В постели с врагом

***

      Волки появились внезапно, когда сёстры достигли Волчьего леса. Серые тени мелькали среди деревьев, то забегая чуть вперёд, то ненадолго теряясь в гуще леса. — Нам следовало попросить помощи у лорда Мандерли, — проворчала Санса, глядя на мелькающие тени. — Признайся, ты мечтала о тёплой коляске и сотне солдат, которые стали бы развлекать тебя своими глупыми комплиментами, — ехидно возразила Арья. — Нам и в самом деле не помешали хотя бы полсотни солдат, — согласилась с ней Санса, делая вид, что не замечает насмешки в тоне сестры. Арья настояла, чтобы они отправились в Черный замок как можно быстрее, никому не сказав о том, что Старки вернулись. Они приобрели на постоялом дворе двух кобылок с упряжью, немного вяленой рыбы и мяса, круглую буханку хлеба и покинули Белую Гавань в тот же день после обеда.       К вечеру лёгкая позёмка сменилась метелью, и сестры были вынуждены искать убежище в лесу.       Жадный огонь с хрустом жевал хворост, сложенный аккуратной горкой в неглубоком овраге в стороне от Королевского тракта, где сёстры устроили себе привал. Две сивые кобылки, привязанные к упавшему дубку, настороженно фыркали, шевеля ушами, покрывшимися инеем. Санса достала из седельной сумки по куску хлеба и вяленого мяса и протянула сестре. — Нам следовало обратиться к лорду Мандерли и попросить у него помощи, — снова повторила она, — а не бежать из Белой Гавани, словно мы какие-нибудь разбойники. — Ты не знаешь, стал бы он нам помогать или предал бы нас, — возразила сестра откусывая от мяса.       Тихий треск кустов заставил сестёр оглянуться. На них смотрели два жёлтых глаза, в которых плясало пламя костра. Лошади заржали и стали биться, пытаясь оторвать повод, за который были привязаны к ветке упавшего дуба. — Нимерия, — выдохнули сёстры одновременно. Арья шагнула к волчице и протянула руку, в которой держала кусок мяса. — Нимерия, моя девочка, — ласково проговорила она. Волчица аккуратно взяла зубами угощение, попятилась и снова исчезла в кустах. — Она не узнала меня? — Арья повернула к сестре обиженное лицо. — Думаю, что узнала, — возразила Санса, — иначе мы стали бы её ужином. — Но почему она ушла, а не осталась? — Чтобы не пугать наших лошадей, — Санса подошла к кобылке и погладила её, пытаясь успокоить. Она протянула ей кусок хлеба, другая лошадь недовольно фыркнула, и Санса угостила хлебом и её.       Снежный городок встретил сестёр странной тишиной. Санса помнила, что прежде даже летом жизнь в городке не замирала, солдаты бегали в «Дымящееся Полено» выпить тёмного эля и потискать тамошних девах, в скобяной лавке всегда можно было купить всякую мелочь, в кузнеце стоял звон и слышались голоса, кто-то непременно ковал лошадь или покупал гвозди, ножи, топоры, у рыжего Хейка на прилавке были разложены ткани: шерсть, лен и даже грубый шёлк, атласные ленты и бусы из раскрашенных деревянных шариков. Были у него и дорогие ткани, и украшения из янтаря и кости морского льва, но они не лежали открыто, их показывали только покупателям, готовым платить.       Но теперь и лавки, и кузница были закрыты, а в «Дымящемся Полене» было пусто. В углу сидели лишь один воин с оруженосцем. Санса стряхнула мокрый плащ и вошла в пустой зал вслед за сестрой. Хозяйка заведения, Рита, подошла к столику и угрюмо уставилась на них. Санса была поражена изменениями, произошедшими с этой некогда цветущей женщиной. Прежде она была очень весёлой, острые, словно репейник, шутки слетали с её губ так же легко, как легко она сновала между столиками с посетителями, она всегда была рада детям и угощала их медовыми пряниками. Теперь её пышное тело словно сдулось, старое поношенное платье висело на её заострившихся плечах, как на чучеле, на исхудалом лице виднелись следы старых синяков и кровоподтёков. — У нас только тёмный эль и похлёбка из трески, — проговорила она бесцветным голосом, едва взглянув на тонкий меч на боку Арьи. Старшую сестру она даже не удостоила вниманием. — А горячий сбитень? Прежде у вас всегда он был. Санса почувствовала отчаяние. Целый день они ехали под мокрым снегом, холодный ветер хлестал по лицу и рукам. Санса надеялась согреться горячим питьем, но слова Риты развеяли её надежда. — Неси эль, — распорядилась Арья, искоса взглянув на сестру. — А похлёбку разогрей погорячее. У тебя есть свободные комнаты? Нам нужно переночевать и просушить вещи. И прикажи Тому задать овса нашим лошадям. Рита наконец вскинула на девушку осмысленный взгляд. — Вы прежде бывали в наших местах? — она рассматривала Арью, как будто силилась её вспомнить. — Леди Санса? — воин, сидевший в углу, вдруг повернулся и взглянул на сестёр удивлёнными глазами Бриенны. Санса вскочила с места и подбежала к воину. — Мальчик? — едва вымолвила она. — Я оставила его в Сумеречном замке… — чуть слышно ответила девушка. — Что вы здесь делаете, леди Бриенна? — спросила Санса громче. — В Королевской Гавани ходили слухи, что вы вернулись в Винтерфелл и вышли замуж за Рамси Болтона. Я подумала, что раз вы выжили, вы захотите узнать… — она покосилась на Арью. — Что узнать? — нетерпеливо спросила младшая сестра, подозревая, что Санса от неё что-то скрывает. — Лорд Ланнистер жив? — поспешно задала вопрос Санса, не желая при сестре говорить о мальчике. — Боюсь, что нет, миледи, — Бриенна опустила виноватый взгляд. — В Королевскую Гавань пришло письмо, что он пропал в Речных землях. Вероятно, он погиб во время пожара в Близнецах. — Погиб во время пожара?.. —  Санса закрыла глаза, пытаясь удержать слёзы. Напоминание об ужасном пожаре снова отозвалось болью в груди, перехватило дыхание, словно ей не хватало воздуха. — Леди Санса? — Рита, смотревшая до этого на говоривших вполголоса женщин, с изумлением опустилась на лавку. — Но кого тогда казнил лорд Болтон? Все повернулись к ней. — Он казнил свою жену, — пояснила женщина. — Отправил её голову в столицу, а тело скормил своим псам. Санса побледнела и почувствовала, что горечь подступила к её горлу. Если бы она не была голодной со вчерашнего дня, её бы вырвало. — Теперь я вижу, — Рита снова оглядела своих посетительниц. — Вы, леди Санса, очень похожи на свою матушку, а вы, леди Арья, на отца. Но боюсь, вам опасно оставаться вблизи замка. Лорд Болтон почти каждый день выходит на охоту вместе со своими головорезами и злобными псами. — На охоту? — удивилась Арья. — На кого же они охотятся? — На девушек, — шёпотом выдохнула Рита. — Всех моих весёлых девиц извели, окаянные… — она в страхе закрыла рот подолом фартука и всхлипнула. — Кто бы мог подумать, что болтонский бастард окажется хлеще своего папаши. Говорят, он и папашу вместе с женой… — она вдруг резко замолчала. — Я несу всякую чушь. Простите великодушно, — женщина принялась подобострастно кланяться. — Вы можете занять комнаты наверху, и ужин я принесу вам туда. Ни к чему кому-то видеть вас. Она поднялась с лавки и поспешила наверх по скрипучим ступеням.

***

      Ворота Чёрного замка оказались закрыты. Бриенна несколько раз ударила по дубовым створкам прежде, чем в смотровое окошко выглянула растрёпанная голова с заспанными глазами. — Неужто новых рекрутов привезли или, может быть, ветчину с сыром, — пробормотал он сонным голосом. — Передай лорду-командующему Джону Сноу, что приехали его сестры, — сердито проговорила Арья. — Джон Сноу убит, — возразила заспанная голова. — Как убит? — Арья с гневом толкнула ворота. — Открой, я должна его увидеть. Но смотревший на них не торопился их впускать. Он захлопнул оконце, и они услышали удаляющиеся шаги. Арья принялась барабанить по дубовым доскам, и вдруг ворота распахнулись. Во дворе замка стояло не более десятка мужчин в чёрных плащах. — Джон Сноу убит, но если вы его сестры, вы имеете право взглянуть на него, — проговорил молодой воин с унылым лицом. Путники направилась вслед за ним в жилое строение замка. Двое мужчин, выглянувших из конюшни, с удивлением посмотрели на высокую женщину в доспехах рыцаря и на юную девушку в мужском костюме, которых сопровождала септа, скрывавшая своё лицо под капюшоном. Подрик остался во дворе с лошадями.       Они поднялись по ступеням и остановились, на пороге комнаты лежал огромный белый лютоволк, который поднялся к ним навстречу. Санса заметила, как воин, сопровождавший их, испуганно попятился. — Я вижу Воина, Деву и Матерь… — послышалось из-за двери. — Призрак, — Арья смело шагнула к зверю, который глядел на неё, словно и вправду узнал. Дверь распахнулась и на них с удивлением уставились несколько пар глаз. Лютоволк ринулся внутрь, следом нетерпеливо вбежала Арья. Санса и Бриенна тоже вошли. В небольшой комнате находились несколько мужчин, среди которых Санса неожиданно узнала Харвина. Кроме братьев Ночного Дозора в чёрных одеждах здесь был мужчина, похожий на дикого медведя, одетый в звериные шкуры, его рыжая борода и косматая шевелюра едва ли знали ножницы и бритву. Ещё один воин в темно-зелёном плаще и простых сапогах больше напоминал небогатого торговца или капитана корабля, его темно-каштановые волосы и аккуратная борода были тронуты сединой, точно инеем. Мужчины расступились, и они увидели Джона. Он неподвижно лежал на кровати, накрытый чёрным плащом. Глаза его были закрыты, как будто он спал. Арья подбежала к брату и попыталась обнять. — Он мертв, — проговорил женский голос. Сёстры оглянулись, у очага стояла женщина в красных одеждах, красные волосы струились по её плечам. — Ты, — сердито выкрикнула Арья. — Что ты тут делаешь? Это ты убила Джона? — Нет, маленькая убийца, Джона убили его братья. Она наконец отвернулась от огня и уставилась на Сансу. — Ты Красная жрица, как Торос из Мира, — не отставала от неё Арья. — Он сумел несколько раз оживить лорда Дондариона, значит, и ты сможешь. — Я могла бы попытаться, — согласилась Красная женщина. — Но Владыка всегда требует жертву. Она протянула руку и скинула с головы Сансы капюшон. Короткие волосы рассыпались по её плечам, точно осенние листья. — Я вижу Королевскую кровь, — проговорила Красная жрица. — Вы ошибаетесь, — Санса почувствовала страх под пристальным взглядом этой женщины. — Я всего лишь сестра Джона. — Невеста короля, сестра короля и… королева… — прошептала жрица, словно заклинание. — Если ты согласишься принести Владыке света жертву, возможно, он вернёт твоего брата. Санса растерянно оглянулась на сестру. — Наверное, я должна?.. — Нет, — вдруг возразил воин с седой бородой, который до этого неприязненно смотрел на женщину. — Я знаю, какие жертвы ты обычно приносишь своему жадному Владыке. Не соглашайтесь, миледи, — обратился он к Сансе. — Но если это единственный способ спасти его… — неуверенно проговорила Санса. — Едва ли ваш брат обрадуется, если узнает, что ради него Мелисандра сожгла его сестру, — сердито возразил он. — Смерть в огне — самая чистая, — на шее колдуньи вспыхнул большой рубин. — Может, нам стоит тебя принести в жертву твоему Владыке? — предложил огромный мужик с косматой бородой. — Эта жертва не угодна Владыке. — Почем нам знать, — усмехнулся он. — Может быть, нам сжечь тех четверых, которые убили Джона? — перебил спор брат Ночного дозора, встретивший их у ворот. — В них нет Королевской крови, — возразила Мелисандра. — Торос говорил, что довольно лишь помолиться вашему Владыке Света и подарить живительный поцелуй, — сердито проворчала Арья. — Неужели ты хуже этого пьяницы? — Я могу попробовать, — Мелисандра коснулась большого рубина, который сиял на её шее, — но Владыка… — Если у тебя получится, мы найдём жертву для твоего Владыки, — нетерпеливо предложил брат Ночного Дозора со скорбным лицом. Мелисандра снова коснулась бледной кожи Сансы, в её руке сверкнул нож. — Нет, — Арья выхватила свой клинок и приставила к горлу Мелисандры, — ты можешь попробовать, но это не значит, что мы отдадим тебе сестру, как Берик отдал тебе Джендри. Красная женщина взяла руку Сансы и проткнула её палец, алая кровь потекла по тёмному металлу, она вытерла клинок белым платком, с сожалением отошла от сестёр и встала на колени перед очагом. Жрица бросила в огонь испачканный кровью платок и закрыла глаза. На мгновение в комнате стало тихо, а потом послышался её голос, слова на древнем валирийском звучали, словно гул королевского горна в горах. После каждой фразы, повторенной многократно, огонь в очаге разгорался сильнее, а потом он вспыхнул и вырвался наружу, опалив женщину своим горячим дыханием, но она словно не почувствовала его. Мелисандра поднялась с колен и подошла к Джону. Она прижалась к его губам своими, все застыли в ожидании, но Джон не пошевелился. После неё Арья тоже поцеловала его робким детским поцелуем. Джон по-прежнему лежал неподвижно. Слёзы потекли из глаз Арьи. — Может быть, ты попробуешь? — она в отчаянии посмотрела на сестру. — Я? — удивилась Санса. — Но какой в этом смысл? Я ведь не колдунья, — она покосилась на Мелисандру. — Что, тебе трудно? — Арья сердито шмыгнула носом. — Ты целовалась с Цареубийцей, — упрекнула она сестру, — поцелуй Джона. Может, это спасёт его. Санса оглянулась вокруг. Все смотрели на неё, как будто и в самом деле верили, что она волшебная Серена, способная разбудить спящего вечным сном Варуха живительным поцелуем. Она подошла к Джону и взглянула на его закрытые глаза и губы со скорбными складками. Он был похож на отца, и от этого сходства ей стало вдруг больно. Санса закрыла глаза, пытаясь представить, как это может быть: поцелуй с братом, которого она никогда не любила, а отчасти даже презирала. Могла бы она поцеловать Робба, как мужчину, а не как брата, если бы это спасло его жизнь? — Ну чего ты тянешь? — послышался сердитый голос сестры. Санса склонилась и коснулась губами брата. Воспоминания нахлынули на неё. Слюнявый поцелуй Джоффри был первым в её жизни, самым желанным, но помнится, тогда он не очень ей понравился. Правда, она подумала, что причина в её неопытности. Сухой поцелуй мужа во время брачной церемонии был всего лишь частью церемонии, и она была скорее рада, что он не был слишком пылким. Поцелуи дорнийца были такими страстными, что Санса боялась, что не сможет сопротивляться, если он посмеет пойти дальше поцелуев. Бесстыжий поцелуй Мизинца вызвал в ней лишь отвращение. Жёсткие губы Пса прижимались к её с робостью оруженосца, который делает это впервые. Поцелуи Джейме… они были разными. В них была необузданная страсть, вероятно, когда он думал о Серсее, в них была трепетная нежность, когда он словно смирился, что в его постели будет Санса. В них были и страсть, и нежность, когда между ними больше не было тени королевы. Она почувствовала, как борода и усы Джона приятно царапнули её лицо. Она улыбнулась, вспомнив последние дни, проведённые вместе с мужем. Джейме… Губы мужчины были мягкими и тёплыми… Она несмело коснулась языком его зубов… …и он впустил её. И вдруг в её рот ворвался требовательный язык, и в то же мгновение она почувствовала, как сильные руки обняли её, прижимая к себе. Санса дёрнулась, пытаясь вырваться из объятий. — Ничего себе, — послышался насмешливый голос. — А можно мне тоже поцеловать её? Санса открыла глаза, на неё в упор смотрели удивлённые глаза отца. Руки по-прежнему крепко держали её. — Санса? — прошептал Джон и закашлялся. Он застонал и наконец отпустил её. Джон обвёл удивлённым взглядом присутствующих. — Арья? Ты тоже умерла? А где наш отец и братья? — Ты не умер, — Арья бросилась к нему и обняла. Джон снова застонал. — Что это значит? — Арья испуганно посмотрела на Мелисандру. — Его раны следует прижечь огнём. — Я думаю, есть и другие способы убить его, — вдруг возразила Санса. — А вылечить мы сможем и без огня. Она бесцеремонно оттолкнула сестру и принялась развязывать завязки на его тунике. — Она умеет и раздевать мужчину, — восхищенно подал голос бородатый. — Мне нужна горячая вода, — Санса сердито посмотрела на насмешника. — Пусть повар приготовит для него горячее вино со специями и сварит куриный бульон, — она заметила, как неуверенно переглянулись братья Ночного дозора, — любой мясной… или рыбный. Чем-то вы здесь питаетесь, кроме снега? И не стойте, как истуканы. Ну-ка, Харвин, помоги мне снять с него эту одежду, она вся в крови, и пусть кто-нибудь принесёт чистую. Мужчины поспешно покинули комнату. Харвин и Бриенна приподняли Джона, помогая Сансе снять с него одежду. — А ты, оказывается, не только плакать умеешь, — усмехнулась Арья, — но и командовать. — А ты, похоже, умеешь только насмехаться, — Санса сердито посмотрела на сестру. — Королевская кровь, — прошептала Мелисандра, бросая в очаг окровавленную рубашку Джона.       В комнату вошёл сутулый и лысый брат Ночного Дозора с кувшином воды и медным тазом в руках. — Вы мейстер? — с надеждой спросила его Арья. — Нет, — он неуверенно остановился на пороге, — но я помогал мейстеру Эймону обрабатывать раны Джона, когда он был ранен в прошлый раз. — Клидас, — обратился к нему Харвин, — у мейстера ещё осталось маковое молоко? — он покосился на Сансу, которая согласно кивнула. — Я не знаю, — неуверенно пробубнил Клидас. Дверь снова открылась. — Что ты там принёс, Эдд? — повернулся стюард к дозорному со скорбным лицом. — Хобб прислал вино, чтобы напоить Джона и обработать его раны, — Эдд поставил кувшин на стол. — Раны можно промыть и простой водой, — недовольно пропыхтел Клидас. Он налил в чашу крепкий напиток и протянул Джону, который с трудом приподнялся и сделал несколько глотков. — Мне нужна иголка, шёлковая нить и свеча, — распорядилась Санса. — Где же тут взяться шёлку? — ухмыльнулся стюард. — Можно поискать в сундуках леди Селисы, — предложила Мелисандра пристально наблюдая, как Санса моет раны Джона, смывая запёкшуюся кровь. Джон лежал неподвижно, с закрытыми глазами. На бледном лице выступила испарина. Арья держала его за руку, словно надеялась так облегчить его боль. — Клидас, добавьте дров в жаровню, — приказала Санса, сопение мужчины нервировало её, — нам ведь не нужно, чтобы Джон подхватил простуду, — добавила она мягче. — И узнайте, как там дела на кухне. Мужчина с готовностью исполнил её приказание и вышел из комнаты, шаркая ногами. — А почему ты зашиваешь раны шёлком, а не простой ниткой? — спросила Арья, когда Санса закончила с раной на груди. — Ведь простая нить крепче… — Зато шёлковая не так травмирует кожу, — объяснила Санса, — рубцы после неё не такие грубые. Тебя я тоже зашивала шёлком, — улыбнулась она сестре, чтобы немного её подбодрить. Джон приоткрыл глаза. — Когда это ты её зашивала? — удивлённо спросил он. — Она сама расскажет тебе, только позже, — Санса закончила с раной на животе. — Ты можешь сесть? Я должна посмотреть твою спину. Джон попытался подняться, но понадобилась помощь Харвина и Эдда, чтобы усадить его. — Арья, налей ему ещё вина, — попросила Санса сестру, — лучше бы ты оставался без сознания, — вздохнула она. Санса терпеливо ждала, пока Джон выпьет из чаши. — Сейчас будет больно, — она приложила к ране тряпицу, смоченную вином, и Джон дёрнулся.       Она наконец закончила и перевязала его грудь, живот и спину льняными лентами, надела на него свежую тунику. В комнату вошёл ещё один брат Ночного Дозора с котелком, от которого шёл приятный аромат мясного бульона. — Тормунд подстрелил белку, — пояснил он. — Прекрасно, — Санса поставила котелок на стол и взяла ложку. — Ты что, собираешься меня кормить? — запротестовал Джон. — Нет, бульон нужно немного остудить, — Санса понюхала. — Что вы сюда добавили? — Немного сухих трав и лавровый лист. Санса кивнула. Она перелила бульон в чашу и протянула брату. — Попробуй, только не спеши. Джон медленно выпил и в изнеможении откинулся на постель. — А теперь спи. Арья, — Санса взяла сестру за руку, — можешь его отпустить. Будет лучше, если ты и Бриенна уйдёте. Если можно, накормите их, — обратилась она к повару. — А ты? — упрямо возразила Арья. — Я посижу с ним. Ты поешь, отдохни и приходи меня сменить. — Нет, ты иди… — Давай не будем спорить. Арья набрала в грудь воздуха, приготовившись затеять спор, но Джон открыл глаза и кивнул, Арья сдулась и направилась к двери. Следом вышли Хобб, Харвин, Эдд, Бриенна и Мелисандра. — Спасибо, — прошептал Джон, когда дверь с тихим скрипом закрылась. — Я рада, что смогла помочь тебе, — Санса с нежностью смотрела на такие родные черты лица. — Где ты этому научилась? — прохрипел он сквозь зубы. — Чему? Шить или мучить? Джон ухмыльнулся и снова застонал. — Ты же боялась даже смотреть на царапины, всегда плакала, если у кого-то в замке текла кровь, я помню, как ты рыдала несколько дней, когда упала и сбила коленку. — После того, как Джофф на моих глазах приказал отрубить голову нашему отцу, вся другая кровь мне кажется несущественной, — Санса прикусила губу. — За что они так поступили с тобой? — спросила она, чтобы отвлечь его от боли. — Я впустил одичалых из-за Стены, — угрюмо признался Джон. — Впустил одичалых? — удивилась Санса. — Зачем ты это сделал? Одичалые всегда были врагами Дозора… Северяне сотни лет защищали свои земли от них… — За Стеной есть кое-что пострашнее одичалых. Иные и Король Ночи — это не сказки. Мы видели их, я видел их… и Эдд, и Тормунд… Тысячи мертвецов, которые идут к Стене, — добавил он. — Мертвецов? Как это они идут, если они мертвецы? — недоверчиво спросила Санса. — Они идут и убивают всякого живого на своём пути. В Суровом Доме мы сражались с ними. Люди, которых они убили, поднялись и стали убивать живых…       Джон задремал, на его лице Санса видела страдание, словно он продолжал сражаться с чудовищами, которых встретил за Стеной и в Суровом Доме.       Дверь скрипнула, в комнату вернулся Харвин, который принёс ей миску с горячей кашей и кусок хлеба. — Поешьте, миледи, — он поставил кашу на стол. — Моя сестра? — шёпотом спросила Санса. — Она заснула за столом. Ваша леди-рыцарь отнесла её в Королевскую башню. Прежде там жила Селиса Баратеон с дочерью. — Хорошо, пусть отдыхают.       Джон спал беспокойно, всю ночь метался под шкурами, вскрикивал, звал каких-то людей и девушку по имени Игритт. К утру он затих, и Санса задремала, положив голову на стол.

***

      Раны Джона, зашитые Сансой, плохо заживали, и всё же через пару дней он поднялся с постели и о чём-то шёпотом спорил с красной женщиной.       Вечером за Стеной сложили четыре костра и вывели троих мужчин и мальчика лет двенадцати. — Ты собираешься их сжечь? — ужаснулась Санса. — Они предали меня, они предали Дозор, — хмуро проговорил он. — Но он всего лишь ребёнок… — Арья тоже осуждающе смотрела на брата. — Я доверял ему, — Санса видела, что Джон не рад тому, что должен казнить ребёнка, — он был моим стюардом. — Но разве дети приносят присягу Дозору? — Нет, — признался Джон. — Значит, формально он предал лишь тебя. Пусть теперь он станет одним из дозорных. Не стоит казнить его, — предложила Санса. — Хорошо, — Джон с облегчением вздохнул. — Отпустите Олли, — приказал он своим людям. — Он не был братом Ночного Дозора, он был всего лишь моим слугой. За то, что он поддержал заговор против меня, теперь ему надлежит надеть чёрное. Несколько братьев Дозора развязали верёвки, которыми уже был привязан мальчик, и отвели его в сторону. — Вы обещали, что принесёте в жертву Рглору четверых, — сердито зашипела Мелисандра на Скорбного Эдда. — В нём нет королевской крови, — усмехнулась Арья. Три костра вспыхнули почти одновременно. Жадный огонь почти ласково лизал свои жертвы, которые мучительно кричали. Джон с сёстрами поспешил покинуть ужасное зрелище. Мелисандра и несколько рыцарей-приверженцев Владыки Света остались.       В Щитовом чертоге стояла гнетущая тишина. Жестокая казнь троих предателей произвела на всех ужасное впечатление.       Братья Ночного Дозора расположились за грубыми столами на ужин. Здесь же теснились несколько воинов в тёмных плащах, которые, однако, не были братьями Дозора. Санса с сестрой сели между Джоном и Бриенной, около которой пристроился рыжий Тормунд, похожий на медведя.       Хобб наполнял миски гороховым пюре, в котором иногда попадалось копчёное мясо, в больших кружках пенился тёмный эль. — Рамси Болтон прислал письмо, — Харвин, сидевший напротив, переглянулся с Джоном. — Он сообщил, что вы, миледи, стали его женой, а потом попытались от него сбежать. — Это была не я, — призналась Санса, — это другая женщина. — Джон собирался отправиться в Винтерфелл, чтобы спасти вас, — добавил Скорбный Эдд. — Спасти? — удивилась Санса. — На Севере ходят ужасные слухи про болтонского бастарда, — Эдд выпил эль и снова посмотрел на Сансу. — Он ловит девушек и устраивает на них охоту с собаками, которые рвут их на части. — Некоторым всё же удаётся спастись, добежать до какого-нибудь замка или спрятаться в горах, — добавил Харвин. — Джон подумал, что вам, миледи, может понадобиться помощь. — Это правда, Джон. Ты хотел спасти меня? — Что в этом удивительного? Ведь ты… — Джон замялся, — моя сестра… Ты ведь спасла меня, — добавил он. — Но это другое… За поцелуй никто не убил бы меня… — Ты — дочь нашего отца, как и Арья, ты — Старк, как и наши братья. Я не мог сидеть и ждать известий о твоей смерти. — Он убил её, — тихо проговорил Харвин. Джон повернул недоверчивое лицо. — Также? Мужчина кусал губы, не решаясь рассказать подробности. — Он отрезал ей голову и отправил в Королевскую Гавань, а тело скормил собакам, — хмуро проговорила Арья. — Нам рассказала Рита из «Дымящегося Полена». — Это всё из-за меня, — Санса опустила виноватый взгляд, — это я уговорила Алису назваться моим именем. — Ты оправила её в Орлиное Гнездо к тете Лизе, — возразила Арья. — Никто не заставлял её ехать на Север, она воспользовалась твоим именем, чтобы занять место, которое ей не принадлежало. Я уверена, что она знала, что ты умерла, и хотела стать леди Винтерфелла. — Умерла? — Джон и Харвин переглянулись. — Как это?.. — Я потом тебе расскажу, — Санса покосилась на Бриенну.       Разговоры за столом становились всё громче, братья Ночного Дозора говорили о Белый Ходоках, Короле Ночи и ходячих мертвецах. Несколько одичалых рассказывали об ужасе, случившемся в Суровом Доме, люди Станниса неохотно вспоминали подробности неудачного похода к Винтерфеллу, упорно избегая обстоятельства гибели его жены и дочери. — Может быть, стоит отправиться в Последний Очаг к Амберам? У них наверняка есть мейстер, который сможет тебе помочь, — неуверенно предложила Санса Джону, заметив, что он кривится от боли, которую ему причиняли его раны. — Леди Санса, — старый воин в тёмно-синем плаще, застегнутом на чёрные пуговицы с гравировкой в виде рыбок, удивлённо разглядывал её лицо, — как вы здесь оказались? Говорили, что разбойники, бродившие в Речных землях, похитили вас… Хмурое лицо солдата было покрыто глубокими морщинами, из-под седых бровей смотрели умные светло-голубые глаза. — Это были не разбойники, — неохотно призналась Санса. — Цареубийца подозревал, что это Чёрная Рыба похитил вас, — проговорил другой солдат в такой же накидке, на его правой руке, сжимавшей кружку с элем, отсутствовали два пальца. — Он взял замок через два дня после вашего побега. Санса опустила виноватое лицо. — Мне жаль… — тихо проговорила она, — вероятно, во время штурма погибло много достойных рыцарей. — Штурма не было, — третий вздохнул, словно сожалел о том, что не погиб во время штурма замка. — Эдмар Талли сдал замок. — Дядя Эдмар?.. — удивилась Санса. — Но как… Как он мог сдать замок, ведь он был пленником? — Ланнистер отпустил его, сказал, что Эдмар должен открыть ворота, — с горечью усмехнулся беспалый, — иначе он обещал казнить всех жителей, и защитников замка, и жену Эдмара. — И всё-таки Цареубийца поступил с нами честно, — седой мужчина покосился на своих товарищей, которые согласно кивнули. — Он не только пощадил защитников Риверрана, но и предложил выбор: уйти в Ночной Дозор или покинуть Риверран без оружия и поклясться, что никто из нас никогда не станет воевать против Ланнистеров. — Значит, Джейме отпустил вас и Бриндена? — Сиру Бриндену удалось бежать из замка, — усмехнулся ещё один, между пальцами с чёрными ногтями он мял хлебный мякиш. — Почему же вы не согласились дать клятву, а предпочли уйти в Дозор? — удивилась Арья. — Война закончилась, — угрюмо проговорил старик, — зато наступила зима. Молодые дали клятву и ушли в Долину, — признался он, — а мы решили, что достаточно убили людей в этой жизни. — Как вас зовут, сир? — спросила Санса. — Робин Ригер, миледи. — Мне жаль, сир Ригер, что вы вынуждены покинуть родные земли и служить в Ночном Дозоре, — Санса чувствовала себя виноватой. — Не стоит. Мы прожили славную жизнь, мы сражались с Робертом Баратеоном на Трезубце, и с Нэдом Старком на Пайке, рядом с вашим братом Роббом в Шепчущем лесу, теперь мы станем защищать Стену от Короля Ночи. Мы должны быть благодарны Ланнистеру, что он позволил нам уйти в Ночной Дозор. Теперь мы сможем принять участие в последней битве. — Лорд-командующий, — вдруг кто-то обратился к Джону. — Я больше не лорд-командующий, — мрачно возразил Джон, — думаю, отныне мой Дозор окончен. Вам следует выбрать нового командира. До выборов им можешь быть ты, Эдд, — он кивнул другу. — Что ты теперь собираешься делать? — Сначала я должен освободить дом своего отца от Болтона. — Один? — Нам и в самом деле следует отправиться в Последний Очаг, — Джон вопросительно взглянул на своих сестёр. — Если мы хотим вернуть Винтерфелл, следует узнать, что думают об этом бывшие знаменосцы нашего отца. — Мы пойдём с тобой, лорд Ворона, — усмехнулся рыжий одичалый. — Мы тоже, — Давос покосился на рыцарей с горящим сердцем на потрёпанных плащах. — Мы тоже пойдём, — вдруг предложил Ригер, — мы ещё не дали клятву Дозору, а значит, можем покинуть Чёрный замок. Мы клялись не сражаться с Ланнистерами, но не обещали не поднимать оружия против Болтонов, предавших Робба Старка. Несколько воинов в синих плащах с рыбками, сидевшие рядом с ним, согласно кивнули.

***

      Из-за метелей, которые налетели на Чёрный замок из-за Клыков Мороза им пришлось задержаться.       Санса и Арья поселились в Королевской башне и снова, как в детстве, спали в одной постели, согревая друг друга.       В сундуке Селисы Баратеон Санса нашла чистое бельё для себя и сестры и платье. Судя по всему, жена Станниса Баратеона была намного скромнее, чем её родственница, жившая в Королевской Гавани. Простое платье из шерсти цвета зимней хвои не имело никаких украшений. Санса с удовольствием вышила на груди бегущего лютоволка. Арья одобрительно разглядывала вышивку и улыбнулась, когда Санса протянула ей жилет из шерсти с такой же вышивкой.       В сундуке Селисы Санса нашла чёрный бархат, который, вероятно, предназначался для королевского плаща Баратеона. Из него она сшила новый плащ для Джона, такой, какой носил их отец и дядя Бенджен, с подкладкой и воротником из волчьего меха. — Зачем это? — удивился Джон, когда она отдала ему плащ. — Лорды Севера должны видеть в тебе не бастарда нашего отца, а его сына, — проговорила она, помогая ему застегнуть на груди кожаные ремни.

***

      Последний Очаг их встретил неприветливо. За стенами замка завывала метель, а внутри люди мрачно смотрели на Джона и его сестёр. Однако какая-то сморщенная служанка протянула ему кусок пирога и чашу кислого вина, и старый Морс Амбер пригласил их войти в главную твердыню. — Мы не хотим новой войны, — сердито проговорил его брат Хозер, усаживаясь за стол. Он кивнул служанками, чтобы они подали угощение: рагу из мяса дикого кабана с кислой капустой и тмином. — Робб Старк увёл на юг лучших воинов Севера, мы поддержали Станниса и потеряли остальных. Если вы сможете вернуть себе Винтерфелл, мы присягнём дому Старков, но воевать у нас уже некому. У Болтона в Винтерфелле стоит армия в восемь тысяч воинов. — Две тысячи он потерял в сражении со Станнисом, — возразил маленький Нэд Амбер, сидевший до этого между своими дядями молча, — и тысяча ушла вместе с Фреями, покинувшими Винтерфелл после пожара в Близнецах. — Даже если и так, — Хозер сердито посмотрел на племянника, — у него всё ещё остаётся пять тысяч воинов. А сколько у тебя? Джон вздохнул, собираясь ответить. — Мы не скажем вам, — вдруг проговорила Санса. Джон удивлённо взглянула на неё. — Так вы не сможете нас предать. Мы надеемся, что вы сдержите слово, и после нашей победы присягнёте дому Старков.       Лорд Гловер встретил их ещё холоднее.       В Высоком чертоге были видны следы пожара, в разбитые окна задувал ледяной ветер, камин, вероятно, давно не топили, и стены, увешанные знамёнами Гловеров и Болтонов, покрылись инеем. — Я не вижу здесь Старков, — презрительно проговорил Робетт Гловер. — Здесь бастард, покинувший Ночной Дозор, жена Ланнистера, сбежавшая от мужа, и ещё какая-то не то девица, не то шлюха без юбки. Они стояли, окружённые вооруженными людьми. Робетт Гловер впустил в замок лишь детей Старка и десяток рыцарей во главе с Ригером. Остальные дожидались за воротами. Одичалых Джон и вовсе оставил в Кротовом городке, чтобы не раздражать северных лордов. — Старк находится в Винтерфелле под опекой лорда Болтона, — неприязненный взгляд Гловера скользил по лицам незваных гостей. — Какой Старк? — удивилась Арья. — Рикон Старк — младший сын лорда Эддарда Старка. Теон Грейджой не убил его. Мои люди нашли его и одичалую, которая помогла ему сбежать из Винтерфелла. — Зачем вы отдали его Болтонам? — сердито спросила Санса. — Разве вы не понимали, что они захотят избавиться от мальчика? Ведь он — законный наследник замка и земель… — Русе Болтон объявил, что его сын женится на дочери Неда Старка. Я решил, что для мальчика будет лучше, если он окажется в родном доме с сестрой, — блуждающий взгляд мужчины остановился на вышивке на груди Сансы. — Рикон был совершенно диким, да ещё его лютоволк… вы можете отправиться в Винтерфелл и убедиться, что ваш брат жив-здоров, и ему ничто не угрожает. — Вы уверены? — недоверчиво спросила Санса. — Рамси прислал письмо, что через несколько дней лорды Севера соберутся в Винтерфелле, чтобы преклонить колено перед новым Хранителем Севера. — Перед Риконом? — не поверил Джон. — Нет, — Гловер перевёл усталый взгляд на Джона. — Королева Серсея прислала приказ, в котором назначила Рамси приемником отца. — Отца? — удивилась Арья. — А как же Рикон? — возразила Санса. — Разве не наш брат является законным наследником Винтерфелла? — Он слишком мал для этого. — И всё же. Рамси может быть Хранителем Севера, если нет никого более достойного, чем этот бастард предателя, — гневно проговорила Санса, — но наследником Винтерфелла должен быть наш брат Рикон. — Не вам судить о Рамси, — перебил её Гловер. — Пока твой брат забавлялся с заморской шлюхой, железнорожденные захватили Север, убивали наших людей и уводили в рабство наших женщин и детей. И только Рамси, сын Русе Болтона, со своей армией помог нам освободить наши земли от этих разбойников. — А что случилось с Русе Болтоном? — вспомнила Арья. — После рождения сына он решил отправиться в Дредфорт, и по дороге на них напала стая волков. — После рождения сына? — удивлённо переспросила Санса. — Вы хотите сказать, что он отправился из Винтерфелла в Дредфорт сразу после рождения сына, взяв с собой жену и новорождённого младенца? Не кажется ли вам, что это по крайней мере странно? — Нет, не кажется, — сердито возразил Гловер. — И что он отправился без охраны, тоже не кажется странным? — спросил Джон. — Даже если смерть Русе Болтона дело рук его сына, нас это не касается, — холодно пожал плечами лорд Гловер. — А смерть его жены? Вы ведь думали, что он женился на Сансе, дочери Нэда Старка, — возмущённо напомнил Джон. — Вероятно, Рикон выдал её, да и лорд Мандерли на свадьбе стал благодарить леди за помощь сыну, оказавшемуся в плену в Харренхолле, а женщина как будто ничего об этом не знала. — Он мог просто выгнать её или отправить назад к Бейлишу, зачем же было так жестоко убивать? — сердито проговорил Джон. — Это не наше дело. — А если он убьёт Рикона, вы тоже скажите: «Это не наше дело»? — передразнила его Арья. — Вы предлагаете нам отправиться к нему, чтобы он убил нас? И это тоже будет не ваше дело. — Возможно, для всех будет лучше, если вы вернётесь туда, откуда явились. Северу больше не нужна война ни за Винтерфелл, ни за Старков.       Они покинули Темнолесье на закате, ветер дул им в спину, подгоняя быстрее уехать подальше от места, где у них больше не было союзников.       Леди Мормонт было всего двенадцать лет, она сидела за столом, окружённая своими людьми. Шуба из медвежьей шкуры накрывала её детские плечи. — Мы не преклонили колено ни перед лордом Болтоном, ни перед Станнисом Баратеоном, называвшим себя королём, — с достоинством проговорила она. — Лорд Рикон — единственный законный наследник Старков. Судя по слухам, которые до нас дошли, он оказался жив и находится в Винтерфелле. Рамси Болтон незаконно удерживает и замок, и лорда Старка. У нас не так много людей. Однако, — она наклонилась к своим советникам, — мы можем выделить шестнадцать, — она снова о чём-то пошепталась со своими людьми, — восемнадцать воинов с полным снаряжением.       На Медвежьем острове их наконец накормили и позволили остаться на ночь.       Леди Мормонт поселила их в небольшой гостевой башне, для них нагрели воды в бане и вечером в Пиршественном чертоге, который едва уместил сотню солдат, сопровождавших их в походе, их угостили рагу из медвежатины с репой и морковью. — Сколько у нас людей? — с тревогой спросила Санса, когда они покинули гостеприимный дом Мормонтов. — К нам присоединились почти четыре сотни солдат из тех, что пришли из Риверрана, чтобы поквитаться за убийство Робба, столько же пойдёт за Тормундом, может быть, полсотни из армии Станниса… — неуверенно проговорил Джон. — Значит, у нас нет даже тысячи, — Санса вздохнула. — Может быть, лорд Гловер прав, нам следует явиться в Винтерфелл и попробовать договориться с Болтоном. Возможно, он согласится отдать нам Рикона. — А если не согласится? Если он убьёт тебя и Арью? — возразил Джон. — Я могу пойти одна, без Арьи. — Нет, — Арья исподлобья посмотрела на сестру, — мы не станем рисковать тобой. — Кроме Гловеров и Амберов на Севере есть ещё сильные дома. — Я думаю, нам следует отправить к ним своих гонцов с письмами, — проговорила Санса. — Если они захотят нас поддержать, они придут, а если они решат остаться на стороне Болтона, то мы не сможем их переубедить, мы лишь потратим время. Лорд Гловер наверняка уже сообщил Рамси, что мы хотим вернуть Винтерфелл и Рикона.

***

      Жители Снежного городка настороженно смотрели на небольшую армию под командованием Джона Сноу, шедшую по его заснеженным улицам. Санса заметила, что людей здесь стало гораздо больше, чем когда они с Арьей останавливались в нём в прошлый раз.       В «Дымящемся полене» было жарко и шумно. Солдаты Станниса вместе с воинами Ригера пили эль и закусывали вяленой рыбой, одичалые сидели в стороне и жевали сало с луком. — Люди уже знают, что Старки вернулись, — улыбнулась Рита, расставляя на столе кружки с элем.       К столу, за которым ужинали Джон, Арья, Санса, Робин Ригер, Давос Сиворт и Лианна Мормонт, подходили гонцы, вернувшиеся из замков. Джон просматривал письма, пришедшие от северных лордов. — Лорд Карстарк прислал предупреждение, что выступит на стороне Болтона, — вздохнул он, отбрасывая в сторону пергамент, — их армия вчера пришла в Винтерфелл, как и армия Гловеров и Рисвеллов. — Мы с Перешейка, — невысокий мужчина в кожаных доспехах в темно-зелёном плаще с жёлтой кувшинкой протянул письмо. — Я — Лонерр Гринхуд. Мы собрали всех, кого смогли, всего сотню солдат, — виновато проговорил он. — Дети Хоуленда покинули Сероводье, когда Винтерфеллом правил ваш брат Брандон, возможно, они ушли вместе с ним. Рид надеется, что Рикон знает, что с ними случилось. Он предлагает попробовать договориться с лордом Болтоном. Может быть, он согласится отдать вашего брата воспитанником в Сероводье. — Северные кланы прибудут завтра, — Джон развернул ещё одно письмо. — Виман Вулл ведёт четыре сотни молодых бойцов. — А лорд Мандерли? — с тревогой спросила Санса. — От него гонец вернулся? Джон отрицательно махнул головой. — Мы больше не можем ждать, — нетерпеливо проговорила Арья. — Каждый день промедления угрожает нашему брату. — Может быть, и в самом деле попробовать поговорить? — Санса вопросительно посмотрела на Джона. — Вдруг он и сам не хочет войны? — Можем и поговорить, — вздохнул Джон. — Гловеры и Карстарки должны понимать, что Винтерфелл по праву принадлежит Рикону, может быть, мы сможем убедили Болтона, что ему следует вернуться в Дредфорт, а Винтерфелл оставить Старкам.       Поле между Волчьим лесом и замком замело глубоким снегом, под которым угадывались останки армии Станниса Баратеона. Несколько крестов, на которых были прибиты ободранные трупы, создавали зловещую картину. — Думаешь, с человеком, который так обошёлся со своими пленниками, можно договориться? — прошептала Арья, отводя взгляд от ужасной картины. — Возможно, мы сможем его обмануть, — Санса с трудом сдерживала желание повернуть лошадь и умчаться прочь.       Рамси Болтон выехал из ворот замка в сопровождении нескольких всадников, среди которых они узнали лорда Робетта Гловера, Арнольфа Карстарка, Родрика Рисвелла и Хозера Амбера, который им обещал свою преданность.       Они встретились на середине поля. Плащ из розового бархата накрывал покатые плечи Болтона, на которых лежала шкура молодой волчицы, мёртвые глаза обречённо смотрели на всадников, зубы, покрытые запекшейся кровью, скалились в беспомощном рыке. В ухе мужчины блестел гранат, похожий на каплю крови. Его лошадь вместо попоны была накрыта огромной чёрной шкурой, похожей на медвежью. Но Санса вдруг поняла, что это шкура Лохматика — лютоволка Рикона. — Лорды Севера сообщили мне, что сёстры Рикона Старка желают вернуться в Винтерфелл. Бесцветные глаза Рамси скользнули по лицам спутников Джона, едва задержались на младшей сестре и остановились на старшей. Он окинул Сансу оценивающим взглядом. — Так вот ты какая — шлюха Ланнистера? — толстые губы бастарда растянулись в звериной ухмылке. — Лорд Карстарк рассказал нам, что твой бывший муж убил троих его племянников. Теперь он хочет, чтобы ты стала его женой и родила ему по крайней мере троих сыновей. Лорд Рисвелл предлагает твоей младшей сестре выйти замуж за одного из своих сыновей. Ну, а бастард Сноу должен вернуться на Стену. Санса почувствовала, как дрожь побежала по её спине. Зловещий взгляд Рамси не раздевал её, он сдирал с неё кожу. — А может, я сам женюсь на тебе? — он покосился на Карстарка. — Хочу попробовать, какая ты сладенькая… — ядовито процедил он, — я слышал, что в Королевской Гавани с тобой забавлялись все Ланнистеры… — он громко расхохотался. — Эта девка, которую вместо тебя прислал Бейлиш, была слишком пресной. Свадьбу сыграем завтра. Мой мейстер должен тебя осмотреть и убедиться, что в твоём животе нет бастарда от твоего братца, — он нагло посмотрел на Джона. — Мормонты и лягушатники будут твоими гостями, бастард Сноу тоже может отведать угощение в большом чертоге, — небрежно добавил Болтон. — А как же наш брат Рикон? — Санса с отвращением слушала эти грязные слова, но думала о брате. — Рикон? — удивлённо переспросил Рамси. — Его ты тоже увидишь. — Мы хотим, чтобы ты позволил ему покинуть Винтерфелл и отправиться в Сероводье, — настойчиво заявила Санса. — Хоуленд Рид согласен взять его воспитанником. Болтон посмотрел на своих спутников, словно они осмелились ему перечить. — Отпусти моего брата, — повторила Санса, — и я выйду за тебя замуж. Удивленный взгляд Джона и испуганный — Арьи пересеклись на ней. — Отпустить?.. — Рамси помахал ей пальчиком, словно проказнице, — хочешь обмануть меня? Его толстые губы снова искривила ядовитая улыбка. — Мы совершим обмен, — Санса смотрела в эти звериные глаза и видела в них смерть, — завтра в полдень, на этом месте. Я пойду с тобой, а Рикон уйдёт с моим братом и сестрой. — Разве они не хотят присутствовать на твоей свадьбе? — ухмыльнулся Болтон. — Джон, как ты правильно заметил, должен вернуться на Стену, а моя сестра обещана… — Санса замолчала, она переглянулась с сестрой и холодно посмотрела на Рамси, — я расскажу тебе потом… кому она обещана. Санса повернула лошадь и ударила её пятками, ей хотелось быстрее покинуть это место пока Джон и Арья не испортили её план. — Завтра в полдень! — крикнула она, не оборачиваясь. — Завтра в полдень, — зловеще улыбнулся Рамси, глядя в растерянные глаза Джона. — Что ты затеяла? — Джон догнал её. — Зачем ты согласилась? — Мы обменяем Рикона на меня. — Ты разве не понимаешь?.. — он покосился на Арью. — Рамси — страшный человек, он убьёт тебя. — Не думаю, что он убьёт меня в первый же день, — неуверенно возразила она, — такие, как он, любят мучить и издеваться. — Неужели ты хочешь, чтобы он издевался над тобой? — Нет, не хочу, но другого способа спасти Рикона, я не вижу. Санса остановила лошадь. — У нас мало людей, он знает, что может диктовать свои условия. Но мы обманем его, — тихо добавила она. — Как? — удивился Джон. — После того, как Рикон окажется у тебя, отправь его в Сероводье вместе с людьми Рида и Мормонтами. Пусть Рамси видит, что вы ушли. В Винтерфелле есть тайный ход из крипты и из спальни родителей. Ночью я его открою и впущу в замок Ригера и его людей. Когда ворота Винтерфелла откроются, остальные твои люди помогут нам захватить замок. Возможно, лорды, прибывшие поддержать Рамси, не захотят умирать за него, — неуверенно добавила Санса. — Что это за тайный ход? — удивилась Арья. — Почему о нём не знаем ни я, ни Джон? — Отец показал его только мне и Роббу, — призналась Санса. — Почему только вам? — обиженно спросила Арья. — Если бы отец показал его тебе, — Санса улыбнулась, — он бы перестал быть тайным, и все конюхи и поварята стали бы бегать через него в лес за ягодами. А Джон… — Санса виновато посмотрела на брата и прикусила губу. — Всё понятно, — Джон отвернулся, чтобы не смущать её, — я был всего лишь бастардом, которому не полагалось знать тайны семьи. — Прости, — тихо проговорила Санса. — Ты в этом виновата меньше всех. — Я не должна напоминать тебе об этом. — Если есть тайный ход, зачем тебе туда идти? — перебила их Арья. — Мы могли бы сегодня ночью пробраться в Винтерфелл и захватить его. — А Рикон? Мы даже не знаем, где Рамси его держит, — возразил Джон, — вдруг он убьёт нашего брата прежде, чем мы найдём его. — Но вдруг Санса не сможет… — возразила Арья. — Тайный ход открывается только со стороны замка, — призналась Санса, — по-другому захватить Винтерфелл у нас не получится.       Джон приказал поставить шатры на холме, вблизи поля между Винтерфеллом и Волчьим лесом. — Вы хотите обменять леди Сансу на Рикона? — возмутился Лоттор Питт. — Хоуленд Рид это не одобрит. — Рамси не посмеет причинить мне вреда, пока лорды-знаменосцы будут оставаться в замке, — Санса покосилась на брата, — возможно, свадебный пир продлится несколько дней. За это время вы должны увезти Рикона в безопасное место. А потом, когда его люди вернутся в свои замки, я, может быть, смогу открыть ворота и впустить людей Джона. — Это опасно, — поддержал Лоттора Давос Сиворт. — Главное — спасти Рикона, — прервала возражения Санса. — Даже если он убьёт меня… — Леди Санса, вы не должны жертвовать собой, — Лианна Мормонт тоже была недовольна их планом. — Нет, я должна, — упрямо повторила Санса. — Хватит, со мной ничего не случится, подумайте лучше о Риконе. Она нетерпеливо вышла из шатра, боясь, что позволит этим людям уговорить себя.       Люди Ригера отдыхали. Ночью они должны были скрытно пройти в лес и спрятаться в пещере, которую им уже показала Санса. — Леди Санса, — к ней подошла Бриенна, — Зачем вы это делаете? — Я должна… должна спасти своего брата. Это единственная возможность. — Но что будет с вашим сыном, если Рамси вас убьёт? — Если это случится, — Санса прикусила губу, пытаясь унять дрожь в голосе, — тебе придётся вернуться в Ласточкино Гнездо. Септа Анна знает правду о ребёнке, она напишет лорду Кивану, и он решит, как поступить с наследником Джейме. В любом случае, мальчику Ланнистеру никто не обрадуется на Севере.