В постели с врагом

***

      Чёрный ворон влетел в открытое окно воронятни и уселся на клетку, в которой были заперты две птицы. — Сноу… — блестящий глаз, похожий на обсидиан, не мигая, уставился на мейстера. — Ты откуда? — Волкан поднялся из-за стола и подошёл к клеткам. — Мясо, — снова каркнул ворон. — Писем не принёс, а мяса требуешь, — усмехнулся мейстер, однако достал из железного короба кусок мяса, приготовленный для других птиц. Ворон аккуратно взял его с протянутой ладони. Мейстер внимательно разглядывал потрепанную птицу, на груди у неё была старая кровоточащая рана, а в чёрных крыльях, покрытых инеем, не хватало перьев, словно ворону пришлось сражаться с ястребом или орлом. — Беда, беда… — затараторила птица, раскачиваясь из стороны в строну. — Не хватало только, чтобы ты и в самом деле накликал беду, — Волкан хотел прогнать ворона, но тот щёлкнул клювом и перелетел на другую клетку. — Мясо, — снова каркнул он. Мейстер угостил нежданного гостя ещё одним куском мяса, и только после этого ворон вылетел из окна. Мейстер проследил за полётом странной птицы, которая затерялась среди других расположившихся на белых ветках чардрева. Он вернулся к столу, следовало отнести письмо, которое ночью принёс ворон из Белой Гавани.

***

      Санса вошла в солярий брата и с тоской посмотрела на Королевский тракт. Как бы ей хотелось обратиться вороной и полететь вслед за Джейме… Стук в окно отвлёк её от собственных фантазий. На подоконнике сидел ворон и смотрел на неё почти человеческими глазами. Санса приоткрыла окно и птица влетела в комнату, покружив под потолком, ворон присел на подоконник и клюнул паука, притаившегося в углу. — Как же тебя зовут? — Санса неуверенно погладила чёрную спинку. — Бран, Бран, — каркнул ворон. Санса слегка смутилась. Откуда птица могла знать имя её брата? — Ну что же… Бран, — я должна заняться делами. Санса подошла к столу, где лежали письма, которые мейстер Волкан принёс утром. Она с удивлением взяла то, на котором была печать в виде розы. Санса не ожидала, что Маргери станет писать Джону. Слова розы Хайгардена показались ей слишком туманными. Она писала, что в Просторе уже наступила весна и зацвели персиковые деревья, что дом её разорён, и помочь она не может, но приглашала Джона погостить вместе с «дорогой подругой Сансой и её чудными близнецами» в Ясноводном Чертоге. Санса отложила письмо в сторону и взяла другое, с соколом на светлом сургуче. По мере того, как она его читала, недоумение в её сердце сменилось раздражением, а затем гневом. Лорд Долины тоже писал о своих трудностях, о высоких ценах на кукурузу и пшеницу и предлагал Джону уговорить «милую кузину» приехать в Орлиное Гнездо вместе с детьми. При этом он согласился продать Северу некоторое количество запасов, но по такой цене, что Санса не могла поверить своим глазам. Неужели люди могут быть такими алчными? Она несколько раз перечитала строки, написанные мелкими буквами, похожими на следы пересмешника… Так это писал не Робин… Санса знала этот почерк, почерк человека, извалявшего в грязи её имя.       Санса брезгливо отбросила письмо в сторону, словно пергамент был испачкан нечистотами, и взяла другое, с гербом, который она прежде не знала. Она с любопытством взглянула на печать в виде ворона, у которого над клювом был третий глаз. «Джон, тебе следует вернуться на Драконий Камень. Только ты сможешь успокоить огонь бушующий в сердце Дейнерис».       Чёрный ворон, тихо сидевший на подоконнике, перелетел на книжный шкаф и уселся на самом верху. Несколько листков, лежавших на полке, упали на пол. Санса подняла их. «… Моя любовь… … мы должны быть вместе…» Слова, написаные на валирийском, бросились ей в глаза. Санса поспешно сложила листки и вернула их на прежнее место. Кто бы не писал эти любовные послания, не следует их читать посторонним. Но неугомонная птица, словно нарочно, снова смахнула их. — Кыш, — рассердилась Санса. Она снова подняла упавшие листки. «…Санса… дети Ланнистера…» — мелькнуло перед глазами. Санса почувствовала, как сердце внутри похолодело, и руки задрожали. Она развернула письмо. «Джон, любимый, возвращайся ко мне. Эти несколько лун, что ты был рядом со мной, были самыми счастливыми в моей жизни. Даже смерть Рейгаля и страх перед ужасом, с которым нам пришлось столкнуться и сражаться, не омрачают моих воспоминаний. Все это в прошлом. Если бы только жена Ланнистера не предала нас, мы бы до сих пор были вместе. Каждый день я с горечью вспоминаю тебя. Зачем ты оставил меня? Неужели женщина, которую ты называешь сестрой, для тебя дороже, чем я? Ведь мы с тобой одной крови. Ты такой же дракон, как и я. В твоём сердце горит тот же огонь, что и в моём. Вернись, стань вновь моим союзником, чтобы создать великое царство Вестерос. Пусть Санса преклонит колено и поклянётся в преданности мне. Приведи ко мне детей Ланнистера, который снова осмелился поднять оружие против драконов…» Санса уронила злосчастный листок. Так вот какие письма Джон скрывал от неё. Но почему? Может быть, он ещё не решил, как ему поступить? Остаться королём Севера или вернуться на юг и стать союзником Дейнерис?.. Она развернула и просмотрела другие письма. Вот это, вероятно, было первым, в нём она писала, что захватила Харренхолл и Брана, и предлагала обменять его на сына Серсеи. Санса с горечью осознала, почему Джон не показал ей и матушке этого письма. Он наверняка понимал, что для Кейтилин выбор был очевиден. Родной сын, даже калека, ей был дороже бастарда Ланнистера. Ну, а своей сестре после того, как она проговорилась и выдала его тайну, он больше не мог доверять. Сам Джон оказался наедине с трудным выбором — пожертвовать братом или младенцем. Как бы поступила сама Санса, она не знала и страшилась своего выбора. В другом письме Дейнерис предлагала Джону «примириться», приехать в Королевскую Гавань вместе с сестрой и её детьми. Она настаивала, чтобы Санса стала женой кхала Чорро, и обещала что дети Сансы и дотракийца станут наследниками Утёса Кастерли. Здесь были письма признания в любви и гневные упрёки в предательстве, она писала о своей любви и требовала от него повиновения, она называла его Джейхерисом Невероятным, который спас Вестерос от нашествия Иных, и предателем Блэкфайром. Что же на всё это отвечал Джон? И отвечал ли он? Санса вздрогнула, когда вдруг поняла, что кто-то стоит сзади неё. Она оглянулась. — Мейстер Волкан, — испуганно пролепетала она, — вы читали эти письма? — Да, моя леди, — виновато признался мейстер. — Король Джон показывал мне их, но он просил не говорить вам о них. Как вы нашли эти письма? — Птица уронила их со шкафа, — призналась Санса и с удивлением посмотрела на ворона, затаившегося на верхней полке. — Каждый раз, когда он получал письмо от Дейнерис, он хотел покинуть Север и отправиться на юг, — со вздохом проговорил мейстер, — но он боялся оставить вас с детьми наедине с холодом и голодом. — Думаете, теперь, когда нам больше не грозит эта опасность, он отправится к ней? — со страхом прошептала она. — Может быть, для того чтобы освободить вашего брата Брана, — неуверенно предположил Волкан. — Он все ещё любит её, — Санса почувствовала, как её глаза наполнились слезами, — это все из-за меня. Если бы я не проговорилась… — она поспешно стёрла со щеки слёзы. — Вы не должны себя винить, — возразил мейстер. — Джон и в самом деле любит её. Но она… Любит ли она его так же, как он её? Разве Железный трон для неё не важнее, чем он? Едва ли она готова ради Джона отказаться от власти так, как это сделал он. Она даже не может ему простить, что он оказался Таргариеном… Полагаю, она предпочла бы, чтобы он остался бастардом вашего отца, чем законным сыном Рейгара. То, что Джон имеет на трон больше прав, не мешает ей кричать о собственных правах.

***

      Белый туман, похожий на молоко, поднимался от темной реки, петляющей между холмами, поросшими могучими дубами и железностволом, наползал на густой лес, из которого, словно призраки, показались всадники. Ворон, притаившийся среди корявых веток страждерева, громко каркнул, и Санса проснулась.       За окном была глубокая ночь, где-то в замке кричал ворон. — Леди Санса, — кто-то настойчиво стучал в её дверь. — Леди Санса… — Что случилось? — Санса открыла. — Всадники у Сломанной Ветви… — в комнату вошла Бриенна. Санса торопливо оделась и поспешила в большой чертог.       Несмотря на поздний час, здесь собрались большая часть мужского населения замка, Винафер Мандерли и Лианна Мормонт тоже были здесь. Несколько факелов, горевших в бронзовых подставках, отбрасывали тени, похожие на чёрные крылья. Едва Санса вошла, как все повернулись к ней, и общий тревожный шум умолк. — Вчера рано утром, когда все ещё спали, в замок прискакал мальчишка Олли, — принялся докладывать Торген Лиддль. — Он рассказал, что вблизи Хорнвуда была замечена армия, всадники и пешие. Мы не стали напрасно тревожить вас, миледи, решили сначала проверить. Оберин Мартелл взял полдюжины людей и отправился к Бараньим Лбам, и теперь они вернулись. — Мы на самом деле обнаружили всадников, — проговорил Мартелл, — около тысячи, но может быть, и больше. В лесу был густой туман, и мы смогли подойти довольно близко, но не увидели ни флагов, ни гербов на плащах. Думаю, завтра к полудню они будут здесь. — Откуда они идут? — Санса обратилась к Олли. Она плохо помнила мальчика, которого спасла от огня Красной женщины, теперь он стал юношей, невысоким и худым, с первым пушком над плотно сжатыми губами. — Мы собирали шишки для растопки очага у стен Хорнвуда, когда увидели, как они прошли мимо кургана. — А почему лорд Мандерли не сообщил нам об этой армии? — Санса повернулась к Винафер. — Кажется, он теперь владеет Хорнвудом? — Лорд Хорвунда уехал в Белую Гавань на свадьбу своего брата, — вместо Винафер ответил Олли. — В замке остались лишь несколько старых слуг и мейстер Крифтон. Он отправил меня в Винтерфелл предупредить о неизвестной армии. — Но, как такая армия могла оказаться посреди северных земель? — Где они высадились на берег? — Почему никто их не заметил раньше? — посыпались со всех сторон вопросы. — Они могли высадится вблизи Бараньих Ворот, — предположила Винафер. — Брат моей матери, дядя Лео, тоже сейчас в Белой Гавани, — в замке сейчас только мой слепой дед Вилор и старый мейстер Эйк. — Нужно послать ворона Джону, — мейстер Волкан поправил на шее тяжёлую цепь, которая тихо звякнула. — Джон прибудет в Белую Гавань только через пару дней, — с сомнением возразил Виман Вулл, — а на обратный путь ему понадобится четыре, а может быть и пять. Боюсь, у нас нет столько времени. Лучше послать гонца. Это надёжнее. — Пошлите ворона в Белую Гавань и гонца к Джону, — предложила Винафер Мандерли. — Мой отец выйдет навстречу Джону, и они вместе придут в Винтерфелл. — Кто поедет? — Я могу, — вызвался Олли. Санса с сомнение покачала головой. Едва ли Джон поверит ему. — Пусть отправятся Уттор Норри, Томас Харклей, Ваймер Флинт, — распорядился Виман Вулл, — и Олли. Возможно, Джон захочет узнать от него какие-то подробности. Мужчины, которых назвал стюард замка, вышли из чертога. — Следует отправить разведчиков, чтобы проследить за движением этой армии, — предложил Торген Лиддль. — Хорошо, — согласился с ним Виман, — усильте охрану замка и предупредите жителей Снежного городка, чтобы они могли укрыться в Волчьем лесу в случае опасности. Возможно, кто-то из мужчин согласится присоединиться к защитникам Винтерфелла. — Женщины с маленькими детьми должны укрыться за стенами замка, — добавила Санса. Виман Вулл согласно кивнул. — Теперь все, кто не занят подготовкой к обороне, должны вернуться в свои комнаты, чтобы не мешать и не создавать панику раньше времени.       Санса вместе с мейстером Волканом поднялась на Воронью башню. — Думаю, следует отправить письма в Родники, Чёрную Заводь и Сервинам, — предложила она. — У них мало людей, едва ли они смогут помочь. — Мы должны их предупредить, вдруг эта армия попытается напасть на них. — Может быть, послать письмо и в Последний Очаг? Морс Амбер скорее пришлёт людей, у нас его племянник, наследник замка. — Конечно, — согласилась Санса. — Но туда лучше послать гонца. Если что-то пойдёт не так, мы сами отступим к Последнему Очагу, и мне бы не хотелось, чтобы письмо с моими планами попало не в те руки. — Письмо, — каркнул вдруг ворон, сидевший на подоконнике, отчего Санса вздрогнула. — Опять эта птица, — мейстер виновато посмотрел на неё. — И прогнать её не могу, и в клетку посадить тоже. Прилетает всегда, словно знает, когда я стану кормить других птиц. Санса задумчиво погладила чёрные перья. — А птица-то очень старая, — продолжал бубнить мейстер. — Я поначалу подумал, что крылья её покрыты инеем, а потом пригляделся, а они — седые. Седой ворон, — хмыкнул он. — Впервые такое вижу. Санса села за стол и взяла перо. — Вы хотите написать ещё кому-то? — догадался Волкан. — Джону, — коротко ответила Санса, макая перо в чернила. — Но ворон едва ли сумеет найти его, — с сомнением качнул головой мейстер. — Мейстер Волкан, — Санса подняла на него задумчивый взгляд, — вы знаете, что Дозор-в-Сероводье Ридов порой не могут отыскать даже опытные разведчики? — Конечно, миледи, поэтому с ними так сложно связаться. — Но мой отец долгие годы вёл переписку с Хоулендом Ридом, бывшем ему другом. Я думаю, у отца был ворон, который умел отыскать дом Ридов. — Я слышал, что есть такие умные птицы, — согласился с ней мейстер. — Я хочу отправить… — Бран, — каркнул ворон. — Я хочу отправить… Брана к Джону, — Санса снова вздрогнула, когда ворон назвал ей имя брата. — Если ворон найдёт его, Джон вернётся раньше, чем его догонят гонцы, ну, а если нет, то мы на какое-то время просто избавимся от назойливой птицы.       Санса вернулась во двор, чтобы вместе с Виманом Вуллом определить, где разместить жителей Снежного городка, которые захотят укрыться в замке.       Вскоре через ворота замка потянулись повозки с сонными детьми и испуганными женщинами. Мужчины напротив громко переговаривались, гадая, кто же это осмелился явиться на Север без предупреждения. Кейтилин вместе с Виманом отдавала приказы прислуге, которая уводила людей в выделенные им комнаты, а Торген Лиддль переговаривались с мужчинами, которые пожелали вступить в ополчение. Бриенна, Подрик и Харвин настороженно наблюдали за людьми, проходившими через ворота; Бенн Норри раздавал оружие тем, кто поднимался на стены. — Бриенна, — Санса коснулась руки девушки и заглянула в её усталые глаза, — ты знаешь тайный выход из Винтерфелла через крипту? — Да, — кивнула Бриенна, — Джон вывел нас через него из замка, когда нам пришлось оставить его. — Значит, ты тоже сможешь выйти незаметно из замка и вывести моих детей? — Да, миледи, — в глазах Бриенны промелькнуло удивление, — но зачем вам это? — Я хочу попросить, — Санса взяла её большую тёплую ладонь, — если моим детям будет угрожать опасность, отвези их в Последний Очаг, в Чёрный замок, за Стену… — её голос задрожал. — Возьми Клигана, Лианну, Харвина, им можно доверять, даже Мартелл станет защищать детей… — Я вас поняла, миледи, — кивнула Бриенна, — мы увезём и детей, и вас… — Я прошу спасти детей, не меня, только детей… — Возможно, вы напрасно волнуетесь, и на самом деле никакой опасности нет, — попыталась успокоить её Бриенна. — Но если все-таки что-то случится, я всё сделаю, как вы говорите. — Спасибо, Бриенна. Однажды ты спасла меня и моих детей. Я никогда этого не забуду…       Только когда последняя повозка прошла через южные ворота замка, и Харвин закрыл их на тяжёлый засов, Санса решила вернуться в свою комнату, но сначала она заглянула в спальню детей, которые спали под присмотром Розамунды. — Не буди её, — остановила Сансу Кейтилин. — Пусть она останется с ними до утра, а ты иди в свою комнату. Если что-то случится, тебя разбудят. — Мне так страшно, — Санса порывисто обняла её. Теперь она понимала, что чувствовала матушка, когда отец уходил на войну, или Робб созвал знамёна, или думала о своих детях, остававшихся пленниками королевской семьи. У нас нет этих пяти, а может быть, даже трёх лет… Неужели армия Дейнерис движется на Винтерфелл, чтобы казнить её за предательство или взять её детей заложниками, чтобы заставить Ланнистеров преклонить колено? Санса всхлипнула. Сейчас, на плече своей матери она могла себе позволить побыть немного маленькой девочкой, которая ищет утешение в слезах. Нежные руки обняли её, как в детстве, погладили по волосам и спине, даря надежду и успокоение.

***

— Мама! Мама! — детский крик заставил Сансу резко проснуться. — Мама, — она увидела губы Джоанны у самого лица. — Флаги, много, разные, — девочка повернулась к брату, словно желая, чтобы он ей подсказал. — Белый сокол и луна, — проговорил Герион, — чёрные звёзды. — Белая снежинка, — перебила брата Джоанна, — красные и белые ромбы и ещё… — она прикусила губу, не зная, как описать. — Ночь за решёткой, — снова подсказал ей брат, — чёрные птицы и красные яблоки. Санса вопросительно посмотрела на мать, которая пришла вместе с близнецами. — Вероятно, это армия Долины, — Кейтилин выглядела озадаченной. — Ума не приложу, зачем они пришли в Винтерфелл. Виман Вулл просит, чтобы ты поднялась на Сторожевую башню.       Санса быстро умылась и оделась, она подошла к зеркалу и провела костяным гребнем по тяжелым волосам, которые отросли почти до талии. Времени, чтобы уложить их, не было. Что же… она окинула себя придирчивым взглядом. Она больше не была похожа на изнеженную леди в тонких шелках и кружевах. Весь её облик скорее напоминал женщин-северянок, которые умели защищать свои дома наравне с мужчинами: грубая кожа львоящера, словно доспехи, защищала от пристальных взглядов, волосы огненной гривой обрамляли бледное лицо. Она прикоснулась к рукоятке кинжала, которым убила Короля Ночи. Пусть лорды Долины не думают, что она легкая добыча.

      Санса прошла по внутреннему двору замка, удовлетворенно отметив, что на стенах стоит в три раза больше людей, чем обычно. Конечно, в основном это были переодетые в доспехи из варёной кожи крестьяне и одичалые, среди которых были не только мужчины, но и женщины. Однако те, кто приближался к замку, едва ли смогут их отличить от настоящих солдат. Она поднялась на стену. Солнце спряталось за серыми тучами, холодный ветер трепал белый флаг с лютоволком, укреплённый между каменными зубцами. Санса плотнее запахнула тёплый плащ. — Сколько их? — спросила она у стоявшего у края стены Мартелла — Три тысячи, или около того, — ответил он, не задумываясь. — Ночью ты говорил, что их около тысячи. — В лесу в тумане их было сложно рассмотреть, а теперь я вижу их на открытой местности. Шесть знамён. Каждый лорд взял с собой не меньше пяти сотен солдат… а, возможно, и больше.       Звук рога возвестил о том, что армия подошла к воротам. Санса из окошка Сторожевой Башни смогла рассмотреть воинов в бронзовых доспехах на светлых лошадях. Было очевидно, что и всадники, и лошади устали, дальний переход по раскисшей дороге утомил всех. Виман Вулл вопросительно посмотрел на неё. — Прикажите их впустить? — Впустите пятерых всадников, — приказала Санса. — Пусть их приведут в большой чертог. Она взялась за протянутую руку Клигана и спустилась со стены. — Лоннет, — обратилась она к Гринхуду, — прикажи своим людям привести сира Аррена и сира Шетта. Они должны быть всё время на виду. Мы не знаем, что ожидать от этих лордов. Нам не нужны предатели в замке.       Санса заняла место, которое прежде всегда принадлежало отцу, а позже Джону, трон королей Севера из белого камня с высокой спинкой, с вырезанным не ней гербом Старков; рядом расположились стюард замка Виман Вулл и мейстер Волкан. Командующий гарнизона Торген Лиддль остался на стене, зато у себя за спиной она слышала бряцание доспехов Харвина и Клигана. Матушка вошла в чертог чуть раньше, чем нежданные гости, но для Сансы был важен лишь её короткий взгляд, говоривший о том, что дети в безопасности.       Тяжелые двери чертога растворились, и в сопровождении Мартелла и десятка солдат северян вошли Петир Бейлиш, Гаррольд Хардинг и ещё четверо рыцарей Долины. — Милая Кэт, — сладко улыбнулся Бейлиш, он едва коснулся губами руки Кейтилин, — рад видеть тебя в полном здравии. Он перевёл хитрый взгляд на Хардинга и кивнул. — Позвольте представить вам лордов Долины, — Гаррольд Хардинг снял шлем, украшенный плюмажем из красных и белых перьев, и вышел чуть вперёд. — Петир Бейлиш — лорд-Протектор Долины, — представил он Мизинца. — Нестор Ройс — лорд Лунных Врат, — вперёд вышел мужчина, в котором было легко узнать брата Джона Ройса. — Харлан Хантер — младший брат лорда Длинного Лука, — рыцарь с веером стрел на груди, которые Джоанна приняла за снежинку, поклонился, погладив пышные пшеничные усы. — Себастон Темплтон — лорд Девяти Звёзд, — мужчина в желтом плаще с чёрными звёздами едва кивнул. — Лионель Корбрей — лорд Дома Сердец, — молодой рыцарь, на груди которого чёрный ворон держал в своих когтях красное сердце, церемонно поклонился, красивые губы искривились в неприятной улыбке. — И Гаррольд Хардинг, — представил Гаррольда Корбрей, покосившись на своих спутников. — Я, право, не ожидал, что ты покинешь Долину так поспешно, — снова заговорил Бейлиш, улыбнувшись Кейтилин. — Я надеялся, что и твоя дочь останется погостить у нас, — его хитрые глаза скользнули на Сансу. — Итак, милорды, — холодно проговорила она, — я хочу услышать объяснения, что делает армия Долины у стен Винтерфелла, и почему она пришла без предупреждения? Вы собираетесь напасть на нас? Это война? В чем её причина? — Что вы, миледи, — рассмеялся Мизинец, почти искренне. — Это всего лишь дружеский визит. — Это не дружеский визит, — вдруг сердито возразил Харлан Хантер. — Вы, миледи, похитили невесту наследника Долины. — Похитила невесту? — Санса оторопела. — Леди Роберта, обручена с лордом Робином Арреном, — пояснил Себастон Темплтон немного спокойнее, — а вы увезли её из Долины на Север, где, как нам стало известно, свирепствует голод. — Лорд Темплтон, ваша забота о моей… сестре немного запоздала, — усмехнулась Санса, — голод на Севере уже в прошлом. — Вашей сестре? — рыцари Долины удивлённо переглянулись. — Кэт… — улыбка на лице Мизинца стала озадаченной. — Я правильно понял? Роберта — твоя дочь? Не Сансы? — Ты правильно понял, — сердито ответила Кейтилин. — Зачем ты обманула меня, Кэт? — рассмеялся он. — Ведь мы договорились. — Я говорила тебе, что не могу распоряжаться судьбой чужого ребёнка, — напомнила она ему. — Но тогда мы думали, что Санса мертва. — Однако отец девочки был жив, — продолжала упорствовать Кейтилин. — Только он имел право заключить помолвку дочери с кем бы то ни было. — Брак Ланнистера и Сансы был расторгнут, — с лёгким раздражением напомнил Мизинец. — От этого он не перестал быть отцом своего ребёнка, — снова возразила Кейтилин. — Его не интересовала судьба девочки, — в голосе Бейлиша звучала едва сдерживаемая злость. — Он оставался в Королевской Гавани и развлекался там со своей сестрой, — презрительно фыркнул он. — Полагаю, после этого Серсея снова забеременела. Санса побледнела и сжала подлокотники трона; выточенные из камня волчьи головы напомнили ей, что она волчица, которую не сможет вывести из себя пересмешник. — Итак, милорды, вы хотите расторгнуть помолвку между лордом Арреном и моей сестрой Робертой? — холодно спросила она.  — Кэт, ты ведь должна понимать, что твоя дочь не может быть невестой наследника Долины, — Мизинец словно опомнился и почти виновато посмотрел на мать Сансы. — Почему? Ты говорил, что моя дочь — наполовину Талли, это — главное. — Зато на другую половину она Фрей или даже хуже того, — возразил Харлан Хантер, сердито сверкнув голубыми глазами из-под густых бровей, — все знают, что ваш второй муж, миледи, не мог иметь детей, да и подробности вашей свадьбы… — Осторожно, милорд, — прервала его Санса. — Надеюсь, вы не думаете оскорбить мою мать в моём доме? — Этот дом больше не принадлежит вам, — огрызнулся Хантер, — он больше не принадлежит даже Старкам. Теперь здесь хозяйничает Таргариен. — Вы ошибаетесь, — нахмурилась Санса. — В Винтерфелле всегда остаётся Старк. — Не будем ссориться, — примирительно улыбнулся Бейлиш. — Это недоразумение легко уладить. Просто поменяйте девочкам имена. Пусть дочь Сансы возьмёт имя Роберты… — Нет. Мы не станем менять имена, —возразила Санса. — Это обман. — Что в этом плохого? — продолжал настаивать Мизинец. — А то, что потом, если вам вдруг станет выгодно, вы, лорд Бейлиш, легко сможете расторгнуть брак между лордом Долины и Робертой, и все присутствующие станут свидетелями против неё. — Помилуйте… я бы никогда не посмел расторгнуть брак… — В самом деле? — усмехнулась Санса. — Вы лишь находите причины, по которым септа расторгает чужие браки. — Мы не станем расторгать помолвку между леди Робертой Фрей и лордом Робином Арреном, — глухой голос Нестора Ройса эхом разнёсся под сводами большого чертога. — Я помню, что вы лорд Бейлиш убеждали меня, что леди Кейтилин достаточно благородная дама, чтобы её дочь стала невестой наследника Долины. И вы не упоминали, что под этим именем скрывается дочь Ланнистера. Надеюсь, леди Кейтилин, вы согласитесь вернуться в Долину вместе с дочерью, — учтиво обратился он к Кейтилин. От Сансы не укрылось, как скисло лицо Мизинца, когда он понял, что не получит Джоанну. — Вы считаете это необходимым? — удивилась Кейтилин. — По нашим сведениям, на Севере сейчас голод. Возможно, вы смогли справиться с ним на какое-то время, но зима ещё не закончилась, — проворчал Хантер. — Поэтому, полагаю, лорды Долины решили нам продать капусту по цене дорнийских апельсинов, а кукурузу по цене волантийского жемчуга? — Санса с возмущением вспомнила письмо из Долины, которое она всё ещё носила в кармане, так и не решив, что на него ответить. — О чем вы говорите, миледи? — удивился Нестор Ройс. — Вот об этом, — она протянула письмо Харвину, и он передал его Ройсу. Глаза старого лорда с недоумением скользнули по пергаменту. — Но здесь какая-то ошибка, — лорд вопросительно посмотрел на Бейлиша и протянул ему письмо. — Мы хотели лишь, чтобы Север оплатил доставку зерна и овощей из Долины. — Леди Санса, — серо-зелёные глаза Мизинца забегали по лицам северян, сидевших рядом с Сансой. — Это письмо было отправлено лорду Мандерли. Как оно оказалось у вас? — Разве вы не знаете, что лорд Мандерли ведёт переговоры от имени короля Севера? — ответил ему мейстер Волкан. — Вероятно, он не решился согласиться на ваши драконовские условия и переслал письмо Джону. — Конечно же, мы с лордом Мандерли не поняли друг друга, — Бейлиш торопливо спрятал пергамент в карман. — Как и говорит лорд Ройс, наша помощь будет иметь разумную цену. — Ну что же, — Санса поднялась со своего места, давая понять, что переговоры закончились. — Полагаю, через несколько дней моя мать и сестра смогут отправиться вместе с вами в Долину… А сегодня вечером мы приглашаем вас на ужин. — Кейтилин, — снова заговорил Мизинец, — надеюсь, теперь ты прикажешь, чтобы ворота открыли, и нашу армию впустили в Винтерфелл. Взоры присутствующих обратились к Кейтилин. — Я больше не приказываю в этом замке, — холодно возразила она. — Разве ты — не вдова Эддарда Старка? — притворно удивился Бейлиш. — Теперь Винтерфелл принадлежит королю Джону Старку, а на время его отсутствия здесь отдаёт приказы его кузина. — Леди Санса, — прикажите вашим людям впустить нашу армию, — почти требовательно произнёс Мизинец. — Нет, — Санса с трудом сдержала свое раздражение. — Армия Долины останется за стенами Винтерфелла. — Почему? Кажется, во время последней войны мы были союзниками, — колючие глаза Бейлиша устремились на Сансу. — Мой король мне ничего не говорил о вашей армии, и я не могу впустить вас в замок без его приказа. И как правильно заметил сир Хантер, у нас нечем кормить ваших людей. Вы можете остаться на ужин или покинуть стены Винтерфелла, — Санса перевела взгляд на Нестора Ройса, — но ваши солдаты останутся за стенами замка.       Никто больше не посмел спорить с леди Винтерфелла. Лордов Долины в сопровождении солдат выпроводили из большого чертога и отвели в гостевой дом.       Санса поднялась в Надвратную башню, чтобы взглянуть на армию Долины, расположившуюся у стен замка. На поле, где больше года назад они сражались с армией Рамси Болтона, словно весенние цветы, выросли разноцветные шатры. Среди них ярко горели костры, поднимая к хмурому небу чёрный дым и запахи походной кухни. — Неужели они привели сюда такую армию только ради Роберты? — Санса недоверчиво покачала головой и оглянулась на Мартелла. — Нет, конечно, — усмехнулся тот. — Они пришли за тобой и твоими детьми. — За мной? — Бейлиш был уверен, что Роберта — твоя дочь, а значит ты должна была вернуться в Долину вместе с ней. Ведь ты бы не отпустила своего ребёнка одного? Ну и конечно, тебе бы пришлось взять и сына. — Почему они думали, что я соглашусь? — Поэтому они и привели такую армию, — чёрные глаза принца пристально наблюдали за передвижением людей за стеной, — чтобы показать, что не отступят. Ведь не станешь же ты начинать новую войну из-за помолвки. Возможно, тебя ждут и другие «лестные предложения». — Какие предложения? — Ты — кузина короля и мать наследника Утёса Кастерли, и ты не замужем. — Боги! — Санса с раздражением ответила на взгляд дорнийца. — Я всего лишь мать наследника мрачного замка и куска леса на угрюмом Севере. — Не обманывай себя, — возразил Мартелл. — Ты — молодая красивая женщина, благородного происхождения. Джоанна и Герион — здоровые крепкие дети, а это значит, что ты сможешь родить и других детей. Твой сын — Ланнистер, что бы ты не говорила. Даже если сейчас ты пытаешься это отрицать, когда ему исполнится шестнадцать, он вправе сам выбрать, остаться ли ему в мрачном замке на угрюмом Севере или стать Верховным лордом Запада. Да и судьбой Джоанны будет распоряжаться он, как ее брат, а не ты. Так что тот, кто получит возможность воспитывать твоих детей получит и власть над Западом, и тебя. — Никто не получит меня и уж тем более моих детей, — с раздражением возразила Санса. — А если они всё-таки попытаются напасть? — Мартелл кивнул на армию за стенами Винтерфелла. — Тогда… — она неуверенно посмотрела на дорнийца. Можно ли ему доверять? Что, если он захочет сыграть в свою собственную игру? — Отец всегда говорил, что Винтерфелл может удержать даже гарнизон из двух десятков солдат. Надеюсь, вы, принц, будете на нашей стороне и защитите Джоанну. Я вижу, что вы любите мою малышку как собственную дочь. — А как же твой сын, Герион? — Я не уверена, что могу вас просить и о нём. — Ты можешь просить о чём хочешь. — И что вы хотите за свою преданность? Его пристальный взгляд скользнул по ее лицу, на мгновение задержался на серебряной фибуле в виде головы лютоволка и снова вернулся к её глазам. — То, чего я хочу, ты мне дать не можешь, — его чёрные глаза смотрели на неё так, словно хотели заглянуть в её душу. — Мне нет места в твоём сердце, — едва слышно прошептал он, — ты любишь своего Ланнистера. Позволь мне служить тебе. Санса невольно сделала шаг назад. Она доверяла ему, верила, что, если потребуется, он станет защищать её детей, но не была уверена, что может позволить ему охранять себя. Слишком настойчиво он добивался её расположения. — Только служить и защищать тебя и твоих детей, — Мартелл, видимо, понял причину её колебаний. — Но зачем вам это? — Наверное, теперь я наконец понял, почему дядя Ливен вступил в Королевскую Гвардию, — со вздохом признался он. — И почему же? — Он любил Рейллу Таргариен, которая не могла ему принадлежать, но зато он мог всегда быть рядом с ней… — задумчивый взгляд принца снова устремился за стену. — Никто не знал об этой любви, — добавил он. — Никто? — Санса недоверчиво покачала головой. — Он рассказал мне, когда я усомнился в правильности его выбора служить королю. «Я служу не королю, а королеве». Позже он стал одним из преданных людей принца Рейгара и погиб, сражаясь рядом с ним. — Хорошо, — согласилась Санса, — если случится худшее… — она на мгновение прикусила губу и снова взглянула на шатры за стеной, — увезите моих детей в Чёрный замок. Я просила об этом Бриенну, но ваша помощь не будет лишней. — Конечно, — Мартелл кивнул и не стал задавать лишних вопросов.

***

      Несмотря на то, что между нежданными гостями и хозяевами Винтерфелла была достигнута договорённость, Санса ощущала тревогу, она предпочла бы, чтобы дети не выходили на улицу, а остались в своей комнате под присмотром Розамунды, Альпины и кормилицы. Но трудно было удержать их взаперти.       Сегодня в богороще было особенно много детей. Последние несколько дней были по-настоящему тёплыми, снег потемнел и стал рыхлым, туман съел половину горки, кто-то укрепил наверху пустую тыкву с вырезанными на ней глазами и зубастым ртом, и теперь дети играли в новую игру. — За короля Севера! — крикнул Нэд Амбер и ринулся на горку. — За леди Винтерфелла! — услышала Санса голос сына. — За Ланнистеров! — вторила брату Джоанна. Большие и маленькие дети, обгоняя друг друга, пытались взобраться на остатки горки, чтобы сбить тыкву и победить «Короля ночи». Среди детей слуг, крестьян и одичалых, одетых в грубую шерсть и толстую кожу, Санса легко различала своих близнецов в куртках из светлой кожи и Роберту в синем шерстяном плаще, маленького Тайлера и внучку Альпины Дарёну в одинаковых кафтанчиках из некрашеной шерсти с вышитыми на воротнике красными цветами. Карканье воронов, рассевшихся на голых ветках чардрева, сливалось с голосами детей. — А где же близнецы и Роберта? — услышала Санса за спиной голос Бейлиша. Мизинец обвёл детей ищущим взглядом и повернулся к Кейтилин. — Хотелось бы увидеть твою дочь и внуков. — Ты видел её в Лунных Вратах, — напомнила ему Кейтилин. — Тогда девочки были слишком малы, — рассмеялся Мизинец, — я даже не смог отличить твою дочь и дочь Сансы. Теперь они тоже похожи словно близнецы? — Нет, — возразила Кейтилин, — если бы ты был внимательнее, ты бы и тогда смог их различить. — Ты не очень-то позволяла разглядывать своих детей не только мне, но и своей сестре. Бейлиш с интересом наблюдал за игрой детей. — А сын Серсеи тоже здесь? — глаза Мизинца по-прежнему пристально разглядывали лица детей. — Арнольд Аррен сказал, что бастард Ланнистера очень похож на Джоффри. Это правда? — Я не знаю, как выглядел Джоффри в этом возрасте, — холодно ответила Санса, покосившись на мать, — но Тайлер и в самом деле унаследовал черты Ланнистеров. — Вы не боитесь, что Цареубийца объявит наследником Утёса Кастерли этого бастарда, а не вашего сына? — с легким презрением проговорил Бейлиш, тоже посмотрев на Кейтилин. — Это его право, — Санса отвернулась, не желая смотреть на переглядывания матери и Пересмешника. — А ваш сын, леди Санса, на кого больше похож? На Ланнистера или на вас? Или он унаследовал черты лорда Старка? — продолжал расспрашивать Бейлиш. — Зачем вы спрашиваете? — Санса нахмурилась. — Вы ведь видели моего сына, когда рассказали о нём Серсее. — Напрасно вы обвиняете меня, леди Санса. Вашего ребёнка схватил не я, а люди Серсеи, — попытался оправдаться Бейлиш. — Но это вы указали им на лорда Тарта, который хотел отвезти мальчика в Утёс Кастерли. — Тогда я не знал, что Герион — ваш сын, — снова стал оправдываться Мизинец. — Я думал, что он бастард леди Бриенны Тарт. Ведь они вместе с Ланнистером довольно долго путешествовали по Речным землям, и когда я рассказал ему о ребёнке, он не стал отрицать свою связь с этой девицей, — напомнил он. — Конечно, он не стал отрицать эту связь, — рассердилась Санса. — Потому что, если бы Серсея узнала, что Герион — мой сын, она бы убила его, чтобы избавиться от наследника Утёса Кастерли. Не этого ли вы добивались? — упрекнула она его. — Избавиться от наследника и сделать наследницу своей заложницей… — Мне жаль, что из-за этого маленького недоразумения ваш сын стал заложником Серсеи, — виновато вздохнул он. — Лжец! — каркнул вдруг ворон, сидевший на нижней ветке чардрева. Бейлиш с ненавистью посмотрел на странную птицу. — Кейтилин, ты знаешь, что королева Дейнерис захватила твоего сына Брана, который оставался в Харренхолле? — решил сменить он тему разговора. — Нет, я ничего не знаю об этом, — Кейтилин перевела тревожный взгляд на Сансу, словно хотела понять, знает ли об этом она. — Она предлагает обменять его на бастарда Ланнистера, — равнодушно добавил Мизинец, снова взглянув на игру детей. Санса встретилась с растерянным взглядом матери. — Зачем он ей? — сердито спросила она. — Вероятно, так она хочет заставить Ланнистера преклонить колено. Армия Дейнерис уже захватила половину Речных и Западных земель и Простора. Лорды, осмелившиеся выступить против неё, сожжены, их дочери отданы замуж за дотракийских вождей. Хайтауэры, Редвины, Коннингтоны, Селми, Эстермонты и некоторые другие дома Простора и Штормовых земель преклонили колено и признали её королевой Вестероса. Но Цареубийца пытается объединить некоторые дома Запада, Речных и Штормовых земель. Он ведёт тайные переговоры с Маргари Тирелл. — С Маргери? — недоверчиво переспросила Санса. — О чём? Разве у Тиреллов ещё осталась армия? — Нет, конечно, но у неё есть сын, — самодовольно усмехнулся Бейлиш. — Если они сумеют уничтожить Дейнерис, то мальчик станет законным наследником Железного трона. Не сомневаюсь, что Ланнистер попытается получить власть и возможность править Вестеросом, как десница, а может быть, и как регент короля. Для этого ему лишь нужно заключить союз с Маргери, и лучше всего заключить брачный союз. — Лжец! — снова каркнул ворон. — Вы не можете знать, что хочет Джейме, — Санса с удивлением посмотрела на седые перья ворона. — Это всего лишь ваши домыслы. — Скоро у Дейнерис будут новые драконы, — Бейлиш отвернулся от ворона и снова посмотрел на Кейтилин, — и она не пощадит тех, кто осмелился противиться её воле. Санса заметила, как вздрогнула Кейтилин, когда услышала о драконах. — В конце концов, она придёт и на Север. Лорды Долины не хотят войны. Никому не нужны эти бессмысленные жертвы. Проще преклонить колено и поклясться в верности этой наследнице драконов. Но ей нужны доказательства верности. — И какие доказательства ей нужны? — Как обычно. Дети лордов становятся её чашниками и пажами. Она забирает из замков сыновей и дочерей. Это обычная практика. Я вижу здесь наследников Амберов и Рисвелов, — Мизинец кивнул на пробегавшего мимо Нэда Амбера. — Насколько я знаю, их отцы поддержали Болтонов и открыто выступили против законных наследников Винтерфелла. Теперь они ваши заложники. Их присутствие самая лучшая гарантия того, что они больше не посмеют предать вас, — он снова посмотрел на детей игравших на горке. — Отдайте мальчика. Кому нужен этот бастард? Его безопасность не ваша забота. Пусть Цареубийца беспокоится о нём. Если вы отдадите Тайлера Дейнерис, это станет первым шагом к примирению. — А лорды Долины тоже отдали своих детей в заложники? — сердито спросила Санса. — Гаррольд собирается отправить к ней свою дочь Ирис, — улыбнулся Бейлиш. — Бастарда, рождённого от дочери торговца? — презрительно проговорила Кейтилин. — Может быть, и Роберта вам нужна лишь для того, чтобы отдать её в заложники? Невеста наследника Долины, которая ему на самом деле не нужна… Почему бы тебе не отправить к ней собственного бастарда?.. — У меня нет бастардов, Кейтилин… — В самом деле? — Не стоит повторять глупости, которые говорила твоя сестра перед смертью, — он покосился на Сансу. — Я предлагаю обменять твоего сына, Кейтилин, на бастарда Ланнистера, который пытается вести бессмысленную войну против армии Дейнерис, — со вздохом проговорил Мизинец. — Она хочет примириться с Джоном. Что будет с вами и с вашими детьми, если они снова будут вместе? Лучше сделать первым шаг навстречу, показать своё желание забыть старые обиды и начать строить новые отношения на основе взаимного доверия. Отдайте ей сына Серсеи, а скажите, что это ваш сын. — Вы предлагаете начать новые отношения с обмана? — с горечью рассмеялась Санса. — Чтобы потом разоблачить меня, выставить обманщицей перед Дейнерис? Нет, лорд Бейлиш. Дети не станут разменной монетой в вашей игре, даже бастарды… — Король Севера! — вдруг закричали дети. — Король Севера! — каркнул ворон. Несколько птиц вспорхнули с чардрева и закружили над богорощей, пытаясь перекричать детей. — Мама! — глаза Джоанны светились, словно два изумруда. — Мы победили Короля Ночи! Варион убил его, — она повернулась и улыбнулась мальчику, стоявшему сзади. — А Герион? — Он спас Тайлера и Дарёну от мертвецов. — А Роберта? — Она теперь невеста принца Лунных гор, — Джоанна слегка надула губы. — Тебе мы тоже найдём принца, — улыбнулась Кейтилин. — Вот ещё, — возразила девочка, — не нужен мне никакой принц. Когда я вырасту такой красивой, как мама, выйду замуж за Вариона, и мы отправимся за Стену. Мальчик, стоявший позади Джоанны, смущённо опустил глаза. Санса лишь покачала головой, заметив, как нахмурилась Кейтилин. — А ты не хочешь отправиться вместе с Робертой в Орлиное Гнездо в гости к дяде Робину? — улыбнулся Мизинец. — Меня уже пригласил в гости Оберин и Джейме Ланнистер, — призналась Джоанна. — Может быть, позже… Я приеду к нему на свадьбу, — её яркие глаза снова загорелись, — когда он и Роберта поженятся. — Теперь думаю пора отправиться в трапезную, чтобы устроить пир по случаю вашей победы, — предложила Санса. — Все на пир! — закричала Джоанна. Дети устремились в Великий замок. — Эта дружба между твоей дочерью и одичалым мальчишкой не доведёт до добра, — сердито проворчала матушка, направляясь вслед за ними. — Это детская влюблённость, не более, — попыталась упокоить мать Санса. — Арья тоже, не смотря на твою неприязнь, дружила с детьми конюхов и даже с Джоном, которого ты открыто презирала. — Джон был вашим братом, а одичалые похищают женщин, чтобы жениться. — Женщин похищают не только одичалые, — Санса неприязненно покосилась на Бейлиша. — Даже лорды и рыцари способны изнасиловать леди. А Варион будет её другом и станет защищать лучше всякого рыцаря.

***

      Ужин было решено накрыть в большом чертоге, чтобы накормить всех обитателей замка, которых теперь стало в пять раз больше. Санса слишком поздно поняла, что место рядом с ней занял Гаррольд Хардинг. Её матушка оказалась на краю стола между Нестором Ройсом и Петиром Бейлишем.       На столы подали закуску из свёклы с фасолью и зелёным луком, похлёбку из трески с репой и морковью, запечённую щуку в сливочной подливке и пироги с клюквой и брусникой. Из подвалов достали темный эль и несколько кувшинов с рябиновым вином. Скромное угощение едва ли пришлось по вкусу гостям, но Санса и не хотела обманывать их. На Севере по-прежнему было голодно. — Расскажите, как вам удалось пройти по нашим землям незамеченными? — Санса сделала глоток из кубка с вином. — Мы высадились в Бараньих Лбах, — улыбнулся Петир Бейлиш, наполняя чашу из кувшина с вином. — Старый лорд Вульфид встретил нас очень гостеприимно, но у его мейстера не оказалось воронов, как впрочем и в Хорнвуде, — признался он с самым невинным видом, но Санса не поверила ему. — Мы не хотели напугать вас, леди Санса, — улыбнулся Гаррольд Хардинг, и на его щеках заиграли ямочки. — Мы лишь хотели обеспечить вам и вашим детям безопасное возвращение в Долину. — С чего вы решили, что я бы согласилась вернуться? — удивилась Санса. — Мы надеялись, что вы не откажитесь от приглашения погостить в Лунных Вратах, — поддержал Хардинга Ройс. — Странная манера у лордов Долины приглашать в гости, — с легким укором проговорил мейстер Волкан. — И всё-таки, леди Санса, мы всё ещё надеемся, что вы согласитесь погостить вместе с детьми в Лунных Вратах и в Железной Дубраве, — снова стал уговаривать её Гаррольд. — Леди Анья Уэйнвуд очень хочет с вами познакомиться. Эта история с Алисой очень её огорчила. — Если вы боитесь отправиться в путешествие морем, мы можем отправиться на юг по Королевскому тракту, — предложил Харлан Хантер. — Но разве в Речных землях сейчас небезопасно? — возразила Кейтилин, покосившись на Мизинца. — Лорд Бейлиш рассказал нам, что армия Дейнерис нападает на замки и казнит лордов. — Они вернулись в Королевскую Гавань, — поспешил её успокоить Петир Бейлиш, — а Дейнерис и вовсе сейчас на Драконьем Камне. — У нас достаточно людей, чтобы обеспечить ваше безопасное продвижение через Речные земли и по Высокой дороге, — Себастон Темплтон подцепил вилкой тонкий кусок сала с розовыми прожилками. — Ваш дядя Бринден заключил союз с Ланнистерами и Фреями, чтобы отражать набеги дотракийцев на их земли. —  Корбрей разломил пополам пирог с тыквой и поморщился. — Дженна Ланнистер теперь владеет Переправой и занялась восстановлением разрушенных башен и укреплением его стен. — Лансель Ланнистер и Рослин Талли объявили о помолвке, но сейчас Рослин с мальчиком в Близнецах, — продолжал делиться сплетнями Хантер. — Похоже, Ланнистеры скоро захватят Речные земли без единого сражения, — рассмеялся Бейлиш. — Надеюсь, леди Санса, вы ещё не успели заключить новую помолвку? — вдруг шепнул ей на ухо Хардинг. — Помолвку? — с недоумением переспросила она. — Нет… — В таком случае, могу я надеяться… — он наполнил ее чашу вином. — Нет, — раздражённо прервала его Санса. Она покосилась на матушку и Мизинца, которые были увлечены разговором, и, кажется, не слышали её. — Леди Санса, для вас и ваших детей будет безопаснее, если вы покинете Север и объявите о свадьбе с одним из лордов Долины, — Гаррольд отодвинул от себя блюдо с рыбой и взял пирог с брусникой. — Чем же это лучше для моих детей? — Королева Дейнерис хочет выдать вас замуж за своего кхала, но если вы станете женой другого мужчины, она не сможет больше настаивать на этой свадьбе. — А этот другой не боится, что Дейнерис убьёт его, чтобы осуществить свою прихоть? — Долина признала её королевой Вестероса и заключила с ней перемирие, едва ли она захочет нарушить это перемирие и потерять верного союзника. А кхалу мы предложим другую женщину из дочерей лордов Долины. — Неужели кто-то добровольно согласиться отдать свою дочь замуж за этого дикаря? — Дейнерис сама была замужем за одним из таких дикарей, — рассмеялся Хардинг. — Он такой же мужчина, как и прочие. Вы сумели найти общий язык с одичалыми из-за Стены. Утер Шетт рассказал нам, что дочь одного из ваших знаменосцев вышла замуж за их вождя. Почему бы женщинам Долины не породниться с дотракийцами? — он сделал глоток из своего кубка. — Может быть, вы все-таки примете мое предложение? — Не уверена, что имею право подвергать вас такой опасности. Она встала из-за стола, ужин закончился и продолжать слушать глупый лепет этого павлина у неё не было желания.       На улице шёл снег, словно весна, которая наступила несколько дней назад, закончилась. В темноте слышались негромкие разговоры дозорных на стенах замка. Чёрный ворон затаился между зубцами Сторожевой башни, прислушиваясь к шуму ветра.