В постели с врагом

***

      Красный лист, сорванный порывом тёплого ветра, медленно опустился на прозрачную воду бурливого ручья, протекавшего посреди богорощи, и отправился в дальнее путешествие, словно маленький кораблик, подгоняемый ветром и неутомимым течением. В Речные земли пришла весна. Всего несколько тёплых дней заставили природу пробудиться от спячки. Небо было невероятно синим, ветер — ласковым, а солнце — тёплым. Деревья распустили свою зелень, прикрыв голые ветки зелёной вуалью, из-под земли вылезли первые травы, в высоких кронах перекликались птицы, словно пытались перекричать друг друга, на чардреве набухли почки, похожие на красные ягоды. Чёрные блестящие глаза ворона, притаившегося среди других птиц, наблюдали за мужчиной, сидевшим в коляске. Женщина с волосами цвета осенней листвы заботливо поправила шкуры, укрывавшие его безвольные ноги. У куста дикой сливы девочка с любопытством следила за маленьким мотыльком, вылетевшим в свой первый полёт после зимней спячки. Мальчик, державший за руку мужчину в темно-красном плаще, разглядывал птиц в кроне чардрева. На мгновение его взгляд встретился с чёрным глазом ворона… — Бран… — каркнул ворон, взмахнув крыльями. — Откуда он знает, как тебя зовут? — удивился мальчик, провожая взглядом улетающую птицу. — Это говорящий ворон, — Бран посмотрел на стаю, поднявшуюся вслед за вороном, холодным взглядом, — он повторяет много слов, но едва ли он знает их значение. — Лорд Хайтауэр вечером приглашает нас на пир в чертог Тысячи Каминов, — к ним подошёл Тирион, — вероятно, они хотят уговорить нас поддержать маленького Баратеона, — усмехнулся он. — И какой повод они придумали для этого пира? — поморщился Джейме. — Кукушкины свадьбы, — пожал плечами Тирион. — В Речных землях начали петь кукушки и другие птицы, зацвели вербы, крестьяне начали пахать землю. — Мы пойдём? — спросила Санса. — Конечно, пойдём, — Тирион невольно улыбнулся, увидев, как Джоанна пыталась схватить мотылька, но тот упорхнул в голубое небо. — Я уже давно не ел ничего, кроме рыбы и конины, а их люди вернулись с соколиной охоты. Кира сказала, что лорд Хайтауэр приказал забить несколько баранов, в кухне жарят перепелов и запекают лебедей. — Решили подкупить нас пирогом с розовым сиропом, — проворчал Джейме, — а тех, кого подкупить не удастся, отравить арборским золотым. — Я с удовольствием отравлюсь арброрским золотым, — весело возразил Тирион. — Сливовая наливка Бриндена и грушевый сидр Хариса Свифта тоже неплохи, но я скучаю по настоящему вину. — Ну, что же, — согласился Джейме, — придётся пойти, если тебе так хочется. — А мы пойдём на пир? — Джоанна со вздохом отвернулась от улетающего мотылька. — Почему «нет»? — улыбнулся Тирион. — Я уверен, что тебе понравится пирог с сиропом из роз. — Сироп из роз? — удивлённо переспросила девочка. — Из настоящих цветов?

***

— Мама, скажи, а правда, что на пир нужно наряжаться? — Джоанна не отходила от окна, наблюдая, как слуги снуют между Вдовьей башней, кухней и Чертогом Тысячи Каминов. — Да, — согласилась с ней Санса. Она достала из сундука платье с орхидеями и положила на кровать. — А почему ты не хочешь надеть красное платье? — девочка отвернулась от окна. — Какое красное платье? — с любопытством спросила Винафрид. — Ну то, которое лежит у мамы в сундуке… — Всё-то ты знаешь, — рассмеялась Санса. — Что за красное платье? — в комнату вошла Арья, как всегда в куртке, едва достававшей до колен, от которых начинались высокие сапоги, на голове непослушные волосы слиплись от пота. — Ты не хочешь помыться и переодеться во что-то более подходящее? — Санса достала из сундука свою блузку, на которой не было пуговиц. — Я зашью её… — задумчиво проговорила она, — а ворот ты сможешь застегнуть брошью. Что ты думаешь? — обратилась она к сестре. — Я думаю, что не пойду на этот пир, — возразила Арья. — Почему? — раньше Сансы спросила Джоанна. — Потому что туда нужно наряжаться, — усмехнулась Арья. — Арья, — нахмурилась Санса, — не надо портить мне детей. — Ну ладно, ладно… я не пойду, потому что у меня есть дела поважнее, чем весь вечер обжираться. — Никто не собирается обжираться, — возразила Санса. — Это будет дружеская беседа за столом. — Дружеская беседа о том, что Маргери должна стать королевой, а тот, кто хочет стать королём, должен на ней жениться, — рассмеялась Арья. — Может быть, Джендри станет королём, а ты — его королевой? — Не начинай, сестра, — нахмурилась Арья. — Арья, почему ты такая упрямая? Парень страдает… — Не так уж он и страдает, — прервала её Арья. — Девицы из Простора и Шторомовых земель так и вьются вокруг него. — Ну и что? А любит он тебя. — А я не люблю его. И хватит уже об этом, — оборвала она разговор. — Лучше скажи, что это за красное платье? Санса неохотно открыла сундук и достала платье из алой парчи с золотым тиснением и кружевом вдоль лифа и на рукавах. — Оно… — Винафрид коснулась ткани, — просто роскошное… я бы сказала… королевское… Откуда у вас, леди Санса, такое платье? — Оно было сшито ещё до рождения близнецов, — призналась Санса. — Для торжественного въезда в Утёс Кастерли,— с горечью усмехнулась она. — Я надевала его один раз, на пир в Дарри, — вздохнула она. — Так надень его сегодня, — предложила Арья. — Я не уверена, что это уместно, — с сомнением покачала головой Санса. — Слишком очевидно, что это цвета Ланнистеров. — Разве красный могут носить только Ланнистеры? — усмехнулась Арья. — Надень. И тогда я, так и быть, помоюсь и надену что-нибудь подходящее, но не обещаю, что останусь там до конца… — А что надену я? — вдруг спросила Джоанна, которая внимательно слушала их разговор. — Твоё платье с бабочками, — улыбнулась Санса. — А можно мне платье, которое сшила для меня Кейтилин? — вдруг возразила девочка. — Откуда ты знаешь про него? — удивилась Санса. — Кейтилин сказала мне, что положила в твой сундук платье, которое ты должна подарить мне на именины, — призналась Джоанна. — Но твои именины ещё не скоро. — Ну, мамочка, — девочка заглянула в глаза Сансы, — ну, пожалуйста, я обещаю, что не испачкаю его… — Пусть наденет, — поддержала её Арья. — Едва ли на её именины будет такой пир. Зачем нужно новое платье, если его некому показать? — Ну хорошо, — согласилась Санса. — Ты наденешь его только на пир, а потом я уберу его до твоих именин. — Конечно, мамочка, — кивнула головой Джоанна и улыбнулась Арье. — Ах вы заговорщицы, — рассмеялась Санса. Она достала из сундука детское платье из голубого шёлка, расшитое маленькими золотыми и серебряными звездочками, и рубашку из белого шёлка с такой же вышивкой, которую Кейтилин сшила для Гериона.

***

      — Вы готовы? — Арья вошла в комнату сестры. Санса сидела перед зеркалом, Лора укладывала её волосы, заплетенные в косы, под серебряную сетку с мелкими гранатами. — Нужно ещё причесать Анниту, — Санса кивнула на дочь, которая кружилась в своём новом платье. Герион в новой рубашке и бриджах из синего бархата сидел на подоконнике и нетерпеливо смотрел в окно. — Тетя Арья, ты такая красавица! — воскликнула Джоанна. Арья, как и обещала, переоделась в длинную тунику из серого шёлка с бледно-фиолетовыми цветочками, вышитыми вдоль лифа и на плечах, которая закрывала колени и лодыжки, широкий пояс из тонкой кожи охватывал её стройную фигуру. Ещё влажные волосы были причёсаны. — Да ты просто настоящая леди, — улыбнулась Санса. — Тетя Арья, смотри, — Джоанна подбежала к Арье и указала на вышивку у себя на груди, — это лютоволк, это лев, а это форель. И у Риона тоже такая же вышивка на рубашке. Арья присмотрелась. Звёздочки на платье девочки и в самом деле были золотыми львами и серебряными лютоволками и форелями. — А это что у тебя? — Арья подхватила кольцо из чёрного обсидиана с паутинкой из белых и золотисто-рыжих нитей, посреди которой блестел бриллиант. — Это оберег, — призналась девочка. — Мама сделала его для меня. У Риона тоже такой есть. На груди мальчика висело такое же кольцо, только из алых и золотых нитей. — А твоё кольцо было без бриллиантов, — проговорила Арья. — Откуда ты знаешь? — Оно у меня, — призналась сестра. — Я нашла его в Красном замке среди обугленных костей Горы. — Он чуть не утянул меня за собой, вцепившись в это кольцо, — вспомнила Санса, — хорошо, что Клиган успел перерубить цепочку. — Тетя Арья, скажи маме, чтобы она ещё надела украшения, — снова заговорила Джоанна. — Какие украшения? — Там, в шкатулке… красные камни. Санса покачала головой, но всё-таки открыла шкатулку. — Может быть, причешешь Флёр, — попросила она Арью, протягивая ей гребень. — Только аккуратно, — с тревогой добавила она, — её волос очень густые и непослушные. Капни несколько капель масла на гребень, а то ей будет больно. — Я потерплю, — Джоанна села на стул и замерла в ожидании. Арья взяла склянку с маслом из рук Сансы. — Я умею делать только одну прическу, — призналась она. — Ту, что делала наша матушка нам в детстве. Помнишь? — Два барашка на висках? — улыбнулась Санса.

***

      В зале Тысячи Каминов не горел ни один камин, зато над каждым из них зажгли факел, и в чертоге было светло, точно днём.       На помосте за высоким столом уже сидели лорд Бейлор Хайтауэр, Маргери с сыном, Джендри Баратеон, Родрик Харлоу и Гаррольд Хардинг. — Сир Талли, лорд Ланнистер, — к ним подошёл Гюнтер Хайтауэр, — прошу вас занять места за высоким столом, — пригласил он Бриндена и Джейме. — Вы приглашаете только нас двоих? — удивился Бринден. — За высоким столом будут сидеть только верховные лорды, — пояснил Гюнтер. — Остальные ваши люди могут занять любые удобные для них места. Прошу, — он махнул рукой, увлекая Джейме и Бриндена за собой. — Леди Санса, идите к нам, — позвал её Лансель, сидевший между Киваном и Уолдером Рыжим. — А ты куда собралась? — удивленно спросила Санса, увидев, что сестра не собирается садится рядом. — Пойду поболтаю с Ярой Грейджой, — ответила Арья.       Едва все расселись, как проворные слуги и повара стали обносить гостей угощением. Кира поставила на стол блюдо с перепелками, запеченными с мёдом и орехами, Лора — тушеную баранину с листьями красного винограда, а Фанни — салат из красного лука, тыквы и чернослива. — Мама, эта курица похожа на воробья, — Джоанна с удивлением смотрела на маленькую перепёлку в своей тарелке. — Это перепелка, милая. Попробуй, — Санса повязала на груди дочери салфетку. Чья-то рука наполнила кубки Сансы и Винафрид золотистым вином. Санса подняла глаза. Напротив неё между Карилом Вэнсом и Утером Мутоном сидели принц Мартелл и Герольд Дейн. — А вы почему здесь? — невольно вырвалось у Сансы. — Разве вы не должны сидеть за высоким столом? — Нет, — рассмеялся Мартелл, — лорда Хайтауэра интересуют только женихи Маргери, которые владеют обширными землями. А я, увы… — он развёл руками. Санса снова взглянула на высокий стол. Гаррольд Хардинг сидел рядом с Маргери и что-то говорил ей, от чего она мило улыбалась. Джендри с грустью смотрел в сторону стола, за которым веселились железнорожденные, Джейме со скучающим видом слушал неутомимые рассуждения Тириона. Бринден о чём-то спорил с Харлоу. Все эти мужчины были свободны, каждый из них мог стать мужем Маргери и королём. И даже Джейме… Санса вдруг почувствовала, как её сердце сжалось от боли. Она перевела взгляд на Маргери. Леди Тирелл в платье из золотой парчи с открытыми плечами по-прежнему была очень хороша, густые каштановые локоны струились по её спине и плечам, на голове сверкала золотая диадема, усыпанная бриллиантами, на милом лице сердечком сияла нежная улыбка. Санса поспешно отвернулась и взяла кубок с вином. — Как вам вино, леди Санса? — спросил Герольд Дейн, снова наполнив её кубок. — Вы сегодня будете моим чашником? — улыбнулась Санса. — Если вам угодно. — Мне угодно, чтобы вы наполнили кубки всех сидящих за этим столом, — рассмеялась она. — Что же, — ни чуть не смутился дорниец, — желание прекрасной леди — закон. Герольд легко поднялся со своего места и прошёл с кувшином вдоль всего стола, наполняя кубки гостей. — А где ваша сестра? — вдруг спросил он, когда снова сел на своё место. — Она села за стол к железнорожденным, — Санса кивнула на соседний стол. — Может быть, желаете и их кубки наполнить вином? — А что, мне не трудно, — мужчина подхватил кувшин и пошёл к соседнему столу. Оттуда раздались удивленные, а затем веселые возгласы. — Дорогие гости, лорды и леди, — раздался низкий голос Бейлора Хайтауэра, — я рад, что все вы согласились прийти сегодня на этот праздник. Надеюсь, вам понравится угощение и вино, и мы сможем наконец прийти к согласию.       Едва стих звон кубков, как с галереи зазвучала музыка и несколько голосов подхватили песню. «Красна у ног его трава, И знамя как в огне, И красным пламенем закат Пылает в вышине.» Карил Вэнс, Уильям Мутон и Джонос Бракен, осушив свои кубки, присоединили свои голоса к музыкантам. — Мама, а когда нам дадут пирог с розами? — нетерпеливо спросила Джоанна. — Пирог всегда едят в конце пира, — ответил сестре Герион. — А когда пир закончится? — Ещё не скоро. Сначала гости должны выпить всё вино и съесть всё угощение, а музыканты спеть «Медведь и Прекрасная Дева». — А ты откуда знаешь? — рассмеялся Карил Вэнс. — Я помню, на мамины именины в Винтерфелле так было. — Что ты ещё помнишь? — с интересом спросил Аддам Марбранд. — Мама и папа танцевали… — признался мальчик. Едва песня смолкла, как музыканты снова ударили по струнам. К столу подошёл Хантер Хайтауэр и пригласил Винафрид. Сердце в груди Сансы застучало в такт музыке, и она с улыбкой повернулась, когда кто-то коснулся её руки. — Позвольте пригласить вас, миледи? — галантно поклонился Хардинг. — Но… Санса с надеждой посмотрела в сторону высокого стола. Маргери сидела рядом с Джейме, держала его за руку, и он внимательно слушал её, опустив глаза на свою покалеченную руку. — Мамочка, потанцуй, — Джоанна вывела её из задумчивой нерешительности. — Прошу вас, миледи, — улыбнулся Хардинг. Он вывел её в центр круга, где кроме Винафрид и Хантера уже танцевали Бейлор Хайтауэр со своей женой, высокой женщиной с бледным вытянутым лицом в бархатном платье лазоревого цвета, украшенном драгоценными камнями; Бен Колдуотер с дочерью Джона Ройса в пурпурном платье с белыми кружевными рукавами и лунными камнями на пышной груди; Роннет Коннингтон с миловидной сестрой Сэмвелла Тарли, Таллой, в бархатном темно-зелёном платье с чёрной бархоткой на шее и чёрным кружевом на волосах, и ещё несколько пар. — Леди Санса, должен вам сказать, что я с первой нашей встречи был восхищён вашей красотой, — заговорил Гаррольд, сжав пальцы на её руке, — но сегодня вы превзошли даже самые смелые ожидания. В этом платье… в этих украшениях… вы — настоящая королева… — Может быть, следует всех женщин нарядить в такое платье и украшения, чтобы выбрать королеву? —усмехнулась Санса. — Едва ли хоть одна из них может сравниться с вами, — возразил Хардинг. Он продолжал рассыпаться в комплиментах, но Санса почему-то не чувствовала радости. Это были слова, которые ей хотелось слышать, но говорил их не тот мужчина, от которого она хотела бы их услышать… Перед глазами промелькнул Джейме, он по-прежнему сидел, за высоким столом рядом с Маргери, которая ярко улыбалась. — Уолдер Рыжий был прав, — Хардинг сильнее сжал её пальцы. — Вы смогли объединить всех нас перед угрозой армии Короля Ночи, и вы убили этого Короля. Вас следует выбрать королевой. Я думаю, и Западные лорды, и лорды Трезубца поддержат вас. И я мог бы обеспечить вам поддержку Долины, если бы вы согласились… — Простите, лорд Хардинг, — прервала его Санса. — Мне это неинтересно. Я не хочу быть королевой. Она коротко взглянула на Джейме, но он даже не смотрел в её сторону. Санса поспешила на своё место, как только умолкла музыка, но сесть ей не позволили. Карил Вэнс снова пригласил её на танец. После него она танцевала с Ланселем и Оберином, лорд Коннингтон гудел ей на ухо, что Джендри нужна достойная леди-жена, а после него Гюнтер Хайтауэр сжимал её ладонь потной рукой. — Хайгарден разрушен армией Ланнистеров, — дохнул он на неё винными парами, — но мы восстановим его величие. Маргери станет королевой, а я — лордом Хайгардена. Вы когда нибудь бывали в Хайгардене? О… он прекрасен. И такому прекрасному замку нужна хозяйка… У неё закружилась голова, и она вернулась на своё место. — Мамочка, ты такая красивая, — вздохнула Джоанна. — Вы устали? — с беспокойством спросила Санса. — Немножко, — неохотно призналась девочка. — Мы ещё подождём, — согласился с сестрой Герион. Люди кругом ели, пили, смеялись, подпевали музыкантам, но Санса испытывала лишь страх. Она боялась повернуться и увидеть улыбку Джейме, улыбку, предназначенную не для неё. — Что с вами, миледи? — вдруг спросил её Мартелл. — Вы так побледнели. — Наверное, я устала сильнее, чем мои дети, — она заставила себя улыбнуться. — Вы наелись? — спросила она у детей. — Мама, зачем тетя Арья надела такое некрасивое платье? — Джоанна указала на худенькую девушку в платье, похожем на мешок, которая поставила на соседний стол кувшин с вином. — Это — не тетя Арья, — возразила Санса. — Это — служанка… — Правда, она похожа на тетю Арью? — спросила девочка у брата. — Да, — кивнул Герион. — Разве? — рассмеялась Санса, когда служанка поставила перед детьми кувшин с апельсиновой водой и сказала несколько слов на валирийском. У неё было круглое лицо с большими янтарными глазами, из-под белого платка с чёрным рисунком выглядывала пружинка чёрных волос, в вырезе туники тускло блестела маленькая монетка на кожаном ремешке.

***

      Джейме сожалел, что оставил Сансу и детей. Ему хотелось сидеть не за высоким столом между притворно любезным Бейлором Хайтауэром и излишне говорливым Тирионом, а со своими детьми. Он внимательно наблюдал за Сансой, которой, в отличие от него, было весело. Напротив неё уселись принц Мартелл и Герольд Дейн, который без конца подливал вино в её чашу, да и другим участникам пира, словно он чашник.       Он слышал, как Гаррольд Хардинг рассыпался в комплиментах перед Маргери, но она лишь вздыхала.       Джейме охотно опустошал свою чашу, в которую Тирион не забывал добавлять арборское золотое так же, как и себе. Сегодня братец был в ударе, у него был отличный аппетит и неисчерпаемый поток слов. — Железнорожденные ещё не определились, кто возглавит острова теперь, после гибели Эурона. Яра, конечно, надеется, что люди пойдут за ней, но лорд Харлоу, — Тирион подхватил с блюда, стоявшего перед ним, кусок лебедя, запечённого с яблоками и какими-то мелкими семечками, — сомневается, что они выберут женщину, — он хлебнул из чаши.       Невысокая худенькая служанка в платье, похожем на мешок, в вороте которого выглядывала серая туника, расшитая мелкими цветочками, поставила на стол ещё кувшин с вином. Тирион проводил её удивлённым взглядом. Её круглое лицо с большими янтарными глазами показалось ему знакомым, хотя он был уверен, что впервые видит эту служанку в замке. Наверное, она прибыла в Харренхолл вместе с людьми Яры… Да, конечно, вчера на ужине у Яры, он точно видел её, но слишком был увлечён её рассказом о новостях из Браавоса и особенно грушевым бренди, которым она так щедро потчевала его. — Оказывается, этот мерзавец изнасиловал свою племянницу, когда она была у него в плену, — снова заговорил Тирион, оторвавшись наконец от созерцания хрупкой фигуры девушки. — У Яры родилась дочь… это её злит ещё больше. Если бы родился мальчик… — он бросил в рот несколько листов хрустящей капусты с кусочками яблока. — Она даже предлагает забрать бастарда Серсеи, — он исподлобья взглянул на Джейме, — и объявить его наследником дома Грейджоев. — В самом деле? — усмехнулся Джейме. — Не думаю, что железнорожденные стерпят эту ложь, уж скорее они бросят ребёнка своему Утонувшему богу. К тому же разве Эурон и Серсея были женаты? — Я тоже самое сказал ей, — Тирион допил вино и спрыгнул со стула. — Пойду пройдусь, да и ты мог бы пересесть за стол к Сансе и детям. С галереи послышалась музыка и лорд Хайтауэр встал, чтобы пригласить на танец свою жену, Джейме тоже поднялся из-за стола. — Лорд Джейме, милорд, — услышал он голос Маргери. — Я всегда с восхищением смотрела, как вы танцуете… — она выжидательно посмотрела на него. Джейме перевёл взгляд в зал и увидел, что Сансу уже успел пригласить новый смазливый Верховный лорд Долины. Джейме с досадой сел на место. К столу снова подошла служанка и стала собирать грязную посуду. — Монни, — обратилась к ней Маргери, — принеси для Ричарда чистые салфетки. Девушка с недоумением пожала плечами. — И что за бестолковая девица? — Маргери с раздражением посмотрела на неё. — Не знает ни одного слова на всеобщем. И как она умудрилась получить место в замке? Маргери со вздохом посмотрела на танцующие пары. — Вы не хотите пригласить меня? — вдруг спросила она. — Пригласить вас? — удивился Джейме. — Разве нет других желающих? Помоложе и пошустрее. — Лорд Ланнистер, вы себя недооцениваете, — рассмеялась Маргери. — Уж лучше недооценивать, чем переоценивать, — возразил он более резко, чем ему хотелось. Служанка стала копошиться на столе, двигать тарелки, раскладывать приборы и собирать грязные, переливать вино из кувшинов. — Я понимаю, — с грустью вздохнула Маргери, с раздражением взглянув на Монни, — вы всё ещё сердитесь, всё ещё не можете простить прежних обид. Если бы я только могла… — она положила свою ладонь на его руку, — могла хоть как-то загладить свою вину, сир Джейме. Я понимаю, что мои сожаления едва ли могут утешить вас, но… — она вдруг замялась и прикусила губу, — я могла бы вам подарить сына. — Зачем мне ваш сын, — усмехнулся он, — у меня есть свой. — Я имела в виду нашего общего сына, если бы мы с вами поженились… — Маргери смущённо опустила глаза, нежное лицо сердечком стало розовым от смущения. — Если бы поженились? — удивился Джейме. — Но у меня есть жена. — Леди Санса вам не жена, — возразила Маргери, — септа расторгла ваш брак. Она ненавидела вас и всю вашу семью с первого дня вашего брака. Едва ли ее чувства сильно изменились с тех пор. Разве её побег не доказывает, что она всегда мечтала избавиться от вас? Монни со звоном уронила несколько ложек на пол и полезла под стол, чтобы достать их. — Конечно, она хорошо научилась притворяться, — Маргери наполнила свой кубок вином, — впрочем, она и в Королевской Гавани делала это очень умело. Моя бабушка рассказывала, что Санса расспрашивала её, как доставить удовольствие мужчине, чтобы он перестал интересоваться другими женщинами… — Маргери сделала глоток из кубка и снова посмотрела на него. — Она хорошо научилась манипулировать вами с помощью постели… — А вы, леди Маргери, тоже умеете манипулировать мужчинами с помощью постели? — усмехнулся Джейме. — Или у вас есть для этого иные способы? Он освободил свою руку из-под ладони Маргери и соединил пальцы в замок. — Лорд Джейме, я не собираюсь вам лгать, — Маргери откинула за спину длинный локон, упавший ей на грудь. —Мы нужны друг другу. Мы с вами можем объединить Вестерос. Штормовые и Королевские земли по праву принадлежат мне, как матери Ричарда Баратеона. Мой отец был Верховным маршалом Простора. Ваш кузен Лансель — лорд-протектор Речных земель, а вы сами — Верховный лорд Запада. Наш союз одобрят все непримиримые стороны. А наш с вами общий сын станет королём, королём Ланнистером. Разве не об этом вы всегда мечтали? Чтобы ваш сын носил ваше имя и сидел на Железном троне! — глаза Маргери загорелись. — Почему вы думаете, что я этого хочу? — возразил Джейме. Он откинулся на спинку стула и снова посмотрел на Сансу. Он помнил это платье. Она надевала его в Дарри. Тогда она ждала ребёнка. А теперь она уже была матерью, но её фигура по-прежнему оставалась стройной, и грудь… он вспомнил, как прикасался к ней ночью. Из-за того, что ей не пришлось кормить детей, её грудь всё ещё была упругой, словно у юной Девы. Теперь эту грудь украшали рубины Ланнистеров, и Мартелл любовался этими рубинами, или может быть, её грудью. — А чего вы хотите? — прервала его размышления Маргери. — Вечно смотреть на женщину, которая танцует с другим мужчиной? — она кивнула на пары посреди зала. Джейме неохотно отвёл взгляд от фигуры в красной парче с золотым кружевом и взглянул на женщину в золотом, сидевшую рядом. Открытые плечи и глубокий вырез её платья казались слишком вызывающими, впрочем, леди Маргери всегда любила такие смелые наряды. — Уж лучше смотреть на женщину, которая притворяется, что любит меня, чем на ту, что не скрывает, что использует, — возразил Джейме. — Я помню, как вы смогли всех очаровать в Красном замке, когда появились в столице. Даже Джоффри поддался вашему обаянию. Он невольно взглянул на её открытые прелести, родинка на правой груди, выглядывавшая из-под тонкого кружева, притягивала взгляд сильнее, чем украшения. Три сапфира и четыре рубина, кажется, это то самое колье, которое должен был подарить ей на свадьбу Джофф, но, скорее всего, она получила его от Томмена. Джейме поднял глаза и заметил, как на её лице промелькнула улыбка. — Думаю, Гаррольд Хардинг будет для вас легкой добычей. И даже мой брат Тирион готов заключить с вами эту сделку… — Не стоит себя обманывать, милорд, — возразила Маргери. — Ни ваш брат, ни уж тем более лорд Хардинг и вполовину не так популярны, как вы, сир Джейме. И даже ваше прозвище «Цареубийца» придаёт вам особую притягательность. — Ну, теперь и вы можете пользоваться этой притягательностью, — усмехнулся Джейме. Маргери прикусила губу. — Что ты там копаешься? — сердито прикрикнула она, заметив служанку под столом. Девушка наконец вылезла из-под стола с несколькими вилками и грязной салфеткой, которую уронил мальчик. — Леди Санса, позвольте вас познакомить с моим отцом, — к Сансе подошла Бриенна. Рядом с ней стоял мужчина ростом с неё и с такими же голубыми глазами. — Очень приятно, — Санса протянула ему руку. — Я благодарна вам, лорд Тарт, за всё… — Так, значит, этот мальчик? — Сельвин пристально посмотрел на Гериона. — Когда Бри привезла ребёнка на Тарт, она не сказала мне, чей он. Но я и сам догадался. Такой взгляд. Львиная порода. Я конечно удивился, моя Бри и наследник великого Тайвина… — он усмехнулся. — Конечно, бастард… и всё же… наконец нашёлся мужчина, который сумел уложить мою дочь на лопатки. Санса заметила, как Бриенна вдруг покраснела. — Зато мальчик… наследник… я даже хотел жениться на Розамунде Ланнистер, чтобы объявить его своим сыном и не просить узаконить бастарда. Впрочем, теперь я вижу, что от вас, миледи, он тоже кое-что получил, — усмехнулся рыцарь. — Помню, какое отчаяние охватило меня, когда я увидел горящую башню Десницы. И эта дотракийская сука надеялась, что я захочу преклонить колено и служить ей? — с ненавистью добавил он. — Простите за мою грубость. Но она ещё безумнее, чем её отец, и глупее, чем Джоффри. — Как вам удалось выжить? — спросила Санса, желая смягчить гнев мужчины. — Тех, кого Дейнерис не сожгла в тот день, она отправила в темницы Красного замка. Вероятно, чтобы позже устроить публичную казнь для всех непокорных. Но ваш брат Джон убил её последнего дракона. Я слышал, что в Речных и Западных землях она сжигала и лордов, и септонов, но нас, к счастью, миновала эта участь. Может быть, она забыла про нас, а может быть, ждала подходящего момента, только через несколько дней ночью тюремщик помог нам выйти из замка и покинуть город. Впервые в жизни я шёл пешком по разоренным землям своего сюзерена, прячась, словно бродяга; словно нищий, принимая помощь от простых крестьян, пока не достиг замка Эррол. Сельвин Тарт ещё раз взглянул на мальчика. — Да… жаль, жаль… — задумчиво произнёс он. — Видно, наш род на мне всё же прервётся… — он укоризненно посмотрел на дочь. — Леди Бриенна — достойная девушка, — попыталась защитить её Санса. — Может быть, она всё же встретит того, кто уложит её на лопатки, — улыбнулась она. — Мама, почему ты больше не танцуешь? — спросила Джоанна, положив голову на стол. — Я устала, — Санса взглянула на утомленные лица детей. — Может быть, убежим? — предложила она. — А как же пирог с розами? — зевнула Джоанна. — И песня «Медведь и Прекрасная Дева»? — Герион прижался к её плечу и закрыл глаза. Санса оглянулась. Джейме по-прежнему сидел рядом с Тирионом и смотрел только на свой кубок. Она окинула взглядом людей, сидевших за столом. — Убежим? — хитро улыбнулся Оберин. — Леди Винафрид, мы уходим, — тихо сказала Санса. Оберин поднял на руки спящую Джоанну, а Герольд Дейн — Гериона, и они все вместе покинули зал. — Ты так и будешь здесь сидеть в обнимку с пустой чашей, — Тирион снова залез на свой стул. — Мог бы пригласить Сансу, — он покосился на Маргери, которая с приятной улыбкой протянула руку Хардингу. — Она и без меня прекрасно веселится, — проворчал Джейме. — А ты не хочешь повеселиться вместе с ней? — Зачем мешать ей? — Кажется, я слишком часто наполнял твою чашу, — покачал головой карлик, — и теперь ты болтаешь какую-то чепуху. — Сам посмотри, — Джейме кивнул в сторону зала. Санса сказала несколько слов Винафрид, после чего Мартелл и Дейн подняли на руки детей, и все четверо направились в строну выхода. — А чего ты ждал? — упрекнул его брат. — Что она прибежит просить тебя о помощи? Посмотри, сколько людей готовы ей помочь, и никто из них не дуется на неё. Из-за стола вслед за Сансой потянулись Подрик, Харвин, Клиган, Оливар и даже Уолдер Рыжий. — К ним ты её тоже ревнуешь? — Почему моих детей понесли эти дорнийцы? — Джейме неожиданно понял, что его язык заплетается. — Потому что остальные упились почти так же, как ты. Джейме попытался встать из-за стола, но ноги его подкосились, и он снова рухнул на стул. — Эй! Пек! — позвал он своего оруженосца, пытаясь перекричать общий шум и музыкантов. — Где же он? «Жил-был медведь, косолапый и бурый! Страшный, большой и с косматою шкурой!» — громко распевали те, кто ещё мог шевелить языком. Тирион оглянулся на Джендри, который так же, как и Джейме, весь пир просидел за столом с угрюмым видом. — Может быть, лорд Штормового Предела поможет лорду Утёса Кастерли добраться до постели? Джендри с готовностью поднялся из-за стола, словно только и ждал повода покинуть этот слишком затянувшийся праздник. — Мы не должны поблагодарить лорда Хайтауэра? — спросил он. — Завтра поблагодаришь, когда согласишься поддержать притязания сына Маргери на трон, — усмехнулся Тирион, взглянув на маленького Ричарда, перед которым Фанни поставила сливовый пудинг и кусок пирога с розой, слепленной из теста и посыпанной сладким миндалём. Джендри был высоким и крепким, как все Баратеоны, и Джейме смог подняться из-за стола, оперевшись на его плечо. — И что это я так напился? — пробормотал он. — А ты, племянник, что же не танцуешь? — он перевёл мутный взгляд на лицо мужчины. — В Блошином конце никто не научил меня дрыгать ногами, — усмехнулся Джендри. Они медленно шли вдоль столов, за которыми всё ещё сидели гости. Громкие пьяные голоса нестройно вторили певцам про девушку, оказавшуюся в лапах медведя. — Ты уж прости, что моя сестра так обошлась с тобой, а я не помешал ей, — Джейме споткнулся, но Баратеон не позволил ему упасть. — Бран рассказал мне, что вы спасли меня, не позволили умереть, помогали моей приемной матери… и позже устроили подмастерьем кузнеца… — возразил Джендри. — Я мог сдохнуть в Блошином конце от голода или стать вором и бродягой… — А мог бы стать королём, — перебил его Джейме, — и сейчас мы бы устроили турнир в честь твоей коронации… и свадьбу с какой-нибудь леди из благородного дома… Он вспомнил Сансу в свадебном наряде в тот день, когда он женился на ней. — Роберт обручил своего наследника со старшей дочерью Неда Старка, значит, ты должен был стать мужем Сансы, — проговорил он заплетающимся языком, — и её дети были бы твоими… — Джейме снова споткнулся. — Мне больше нравится её сестра, — со вздохом признался Джендри. — У неё глаза Лианны Старк, — почему-то вспомнил Джейме. — Вам помочь? — к ним подошли Эдрик Дейн, Аддам Марбранд и Джосмин Пеклдон. — О… кажется, у меня тоже появилась собственная свита, — рассмеялся Джейме.

***

      Слёзы душили её… они подступали к самому горлу и рвались наружу, но Санса не могла дать им волю, только не сейчас, только не на глазах Мартелла и Винафрид. Детей положили на кровать. — Спасибо, — проговорила она каким-то каменным голосом. — Я сама их раздену. Винафрид, иди отдыхать. — А вам, миледи, помощь не нужна? — с готовностью предложила девушка. — Пришли ко мне Лору. Сандор, я хочу, чтобы сегодня ты и Харвин охраняли меня. Она нетерпеливо захлопнула дверь и почувствовала, как слёзы хлынули из её глаз, точно сквозь прорвавшуюся плотину. Ей понадобилось некоторое время, чтобы выпустить накопившуюся обиду. Наконец, ей стало немного легче, и хотя боль в груди всё ещё не утихала, и слёзы застилали ей глаза, она подошла к кровати и стала раздевать Джоанну. Несколько капель упали на лицо девочки, отчего она поморщилась во сне. Санса уложила детей под одеяло и вздохнула.       Вдруг на окне вздрогнула штора, страх мгновенно осушил её слёзы. Кто-то притаился в её комнате? Тайный убийца или крыса, прибежавшая из Королевской Гавани и притащившая с собой ужасную заразу, которая не щадит ни детей, ни королей. Санса схватила с туалетного столика свой кинжал, но в ту же секунду штору отдернули. За ней оказалась Арья. — Что ты тут делаешь? — удивилась Санса. — Почему прячешься в моей комнате? — Я не ожидала, что это ты, — пожала плечами девушка. — Думала, кто-то чужой. Вот и спряталась, чтобы посмотреть, кто это. А потом не стала мешать тебе всхлипывать. Надеялась уйти, когда ты заснёшь. Как ты догадалась, что я за шторой? — Она зашевелилась. — Вот Неведомый! — ругнулась сестра. — Не думала я, что ты заметишь… А почему ты рыдала? Опять из-за своего Ланнистера? — Помоги мне раздеться, — Санса не хотела обсуждать с сестрой свои переживания. — А где ты была весь праздник? Неужели ушла? Ты хоть поела. Баранина, конечно, была жирновата, а вот перепела — совсем неплохи. — Я поела, — Арья расшнуровала её платье и плюхнулась в кресло около камина. Санса с облегчением избавилась от платья и подошла к зеркалу. Она сняла украшения и спрятала их в шкатулку. — Яра Грейджой собирается со своим флотом отправиться в Закатные земли, — проговорила Арья, закинув ноги на маленький пуфик. — Я хочу уйти вместе с ними, — задумчиво добавила она. — Уйти? — Санса удивленно оглянулась на сестру. — Ты ведь несерьёзно? А как же Джендри? — Санса, ты же знаешь, я никогда не хотела этого… — в руках сестра держала красный лист чардрева, который бездумно крутила за черенок, — быть леди какого-то лорда… детей… я бы не стала рыдать в одиночестве, как ты, я бы убила его… ты ведь не хочешь, чтобы я убила Джендри? — Разве его есть за что убивать? — Хотя бы за то, что он весь вечер просидел, как истукан рядом с королевой Маргери, — усмехнулась Арья. Санса прикусила губу, поняв, что сестра догадалась о причине её слёз. Она снова повернулась к зеркалу и посмотрела на себя. Усталое лицо, заплаканные глаза, тонкая морщинка между бровями от того, что она постоянно хмурится. Она вспомнила Маргери. Всегда весёлая, с приветливой улыбкой и нежным румянцем на лице, обрамлённом каскадом каштановых локонов, в смелом наряде, подчеркивающим её красоту. Такая женщина не может оставить равнодушным мужчину. — По крайней мере у него хватило ума не танцевать с ней, — проворчала сестра. — Впрочем, едва ли Джендри умеет выводить ногами эти сложные фигуры. В комнату вошла Лора с кувшином тёплой воды и салфетками. — Оставь и иди спать, — отпустила её Санса. — Но из Закатных земель никто никогда не возвращался, — она сняла с волос сетку и распустила косы. — Откуда ты знаешь? — возразила Арья. — Может быть, тот, кто вернулся, не признался, что был там. — Но зачем это скрывать? — Санса намочила салфетку и вытерла усталое лицо. — Чтобы не делиться богатством, которое там нашёл, — пожала плечами Арья. — Тебя никогда не удивляло, почему некоторые дома Вестероса обладают необъяснимым богатством? — Какие дома ты имеешь в виду? — Веларионы и Селтигары. Они всегда были незначительными вассалами Таргариенов, у них мало земель и нет особых источников дохода. — Как ты можешь судить об их богатстве? — Я сама видела его, когда была на Дрифтмарке и на Клешне, — призналась Арья. — И что ты видела? — Золотую и серебряную утварь, сундуки, забитые золотом и драгоценными камнями… полы во всех комнатах покрывают мирийские ковры, стены — золототканые гобелены… Я никогда прежде не видела столько роскошных вещей, даже в Красном замке… — Когда это ты успела побывать на островах? — удивилась Санса. — Была возможность… — уклончиво ответила Арья. — Но своё богатство они привезли из древней Валирии, — предположила Санса. — И приумножили за счёт торговли и пошлин. — За триста лет они должны были растратить то, что привезли из Валирии, — возразила Арья, — а пошлины обогащают все портовые города, только едва ли лорд Мандерли или даже Ланнистеры могут сравниться своим богатством с лордом Веларионом или Селтигаром. Но зато у них всегда был свой собственный флот… — задумчиво добавила она. — Как и у Редвинов, Хайтауэров, Ланнистеров и Мандерли, — напомнила ей Санса. — Ты забыла про железнорожденных, — не стала с ней спорить Арья, — уж эти-то разбойники должны быть особенно богаты. Сколько кораблей и земель они разграбили… — Их земли слишком скудные, — возразила Санса, — даже для строительства новых кораблей им необходимо закупать древесину… — Вот и я о том же… — согласилась с ней Арья. Она задумчиво теребила в руке красный лист. — Яра Грейджой рассказывала о сокровищах которые привёз её дядя Эурон из Дымного моря, — снова заговорила она. — Что, если Веларионы кроме богатства привезли из Валирии знания, которыми не стали делиться с жителями Вестероса. — Тогда, этими знаниями должны были владеть и Таргариены. — Возможно, они тоже знали про эти земли, — согласилась с ней Арья. — Таргариены могли летать на своих драконах достаточно далеко, в том числе и в Закатные земли. — Это всё твои фантазии, Арья, — со вздохнула Санса. — Вспомни историю, Брандон Корабельщик не вернулся из экспедиции по Закатному морю. — Мы не знаем, что с ним произошло на самом деле, — пожала плечами Арья. — Ведь его сын сжёг флот отца, а значит, они вернулись. — Неважно, что с ним произошло. В любом случае это опасно. Неужели ты готова рисковать жизнью ради призрачных сокровищ? Ты ведь всегда была равнодушна и к украшениям, и к нарядам… — попыталась она переубедить сестру. — Ты так волнуешься, как будто я отплываю завтра, — хмыкнула Арья. — Ещё ничего не решено, может быть, Яра не возьмёт меня. — Я попрошу её об этом, — Санса открыла баночку с персиковым маслом и намазала лицо и руки. — Ты бы лучше съездила в Риверран повидаться с матушкой, она даже ещё не знает, что ты жива. — Она знает, — возразила Арья. — Джон посылал ей письмо. — Правда? Что она ответила? — Чтобы он нашёл мне мужа, — ухмыльнулась Арья, бросив красный лист в камин. Жаркое пламя охватило его, торопясь поглотить скудную жертву, сладкий дым наполнил комнату. — Ты спать собираешься? — Санса взглянула на сестру, которая всё ещё была в своём странном наряде. — Выгоняешь меня? — усмехнулась та. — Если хочешь, ложись с нами, — предложила Санса, присев на край кровати. — Нет, — возразила сестра. — Пойду к себе. Она подняла с пола у окна какие-то вещи и неслышно вышла из комнаты, прикрыв дверь.       Санса подошла к окну. Люди постепенно покидали зал Тысячи Каминов. Почему за всё время пира он так и не подошёл к ней? Почему он сидел около Маргери? О чём они говорили? Слёзы снова потекли по её щекам, падая на ворот ночного платья. — Мама, почему ты плачешь? — вдруг услышала она голос сына. — Я не плачу, — возразила Санса. — Это потому, что тётя Арья хочет уплыть в опасное путешествие? — снова спросил сын. — Ты слышал наш разговор? — Да, — признался мальчик. — Ты не должна плакать. Тетя Арья не погибнет. Она вернётся. — Конечно, — Санса поспешно вытерла слёзы. — Спи, мой родной, уже очень поздно. Она легла в постель, несколько последних слезинок выкатились из глаз Сансы прежде, чем она забылась тревожным сном.