В шаге от пропасти

Чеви Мускул мчался по узким улочкам. Я выжимала газ и входила в повороты на скорости. Машину вело. Кровь во мне вскипала от злости, пропитанной досадой и отчаянием. Глухая боль отравляла сознание, вместе с тем давая мерзким, отвратительным мыслям липкими лапками проникать в разум, вынуждая ощущать гнилую радость, отдающую смрадом. Он бросил ее. Взял и бросил. Жестоко. Без особых объяснений. Наигрался и бросил. А она… Она во всем обвинила меня. Ведь это так просто, обвинить во всем сестру, потому что до ее приезда все было прекрасно. И что я делаю вместо того, чтобы послать все к черту и вправить Лике мозги? Что я делаю — еду к Майклу? Зачем я это делаю? Ради нее или ради себя? Господи, как же отвратительно я себя ощущаю. Резко затормозив, я вышла из машины, ненамеренно хлопнув дверцей, привлекая к себе внимание нескольких любопытных пар глаз. Я осмотрелась, отмечая, что сегодня здесь было крайне оживленно. Громко играла музыка, прерывающаяся от шума моторов. Вокруг происходила неведомая суета. Парни перекрикивались, обменивались инструментами. Кто-то умудрялся газовать, поднимая за собой клубы пыли. Мне стало не по себе и я поежилась. Крепко обняв себя руками за плечи, вдалеке я заметила Майкла, натирающего капот форда. Я направилась к нему, игнорируя настойчивое желание свалить отсюда как можно скорее. Толпы парней и полное отсутствие девушек нервировали меня. Весь мой боевой настрой растворился на глазах. Я не заметила, как снова начала выкручивать пальцы, со страхом оборачиваясь. — Здравствуй, Майкл, — прокашлявшись, поздоровалась я, но от парня не последовало никакой реакции. — Привет, — постучав по машине, повторила, отмечая, как вздулись вены на его руках. — Ну, здравствуй, — оторвавшись от своего занятия, раздраженно проговорил парень, сложив руки на груди, с вызовом посмотрев на меня. Он был зол. В его глазах хлестала ярость. Я неосознанно отступила, сделав шаг назад, а тьма поглотила его радужку окончательно. — У меня мало времени. Если тебе что-то нужно, то говори, — процедил он, а его губы сложились в одну прямую линию. — Ты не можешь с ней так поступить, — хрипло проговорила я, едва выдавив из себя эти слова. — Разве? — вскинув брови, спросил шатен, поправив челку. — Она мне больше неинтересна. Зачем мне тратить на нее свое время? — Я не понимаю, — нахмурившись, отозвалась я, а он сделал шаг в мою сторону, обогнув меня, вынудив опереться о дверцу. — Что именно ты не понимаешь, Анита? — процедил Майклсон, поставив руки с двух сторон от меня, наклонившись сверху. — Хочешь залезть мне в душу? Хорошо. Без проблем. Я расскажу все как есть. Ведь у тебя на это духу не хватит. — Послушай, Майкл, — попыталась остановить его я, но он не позволил мне этого сделать. — Это ты послушай, Тейлор, — грубо прервав меня, бросил парень, а мое сердце едва не проломило грудную клетку. — Ты серьезно пришла просить меня, чтобы я помирился с твоей сестрой?! Да что с тобой не так?! — скривившись, добавил. — Ты же знаешь, что я к ней ничего не чувствую. Знаешь и хочешь ее этому подвергнуть? — Но ты ведь спал с ней! — на эмоциях выкрикнула я, тут же прикрыв рот ладонью. Я не должна была этого говорить. — Для того чтобы спать с кем-то, необязательно питать глубокие чувства, — нахмурившись, склонив голову набок, как неразумному ребенку пояснил Майклсон, а его ладони сжались в кулаки. — Ты ведь взрослая девочка, должна это понимать. — Ей семнадцать, Майкл. Ей всего семнадцать. Ты ее первый мужчина… — Первым мужчиной я был у тебя, но не у нее, — фыркнув, прервал он, а я оторопела от его слов. — Да, Анита. Да! Я не был у нее первым. И даже не вторым. Так что не беспокойся о ее чувствах. Думаю, у нее это быстро пройдет. Она не такая, как ты. Ни на йоту не такая. — Ты ничего не знаешь о ней, — едва выдерживая его взгляд, прошептала я. — Я? — откинув голову назад, Майкл засмеялся. — Я знаю о ней намного больше твоего, — наклонившись ко мне, прямо смотря в мои глаза, проговорил парень, а я шумно сглотнула, ощущая его дыхание на своей коже. — Езжай домой, Тейлор. Уверен, у тебя есть дела поважнее, чем уговаривать меня быть с твоей сестрой. Как же абсурдно это звучит, — взъерошив волосы, добавил он, отступая, давая возможность мне пройти. Я стремительно направилась к своей машине. Ощущая себя окончательно разбитой. Подавленной. И просто дурой. Чего я старалась добиться? Чтобы Майкл вернулся к Лике? Правда? Именно этого я хотела добиться? Мне нечего было сказать на его заявления. От моего запала не осталось и следа. Злость улетучилась, жалость растворилась. Бешеное рвение что-то доказать, в первую очередь самой себе, провалилось в бездну вместе с остатками самообладания. Все эмоции сошли на «нет». Я ощущала себя опустошенной. Выжатой до последней капли. Готовой кричать во весь голос на повторе «ХВАТИТ»! Ровно до тех пор, пока не увидела Бентли цвета запекшейся крови, остановившийся всего в нескольких метрах от Чеви Мускул. Весь мир замер. Сердце предательски ухнуло вниз. А ноги отказывались меня слушаться. Они словно вросли в землю, цепляясь за нее корнями. Дышать стало тяжело. Разум атаковала паника. Раздался хруст. Я почти что вывихнула себе палец, кусая губы едва ли не до крови. Он не мог быть здесь. Кто угодно, но только не он. Он не мог найти меня так далеко. Это невозможно. Он ничего не знал обо мне. Ни имени. Ни фамилии. Ни каких-либо других реальных данных. Так почему же он здесь? Что он здесь делает? Дверца автомобиля открылась, из салона авто вышел достаточно высокий, поджарый мужчина. Одетый в дорогой костюм, обутый в начищенные ботинки из змеиной кожи. Он демонстративно поправил галстук, посмотрев на золотые ролексы на левой руке, после чего окинул высокомерным взглядом вымазанных в масле парней, все еще копающихся в спортивных машинах. Этот мужчина появлялся в моих снах довольно часто. Ему всегда сопутствовали кромешный мрак и ужас. Он снился мне в кошмарах. С самодовольной, истязающей ухмылкой, сверкая белоснежными зубами, брезгливо рассматривая мою хрупкую фигуру, покрытую синяками вдоль и поперек. Он был монстром во плоти. Монстром, от которого следовало бежать. Бежать как можно быстрее. Вот только я по-прежнему находилась на месте и смотрела, смотрела на него, а ведь он в любую секунду мог обернуться, мог заметить меня и тогда… Господи, что тогда?! Он заберет меня? Похитит на виду у всех?! Что он сделает? Лучше мне этого не знать. — Анита? — вопросительно проговорил Майкл, едва коснувшись моего плеча, поймав растерянный, испуганный взгляд. — Ты его знаешь? — напряженно спросил. — Эй! Ты его знаешь?! — уже более требовательно добавил, не услышав ответа. Майклсон встал передо мной, загораживая мне взор на мужчину, обращающегося к какому-то белобрысому парню. Он словно отсек зрительный контакт, и мне стало легче. Я снова начала дышать: судорожно и как-то обреченно. Его появление здесь не предвещало ничего хорошего. — Да, — едва сумела промямлить я, отчаянно хватаясь за руки парня, ощущая, как паника пробрала меня до костей. — Пожалуйста, увези меня отсюда! — едва ли не взмолилась, прямо смотря в его глаза полные скептицизма, перетекающего в тревожное переживание. — Прошу… — Иди в машину: медленно и без резких движений, — накинув на меня толстовку с капюшоном, проговорил Майкл, словно проникся моим состоянием. — Дай мне пару минут, и я увезу тебя отсюда. Мне нужно отдать Джареду ключи от склада. Кивни, если поняла. И я кивнула, кутаясь в мягкую ткань толстовки, вдыхая полной грудью древесно-пряный аромат мужского одеколона. Каждый шаг давался с такой тяжестью, словно ноги налились свинцом. Я едва добралась до его машины, ощущая себя так, будто тело мне не принадлежало. Постоянно одергивая себя, чтобы не обернуться. Дрожащими руками я отворила дверцу и забралась внутрь, вынуждая себя размеренно дышать, устраняя раскалывающую сознание боль. Тонкие пальцы сами по себе впились в коленки с такой силой, что они онемели, но я едва это чувствовала. Боль больше не отрезвляла. Не давала возлагаемого на нее эффекта. Стала совсем незначительной. Мой растерянный взгляд впивался в фигуру Майклсона, направляющегося к Джареду, разговаривающему с монстром. Всего несколько минут, и лицо шатена потеряло всякое дружелюбие. Его взгляд стал тверже, а губы сложились в одну прямую линию. Каждая видимая мышца на его теле напряглась, в то время как Джаред все еще держал на лице доброжелательную улыбку. Я понятия не имела, о чем они могут говорить, но чем дольше Майкл находился рядом с ним, тем сильнее дрожь пронимала мое тело в страхе неизвестности. Я обняла себя за плечи, чувствуя, как меня колотит изнутри. В одно мгновение стало так холодно, что я с головы до ног покрылась гусиной кожей, постукивая зубами. — И кто он? — заняв водительское кресло, стараясь не выдавать свое раздражение, безразлично спросил Майкл, пристегиваясь. — Я не могу сказать, — несмело отозвалась я, нервно выдыхая, когда мы выехали со стоянки в сторону города. — Неужели? — бросив на меня короткий, но крайне красноречивый взгляд, сказал Майклсон, а у меня перехватило дыхание. Он не мог. Он не мог рассказать этого. И ничего из того, что было. НЕ МОГ! — Ты обручена с ним?! — не дождавшись моего ответа, едва ли не прорычал парень, выжимая педаль газа, набирая скорость. — Что?! Нет! — воскликнула я, запуская пальцы в волосы. Кажется, сейчас я была похожа на нервнобольную, но меня совершенно не волновал мой внешний вид. Я могла думать только о человеке, оставшемся на парковке, непременно способном вычислить меня в любой момент и вновь затащить в свое логово. Я должна была бежать. Бежать как можно скорее. Без оглядки. Мне не нужно было возвращаться сюда. Это было глупо. Все было глупо. Эти склоки. Споры с сестрой. Затея по возобновлению дома. Нужно было продать его в том состоянии, в котором он был. Нужно было похоронить отца и сваливать отсюда тот час же. А что теперь? Я ничего не успела. Ничего не сделала. И даже не продумала путь к отступлению. — Он назвал тебя своей невестой. Сказал, что тебя запугали, и тебе пришлось уехать так, чтобы он об этом ничего не знал. У него были какие-то проблемы с бизнесом, но теперь все в порядке, — смотря прямо перед собой, с силой сжимая руль, лишенным всяких эмоций голосом сказал Майкл, а я ошалевшим взглядом смотрела на него. — Он хочет забрать тебя домой. — Нет! Нет, нет, нет! — заговорила я, как заведенная, расцарапав внутреннюю часть ладони. — О Господи, Анита! Что ты делаешь?! — Майклсон выжал тормоз, машина резко остановилась, а я почувствовала запах горелой резины. — Что ты мать твою делаешь?! — перехватывая мои руки, требовательно вопросил он, а его зрачки в страхе мельтешили в темнеющей радужке. Я впервые видела, чтобы он испугался. Так сильно испугался и все из-за меня. А ведь я даже не решусь сказать ему правду. Всю ту горькую правду, которой мне приходилось давиться на протяжении последних четырех лет. И которая до сих пор преследует меня, не давая и глотка свежего воздуха. Никогда и ни под каким предлогом. Я не смогу рассказать ему. Я не смогу вынести этого унижения. — Скажи мне, кто он? Я обещаю, мы решим эту проблему, — взяв мое лицо, словно чашу в ладони, размеренно проговорил Майкл. — Я не рассказывал тебе, но и ты не давала мне повода, — доверительно дополнил, а я прямо посмотрела в его глаза. — Мой отчим полгода назад занял пост мэра в Когтегаме. Это огромный город, в котором полно возможностей. Поверь мне. В его руках сосредоточена такая власть, что никакой клоун на Бентли тебе не страшен. Он может быть кем угодно, но там он тебя не достанет. Мы прижмем его. Просто скажи мне, кто он и что он от тебя хочет? Упоминание об отчиме Майкла отдалось глухой болью в районе сердца, а в желудке зародились рвотные позывы. Возможно, тому причиной был стресс. Точно я этого не знала, но едва успела открыть дверцу Мустанга, перед тем, как меня вывернуло наизнанку соком, выпитым с утра. В этот раз я была рада тому, что забыла поесть. Полный желудок сейчас оказался бы совсем некстати. Подав мне салфетки, Майкл посмотрел на меня таким жалостливым взглядом, что мне стало противно от самой себя. Это единственное на что я была способна — вызвать жалость. Что ж, браво, пора себе похлопать за свою неосмотрительность и наплевательское отношение к будущему, на котором я собственноручно поставила крест. Возможно, стать любовницей влиятельного человека было бы не так плохо? Сейчас бы мне не нужно было думать ни о чем. Не нужно было убегать от психа с садистскими наклонностями. Не нужно было врать Майклу и пользоваться той толикой хороших чувств, что остались в нем. Не нужно было терзать его раны. И не нужно было бы ссориться с Ликой. В ключе занятой девушки, скорее всего, она смотрела бы на меня иначе. Не нужно было бы продавать дом. Я бы могла не спеша его отреставрировать. И похоронить отца я могла со всеми почестями, с охраной за плечами. А что сейчас? А сейчас я сижу в машине парня, на которого мое сердце реагирует как ни на кого другого. Смотрю в его глаза и понимаю, что когда он узнает обо всем, то в его глазах от жалости и беспокойства не останется и следа. Ненависть заполонит его рассудок, как и отвращение. Нервный смешок вырвался из моей глотки, а уголки губ приподнялись. — Почему ты улыбаешься? — хмурясь, совсем не понимая моей реакции, спросил парень, а я ощущала себя на грани сумасшествия. — Я впервые вижу тебя таким растерянным, Майкл, — глухо отозвалась я. — Зато для тебя все не впервой, верно? — уточнил он, пристально всматриваясь в мои глаза, словно мог найти там ответы. — Я готова рассказать тебе все, но мне понадобится твоя помощь, — шумно выдохнув, отозвалась я, слезящимися глазами осмотрев местность. Только слез мне не хватало. — Неужели? — нахмурившись, спросил Майклсон, напряженно смотря на меня. — И чем я могу тебе помочь? — Завтра похороны отца, — несмело начала я, потупив взгляд на свои руки. — Ты можешь быть там со мной? — Я и без твоей просьбы собирался прийти, — ответил парень, а нотки гнева отразились в его голосе. Кажется, он совсем запутался в своих эмоциях, как и я. Думаю, сейчас он желал лишь одного, чтобы никогда со мной не встречаться, но судьба была к нему не менее жестока, чем ко мне, раз свела нас вместе снова. — Спасибо, — поблагодарила, не обращая внимания на тон его голоса. — Помоги мне продать дом. Я знаю, что мать Лукаса довольно успешный риэлтор. Мне не нужна большая выручка за него. Чем быстрее, тем лучше. — Ты хочешь продать дом? — наполненным скептицизмом голосом, переспросил Майкл, а я прямо посмотрела на него. — Ты приехала сюда, чтобы похоронить отца, продать дом и свалить? — Да, таков был изначальный план, — отозвалась я, а парень откинулся на свое кресло. Запустив руку в свои волосы, Майкл прикусил нижнюю губу, а после рассмеялся, так громко и открыто, что его смех заразил и меня. Нервные смешки вырывались из моего горла, в то время как из глаз лились слезы. Не такого ответа он ожидал. Явно не такого. Да и я не была готова к тому, что ненависть ко мне в нем не живет. Что в его сердце теплилась надежда, а в моем? А в моем зияла пустота, выжженная мужчинами, использовавшими меня.