пек прошёлся по комнате, покачивая бёдрами. — Если ты станешь так вилять задом, то не дойдёшь до своей комнаты, — усмехнулся Тирион. — Какой-нибудь солдатик непременно попытается залезть к тебе под юбку. Пеклдон покраснел и вышел. — И постарайся, чтобы никто не разглядел твои сапоги, — посоветовал ему вдогонку Джейме. — Теперь наш выход, — он повернулся к Сансе. — Готовы, миледи? — Может быть, вам не стоит назвать меня миледи? — Ты права. Мужчины накинули плащи и вышли из башни Мейгора.       На конюшне сонный конюх без вопросов оседлал для них четырёх лошадей. Подрик подсадил Тириона в седло. Санса нерешительно смотрела на жеребца, который достался ей, она никогда прежде не садилась в седло без посторонней помощи: конюх держал лошадь за повод, а слуга стремя; теперь же, если конюх заметит, что оруженосец не умеет оседлать лошадь, он может заподозрить неладное. Санса вспомнила отца. …Ты северянка, в тебе течёт кровь первых людей… … Память предков сильнее всякого воспитания… Она взялась за луку седла и решительно поставила ногу в стремя, потом оттолкнулась от земли и словно взлетела на лошадь. Джейме и Подрик вскочили на своих жеребцов. Четверо всадников направились в сторону ворот твердыни Мейгора. — Куда это вы собрались среди ночи? — лениво спросил солдат, с седой бородой, дежуривший у ворот. — Красотки Бейлиша скучают без меня, — рассмеялся карлик. — Ты же только вернулся после ужина, — удивился его напарник. — Скоро завтрак, и я снова голоден. — Правда то, что говорила эта шлюха? — не удержался от любопытства тот, что был с седой бородой. — Что ты можешь три раза за ночь? — Нет, не правда, — карлик направил своего жеребца в сторону опущенного моста, — я могу пять раз за ночь.       Они выехали на западный двор Красного замка. Стражники покосились на Джейме и о чём-то заспорили вполголоса, даже не взглянув на оруженосцев.       У ворот Красного замка тоже никто не удивился, что карлику среди ночи приспичило выехать в город. Солдат в золотом плаще вышел из караульной башни и открыл им калитку.

***

      Город встретил их тревожной тишиной. Улицы казались пустынными лишь на первый взгляд. Однако, жизнь не замерла в нём окончательно, а лишь затихла. Словно огромный спящий кит он дышал во сне, даже окна, в которых не было огня, смотрели на беглецов настороженно. Цокот копыт гулко разносился по пустынным улицам. — И где это твоё тайное место? — негромко спросил Джейме у своего брата. — Только не говори, что это один из борделей. — Почему нет? Они свернули на боковую улицу и направились в сторону Железных ворот. — Потому что сестра прикажет их обыскать в первую очередь. — Искать — не значит найти, — Тирион хитро улыбнулся. — Не волнуйся, братец, мы и в самом деле зайдём в бордель, но там находится лишь вход в мое убежище. Санса ехала рядом с мужем, боязливо оглядываясь по сторонам. — Тебе страшно? — А вам разве не страшно? — Нет, не страшно. Мне давно не было так весело… — Джейме ободряюще улыбнулся. — Последний раз мне было так же весело, когда я вместе с дядей Герионом убежал из Утёса в рыбацкую деревню поблизости, и мы с мальчишками ныряли в море с Клыка Льва. Джейме вспомнил, как у него захватывало дух, когда он падал головой вниз с высокого утёса в холодную прозрачную воду. В тот день сестра переоделась в его бриджи и куртку и вместе с отцом отправилась в Ланниспорт наблюдать за строительством нового причала. Отец ничего бы не заметил, но тётушка Дженна, вернувшаяся внезапно от Ланны Джаст из гостей, обнаружила, что Серсеи нигде нет: ни в саду, ни в бальном зале, ни в библиотеке, ни в девичьей. Она поставила на уши весь замок, прислуга и работники бросили все свои дела и принялись искать дочь лорда Ланнистера. Когда поиски не дали результатов, в Ланниспорт отправили гонца с тревожной вестью. Отец прискакал на взмыленной лошади, готовый растерзать нянек, служанок и септу не уследивших за его ненаглядной дочерью. Когда Джейме, довольный и счастливый, вернулся в замок вместе с дядей Герионом, их ожидал сердитый отец и заплаканная сестра. В наказание Серсею заставили целую луну сидеть за вышивкой золотого льва, а его отправили к мейстеру изучать гербы и девизы домов Севера.       Они выехали на Стальную улицу, их обступили двух-трёхэтажные добротные дома торговцев и ремесленников, их лавки и мастерские. Среди них попадались небольшие усадьбы с высокими заборами, из-за которых можно было разглядеть только черепичные крыши и фруктовые сады. Наконец они остановились около большого дома с красным фонарём над резной дверью. Тирион уверенно слез с лошади и направился внутрь, остальные последовали за ним, привязав лошадей у входа.       Джейме прежде никогда не заходил в такие заведения дальше общей залы, где, как правило, он ожидал своего брата. Теперь они прошли сквозь лабиринт комнат, в одной из которых встретили молодую девушку в прозрачные одеждах, плохо скрывавших её прелести. — Лорд Тирион, — она поднялась с дивана навстречу поздним посетителям и ласково улыбнулась. — Вот приятная неожиданность. И лорд Джейме с вами? Я и не мечтала оказаться в ваших объятиях когда-нибудь, милорд, — она протянула руку и погладила его по плечу. — И не мечтай, — усмехнулся он, убирая её руку со своего плеча. — Мы здесь не для этого, — Тирион покосился на брата. — Неужели вы решили этих юных оруженосцев посвятить в рыцари похоти и разврата? — рассмеялась она и повернулась к Подрику и Сансе. — А ты, мой милый, совсем ещё дитя, — она бесцеремонно взяла Сансу за подбородок, — такой хорошенький, словно девушка. Она махнула рукой, скидывая с её головы капюшон, увидев косу она побледнела и отступила, опустив испуганные глаза. — Простите, мил… Джейме схватил её за руку. Санса поспешно накинула капюшон на голову. — Тихо, Роуз, — Тирион перевёл виноватый взгляд на брата, — не нужно лишних слов. Мы хотели бы воспользоваться задней дверью твоей обители. Когда мы входили сюда, нас никто не видел, но мы оставим тебе Подрика на всякий случай. Если у тебя клиент, то никто не станет задавать лишних вопросов. — Я, милорд?.. — мальчишка покраснел. — Я давно собирался отблагодарить тебя за то, что ты спас мою жизнь во время битвы на Черноводной, — подмигнул ему Тирион. — Но… я, милорд, … разве защищать своего лорда не входит в обязанности его сквайра?.. — промямлил Подрик, пряча смущённый взгляд. — Ну, ну, не робей. Роуз, ты должна показать мальчику, что делает его мужчиной. — Конечно, милорд. Роуз лучезарно улыбнулась Подрику и взяла его за руку.       Тирион уверенно прошёл через задние комнаты и толкнул дверь, которая вывела их на улицу. Они прошли через небольшой дворик и вошли через маленькую калитку в сад, окружавший одноэтажный домик, скрытый высоким забором. Внутри они нашли сонного охранника и пожилую служанку. — Мы не ждали вас, милорд, — лохматая нестарая женщина суетливо принялась смахивать пыль с лакированного столика, — если бы вы предупредили, что придёте с друзьями, я бы навела здесь порядок. — Перестели постель, Жиена, — распорядился Тирион, — сегодня здесь останутся ночевать мои гости. Женщина удивлённо взглянула на Джейме, если она и узнала сына лорда Тайвина, то предпочла промолчать. Жиена ушла в спальню исполнять приказ хозяина. — В сундуке у Шаи должны оставаться платья и бельё, — обратился Тирион к Сансе. — Вы можете подобрать что-нибудь для себя. — Я хотела бы немного прогуляться по саду, — возразила она, — я целый день пролежала в постели и спать совсем не хочу. — Ну что же, можно немного и прогуляться, — Тирион неуверенно посмотрел на брата, ожидая его возражений, но он промолчал. Санса вышла в сад и пошла по дорожке, с наслаждением вдыхая свежий ночной воздух. — Что это за место? — нарушил молчание Джейме, когда его жена вышла. — Я снял этот дом для Шаи, когда привёз её в столицу, — виновато ответил Тирион. — Когда войска Станниса подошли к стенам города, я забрал её в Красный замок и устроил служанкой к леди Стокворт. — И всё это время он стоял пустой… с охранником и служанкой… для чего? — Я надеялся, что после свадьбы короля она вернётся ко мне, — Тирион вздохнул. — Но, как теперь понимаю, она не хотела меня любить… даже за деньги. — Про это место точно никто не знает кроме тебя? Джейме с любопытством оглядел дом. Здесь была небольшая кухня и туалетная комната с деревянной бадьёй вместо ванны и высоким зеркалом в резной раме, в спальне стояла широкая кровать на низких ножках, около которой суетилась служанка. — Варис знает про него, — признался Тирион, — но, возможно, он и не вспомнит о нём, а если и вспомнит, то не выдаст. Зачем ему ссориться с Ланнистерами из-за Тиреллов. — А Бейлиш? — Джейме отодвинул штору и посмотрел в окно. — Разве в Королевской Гавани не все бордели принадлежат ему? — Я снял этот дом, не предполагая, что он имеет общую калитку с борделем. Этим входом я воспользовался только раз и то, оставив Роуз в комнате с дверью. — Думаешь, она не рассказала о тебе Мизинцу? — Сейчас его нет в Королевской Гавани, значит он не побежит докладывать о нас Серсее. — Возможно, — со вздохом согласился Джейме. — Тем более, что Санса останется здесь ненадолго. Завтра я найду корабль, чтобы покинуть город как можно скорее. — И куда ты хочешь её увезти? — В Утёс Кастерли, — пожал плечами Джейме. — Не начнёт же Серсея войну против Ланнистеров? — Она может приказать схватить вас. — С каких это пор леди Баратеон приказывает вассалам Ланнистеров? — А если отец примет её сторону? — Почему ты так думаешь? — Если завтрашний поединок закончится не в пользу Сансы, — Тирион отвернулся, словно не хотел об этом говорить. — Отец не сможет проигнорировать результат поединка. Он сам должен будет объявить её виновной. Тогда он не посмеет укрывать вас в Утёсе Кастерли. — Тогда, думаю, нам следует отправиться куда-нибудь подальше, чем Утёс. Может быть, за Узкое море… — неуверенно проговорил Джейме. — Я отправлюсь с вами, — решительно поддержал его Тирион. — Всегда мечтал увидеть Браавосского Титана, пирамиды Гисса и Длинный мост. — Предлагаешь отправиться в залив Работорговцев или Вольные города? — Почему нет? — Чтобы там поселиться нужны деньги. Не станем же мы торговать рабами или гвоздикой? — с лёгким презрением проговорил Джейме. — Я слышал, в Браавосе есть школа фехтования. Ты мог бы наняться туда учителем. — Ты смеёшься? — с досадой возразил Джейме. — Нисколько, — Тирион открыл дверцу небольшого буфета и достал из него бутыль тёмного стекла. — Бронн перед отъездом уверил меня, что ты вполне сносно владеешь мечом, — он налил в две чаши и поднял свою в приветственном жесте. — Он даже сказал, что ты сможешь одолеть Клигана, если не станешь играть в благородство. Гора — огромный, неповоротливый воин, это даёт преимущество любому его противнику, а валирийский меч способен проникнуть сквозь самую крепкую броню. Один точный удар в спину, и ты бы победил. — Удар в спину… — ухмыльнулся Джейме и тоже сделал глоток. — Поединок за жизнь твоей жены — это не рыцарский турнир. — Вот именно. Бронн так сказал, чтобы оправдать своё нежелание рисковать жизнью ради Сансы. — Он уверял, что ты сможешь сам победить ради неё. Братья замолчали, Тирион налил себе ещё вина, но Джейме отказался. Он собирался сам защитить Сансу, но когда узнал, что Мартелл согласился выступить её бойцом, почувствовал облегчение и не потому, что боялся, что его убьют, а потому что боялся, что её казнят, если он не устоит. — Схожу-ка я тоже к Роуз, — Тирион покосился на брата, — хватит страдать ерундой, думаю, её девочки смогут развеять мою хандру.       Джейме вышел из дома и взглянул на свою жену, которая присела на лавочку возле невысокой яблони, низко склонившей свои ветки, тяжёлые от созревающих плодов. Белые лилии, посаженные под окнами дома, наполняли прохладный ночной воздух сладким ароматом. Джейме отломил одну из них и протянул ей. — Можно ли мне присесть рядом с вами? — Конечно, — Санса взяла из рук мужа цветок и вздохнула. — Что тебя тревожит? — он сел рядом. — Разве у меня нет повода для тревог? — она подняла на него печальные глаза. — Из-за меня вы втянули в этот заговор своего брата, и его оруженосца, и Джосмина, … если эту Грейс найдут, ей не поздоровится, и я даже боюсь думать о том, что сделали с Лорой и Оливером, когда их допрашивали… — она отвернулась. Джейме смотрел на неё и думал о будущем. Правильно ли он поступил, пытаясь похитить её? Возможно, стоило дождаться результатов поединка. Если они убегут, им придётся всю оставшуюся жизнь скрываться. Едва ли он хочет такой судьбы для своего ребёнка и для своей жены… А что он хочет для них? Он не был уверен, что знает ответ на этот вопрос. Но он чувствовал, что точно хочет, чтобы они были рядом с ним. И не только их ребёнок, но и Санса. Он вспомнил, как во время ужина сказал, что любит её. Тогда ему казалось, что это именно те слова, которые должны избавить его от нового брака с другой женщиной в случае, если Сансу всё-таки объявят виновной. Но теперь… теперь он понимал, что она тоже ему нужна, а не только их ребёнок. Если Мартелл победит в поединке, Джейме придётся отпустить её в Дорн. А ему этого не хотелось. Он не хотел даже думать, что Санса станет принимать его знаки внимания, улыбаться ему, петь для него, танцевать с ним. Он будет мужчиной, который станет заботиться о ней и первым увидит его ребёнка и возьмёт на руки. Он не хотел, чтобы снова его женщина оказалась в чужой постели, во власти другого мужчины. — Я не хочу отпускать тебя с Мартеллом, — тихо проговорил он. — Но если мы сбежим в Вольные города, обратной дороги не будет. Нам придётся всю жизнь прятаться. И наши дети тоже будут изгнанниками. Ветер качнул тонкие ветки яблони, прогнувшиеся под тяжестью плодов, зашуршал листьями у них над головой, несколько яблок с глухим звуком упали в траву. — Я могу отказаться от путешествия в Дорн? — прервала молчание Санса. — Думаю, что нет, — Джейме наклонился и поднял яблоко. — Это сделка, которую может расторгнуть только Мартелл. — Но это ведь не значит, что я должна стать его любовницей? — Нет, не значит, если ты не захочешь, — он протянул ей яблоко. — Я не захочу, я обещаю вам, — она взяла и нерешительно откусила. Джейме с сомнением посмотрел на неё. Он поднял ещё одно яблоко и с удовольствием откусил, кислый сок брызнул на язык. В детстве сестра предпочитала сладкие яблоки из Простора, персики и виноград, а ему нравились именно такие: слегка недозрелые, жёсткие и кислые, упавшие от сильного ветра. Джейме покосился на Сансу. На Севере, вероятно, не растут сладкие фрукты. Клюква, черника, смородина не нуждаются в солнце и тепле так, как виноград и дыни. Может быть, им отправиться на Север? Знаменосцы лорда Старка должны защитить его последнюю дочь и её наследника. А ещё они с удовольствием обезглавят Цареубийцу… Цокот копыт раздался за высоким забором. Санса испуганно взглянула на мужа и замерла. — Это золотые плащи патрулируют улицы столицы, — тихо прошептал Джейме. Он обнял её и накрыл своим плащом. Санса склонилась и положила голову на его плечо. — Мне нужно отлить, — раздался хриплый голос. Всадники остановились и спешились. — Неужели король Джоффри и в самом деле изнасиловал жену Ланнистера? — заговорил кто-то из солдат грубым голосом с тирошийским акцентом. — Зачем ему это? — возразил ему другой, более слащавый. — Любая женщина с радостью раздвинет ноги перед королём. А Старк наверняка дала ему, ещё когда была его невестой. Может быть, она и брюхатая от него? — Дурак, — рассердился хриплый. — Это твоя сестра всем даёт, а теперь не знает, от кого она брюхатая. У благородных так не принято. — Зато у них принято спать со своими сёстрами, — возразил слащавый. — Думаешь, Цареубийца по-прежнему спит со своей сестрой? — усмехнулся тирошиец. Послышался звук льющейся струи. — Говори тише, — ответил ему хриплый. — Если кто-нибудь тебя услышит, можешь лишиться языка, а то и головы. — Да кто нас услышит здесь? — скрипнуло седло. — Вот ведь… Неведомый… подпруга лопнула… — Везёт же Цареубийце… — мечтательно протянул более молодой голос, — жена такая красавица и трахает королеву. — Идиоты… — Зачем ему старая королева? — возразил тирошиец. — Ну не скажи, королева ещё очень даже… я бы с ней не отказался, — рассмеялся слащавый. — Закатай губу и заткнись, дурак, ты навлечёшь на нас гнев королевы, — рассердился хриплый. — Шлюха говорила, что карлик может три раза за ночь, — продолжал болтать слащавый. — Может, и его брат может сначала с сестрой, а потом с женой… — Заткнитесь уже оба. Что там с твоей подпругой? Тебе следовало лучше проверить её перед дежурством, а не заигрывать с этой сплетницей Лу. — Когда она притащила со свадьбы короля кусок пирога с голубями, ты не жаловался… Джейме бросил огрызок в сторону забора, но он упал, не долетев несколько дюймов. — Прежде перекинуть яблоко для меня было проще, — он сердито усмехнулся. — Вам следует встать, — Санса с сочувствием смотрела на него, — кидать сидя неудобно. — Думаешь, в этом причина? Джейме поднял с земли ещё одно яблоко и встал, размахнувшись со всей силы, он сумел перекинуть его через забор. Послышался глухой удар, свидетельствовавший о том, что яблоко попало в чей-то шлем. — Что за бес? — сердито крикнул слащавый. — Это яблоко с дерева упало, а тебе везде грамкины мерещатся, — рассмеялся тирошиец. Всадники удалились под цокот копыт. Джейме снова опустился на лавку рядом с женой. Она положила голову на его плечо, он поднял ещё одно яблоко и предложил ей, но она отказалась. Тогда он стал молча грызть его, размышляя о том, как правильно поступить. Возможно стоит дождаться исхода поединка. Мартелл вполне сможет одолеть Тирелла, тогда нет смысла бежать и скрываться, но дорниец увезёт её… …это ведь не значит, что я должна стать его любовницей? Джейме с раздражением кинул огрызок. Существует много способов соблазнить женщину. Если Мартелл спасёт её, она будет ему благодарна. Он и не скрывает, какой именно благодарности ждёт от неё. Джейме почувствовал, что Санса задремала, голова соскользнула ему на колени. Он отвёл с её лица прядь волос. — Арья… — Санса улыбнулась во сне. Джейме поднял её на руки и отнёс в дом. Положив на кровать, он снял с неё сапожки и расстегнул на груди куртку. Санса открыла глаза. — Вы желаете раздеть меня, милорд? — Спи. Он скинул сапоги и лёг рядом, блаженно вытянув ноги. Она уткнулась в его плечо и вздохнула. — Я не могу расторгнуть договор между отцом и принцем Мартеллом, — снова заговорил он, — но я могу отправиться в Дорн вместе с тобой. Никто не посмеет запретить мне сопровождать тебя. Если Мартеллам нужен заложник Ланнистер, они получат Ланнистера. Мирцелла вернётся к сестре, а я останусь с тобой.