В постели с врагом

***

      Радуга, словно семицветный пояс септона, протянулась от серой тучи, похожей на развалины старого замка, до серебряной ленты реки, терявшейся среди высокой травы. — Мама, смотри, как красиво!.. — глаза Джоанны с восторгом обратились в сторону семицветной ленты. — Это радуга, — улыбнулась Санса, — улыбка богов после дождя.       Чёрная туча, похожая на развалины замка, заслонила золотое солнце, щедро согревавшее холмистую долину, молодую зелень небольшого лесочка и серебряную гладь реки, отражавшей потемневшее небо. Дорога обогнула высокий холм и нырнула в берёзовую рощу. Стройные деревья словно белые колонны выстроились вдоль узкой дороги. Лошади мягко ступали по утоптанной траве, покрытой толстым слоем пыли, тихо поскрипывала повозка.       Тёплый дождь брызнул на вереницу всадников и два десятка повозок, растянувшихся на целую лигу. Джоанна высунула руку из-под навеса, который защищал детей и женщин, сидевших в коляске, от знойного солнца, пыльного ветра и редкого дождя. Но дождь прекратился так же внезапно, как и начался, словно хотел лишь подразнить путников.       Развалины замка раскололись пополам, и в прореху выглянуло солнце. Деревья расступились, и всадники въехали в деревню. Среди колючих кустов шиповника и старых яблонь торчали крыши домов, покрытые красной черепицей. Из-за невысоких оград выглядывали любопытные глаза. В центре деревни возвышался красивый терем с резными наличниками — не то харчевня, не то лавка — увитый ползучими ветками шиповника. Здесь толпились жители деревни, в нарядных туниках, подпоясанные цветными ремешками, мужики в начищенных до блеска сапогах и женщины в ярких деревянных бусах.       Когда вереница всадников и повозок миновала Шиповник, впереди показался город, чёрная недостроенная башня возвышалась над сотней домов из серого, желтого и красного песчаника, окружённых высоким частоколом.       Пыльная дорога закончилась, и копыта лошадей застучали по камню. Две колонны из красного гранита, увитые позолоченным плющом, венчала полукруглая арка с драконом из чёрного камня. Тень от его расправленных крыльев заслонила солнце, словно ещё одна дождевая туча. Вдоль дороги от арки до открытых ворот из чёрного дуба, окованных железом, выстроилась стража в блестящих доспехах. На круглых шлемах воинов развевались красные и чёрные перья.       Первым под свод арки въехал Десница. На чёрной кобылке в специальном седле этот юноша с глазами старца едва ли напоминал слабого калеку, неспособного самостоятельно сделать и шагу. Сейчас его вид, а особенно взгляд серых, как грозовая туча, глаз вызывал трепет у людей. Серый плащ на его плечах развевался, словно облако дыма, на спине красный ворон растопырил свои крылья, и три рубиновых глаза смотрели в разные стороны. Семеро гвардейцев в белых доспехах и плащах, ехавшие следом, лишь усиливали впечатление силы и власти этого человека.       За ними следовали знаменосцы. Ветер трепал шёлк в синюю и красную волнистую полосу с серебряной форелью и голубой с белой луной и соколом, чёрный холст с серебряной косой и серебряную парчу с белой башней и горящим на ней огнём, на чёрном бархате сиял золотой олень, на алом — золотой лев, но взоры всех были обращены не к этим древним гербам Вестероса, а к новому символу Черноводных земель — алый лист чардрева на горностае.       За знаменосцами ехали члены Малого Совета и гранд лорды. — Мама, смотри! Настоящий дракон! — Герион привстал с мягкого сиденья, чтобы лучше разглядеть скульптуру. — Это каменный дракон, — пояснила Санса, — не стоит вставать во время движения коляски, — с тревогой добавила она. Мальчик послушно сел, но продолжал завороженно смотреть на дракона, и даже когда коляска миновала ворота и въехала в город, он ещё несколько раз оглянулся.       На улицах собралось неожиданно много зевак. Люди размахивали букетами из сирени и жасмина, цветными лентами и яркими платками. Санса с интересом разглядывала жителей города, собравшихся вдоль дороги, чтобы приветствовать их. Среди мужчин, женщин и детей она заметила очень много людей необычной внешности. Их кожа янтарного оттенка, вытянутые лица с иссиня-чёрными волосами, спадавшими ниже плеч, и странная одежда, закрывавшая лишь одно плечо, в то время как другое оставалось совершенно голым, выдавали в них чужеземцев. — Что это за люди? — не сдержала она любопытства, когда её лошадь проехала мимо очередной группы иноземцев. — Это рабы, которых Дейнерис привезла из Миэрина, — признался Тирион. — Рабы… — ужаснулась Санса. — Дейнерис освободила их, — поспешно добавил Тирион, — они должны были работать на строительстве нового города и получать плату за свой труд. — Я вижу, что кроме строителей из Миэрина здесь много местных, — Санса кивнула на стоявших вдоль дороги мужчин в обычных рубахах из грубой ткани и женщин в ярких платьях. — Для строительства города пришлось привлечь жителей близлежащих деревень, Каменной Септы и даже из Королевской Гавани, — пожал плечами карлик. — Чтобы прокормить такую прорву народа, понадобились булочники, зеленщики, повара, цирюльники и банщики… — Им Дейнерис тоже платила? — недоверчиво спросила Санса. — Все эти люди и в самом деле получали плату за свой труд? — Я не знаю… — пожал плечами Тирион, — строительство требует больших затрат. Возможно, она пообещала оплатить их труд позже. — Значит, теперь эти долги придётся оплачивать нам? — Санса переглянулась с мужем. — Я думаю, что часть этого долга должны будут покрыть другие Великие дома Вестероса, — возразил Тирион. — Ведь город будет столицей нового государства, в котором станет заседать Малый Совет. — Уверен, что не всем это понравится, — усмехнулся Джейме. — Боюсь, что нам придётся решить очень много вопросов, которые в той или иной степени не понравятся высокородным лордам, — задумчиво произнёс Тирион, — но такова политика.       Чем дальше продвигалась торжественная процессия, тем больше людей теснилось на улицах, тянувшихся между одноэтажными домами, похожими на ракушки, разбросанными среди кустов колючего шиповника и розовой сирени, низкорослых лип и густых зарослей чертополоха. И вот уже отдельные группы слились в шумную толпу, которая радостно кричала и кидала цветы всадникам. — Боги! Сколько народу… — Санса с тревогой посмотрела на повозку с детьми. — Нам следовало задержаться и приехать через пару дней, когда это столпотворение уже закончилось бы. — Боюсь, через пару дней мы бы не нашли места для себя и наших людей, — возразил Джейме. — Ты уверен, что мы найдем его теперь? — скептически покачала головой Санса.       Они проехали до конца улицы и спустились к реке. У небольшого причала стояла барка, которую разгружали несколько мужчин. — Не сомневаюсь, в этом чёрном ящике найдутся комнаты для леди Черноводных земель и её детей, — насмешливо кивнул на чёрную башню, возвышавшуюся на противоположном берегу, Адам Марбранд. — Что-то мне не хочется жить в этой мрачной башне, — Санса с сомнением посмотрела на странное нагромождение из чёрных камней, которое уже теперь своей громадой возвышалось над остальным городом. — Предлагаю поселиться в доме, который я построил для себя, — предложил Тирион. — Ты построил дом для себя? — удивился Джейме. — Ты не говорил. — Я предполагал, что рано или поздно Дейнерис захочет избавиться от строптивого Десницы, — признался карлик. — Вернуться в Утёс Кастерли я не надеялся, поэтому решил построить дом для себя. Достаточно далеко от пирамиды королевы, — он невольно вздохнул. — Мой дом довольно скромный, никакой роскоши. Я ведь не надеялся, что мне придётся принимать таких высоких гостей, но комнаты для моих племянников найдутся, — Тирион подмигнул Гериону и Джоанне.       Всадники спешились и оглядывались по сторонам. По деревянному причалу широким шагом к ним подошёл высокий мужчина в белой накидке, расшитой гранатовыми крабами, его серебристые волосы были убраны длинную косичку и перевязаны кожаным ремешком. — Лорд Селтигар, — раздался властный голос Брана, — где ваш отец? Насколько я помню, Дейнерис приказала ему руководить строительством города. — После её гибели он вернулся на Клешню, — холодно ответил мужчина. — Надеюсь, вы приготовили для нас комнаты? — вкрадчиво спросил Варис. — К сожалению, из-за прекращения финансирования нам пришлось приостановить строительство главной твердыни, поэтому в башне Дракона пока нет жилых комнат. Но мы приготовили комнаты для всех членов Малого Совета в Зелёной пирамиде, — Селтигар кивнул на башню из зелёного песчаника, почти незаметную среди густых кустов сирени. — А комнаты для королевы Сансы и ее детей? — строго спросил Бран. — Ваше Величество, — Селтигар повернулся к Сансе и поклонился. — Вы и ваши люди могут занять Гостевой дворец. — Гостевой дом? — усмехнулся Джейме. — Вы не закончили строительство главной твердыни, но построили дом для гостей? Вы уверены, что гостиница — подходящее место для королевы и её детей? — Гостевой дворец Дейнерис построила для вашего брата Джона, — хмурый взгляд Селтигара едва скользнул по Ланнистеру и снова обратился к Сансе. — Она надеялась, что он приедет на коронацию и останется на некоторое время в столице. Кроме того, дворец был рассчитан для приема гостей из Залива Драконов. Он расположен дальше от переправы, — добавил он, заметив, что Санса пытается рассмотреть дворец с берега. — Моя сестра и её дети должны поселиться рядом со мной, — снова раздался сердитый голос Брана. — Может быть, лучше ты, Бран, поселишься вместе с нами? — предложила Санса, покосившись на Арью. — Нет, — возразил Бран, — я буду жить вместе с остальными членами Малого Совета, — он холодно посмотрел на Джейме, — и не стоит брать на остров армию Ланнистеров, — добавил он. Санса растерянно переглянулась с мужем. — Тогда мы поставим шатры на этой стороне реки, — пожал плечами Джейме.       К причалу подошёл паром. Лорд Селтигар перевёл на него лошадь, на которой сидел Бран, следом зашли рыцари из личной охраны десницы и две служанки, Безупречные внесли сундуки. — Мой брат Артор проводит вас, миледи, — Селтигар кивнул на мужчину в светлом дублете с гранатовыми пуговицами с хвостиком серебряных волос. — Почему Дейнерис построила свой дворец на противоположном берегу? — спросила Санса, наблюдая за отчалившим паромом, — ведь очевидно, что каждый раз переправляться через реку неудобно. — В этом месте река разделяется на два рукава и течёт вокруг острова, — признался Артор Селтигар. — Дейнерис решила, что это даст ей дополнительную защиту, пока не будут построены стены вокруг замка. Для переправы она приказала построить мост, — Селтигар кивнул на каменные столбы, торчавшие из воды, около которых копошились люди.       К берегу причалила широкая барка. Винафрид, Бриенна и Подрик острожно взошли по скрипучим доскам, Дик Норри и Харвин внесли походный сундук. — Остальных ваших лошадей и повозку мы перевезем позже, — пообещал капитан, наблюдая за Клиганом и Харвином, которые перевели на барку несколько лошадей. — Оставьте их на этом берегу, — посоветовал Селтигар, — на острове они вам не понадобятся. — Вы можете разместить их в моих конюшнях, — предложил Тирион. — Мне придётся остаться, — Джейме с сожалением посмотрел на Сансу и детей, которые тоже перешли на барку вместе с септой и пол дюжиной воинов.       Быстрое течение подхватило судно и понесло вдоль берега, но опытные гребцы уверенно направили его к противоположному берегу. — Мост и в самом деле был бы нелишним, — сердито проворчал Клиган, наблюдая за усилиями гребцов. Едва они причалили, как Вхагар чёрной тенью метнулся на берег и исчез в густой траве, близнецы ринулись следом, но септа Анна удержала их.       Санса с облегчением ступила на твёрдую землю и остановилась, не в силах оторвать заворожённого взгляда. На холме среди могучих сосен возвышался дворец из белого камня, окружённый стройными колоннами. — Кто построил эту прекрасную Белую Жемчужину? — с восхищением прошептала она. — Благодарю за похвалу, — неожиданно улыбнулся Селтигар. — Признаться, Дейнерис хотела построить здесь такую же пирамиду, как и пирамида Дракона, но я убедил её построить дом, похожий на дворцы Волантиса, а не пирамиду Гиса.       Они поднялись по ступеням из молочного мрамора, навстречу им вышла девушка с оливковой кожей и чёрными короткими волосами, непослушными пружинками спадавшими на глаза, в платье из простой ткани с оголённым плечом. — Кезмия, — обратился к ней Артор, — надеюсь, у тебя всё готово? — Всё готово, — не совсем уверенно повторила девушка. — К сожалению, почти все слуги здесь бывшие рабы из Миэрина, — признался Селтигар, — они плохо говорят на нашем языке, но понимают валирийский. — Дорриан, — мужчина кивнул на девочку лет десяти с худым личиком и карими глазами, которая скромно стояла у колонны, и Санса не сразу её заметила, — умеет читать и знает языки, она может перевести ваши приказы слугам, если они станут притворяться, что не понимают вас. Кезмия и Дорриан переглянулись и испуганно заговорили на языке, мало похожем на валирийский. Из всех слов Санса поняла лишь «женщина» и «мальчик». — О чём они говорят? — растерянно спросила она. — Они говорят, что женщина с мальчиком приехала вчера и заняла комнаты, которые были приготовлены, — вдруг ответил Герион. — Ты понимаешь их? — Санса с изумлением посмотрела на своего сына. — Какая ещё госпожа? — сердито спросил Селтигар. — Вчера поздно вечером богатая госпожа с мальчиком и девочкой… — залепетала Дорриан с сильным акцентом, покосившись на Гериона, — с нею были несколько воинов, жрец семи богов и толстая жрица в серой одежде… — Ты хотела сказать септон и септа? — уточнил мужчина. — Да, — кивнула головой девочка. — Мы подумали, что госпожа решила приехать в город пораньше, — Они заняли все комнаты, которые были приготовлены? — нахмурился Селтигар. — Нет, господин, — возразила девочка, — Прикажете показать госпоже свободные комнаты? — Я сам покажу леди и её людям дворец, — возразил Селтигар. Он прошёл мимо служанки, больше не взглянув на неё, и распахнул дубовую дверь.       В просторном светлом холле их встретили полдюжины солдат в серых накидках, которые переглянулись между собой. Артор Селтигар удивлённо взглянул на них, но не стал задавать вопросов, а направился к широкой полукруглой лестнице, которая вела на второй этаж. — На первом этаже находятся кладовые, кухни и комнаты для прислуги, — рассказывал Артор, поднимаясь по мраморным ступеням. — На втором — большой чертог, бальный зал и парадная трапезная, на третьем — малый чертог, библиотека и спальни для гостей, выше малая гостиная и парадные покои. Я думаю, королева, — он запнулся, — Дейнерис надеялась, что сможет примириться с вашим братом, и этот дворец станет их общей личной резиденцией, — мужчина не сдержал вздох. — Я должен вас предупредить, что строительство ещё не закончено, — признался он. — На самом верху будет построена круглая башня для мейстера и воронятня. Он остановился на широкой площадке между этажами, позволяя детям и септе, которые не поспевали за его энергичным шагом, догнать его.       Санса с нарастающим восхищением разглядывала анфиладу комнат, через которые она следовала за Селтигаром: высокие потолки и стены, украшенные лепниной, камины из белого мрамора и розового гранита, широкие лестницы с кованными перилами, изящные колонны и просторные галереи. Повсюду шли ремонтные работы и всё-таки даже голые стены, без мебели, гобеленов, ковров и штор выглядели роскошно. В комнатах им встречались не только строители и плотники, но и солдаты в серых накидках, которые провожали Сансу и её спутников настороженным взглядом.       Они поднялись на верхний этаж и прошли по длинной галерее, сквозь высокие окна Санса смогла разглядеть внутренний дворик, в котором был разбит небольшой садик с фонтаном посередине и цветущими кустами жимолости.       Селтигар распахнул ещё одну дверь, и они вошли в светлый зал. Здесь ремонт уже закончили, яркий солнечный свет струился сквозь открытые окна на стены отделанные панелями из серебристого кедра и белым шелком с серебряным тиснением. Посреди комнаты стоял большой овальный стол, за которым уже сидели люди. — Какой приятный сюрприз! — из-за стола поднялась Маргери и с приветливой улыбкой направилась к Сансе. Её платье из парчи цвета пепельной розы было сшито так же, как и наряды встречавших их жителей города, через правое плечо был перекинут широкий шарф с золотой каймой, а левое оголено, но Маргери это ничуть не смущало. — Что ты здесь делаешь? — удивилась Санса. — Я думала, что ты решила вернуться в Ясноводный Чертог. Она окинула быстрым взглядом людей, сидевших за столом. Кроме сына Маргери и толстой септы с унылым лицом здесь был её кузен Гюнтер Хайтауэр, три рыцаря в куртках из серой кожи, рыжий юноша в голубом дублете с пурпурной виноградной лозой на вороте, септон Лотос в септонской хламиде из белой парчи с золотой вышивкой, полная женщина с каштановыми волосами, убранными во вдовий пучок, и девочка лет десяти, похожая на неё, в темно-зелёном платье. — Я приехала в Жемчужный город вчера, — призналась Маргери. — Мне сказали, что это Гостевой дом, поэтому я решила, что могу занять в нём несколько комнат. — Это и в самом деле Гостевой дом, — недовольно возразил Селтигар, — но не гостиница. Этот дом принадлежит королю Севера и его сёстрам. — Разве сёстры короля Севера не должны поселиться в башне Дракона? — как будто удивилась Маргери. — В башне Дракона нет жилых комнат, — сердито пояснил Артор. — В самом деле? — Маргери виновато посмотрела на Сансу. — Может быть, ты позволишь мне остаться на несколько дней, пока я не найду другой подходящий дом для себя и Ричарда? — Конечно, — неуверенно согласилась Санса. — Надеюсь, здесь хватит места для всех… — Раз уж я без разрешения поселилась в вашем доме, позвольте мне пригласить вас на ужин, — улыбнулась Маргери. Она указала на стол, на котором были расставлены закуски, поднос с круглыми булками, щедро посыпанными маком, и высокая ваза с молодым бледно-зелёным виноградом, салат из красного лука и маринованные оливки, от фарфоровой супницы с позолоченной розой на крышке поднимался аромат лаврового листа, на большом блюде среди желтой кукурузы лежали куски розового мяса. — Едва ли все мои люди уместятся за этим столом, — возразила Санса. — Мы поищем другой зал, чтобы поужинать. — Леди Санса, вам следует прежде всего подумать о ваших детях, которые устали от долгой дороги, — назидательно произнёс септон Лотос, — а ваши воины смогут позаботиться о себе сами. — Наши воины тоже устали, — возразил ему Герион. — Несправедливо, если мы станем ужинать без них. — Можно принести ещё стульев из соседнего чертога, — предложила толстая леди, пытаясь скрыть улыбку. — Нам нужно умыться и снять пыльную одежду, — Санса посмотрела на усталые лица детей. Ей сейчас не хотелось вести светских бесед. Она бы с удовольствием съела пирог с рыбой, выпила брусничный морс и прогулялась в садике, который рассмотрела в окно. — Полагаю, это не займёт много времени, — Маргери не захотела понять её намёка. — Мирта, — обратилась она к служанке, — принеси ещё хлеба и чистую посуду. Мойра, добавь в супницу горячий суп. Санса кивнула людям за столом и направилась к двери из светлого дерева с резными наличниками. — Эти комнаты заняли мы с Ричардом и леди Фоссовей с дочерью, — призналась Маргери, переглянувшись с толстой дамой, — но если они тебе нужны, я прикажу освободить их. — Здесь есть другие комнаты? — Санса оглянулась на Селтигара. — В западном крыле были приготовлены комнаты для ваших детей, надеюсь, никто их не занял? — Селтигар сердито посмотрел на Маргери. — Кажется, нет, — неуверенно проговорила она. Они снова прошли по длинной галерее. — Лорд Варис сообщил мне, что с вами приедут ваши дети, — Селтигар распахнул двустворчатую дверь с витражом из разноцветного стекла. Большая светлая комната с высокими окнами глядела на водопад. — Здесь две спальни, одна для вашего сына, другая для девочек, — он указал на двери, так же украшенные витражом. — Здесь есть и другие комнаты, в которых ремонт почти закончен, — добавил он, — но боюсь, что вам и вашим людям придется спать на походных кроватях. — Не страшно, — улыбнулась Санса. — Спасибо вам. Вы проделали огромную работу. — Теперь я должен уйти, — коротко поклонился он. — Разве вы не останетесь на ужин? — разочарованно спросила она. — Прошу меня извинить, я должен помочь брату разместить в городе остальных лордов, — лорд Селтигар поклонился и покинул покои все тем же энергичным шагом.       Санса распахнула стеклянную дверь, и свежий воздух дохнул на неё. Она вышла на полукруглый балкон, не в силах отвести взгляд от завораживающего зрелища: прозрачная вода падала на дикий камень, клубилась мелкими брызгами, пенилась, словно морской прибой. Солнце играло в мелких брызгах, и радуга семицветной дугой парила над водопадом. — Мама, смотри! Улыбка богов! — услышала она голос дочери, которая вслед за ней выбежала на балкон.       Санса неохотно вернулась в комнату и устало опустилась на кушетку. Хамфри и Норри внесли сундук и нерешительно остановились у двери. — Оставьте его здесь, — Санса указала на простенок между дверями, — и найдите комнаты для себя. В горницу вошла девушка с большими янтарными глазами. — Вода, вода… — она кивнула на кувшин в её руках. — Как твоё имя? — Санса поманила её и забрала кувшин. — Ихтина, — девушка присела. — Принеси ещё воды, Ихтина, — приказала Санса. Служанка кивнула и поспешно выбежала из комнаты.

***

      Санса с детьми вернулась в трапезную, где её ожидала Маргери.       Её люди принесли ещё один стол и расставили вокруг него лавки, слуги подали чистую посуду и кувшины с элем, Лора и септа Анна достали остатки пирога с рыбой, сыр, отварные яйца и кувшин с брусничным морсом. Принц Оберин, переодевшийся в яркий халат, поставил на стол бутыль с дорнийским орнаментом. Едва Санса и её люди заняли места за столом, как Мирта принялась разливать в тарелки суп. — Что это? — скривилась Джоанна, когда служанка поставила перед ней бледную похлёбку, в которой плавал темно-фиолетовый лист базилика. — Это луковый суп, — улыбнулась Маргери. — У нас в Просторе летом всегда на ужин подают такой суп, —добавила она, бросив в свою тарелку горсть мелко порубленного желтого сыра. — Можно я не буду это есть? — нахмурилась Джоанна. — А что ты будешь? — спросила Санса. — Яйцо, — девочка взяла два яйца, одно из которых отдала брату. Санса украдкой взглянула на своих спутников, которые без удовольствия хлебали суп, в Винтерфелле в похлёбку добавляли морковь, репу или горох, да и свинина, оленина одичалых и даже лосось из Белой Гавани придавали ей насыщенный вкус. — Берта, возьми тоже яйцо, если хочешь, — предложила Санса сестре, которая неохотно съела несколько ложек супа. — Леди Санса, неужели вы до сих пор не объяснили своим детям, что отказываться от угощения неприлично, — укоризненно покачал головой септон Лотос, размешивая сыр в своей тарелке. — Признаться, прежде моих детей никто не угощал таким необычным блюдом, — виновато улыбнулась Санса. — Люди на Севере привыкли к простой еде, — Винафрид взяла из горки булку с маком и неуверенно зачерпнула ложкой суп. — Ходили слухи, что этой зимой люди на Севере голодали, — вздохнула Маргери, — одичалые, которым твой кузен позволил пройти через Стену, воровали детей в деревнях и варили из них похлёбку… — Вот уж не думал, что вы, леди Маргери, станете повторять этот вздор, — Оберин Мартелл покосился на двоих солдат из свиты Сансы, сидевших на краю стола. — Я бы и сейчас с большим удовольствием съел похлёбку из деревенского мальчишки, чем эту луковую бурду, — криво ухмыльнулся один из них. За столом все разом умолкли, рука мальчика, наливавшего вино, дрогнула и облила белую мантию септона, толстая септа и леди Фоссовей перестали жевать, рыцари Простора настороженно переглянулись, и лишь северяне продолжали стучать ложками, едва заметно ухмыляясь в густые бороды. — Как можно сажать за стол таких дикарей? — возмущённо прошипел септон. — У этих дикарей чести больше, чем у некоторых рыцарей, — буркнул Клиган. Санса протянула сыну Маргери, который уныло черпал суп, яйцо. Мальчик настороженно посмотрел на неё, а потом на септу. — Полагаю, септон Лотос, что вы тоже не объяснили сыну леди Маргери, что отказываться от угощения неприлично, — усмехнулся принц Оберин, кивнув рыжему мальчику, наполнившему его чашу розовым вином. — Ричард, возьми, — ласково проворковала Маргери. — Твоё платье… очень оригинальное, — решила сделать комплимент Санса, чтобы сменить неловкую тему разговора. — Это токар, — улыбнулась Маргери, откусив от булочки с маком. — Кезмия в Миэрине была портнихой, — она кивнула на служанку, — она и для тебя может сшить подобный наряд. Дейнерис носила такой, когда правила в Заливе Драконов. — Боюсь, что мне будет в нём неудобно, — возразила Санса. — Надеюсь, вы нашли комнаты для всех своих людей? — толстая леди кивнула служанке, которая забрала опустевшую тарелку и поставила перед ней чистую. — Да, — Санса отодвинула недоеденный суп и взяла кусок пирога с рыбой, — для Арьи, Винафрид и Бриенны мы поставили походные кровати в солярии, а воины заняли библиотеку. — А сама ты будешь спать с детьми? — Маргери протянула рыжему мальчику чашу, которую тот наполнил вином. — Нам пришлось перенести кровать Гериона в спальню девочек, — призналась Санса, — а я заняла его комнату. — Мы можем положить детей в одну постель с Ричардом, — предложила Маргери. — Кровать в его комнате довольно широкая. — Нет, Маргери, мои девочки не будут спать в одной постели с чужим мальчиком. — Зато они будут спать в одной комнате с братом, — ехидно проговорил септон Лотос. — Мои близнецы почти год лежали в обнимку в моей утробе, — Санса перевела на него сердитый взгляд, — может быть, септа и это назовёт инцестом? — Я ничего такого не имел в виду, — пошёл на попятную Лотос, положив на свою тарелку немного кукурузы и салат. Воины, сидевшие за столом, покончили с супом и принялись за мясо. — Конина, — проворчал Клиган, пытаясь прожевать жесткое мясо. — В Миэрине говядину и свинину считают варварской едой, — усмехнулся Гюнтер, — их повар наотрез отказывается готовить иное мясо, кроме конины. — Они ещё едят псину, — презрительно добавил один из рыцарей, покосившись на Клигана. — Надеюсь, этот суп был не из собаки? — Мартелл отодвинул почти полную тарелку и взял кусок пирога с рыбой. — Нет, — возразил Гюнтер, — это был заяц. Ещё утром он бегал в зарослях сада. — На острове очень много зайцев, — рассмеялась Маргери. — Прямо заячий остров. Санса заметила, как Герион и Джоанна переглянулись и нетерпеливо посмотрели в окно, словно надеялись увидеть пушистого зверька с длинными ушками. — Я вижу, вы, леди Маргери, привели с собой довольно много людей, — усмехнулся принц. — Бедная вдова с ребёнком нуждается в особой защите, — септон Лотос взял из вазы ветку винограда и положил несколько ягод в рот. — Сир Гюнтер вместе со своими людьми любезно согласился присоединиться к моей свите… — Маргери тоже взяла виноград. — Так это ваша свита заняла во дворце почти все гостевые комнаты? — Мартелл обвёл насмешливым взглядом рыцарей за столом. — Неужели вам, принц Оберин, нужна гостевая комната? — ехидно удивился Гюнтер. — Разве вам не достаточно удобно в покоях леди Старк? — Как это понимать? — Санса оставила недоеденный суп и сердито посмотрела на Хайтауэра. — Полагаю, тебя, Санса, можно поздравить? — хитрый взгляд Маргери задержался сапфире на груди Сансы. — Так вот почему вы задержались в Харренхолле… — она улыбнулась Мартеллу. — Что ты имеешь в виду? — Санса с удивлением заметала, как Маргери переглянулась с Хайтауэром. — Ты и принц Мартелл… — Ты ошибаешься, — возразила Санса. — Принц всего лишь любезно согласился присоединиться к моей свите, чтобы охранять моих детей. — Ваших детей или вашу спальню? — хмыкнул Гюнтер. — Как вы смеете! — вспылила Санса, гневно посмотрев на него. — Санса, ты не должна сердиться на моего дядю, — Маргери укоризненно посмотрела на Гюнтера. — Но боюсь, что ты не сможешь долго сохранить это в тайне… — О чём ты говоришь? — Разве это не очевидно? — рассмеялась Маргери. — Принц Оберин в твоей свите… мы видим сапфир и на твоей груди. Жаль я не увидела вашей свадьбы… — вздохнула она. — Это отец подарил сапфир матушке, — сердито перебил её Герион прежде, чем Санса успела что-то сказать. — Они поженились в Харренхолле. — А Оберин подарил маме лошадь, — добавила Джоанна. — Но это невозможно! — лицо септона покрылось гневными пятнами. — Я же сказал лорду Ланнистеру, что не дам разрешения на этот брак! — Я — северянка, — с вызовом ответила Санса, — если вы забыли, септон Лотос, и мне не нужно ваше разрешение, чтобы произнести клятвы перед Старыми богами. — Это возмутительно! Я это так не оставлю! — он поднялся из-за стола. — Вы не станете королевой. Все Великие дома отвернутся от вас… Он покинул чертог, сердито шаркая ногами и продолжая бубнить угрозы. — Ты, наверное, шутишь? — неуверенно спросила Маргери. — Если ты стала женой лорда Ланнистера, почему сейчас за столом рядом с тобой сидит не он, а принц Мартелл? — А почему рядом с тобой сидит лорд Хайтауэр? — Лорд Хайтауэр — мой дядя, и его люди всегда были вассалами дома Тирелл… а принц Оберин — не северянин, он даже не вассал Талли. — Разве дому Тиреллов никогда не служили рыцари из других Великих и малых домов, кроме их вассалов? — возразила ей Бриенна. — В свите миледи кроме принца есть и другие дорнийцы, а так же вассалы Ланнистеров, — она кивнула на Подрика и покраснела. — Вам, миледи, следует отослать дорнийцев, —Гюнтер отломил несколько ягод винограда и положил в рот, — чтобы не вызывать пересудов. — Полагаю, в таком случае Санса после ужина должна попросить и вас, сир Гюнтер, покинуть наш дом вместе со своими людьми, — с вызовом проговорила Арья, — чтобы не вызывать пересудов. — Санса, ты гонишь меня?! — на глазах Маргери выступили слёзы. — Нет, Маргери, — Санса поксилась на сестру, — вы с леди Фоссовей можете остаться, я говорю лишь о посторонних мужчинах… — Но дядя и его люди охраняют меня и Ричарда… — Зачем тебе охрана? Разве ты не доверяешь мне и моим людям?.. Маргери растерянно переглянулась с Гюнтером, после чего Хайтауэр поднялся из-за стола. Он холодно поклонился и покинул чертог вместе с рыцарями и мальчиком, который оставил на столе пустой кувшин. — Эдрик, — обратилась Санса к Дейну, — будь любезен, сегодня ты будешь чашником, наполни наши чаши. Юноша с готовностью исполнил её просьбу, разлив по чашам дорнийское вино. — Мне бы не хотелось с тобой ссориться, Маргери, — вздохнула Санса, — но твой дядя позволяет себе слишком неприятные высказывания. Боюсь, что, если бы я позволила ему остаться, он спровоцировал конфликт между моими людьми или между людьми Ланнистеров и Хайтауэров. — Я тебя понимаю, — Маргери отломила ветку винограда и протянула Гериону. Мальчик с благодарностью кивнул и поделился ягодами с сестрой и Робертой. — Напрасно ты поссорилась с септоном Лотосом, — вздохнула Маргери, опустив глаза, — он может и в самом деле отказаться провести коронацию. — Я не думаю, что септон Лотос посмеет отказаться провести коронацию, — возразил Оберин Мартелл, пристально посмотрев на порозовевшее лицо Маргери. — Возможно, он и попытается настроить кого-то из них против леди Старк, но даже ваш дядя, лорд Бейлор, не захочет снова начать новый спор ради другой королевы. — Если бы я стала королевой, мой дядя получил бы должность десницы или даже регента, — не удержалась Маргери. — И как долго вы бы позволили своему дяде занимать эту должность? — усмехнулся принц. — Кто после него должен был ее занять? Сын Бейлиша или Хардинг, может быть, кто-то из кузенов Ланнистера или один из племянников Харлоу? Дом Хайтауэров всегда был слишком осторожным, а вам, леди Маргери, нужны новые преданные рыцари, готовые не только служить, но и начать войну ради ваших амбиций. — Вы, принц, преувеличиваете, — улыбнулась Маргери, пригубив вино. — Я не хочу начинать новую войну. Конечно, Ричард должен был унаследовать земли своего отца, но я уверена, что, став королевой, ты, Санса, покончишь с этой несправедливостью… — Я думаю, что твой сын не сможет унаследовать ни Штормовые земли, ни Черноводные, ни даже Хайгарден, — возразила Санса, — тебе следует с этим смириться, Маргери, если ты и в самом деле не хочешь начать новую войну. — Благодарю за ужин, — Оберин Мартелл допил вино и поднялся из-за стола. Он поклонился Маргери и кивнул Эдрику и Герольду Дейнам, которые тоже поднялись со своих мест. — Куда это вы собрались? — остановила их Санса. — Разве я отпускала вас? Вы клялись мне служить, так будьте любезны исполнить эту клятву. — Возможно, нам следует оставить вас, чтобы исключить ненужные разговоры, — проговорил Герольд, переглянувшись с Оберином и Эдриком. — Теперь, когда леди Маргери знает, что я жена лорда Ланнистера, она перестанет распространять нелепые слухи о моей помолвке с вами, принц. И я надеюсь сплетни о том, что мы с вами любовники, тоже… — Санса с вызовом посмотрела на Маргери, которая прикусила губу. — Возможно, она доверяет вам больше, чем остальным моим людям. Помнится, в Красном замке вы были очень дружны. И теперь леди Маргери предпочтёт, чтобы именно вы охраняли её сына. — Что ты, Санса, я доверяю тебе и твоим людям, — возразила Маргери, — и я не возражаю, если Ричард станет играть и гулять вместе с твоими детьми, — улыбнулась она.

***

      В большом камине из белого мрамора, украшенного резьбой в виде цветущих лилий, тихо трещал огонь, наполняя комнату приятным теплом. Лора забрала фарфоровую чашу с грязной водой и пустой кувшин и вышла из комнаты. — Санса, ты тоже ложись спать, — септа Анна с тревогой посмотрела на её усталое лицо. — Я посижу с детьми. — Хорошо, — не стала спорить Санса. Она поцеловала близнецов и Роберту, погладила мягкую шкурку Вхагар, дремавшего на кушетке у камина, и вышла из комнаты. — Подрик, Герольд, — кивнула она стоявшим на страже мужчинам. — Вы, наверное, устали. — Наша стража до полуночи, — признался Подрик, — потом Торген пришлёт смену.       Она вошла в спальню. Лора стелила простыни на широкую кровать, которую откуда-то принесли Клиган, Харвин, Харклей и Норри. — Лора, ты нашла место, где будешь сегодня спать? — спросила Санса служанку, когда она закончила стелить постель. — Да, ваша милость, — кивнула женщина. — В таком случае иди отдыхай, — отпустила её Санса.       Она вышла на балкон. На улице наступила ночь. Дикий лес почти вплотную подступал к дому. Несколько факелов не могли разогнать черноту, окружившую дворец. Водопад журчал в ночной тишине. На перилах дремал ворон. — Я думал, ты ждёшь меня в постели, — Джейме неслышно подошёл сзади и обнял её. — Почему ты так долго? — она повернулась к мужу и с тревогой заглянула ему в глаза. — Пришлось помочь Марбранту и Давену найти место, чтобы поставить шатры, — он протянул ей ветку белой сирени. — В городе нет не только свободных домов, но даже места для шатров. — А как же Лансель и Киван? — она вдохнула нежный аромат. — Не волнуйся, в доме Тириона им достаточно удобно, — поспешил успокоить её Джейме. — Ты мог бы пригласить их к нам, мы бы нашли комнаты для твоих родственников. В крайнем случае поставили шатёр здесь, — она кивнула на садик с журчащим фонтаном. — Иногда мне кажется, что ты устала от общества моих родственников и хочешь уединения, — Джейме с нежностью коснулся губами её виска. — Уединение — это роскошь, которая нам почти недоступна, — вздохнула Санса. — Я уверен, что смогу иногда позволить нам эту роскошь, — он прижался к её губам сладким поцелуем. — Конечно, — прошептала она, прервав поцелуй. — Варис просил передать, что завтра после завтрака состоится заседание Малого Совета, — проговорил он. — Но я назначила в Малый Совет вместо себя лорда Селтигара, — возразила Санса. — Завтра Малый Совет будет обсуждать церемонию коронации и последующие за ней праздники, и твой брат настаивает на вашем присутствии. — Значит тебе придётся целый день провести с детьми, — с грустью улыбнулась она. — Не волнуйся, Сэм Тарли почитает им из Истории Вестероса, они это любят, септа Анна и Винафрид займутся с ними вышивкой, Харвин, Подрик и Клиган смогут вместе с ними обследовать лес за дворцом, а дорнийцы поиграют в кайвассу. — Боишься, что я один не справлюсь? — усмехнулся Джейме. — Не хочу оставлять их, — призналась Санса. — Я знаю, что все, кто их окружает, готовы умереть за них. И всё-таки мне тревожно. Слишком много людей собралось в городе, людей, у половины которых мы не знаем, что у них на уме, а другую половину мы не знаем вовсе. — Ты просто устала, — попытался успокоить её Джейме, — оттого твои тревоги. — Возможно, — согласилась Санса. Они замолчали, чёрный лес раскачивал своими кронами, словно мудрые старцы, водопад весело журчал в темноте. — Ты ужинал? — спросила она. — Может быть, желаешь перекусить? — Спасибо. Повар Тириона приготовил зайца и салат из моркови. Я слишком поздно вспомнил, что Крэб остался с людьми дяди, — виновато добавил он. — Леди Маргери была так любезна, что пригласила нас к себе на ужин. — Маргери Тирелл? — недоверчиво переспросил Джейме. — Она здесь? — Она и её люди заняли комнаты в восточном крыле, — призналась Санса. — Надеюсь, никто из них не посмеет потревожить нас ночью? — сердито проворчал он. — Может быть, поможешь мне раздеться? — игриво спросила она. — Как будет угодно моей королеве, — в тон ей ответил Джейме. Он подхватил её на руки и занёс в комнату. Две свечи, в серебряном напольном канделябре, словно две маленькие звёздочки, едва освещали большую спальню. — Я так скучал по тебе пока мы шли от Харренхолла… — прошептал он, распуская шнуровку на её груди. — Скучал? — удивилась Санса. — Но мы почти не расставались, ночевали в одной палатке… — И всё-таки ты всё время была окружена чужими людьми, эти бесконечные разговоры ни о чём, попытки Хардинга и Хайтауэра привлечь к себе твоё внимание… Я едва мог сдержать себя, хотелось убить их всех… — признался он. — Даже ночью мы не могли остаться наедине. — Ты ревнуешь меня к детям? — тихо рассмеялась она. — К детям, твоей сестре, леди Винафрид, Бриенне, септе, Торгену, Амберу, Клигану, Мартеллу… — В самом деле? Я не ожидала, что ты станешь меня ревновать, — она положила ладонь на его щеку, покрытую мягкой бородой. — Я — твоя, и принадлежу только тебе. Мы произнесли клятвы Старым богам, да и прежде… в той жизни, когда мне казалось, что я ненавижу тебя, мое сердце тоже принадлежало тебе, — она прижалась к его губам. Наконец Джейме справился со шнуровкой, и платье соскользнуло с её плеч на пол. Он опустил Сансу на постель и покрыл поцелуями её шею и плечи. — Ты забыл раздеться сам, — тихо рассмеялась она. — В самом деле? — в темноте хитро сверкнули его глаза. — Может быть, тебе помочь? — Я справлюсь, — он неохотно поднялся с постели и торопливо разделся, бросив свои вещи рядом с её. — Итак, миледи… — насмешливо произнёс он, — позволите ли вы мне сегодня лечь в вашу постель? Санса на мгновение смешалась, не понимая, что могут значить эти напыщенные слова. — Полагаю, вам следовало прислать ворона, милорд, — ответила она, надеясь, что он не заметит в темноте её смущения. — Постель! — вдруг каркнул ворон на балконе. — Вот и ответ, — прыснула она. Джейме торопливо залез на кровать и прижался к её губам, словно боялся, что она передумает и захочет его прогнать.