В постели с врагом

***

      Корона королевы покоилась на высокой подушке из красного бархата. Алые рубины и чёрные бриллианты вспыхивали в лучах утреннего солнца, заглянувшего в покои королевы сквозь высокое окно.       Варис признался, что корону привёз мейстер Пилос с Драконьего Камня. Он рассказал, что её изготовили по приказу Дейнерис для официальной коронации, но Сансе почему-то казалось, что это именно та корона, которой короновали Джоффри, а после него — Томмена. Оба короля недолго носили эту корону, а Дейнерис и вовсе так и не пришлось её надеть. — Тебе недолго придётся её носить, — попыталась успокоить её Кейтилин, когда Санса поделилась с ней своими страхами. — Я бы предпочла и вовсе обойтись без короны, — призналась Санса, неприязненно взглянув на корону. — Ты можешь приказать переделать ее, — предложила Кейтилин. — Пусть ювелир заменит рубины другими камнями или вовсе уберёт камни. — Я думаю, что Варис мне этого не позволит, — возразила Санса. — Да и другие члены Малого Совета будут возражать. — Ты — королева. Разве не в твоей власти решать, что ты будешь носить на голове? — Теперь уже нет времени что-то менять… — вздрогнула Санса. — Позвольте мне, — вдруг предложил Сирог Тенн, дежуривший у дверей. — Ты уверен, что сумеешь? — недоверчиво спросила Кейтилин. — Уверен… — Сирог взял корону и вышел из комнаты прежде, чем его успели остановить.       Утром корона снова сверкала на красной подушке, словно её никуда не уносили.       На первый взгляд она не изменилась, но потом Санса заметила, что в её основании появился дополнительный серебряный обруч, украшенный древними рунами, похожими на заросли колючего можжевельника. — Что это за рисунок? — спросила она у Тенна, который снова нёс караул у ее двери. — Это руны первых людей, — ответил он, пытаясь подавить зевоту. — Вы знаете их язык и письменность? — удивилась Санса. — Отец научил меня, а его учил его отец, ну и так далее… — И что здесь написано? — Санса провела тонким пальцем по рисунку. — Это защитные руны, которые воины наносят на оружие… — уклончиво ответил он. Санса снова положила корону на подушку и подошла к окну.       Внизу у ручья под присмотром Кейтилин и септы Анны гуляли Герион и Джоанна, к которым присоединились Роберта, Эддисон и другие дети. Джейме поставил среди деревьев полсотни солдат, которые должны были их охранять, но Санса больше надеялась на северян, Клигана и мальчишек-лучников, игравших вместе с детьми.       Громкая музыка лилась сквозь открытые окна чёрной пирамиды, словно из музыкальной шкатулки. Флейты и скрипки нежными голосами вторили серебряным струнам арфы и переливчатому звону колокольчиков, бархатный звук виолончели и тихий шёпот барабанов заставляли прислушиваться к невидимым музыкантам, из-под рук которых рождалась эта удивительная музыка.       Вереница людей, медленно поднимавшихся по наружным ступеням пирамиды, напоминала пёструю ленту из шёлка и парчи, расшитую золотом, серебром и драгоценными камнями, сиявшими в лучах летнего солнца. Внутри пирамиды были построены и другие лестницы и даже подъёмник, которым пользовался Бран и некоторые слишком тучные лорды, однако наружная лестница считалась парадной. — Ваше Величество, пора… — в гостиную вошёл Джейме и учтиво поклонился, пытаясь скрыть улыбку. Санса отвернулась от окна и кивнула фрейлинам.       Девушки, собравшиеся в её покоях, встрепенулись, словно стая чаек на воде, и засуетились, поглядывая на своё отражение в зеркалах, приглаживая волосы на безупречных прическах и поправляя несуществующие складки на платье.       По приказу Малого Совета все они сшили для себя наряды из белой парчи с золотым тиснением. Однако каждый из них соответствовал моде, принятой в их краях и вкусам самой девушки. Платье Винафрид Мандерли отражало традиции Севера — закрытое, с длинными узкими рукавами, расшитое янтарём, желтый камень блестел и в косах девушки, уложенных в высокую причёску. Наряд Анабель Хайтауэр, напротив, открывал и плечи, и руки, на груди девушки сияло роскошное изумрудное ожерелье, а светлые волосы свободно струились по плечам. Платье Гвинессы Аррен тоже было довольно открытым, но причудливые воланы закрывали вырез на груди и заменяли рукава, шею и высокую причёску девушки украшали лунные камни. Ворот и пышные рукава Таллы Тарли были отделаны волантийским кружевом, лента из чёрного бархата с бриллиантовой подвеской на белой шее напоминала о её трауре по отцу и брату. Туника Бриенны была похожа на длинный плащ с застёжками из голубых сапфиров, её короткие волосы были спрятаны под сеткой с такими же сапфирами, на груди девушки сиял большой бриллиант в золотой оправе, на поясе были пристёгнуты позолоченные ножны с коротким мечом. Подобную тунику сшили и для Арьи, но сестра упорно не желала носить титул принцессы и отказалась войти в зал вместе с другим фрейлинами. Зато к свите королевы присоединились младшая дочь лорда Вэнса Эмфирия и племянница Харлоу — Мерцания. Корсаж и рукава Эмфирии были расшиты речным жемчугом. Пояс и причёску Мерцании украшали перламутр и аметисты. Наряд Джой Хилл был самым скромным, без дорогих кружев и камней, единственным украшением был золотой медальон с рычащим львом на длинной золотой цепочке у неё на груди.       Для Сансы тоже приготовили новый наряд из белой парчи с серебристым рисунком, похожим на морозный узор, поверх туники с узкими рукавами она надела широкий пояс из валирийской стали, к которому пристегнула ножны с кинжалом.       Санса кивнула Бриенне, и девушка надела на её голову корону. Винафрид и Джой накинули на ее плечи длинную мантию из горностая с подкладкой из алого шёлка. Фрейлины подхватили длинный шлейф мантии, чтобы она не волочилась по полу, и вышли из комнаты вслед за Сансой.       Семь воинов с обнаженным оружием следовали за ней с двух сторон. Джейме предлагал выковать для её личной Гвардии доспехи из серебра, но Торген и Роган решили использовать кожу дракона, которая была крепче бронзы и железа. В чёрных чешуйчатых панцирях с бронзовыми наплечниками в виде листа чардрева и полушлемах с красным гребнем воины больше походили на солдат Ночного Дозора, чем на рыцарей Королевской Гвардии в доспехах, покрытых белой эмалью и белых плащах…

***

      Звуки музыки резко стихли, едва Уолдер Фрей и Эдрик Дейн распахнулись двери Тронного зала. — Санса — королева андалов, дотракийцев и первых людей! — объявил Артор Селтигар. — Да правит она мудро! — Да правит она мудро! — ответили ему сотни голосов. Казалось, что стены вздрогнули от этого звука, и знамёна Великих домов Вестероса, висевшие на стенах, заколебались, словно от порыва ветра.       Санса вошла в зал и взглянула на людей, выстроившихся вдоль длинного прохода, пытаясь разглядеть за взглядами и улыбками их истинные чувства. В самом ли деле они рады видеть в ней королеву, или это лишь искусные маски? Что, если среди них скрываются сторонники Маргери, которые считают, что трон должна занять она и её сын, и захотят силой устранить Сансу? Достаточно одного фанатика, готового пожертвовать собой… от точного удара кинжала не спасут даже преданные люди.       Впрочем, среди гостей было достаточно и тех, кому Санса могла доверять.       Вот приветливо улыбнулась Дженна Ланнистер в темно-бордовом бархате, расшитом золотом, с рубинами на шее и в волосах, рядом с ней Дорна в чёрном с золотым кружевом на вороте и рукавах, Лансель в темно-синем дублете и Рослин в голубом платье, отделанном белым домашним кружевом, Давен Ланнистер в алом дублете, расшитом золотыми львами, другие Ланнистеры в красных шелках и парче. Лорды Трезубца в синих и зелёных накидках, отороченных мехом, едва слышно перешёптывались с рыцарями Долины. Сэм Тарли среди северян, приехавших с Джоном, смотрел не на королеву, а на свою сестру. Взгляд Джендри Баратеона блуждал по лицам фрейлин в надежде увидеть среди них Арью. В куртке из чёрной замши, из ворота которой выглядывало белое кружево рубашки, он и сам притягивал взоры юных дочерей и сестёр лордов. Сзади него хмурился Роннет Коннингтон, мужчина поглаживал свои рыжие усы и с недоумением наблюдая за Бриенной, которая шла сзади Сансы. Лорды Простора настороженно поглядывали на дотракийцев, которых вместе с другими пригласили на этот приём, но в их взглядах не было враждебности. Несколько мальчишек-лучников вызывали интерес не только у жителей Простора, их необычные жилеты из конского волоса, расшитые яркими цветами и отороченные мехом белки или рыжей лисицы, их серебряные колокольчики, нарушавшие тишину в зале, и луки из драконьей кости, которые были выше самих лучников. Эти лучники сосредоточенно хмурили темные и светлые брови, пытаясь скрыть своё смущение и восторг. На лицах железнорожденных блуждала равнодушная скука. Яра Грейджой, несмотря на косые взгляды прочих дам, не изменила своим предпочтениям. Высокие сапоги из мягкой кожи и длинный кафтан из чёрной шерсти делали её похожей на остальных капитанов, лишь старинная позолоченная брошь в виде кальмара, приколотая к широкому воротнику, выделяла её среди них.        По бокам от высокого помоста толпились члены Малого Совета. В отличие от остальных гостей, их одежды были сдержанных тёмных тонов без лишних украшений. Даже Варис, который обычно предпочитал розовый или пурпурный шёлк, сегодня был в плаще из темно-синей шерсти. Только Баристан Селми в лёгких доспехах и белом плаще казался белой вороной среди этих воронов.       Королевский трон всё ещё не был готов, и вместо него на высоком помосте установили два кресла с высокой спинкой и резными подлокотниками, в одном из которых уже сидел Бран. Как обычно, он был одет в кафтан цвета дыма. Золотая цепь десницы блестела на его груди.        Санса поднялась по ступеням и заняла кресло рядом с ним.       Фрейлины, которые всё это время несли длинный шлейф мантии, опустили его, наконец, на пол и отошли в сторону, растворившись среди прочих гостей. Джейме и воины, сопровождавшие её, выстроились полукругом перед королевой и десницей. Четверо Безупречных в кожаных жилетах и шлемах внесли в зал большой ларец из красного кедра и поставили на невысокую каменную тумбу. Варис открыл ларец, и люди смогли увидеть три яйца дракона, которые лежали внутри. Тихий вздох восхищения пронёсся по чертогу, словно порыв ветра. — Прошу садиться! — объявила Санса. Не мотря на протесты некоторых членов Малого Совета и молчаливое неодобрение Брана, Санса настояла на том, что люди в зале должны сидеть, а не стоять, точно прислуга. Для членов Малого Совета сбоку от трона установили кресла, для остальных гостей в зале поставили стулья и лавки. — Тристан Мартелл — король Дорна и его жена королева Аллирия! — объявил Артор Селтигар, когда шум двигающейся мебели стих. В Тронный зал вошли Тристан и Аллирия, оба в одеждах из шёлка цвета дорнийских песков, широкий пояс и нагрудник короля украшали золотые щиты с дорнийским солнцем и копьём, в чёрных кудрях Тристана сияла корона. Это был широкий обруч из валирийской стали со вставками из рубинов квадратной формы. Золотая копия этой короны сияла в серебряных волосах Аллирии, ожерелье из изумрудов и бриллиантов украшало грудь королевы Дорна, на запястьях блестели золотые браслеты со вставками из самоцветов. — Корона дорнийского короля похожа на ту, что носил Эйгон Завоеватель, — услышала Санса шёпот Хайтауэра. — Та корона пропала во времена дорнийской войны, — напомнил Ломас Эстермонт. — Видимо, она не пропала, а лишь ждала своего часа, — усмехнулся Матиас Рован. Бран сердито посмотрел на мужчин, и они примолкли. — Мы рады приветствовать короля Дорна на праздниках в честь коронации королевы, — проговорил он, когда Тристан приблизился к трону. — Мы надеемся, что, несмотря на желание Дорна стать независимым государством, наши страны сохранят дружеские отношения. — Мы тоже на это надеемся, — шутливо поклонился Тристан. — Мне сказали, что мой дядя Оберин входит в свиту королевы, — он обвёл беглым взглядом воином рядом с троном, — но почему-то я не вижу его. Неужели он избегает встречи со мной? — Принц Оберин занят, — уклончиво ответила Санса. Она знала, что он и в самом деле избегал встреч со своим племянником, всё ещё испытывая вину за смерть своего брата. Зачем Тристан заговорил о своём дяде? Неужели он вернулся, чтобы схватить Оберина и отправить в Дорн, где сможет наказать его за мятеж, который спровоцировала его любовница Эллария и его дочери? Но он мог расправиться с ним ещё в Харренхолле… почему он этого не сделал там?.. — Прошу садиться, — Бран указал на два кресла, которые приготовили для Тристана и его жены. — Надеюсь, мой дядя здоров? — Тристан сел в кресло и закинул ногу на ногу. — Я бы не хотел узнать, что с ним что-то случилось, а вы скрыли это от меня. — Со мной всё в порядке, — послышался насмешливый голос Оберина с галереи, где разместились некоторые гости. Тристан порывисто встал и оглянулся, пристальный взгляд короля Дорна напряжённо следил за дядей, который торопливо спустился по лестнице и подошёл к нему. — Поздравляю вас, король Тристан, — с поклоном произнёс он. — И с чем же ты меня поздравляешь? — прищурился дорниец. Он придирчиво посмотрел на дядю, который, как и прочие гвардейцы королевы, носил чешуйчатую броню из кожи дракона без знаков своего дома. Только оружие в дорогих ножнах на боку имело гравировку в виде солнца, пронзённого копьём. — Дорн обрёл независимость и собственного короля. К тому же этот король нашёл среди своих поданных достойную королеву, — Оберин поклонился и Аллирии. — Жаль, что тебя не было на коронации, — усмехнулся Тристан. Недоверчивый взгляд Оберина метнулся к темным глазам племянника. — Я был уверен, что ты не желаешь видеть меня, — признался он. — Я не посмел испортить твой праздник и праздник всех жителей Дорна. — Я рад видеть тебя, дядя, — Тристан протянул ему руку, которую Оберин поспешно сжал. — Я слышал, ты был одним из тех героев, кто сражался в Рассветной битве в Близнецах. — В Рассветной битве участвовало довольно много воинов из Дорна, — напомнил Оберин. — К сожалению, некоторые из них погибли, — добавил он. — Мне жаль, что я не был там, — признался Тристан. — Смута, которая началась в Дорне после убийства моего отца, не позволила мне оставить наши земли… — Прошу садиться… — прервал их разговор Бран. Оберин отошёл к толпе гостей, а Тристан снова сел в кресло, взгляд дорнийца скользнул по открытому ларцу и застыл, три яйца дракона отразились в тёмных глазах короля Дорна. — Джон Старк — Король Севера! — снова объявил Селтигар.       В зал вошёл Джон в сопровождении десятка северян, бородатые, в накидках из волчьего меха они казались свирепыми дикарями. Однако это была всего лишь видимость. Все они были опытными воинами, прошедшими долгий путь войны, сражавшимися плечом к плечу вместе со своим королём. На голове Джона тоже была корона, это был обруч из бронзы, украшенный пиками в виде мечей и рунами первых людей. Они быстро приблизились к помосту. — Королева Санса, милорды, — улыбнулся Джон. — Мы рады приветствовать Короля Севера в новой столице Вестероса! Прошу садиться, — Бран кивнул на кресло, приготовленное для Короля Севера. — Мы подготовили договор о мире и торговле между нашими странами и хотели бы, чтобы вы подписали его сейчас, — предложил он. — К чему такая спешка? — удивился Мартелл. — Я бы хотел прочитать этот договор и посоветоваться со своими людьми. — В нём нет ничего особенного, — вдруг стал настаивать Бран. — Этот договор всего лишь формальность, которая закрепит статус наших стран, как трёх самостоятельных государств. — Тем более… — Тристан взял пергамент, который ему протянул Варис, и отдал одному из своих людей. — Если в договоре нет никаких срочных пунктов, то у нас, полагаю, есть время, чтобы с ним ознакомиться и внести в него свои предложения. Джон тоже взял лист с договором из рук Тириона, свернул в трубочку и протянул Рикону Рисвелу. Санса заметила, как нахмурился Бран, а Рован и Хайтауэр недовольно переглянулись. — Чтобы укрепить взаимное доверие между нашими странами, я бы хотела сделать королю Севера и королю Дорна подарки, — Санса поднялась из кресла и спустилась к Джону, который встал ей навстречу. — Джон, ты всегда был моим братом. Может быть, я была недостаточно хорошей сестрой, — она виновато улыбнулась, — но я всегда помнила, что в тебе, так же, как и во мне, течёт кровь Старков. И даже теперь, когда я знаю, что ты — не сын моего отца, а мой кузен, я всё равно чувствую эту связь между нами. И я хочу подарить тебе одно из этих яиц, ведь сестра должна делиться с братом своими сокровищами. Она достала из ларца белое яйцо, искрящееся серебром, и протянула Джону. — Это слишком дорогой подарок, — растерянно прошептал Джон, не смея прикоснуться к яйцу. — Разве эти камни дороже жизней людей, которые мы сможем спасти, если заключим мир? Санса вложила в руки Джона яйцо и достала из ларца другое яйцо дракона. — Король Тристан, — она повернулась к королю Дорна, который поднялся ей навстречу, — вы мне не брат и даже не друг, я вообще вас плохо знаю, — в зале послышались тихие смешки. — Но вам я тоже хочу подарить яйцо дракона, чтобы вы всегда помнили, что здесь, в Вестеросе живут люди, которые не хотят войны. Пусть оно будет символом нашей дружбы. — Хотите заключить вечный мир? — усмехнулся Тристан, принимая из рук Сансы дар. — Вечный мир — это иллюзия, — с грустью покачала головой Санса. — Всегда найдётся причина для взаимных подозрений и упрёков. Пусть этот мир продлится хотя бы семь лет. Предлагаю снова встретиться через семь лет, сложить эти яйца в один ларец и обсудить все недоразумения, которые возникнут между нами за это время. — Что же… считаю это предложение вполне разумным, — согласился Мартелл. — Полагаю, мы сможем семь лет удержаться от войны, — усмехнулся он. — Ты можешь приехать на Север, когда захочешь. Для этого не нужно ждать семь лет. Винтерфелл — твой дом, — напомнил Джон. — Мы тоже будем рады видеть королеву Сансу в Солнечном Копье, — добавила Аллирия. — Благодарю, — Санса одарила королеву Дорна улыбкой. — А теперь мы приглашаем всех пройти в Пиршественный чертог! — объявил Селтигар. Люди неспешно потянулись к выходу из зала, чтобы подняться на следующий ярус пирамиды, где уже были накрыты столы для пира.       Солнце цеплялось за край дальнего леса, словно не желало покидать небосвод.       Прощальные лучи пронизывали пиршественный зал золотистым светом, отражались от серебряной и позолоченной посуды, играли на гранях графинов и кубков из волантийского стекла. Обильное угощение на любой вкус ожидало гостей, готовое удовлетворить не только голод, но и самые разные вкусовые пристрастия. Здесь были молочные поросята, запечённые целиком с пряностями и травами, и грушевый бренди, который привезли из Черноводной Гавани, тушеная форель и овощи из Речных земель, вяленая оленина и темный эль из Штормовых, дары моря от железнорожденных, копченая рыба и козий сыр из Долины, пышный хлеб и амборское золотое из Простора, конина, зажаренная в меду с перцем, и кровяная колбаса дотракийцев, персики и молодое вино из Дорна, осетровая икра и холодный узвар северян.       На высоком месте установили стол для королевы и её высоких гостей. Здесь же расселись и члены Малого Совета и верховные лорды Вестероса.       Несмотря на недовольные лица некоторых лордов, Санса поманила Джейме к себе, чтобы он сел рядом с ней. — Королю полагается сидеть вместе с женой, — усмехнулся Тристан, заметив хмурый взгляд Брана, — королеве полагается сидеть рядом с мужем… Он положил яйцо дракона, которое ему подарила Санса, на стол между кувшином с вином и блюдом с красными персиками. Эдрик Дейн наполнил чаши мужчин красным дорнийским вином. — А где же королева Севера? — обратился Тристан к Джону. — Неужели вы до сих пор не нашли девушку, которая бы согласилась стать вашей королевой? — Северянки носят столько слоёв шерсти и кожи, что под ними не разглядишь самих женщин, — ухмыльнулся Арнольд Аррен. — Вы могли бы выбрать для себя жену среди фрейлин королевы Сансы, — добавил он, покосившись на свою сестру, сидевшую за соседним столом вместе с другими фрейлинами. — Я сомневаюсь, что ваши женщины захотят жить на Севере, — усмехнулся Джон, сделав глоток из чаши. — И, как вы правильно заметили, лорд Аррен, они привыкли носить тонкий шёлк и муслин, едва ли им понравится грубая шерсть и варёная кожа. — Я думаю, что для более тесного сотрудничества между нашими странами, необходимо, чтобы в столице постоянно находился человек, который станет представлять здесь интересы Дорна, — предложил Тристан после первого тоста. — Вы имеете в виду, ваш шпион, — улыбнулся Варис, оставив почти полный кубок и подцепив вилкой с большого блюда кусок тушёной форели. — Вы ведь понимаете, что мы всё равно оставим здесь своих людей, — не стал оправдываться дорниец, он взял с золочёного блюда кусок кровяной колбасы и полил его горчичным соусом. — Но будет честнее по отношению к вам и удобнее для нас, если он будет находится здесь официально. Он сможет пользоваться услугами мейстеров, чтобы отправлять почту, и мы будем в курсе новостей. Если возникнут вопросы, которые потребуют немедленного решения, то у вас будет человек, который станет говорить от нашего имени. — И кто же будет этим человеком, которому вы доверите говорить от вашего имени? — с интересом спросил Бран. Он кивнул Джону, который положил на его тарелку кусок свинины с овощами. — Я бы хотел, чтобы этим человеком стал мой дядя, — признался Тристан, едва взглянув на Оберина, сидевшего вместе с несколькими гвардейцами на краю соседнего стола. — Ты доверяешь мне? — удивился дорниец, услышав слова племянника. — Ты совершил много ошибок, которые привели к роковым последствиям, но я уверен, что для тебя, как и для меня, интересы Дорна важнее личных обид. — Едва ли это возможно, — возразил Оберин, покосившись на Сансу. — Я дал клятву служить леди Ланнстарк и должен буду следовать за ней туда, куда она прикажет. — Вот как… — нахмурился Тристан. — Я надеюсь, что в наших общих интересах королева освободит вас от данных ей клятв, — произнёс Бран, даже не взглянув на Сансу. — Мы создадим в городе посольства Дорна и Севера, чтобы вести более тесное сотрудничество с нашими соседями. Тебе, Джон, тоже следует оставить несколько своих людей, — добавил он, взглянув на Джона. — Хочешь, чтобы мы оставили тебе заложников? — возразил Джон, покосившись на своих людей. — Эти люди не будут заложниками, — нахмурился Бран. — Они станут голосом своего короля. — Зачем нам голос чужих королей? — возразил ему Хамфри Хайтауэр. — Когда на Принцевом перевале появятся воины Дорна, голос короля сумеет предупредить нас, что это всего лишь торговцы и их охрана, и мы не совершим роковых ошибок, которые могут привести к войне между нашими государствами, — ответил Бран, сердито взглянув на Хайтауэра. — А если они обманут нас и нападут на Марки? — не сдавался Хамфри. — А если случится конфликт на границе, то голос короля объяснит нам, в чём причина этого конфликта, и мы сможем найти мирное решение, а не прибегать к оружию. — Не проще ли поставить на границе армию? — проворчал Хамфри Хайтауэр. — Присутствие солдат скорее отпугнёт непрошенных гостей… — Кроме Дорна и Севера есть и другие страны, готовые грабить наши земли и уводить в рабство наших людей, — с раздражением напомнил Киван Ланнистер. — Если наши солдаты будут стоять на границах с Дорном и Севером, любой разбойник из-за Узкого моря захочет поживиться за наш счёт. Разве нам не достаточно нападения на Черноводную Гавань армии Залива Драконов, чтобы понять это? Негромкая музыка послышалась с галереи, несколько танцовщиц в прозрачных одеждах выпорхнули на середину зала, заставив людей замолчать. Санса заметила, что Король Дорна почти не смотрит на танец девушек, его пристальный взгляд был сосредоточен на яйце. — Я вижу, что вам понравился мой подарок? — тихо спросила она. — О да… — согласился с ней Тристан, отправив в рот хлеб с намазанной на него икрой. — Я всегда мечтал иметь собственное яйцо дракона, — признался он. — Ещё лучше увидеть настоящего дракона. Мои люди рассказывали, что вы, Джон, были всадником одного из драконов Дейнерис… — Это правда, — признался Джон, прожевав кусок жёсткой конины. — Иногда я сожалею, что больше никогда не смогу взлететь к небу верхом на драконе, — мечтательно добавил он. — Ощущение полёта ни с чем не сравнишь… Он сделал несколько глотков из кубка и взял из горки крендель, обсыпанный маком. — Кажется, я пропустил всё самое интересное, — Тристан отправил в рот щупальца кальмара, маринованные в винном уксусе с острым перцем. — Теперь я уже никогда не увижу ни Белых Ходоков, ни драконов… — Я надеюсь, что никто больше никогда не встретится с этими чудовищами… — Санса кивнула Эдрику, наполнившему её чашу холодным узваром. — Королева Санса, вы не боитесь, что из яиц, которые вы подарили королю Тристану и королю Джону, вылупятся драконы? — раздался насмешливый голос Гаррольда Хардинга. — Теперь это забота Короля Севера и Короля Дорна… — рассмеялась Санса. Она положила на свою тарелку форель с овощами, а Джейме — кусок нежной свинины и салат из яйца с сыром под чесночным соусом. — А если Джон или Тристан оседлают своих драконов и попытаются напасть на Вестерос? — не сдавался Хардинг. — Ведь Мартеллы — дальние родственники Таргариенам, а ваш брат Джон и вовсе наполовину Таргариен. — Они могли получить корону Вестероса, не проливая кровь своих людей и не надеясь на силу дракона, который ещё даже не вылупился из яйца… — сердито перебил его Бринден Талли. Выступление девушек закончилось, и в зал вышли несколько музыкантов, которые затянули под дудки и лютню песню о походе на Север. — Надеюсь, ты вернёшься в Дорн вместе с нами, Эдрик, — Аллирия протянула племяннику кубок, чтобы он наполнил его тем же напитком, который пила Санса. — Нет, — возразил Эдрик. — Я останусь. — Неужели наследник Звездопада вступил в Королевскую Гвардию? — с удивлением спросил Тристан, разглядывая куртку Дейна вблизи. — Эдрик, как и прочие солдаты в моей Гвардии, не давал клятвы, — призналась Санса. — После праздников королевский титул в Вестеросе будет упразднён, а следовательно, и гвардия будет распущена. Эдрик, ты сможешь вернуться домой. — Я не могу пока вернуться, — снова возразил Эдрик. — Почему? — растерянно спросила Санса. — Сир Джейме Ланнистер обещал сделать меня своим оруженосцем… — он покосился на Ланнистера. — Зачем тебе это? — возразил Джейме. — Ты — уже рыцарь. Беррик Дондаррион посвятил тебя ещё до война с Белыми Ходоками. — Но вы обещали… — упрямо повторил Дейн. — Конечно… ты можешь остаться, — неуверенно согласился Джейме. — Я думаю, король Дорна не станет возражать, если ты останешься ещё на пару лет в Вестеросе прежде, чем вернёшься в свои земли. — Ну, если только на пару лет, чтобы освоить уроки фехтования от лорда Ланнистера, — усмехнулся Тристан, отправив в рот кусок острого сыра с белой плесенью. — Я вижу, что мои люди довольно преданы вам, королева Санса. — Сир Джейме служил вместе с дядей Эртуром, — Эдрик виновато посмотрел на Мартелла, — я хочу, чтобы он научил меня тому, чему учил его дядя… — Значит, причина в твоём дяде? Меч Зари был самым легендарным рыцарем за всю историю Вестероса, — Тристан сделал глоток с кубка. — Он не сражался с Белыми Ходоками одной рукой, — вдруг возразил ему Эдрик. — Не он убил Короля Ночи… — Он жил в другое время, — попыталась смягчить слова Дейна Санса. — Конечно… — согласилась с ней королева Аллирия, которая с недоверием глядела на кровавую колбасу, но так и не решилась ее попробовать, а вместо неё положила в рот кусок острого сыра. — Сир Баристан Селми тоже служил с твоим дядей, — напомнил Джейме. — И он принимал участие в войне с Белыми Ходоками. Ты сам сражался не хуже своего дяди… В отличии от королевы Дорна он с удовольствием откусил от колбасы. — Сир Баристан слишком занят… Эдрик снова наполнил вином чаши короля Дорна и короля Севера и отошёл, чтобы наполнить чаши других гостей за столом. — Что это за доспехи надеты на солдат вашей Гвардии? — спросил Тристан, проводив взглядом племянника своей жены. — Очень похоже на кожу львоящера, но, насколько я знаю, они не бывают такими чёрными и уж тем более не имеют красных гребней… — Это кожа дракона, — призналась Санса, она отломила от длинной булки маленький кусочек и положила на него икру. — Кожа дракона? — удивился Тристан. Очередной певец закончил исполнять длинную балладу о Долгой Ночи, и на середину зала выскочили дотракийцы. По-видимому, им надоело сидеть за столом и слушать песни на языке, который они плохо знали, поэтому двое из них принялись стучать в барабаны, а остальные устроили дикие пляски, выкрикивая воинственными голосами непонятные слова. «Только бы они не стали убивать друг друга и гостей», — с тревогой подумала Санса. — Чтобы наградить защитников Красного замка за доблесть, проявленную во время нападения на замок, я приказала извлечь рёбра из дракона, лежавшего в Тронном зале Красного замка, — призналась она, виновато взглянув на Джона. — Может быть, вы обратили внимание, что у некоторых воинов появились новые луки из драконьей кости? — Да я видел у них такие луки, но я не знал, что они новые, — Тристан с интересом наблюдал за странным танцем этих необычных воинов. — Чтобы добраться до драконьей кости, моим людям пришлось разрезать шкуру дракона… — Санса отломила ещё кусок хлеба и, намазав на него ложку икры, положила его на тарелку Джейме, который сразу отправил его в рот. — Я слышал, что кожа дракона крепче железа, не всякий скорняк может с ней справиться, — Тристан сделал глоток из кубка. — А с годами она становится крепче камня… — Этот дракон погиб совсем недавно, — вздохнул Джон, он наполнил свою чашу из кувшина с узваром. — Я убил его после того, как он сжёг город почти со всеми его жителями… — Вот как? — Тристан с интересом посмотрел на короля Севера. — Ты не должен сожалеть об этом, — Санса коснулась руки брата, — если бы он остался жив, Дейнерис сожгла бы половину Вестероса. Она и без дракона сжигала людей… — У неё было три дракона, которых она называла своими детьми… и все они погибли здесь, в Вестеросе… А последнего убил я… — Джон отодвинул от себя тарелку, — я был в ярости. Мы с Арьей нашли твой плащ и твою подвеску и подумали, что ты погибла в огне вместе с другими… — Ей следовало остаться в заливе Драконов и править там, тогда бы ее драконы были бы до сих пор живы, да и она тоже… — Санса тоже отодвину от себя тарелку. — Её драконы помогли нам в войне против Белых Ходоков… — попробовал возразить Джон. — Первый из них погиб за Стеной, когда она прилетела, чтобы спасти нас. — Ты пошёл туда, чтобы принести доказательства, что ходячие мертвецы существуют, — напомнила ему Санса. — А кому нужны были эти доказательства? Серсея всё равно предала нас, — Санса виновато посмотрела на Джейме, но тот лишь согласно ей кивнул. — Дракон, который погиб за Стеной, возродился, Король Ночи оседлал его и разрушил Стену, которая защищала нас восемь тысяч лет… Не было бы драконов, и Король Ночи вместе со своей армией мертвецов остался бы за Стеной… — Думаешь, он не нашёл бы способ обойти её? — с сомнением спросил Джон. — Я не знаю… — призналась Санса. Она взяла с подноса большой персик и с удовольствием вдохнула его аромат. Дотракийцы закончили пляски, к счастью, так и не обнажив оружие, и на смену им вышел новый певец…       Пир затянулся до глубокой ночи. В прежние времена Санса смогла бы покинуть его под благовидным предлогом или вовсе без объяснений, но теперь статус королевы не позволял ей оставить своих гостей.       Наконец люди устали, иные заснули прямо за столом. Тристан с Аллирией и Джон покинули Пиршественный зал, после них и Санса смогла уйти. Усталые фрейлины шли следом за ней, с трудом сдерживая зевоту. — Винафрид и Джой, останьтесь. Вы поможете мне раздеться. Завтра со мной будут Гвинесса и Эмфирия. Остальные пусть отдыхают, — приказала Санса. — Сидеть целый день в Тронном зале и выслушивать жалобы просителей вам всем не обязательно. Будете нести эту повинность по очереди. Талла и Винафрид, вы завтра вместе с Кейтилин погуляйте с детьми и позанимайтесь с ними историей и вышивкой… А сейчас идите спать, — отпустила она девушек.       Джейме вошёл в спальню, когда Санса уже переоделась в ночное платье, распустила волосы и заплела их в две косы. — Спокойной ночи, — отпустила она фрейлин. Девушки поспешно покинули спальню, раскланявшись с Джейме. — Лорды Малого Совета будут недовольны, что ты одарила Старка и Мартелла драконьими яйцами, — проговорил Джейме, когда дверь за ними закрылась. Он позволил Сансе расстегнуть куртку из толстой шерсти, которую надевал под доспехи. — Ну, теперь они не смогут отнять их у них, — пожала плечами Санса. — Надеюсь, король Дорна и в самом деле хочет заключить с нами мир, — она с надеждой посмотрела на мужа, словно от него зависело решение Тристана. — После такого подарка он должен стать самым преданным нашим союзником… — усмехнулся Джейме. — Тристан должен понимать, что теперь мы не обязаны защищать его земли, если наёмники из Вольных городов или залива Драконов попытаются напасть на него. Ему следует сторожить своё побережье… для него выгодно, чтобы Вестерос был его союзником, а не врагом… — добавил он уже серьёзно. Санса зажгла курильницу, и комната наполнилась ароматом соснового леса. — Что это? — спросил Джейме. — Янтарное масло. Джон по моей просьбе привёз с Севера. Квиберн сказал, что оно поможет справиться с приступами кашля, — Санса помогла ему избавиться от протеза. — Ты же знаешь, что моя болезнь неизлечима… — Это не значит, что мы не станем с ней бороться, — возразила Санса. Она открыла баночку с персиковым маслом, чтобы смазать руки — Ты устала? — мужчина с сочувствием посмотрел на свою жену. — Ужасно, — призналась Санса. — У меня даже нет сил сходить к детям. — Они уже давно спят… — Я не видела их с самого утра, — вздохнула Санса. — Может, тебе завтра остаться с ними? — предложила она, намазывая маслом руки мужа. — Хочешь избавиться от меня? — усмехнулся он, переплетая пальцы своей руки с её пальцами. — Мне спокойнее, когда ты рядом с ними… — Что ещё прикажет моя королева? — пристальный взгляд изумрудных глаз мужчины не отрывался от неё. — Приказываю поцеловать меня и уложить в постель, — прошептала она. — Это самый лучший приказ, который я получал за всю жизнь. Он нежно обнял её и прижал к себе, покрыл поцелуями лицо и шею, легко поднял на руки и отнёс в кровать, лёг рядом с ней и укрыл обоих покрывалом и шкурами.       Бледный свет луны скользнул в узкую щель между шторами и заиграл на красных и чёрных камнях короны, отдыхавшей на бархатной подушке.