В шаге от пропасти

— Здравствуй, Анита, — поздоровался мужчина, протягивая гласные моего имени, словно пробуя его на вкус. — Энн Ширман — тебе совершенно не идет, — небрежно дополнил, а я замерла, не решаясь посмотреть на него. Все тело проняла предательская дрожь. Я стояла, сжимая и разжимая кулаки, чувствуя, как заледенели пальцы. Слез не было. Их не осталось. Я выплакала все до, но сейчас, находясь прямо перед ним, я вновь сгорала от желания разрыдаться, принимая свою ничтожную участь. Он здесь. Он знает мое имя. Разгадал псевдоним. Выведал у кого? Скорее всего, кинул на мои поиски своих верных псов. Потратил время, ресурсы. И все ради чего? Игрушка сломана. Пора покупать другую, а он все дергает за веревочки, ожидая, что кукла оживет. Тошнота вновь подкатила к горлу, а по спине прошелся холодок. Мне нужно было ему что-то ответить. Или хотя бы посмотреть на него. Но слова глубоко застряли в глотке. У меня даже мычать не получалось. Смотрела под ноги. Скукожилась и ждала. Пусть делает что хочет. — Не рада меня видеть? — обманчиво-вежливо поинтересовался мужчина, поправив светлые пряди своих волос. Ну вот, я смогла посмотреть на него. — Я думал, ты соскучилась. Пронзительный, высокомерный взгляд насыщенно зеленых глаз Беннета Брайанса не без интереса скользил по мне. В меру густые брови едва ли не были сведены на переносице, где залегла глубокая складка. Светло-русые волосы пребывали в творческом беспорядке, добавляя ему неведомого шарма, которого он не был достоин. Квадратная челюсть и ямочка на подбородке. Мужественный профиль для монстра, от внешности которого пищали шлюхи, пока он не истязал их розгами или не ставил на них своей клеймо. Метил как скот, урод несчастный с преизбыточной манией величия. Посадить бы его на электрический стул за все его зверства, но покажите мне того дурака, который в здравом уме пойдет на миллиардера, со скотобойней на заднем дворе. — Что тебе нужно? — с усилием хрипло отозвалась, сглатывая вязкую слюну. — Брось, милая, ты хочешь сказать, что в этой дыре тебе лучше, чем подле меня? — иронично вскинув брови, скрывая усмешку, спросил Беннет, отвлекаясь на завибрировавший в его кармане телефон. От его слов сердце сжалось, а после судорожно заколотилось в груди отдавая болью. Я отступила, и тут же одернула себя. Я не должна была позволять страху просочиться в мое сознание. Он не должен был увидеть это в моих глазах. Я вырвалась. Я смогла. У меня теперь другая жизнь. Лучшая жизнь. И он не сможет вернуть меня туда, откуда мне по счастливой случайности удалось сбежать. Никогда не сможет. — Ну же, я так и не услышал ответа, — требовательно проговорил мужчина, сбрасывая вызов, вновь обращая все свое внимание на меня, словно я была вишенкой на его праздничном торте. — Даже в аду лучше, чем рядом с тобой, — сузив взгляд, набравшись храбрости, процедила, отмечая, как его глаза захлестнул присущий им гнев. В один шаг, мужчина преодолел расстояние между нами. Он схватил меня рукой за лицо, вынуждая утопать в зелени ненавистных мне глаз. — Разве я чем-то тебя обидел? Чем я заслужил такое отношение к себе? Ответь мне, милая, — твердо проговорил Брайанс, с силой сжав мой подбородок, притягивая к себе, другой рукой захватывая в плен мои кисти, лишая возможности вырваться. — Тебе нужны были деньги? Я тебе их предоставил, — полушепотом добавил прямо в мои губы. — А вот услуга, которую ты оказала мне взамен, — мечтательно прикрыв глаза, протянул он. — Знаешь… — Пошел ты, — зло прошипела я, сквозь стиснутые зубы. Сил вырваться у меня не хватило, он лишь сильнее сжал пальцы, теперь фактически вжимая меня в себя. Его пристальный взгляд смотрел прямо в мою обугленную душу. Я чувствовала его горячее ментоловое дыхание на своих губах. Тошнота подкатила горлу. Я едва ли не физически ощутила, как скрутило желудок, когда в ноздри ударил пряный запах его одеколона. Я ненавидела этот запах. Всей душой ненавидела. Так пахли унижение и нестерпимая боль. «Подняв бокал из толстого стекла, мужчина демонстративно смочил горло и выплюнул жидкость обратно. Скривившись, он пренебрежительно махнул рукой, приказав принести ему лучший алкоголь, какой только имелся в этой богадельне. Из всех его щелей так и сочилась высокомерность. Он осматривал представленных перед ним девушек, как скот перед бойней. Его липкий взгляд мазнул по мне, а сердце, кажется, на долю секунды остановилось, но вновь забилось как птица в клетке, как только он посмотрел на Катрину, выглядящую столь потрясающе, что сам дьявол не мог ее не захотеть. Едва заметный кивок головы, и девушку увел охранник, но мужчина неожиданно для всех остался. До тошноты внимательно он вновь осмотрел всех девушек, выстроенных перед ним. Едва заметно склонив голову, он полуобернулся — останавливаясь на мне. Я шумно сглотнула, судорожно выискивая шефа глазами. Он торопливо подбежал к мужчине, что-то шепнул ему на ухо, тот в ответ нахмурился, протаранив меня мрачным взглядом, и кривая ухмылка растеклась по его лицу. Он кивнул головой, и мою руку сжал бесшумно подошедший охранник, едва ли не потащивший меня за собой. Я в страхе оглянулась, немой вопрос застыл в воздухе. — Я знаю правила, — без тени лишних эмоций сказал мужчина, поймав мой обреченный взгляд. — Я тебя не трону, милая. Не волнуйся, — добавил, поднимаясь, оправив дорогой костюм. Мне оставалось пережить еще немного. Всего несколько дней и я смогла бы навсегда стереть это место из своей памяти. Всего несколько дней…» — Не брыкайся, Анита. Я ведь просто хочу поговорить с тобой, — отпуская меня, вздохнул мужчина, разминая плечи. Мой взгляд метнулся в сторону дома. До двери оставалось несколько метров. Если мне удастся добежать до нее, то открыть ключом я ее точно не успею. На улице все же изредка появляются прохожие. Не станет же он похищать меня среди бела дня. Не станет же? — У тебя мало времени, — обняв себя за руки, нервно выдала я, пряча взгляд. — И время пошло. — Хорошо. Просить проявлять тебя гостеприимство я не стану, — размеренно сказал Брайанс, а я услышала в его голосе легкую насмешку. Сделав над собой усилие, я вздернула голову вверх, вынуждая прямо посмотреть в его глаза, не без тени ужаса вновь замечая его заинтересованность. Больной ублюдок. — Но все же, может выпьем кофе? И поговорим в более приятной обстановке? — выдвинул он. — Никакая обстановка не загладит то, что ты сделал, — хрипло проговорила я, дернувшись, когда я его рука снова потянулась ко мне, но он вовремя себя осек, так и не коснувшись. — Согласен, иногда я бываю крайне жестоким, но, милая, я ведь живой человек. Мне не чужды различные эмоции. И то, что ты была способна вызвать во мне их — это же потрясающе. Я боготворил тебя, — как-то недобро сощурившись, произнес Брайанс, пытливо рассматривая меня. — Ты насиловал меня! — дрогнувшим голосом выплюнула я, сжимая пальцы в кулаки. — Привязал как собаку к своей кровати и насиловал каждый… гребаный… день...! — Анита, это не было насилием! — нахмурившись, отчеканил Беннет, все же схватив меня за руку. — Ты была со мной по доброй воле. То, что я связал тебя — это шоу, игра, не более того. Я думал, тебе нравится, — как-то растерянно добавил, я едва не задохнулась от оглушивших меня чувств. Он думал? Думал, что мне это нравится?.. Это мне? Конченый псих! — Я не давала своего согласия на это! Не давала! — севшим голосом прошипела я, а слезы вновь брызнули из глаз. — Ты удерживал меня! Запер! Ты издевался надо мной! Ты чудовище! Я… я… ненавижу тебя… <“ — Куда ты собралась? — насмешливое мне вслед, а я демонстративно застегиваю спортивную сумку. — Хватит, — шиплю я, перекидывая ее через плечо. — Хватит будет тогда, когда я этого захочу, — перехватывая меня почти у самой двери, прожигая меня предостерегающим взглядом, цедит мужчина, больно сжимая мою руку. — Отпусти меня, Беннет, — жалобно скулю, вмиг теряя весь свой боевой настрой. — Пожалуйста, отпусти. Пока не поздно, — аккуратно сжимаю пальцами его руку, с мольбой вглядываясь в холодные насыщенно зеленые глаза. Мужчина молчит, но я словно слышу, как шестеренки в его голове крутятся. Он хмурится от своих мыслей и пожимает тонкие губы. Рывком хватает меня и перекидывает через плечо. Тащит на второй этаж, а я оглушительно кричу, моля о помощи. На мои крики сбегаются слуги. Пару служанок с сожалением смотрят на меня, но тут же исчезают, когда мрачный взгляд мучителя спотыкается об них. Я продолжаю кричать и извиваться, когда дверь за нами захлопывается и меня швыряют на кровать. Слезы льются ручьем. Я в растерянности. Кричу, прошу, умоляю и начинаю заикаться от испуга. Рывком он переворачивает меня на живот, до боли связывает запястья за моей спиной галстуком, вынуждая прогнуть поясницу. — Почему вам так сложно слушаться? Просто слушаться?! — гневно рычит мужчина, со всей мощи ударяя меня ладонью по заднице, отчего я с новой силой заливаюсь слезами и вою от опалившей боли. — Пожалуйста… пожалуйста… Бенн… отпусти, — шепчу как в дурмане, замечая, как мужчина выуживает из комода ремень и платок. — Нет! Пожалуйста! — взвизгиваю в истерике. Ненавистные руки проталкивают ткань в рот. Меня трясет. Но Брайан не закончил, он кривит губы и закрепляет ремень из мягкой кожи вокруг моей головы. Затягивает сильно. Щеки сразу начинают саднить, затылок сдавило, а я безуспешно стараюсь брыкаться, пока с меня рыком не стягивают джинсы с бельем, а твердый, налитый желанием член не входит до самого основания. Левой рукой мучитель сжимает шею, вдавливая меня в кровать. Душит. Безмолвно кричу. Перед глазами все размыто. Грубые, несдержанные толчки заставляют содрогаться в муках. Размашистая ладонь наотмашь бьет по оголенным ягодицам. Пальцы впиваются в гладкую кожу до белых вмятин. Мычу, разрываясь от боли и унижения. Он толкается глубже. С каждой секундой все жестче и жестче. Рычит, давит на поясницу и вдалбливается в обездвиженное тело. — Так лучше, милая. Лучше… это все, что я от тебя хотел, Энни. Подчинение… подчинение… милая Энни, — хрипло выдыхает Бенн, зарываясь в мои волосы рукой, рывком притягивая к себе. Входит до упора. Из моих глаз едва не сыплются искры. Темп ускоряется. Вздыбленная плоть разрывает меня изнутри. Горячая, вязкая жидкость брызгает, заполняет собой, и я давлюсь в отвращении. Резко выходит с характерным хлюпающим звуком. Я падаю на бок, ощущая, как по бедру стекает его семя. Отрешенно смотрю на бледную стенку, вздрогнув от яркой вспышки, вмиг озарившей комнату. — Улыбочку, Энни, улыбочку, — довольно растянув губы, тянет мужчина, но я больше не реагирую на него.“ — Я делал твою жизнь лучше, — обманчиво спокойно сказал Брайан. — Я заботился о тебе и твоем отце. Вытащил тебя из болота, в котором ты погрязла. Я спас тебя от десятка озабоченных придурков, которые бы так или иначе трахнули тебя там. Ты же понимаешь, что одними танцами за стеклом, ты бы не отделалась? — прищуренный взгляд вновь прощупывал мою оголенную душу, и я вымученно опустила глаза. Нет сил больше на него смотреть. — Скажи, что я не прав, милая? Скажи, что не откликнулся на твою просьбу? Скажи, что не сама ты пришла ко мне, предлагая свое прекрасное тело, соглашаясь на мои условия? — вкрадчиво дополнил. — Смотри на меня, пока я с тобой говорю! — Да, — отвечаю я дрогнувшим голосом. — Я не слышу, — требовательно вторит мужчина, а я испуганно поднимаю на него глаза, впервые вновь отправляясь к точке невозврата. “Беннет Брайанс расслабленно потирает затекшую шею, вальяжно рассевшись на кожаном кресле. В его руках по привычке стопка элитного виски, которым он время от времени смачивает губы, словно смакует. Его взгляд блуждает по моему оголенному телу, и я впервые сама выхожу из-за стекла, смело направляясь к нему. Не знаю, чем я думала, но на тот момент, мысль показалась мне гениальной. Он был частым гостем. Богатым и уважаемым. Он также недвусмысленно проявлял ко мне интерес, но держал себя в узде, не перешагивая грани. Но вот я, в досягаемости его рук, полностью раздета и возбуждена от собственных касаний. Его губы кривятся в усмешке. Он вскидывает вопросительно брови, и я сажусь перед ним на колени. Послушная и робкая, все как он любит. — Я подумала над твоим предложением, — сглатывая, стараясь придать уверенности, говорю я, прямо смотря в глаза хищника передо мной. — По всей видимости, это да? — лукаво улыбаясь, спрашивает мужчина, нагибаясь ко мне, наматывая мои волосы на кулак. — Я верно истолковал твои действия, Энни? От чужого имени мурашки идут по коже. Но так нужно. Для безопасности. Ради себя самой. — Да, — неуверенно киваю головой. — Хорошо. Диктуй счет, — одобрительно говорит Брайанс, извлекая из кармана свой смартфон, и я все же убеждаюсь в своих догадках, что так торчит не телефон. Хмурю брови. Не ожидала, что так просто. Сразу счет. Кажется, он понял мою потерянность, и по громкой связи просит принести мне мой телефон. Пару мгновений и на моем счету красуется круглая сумма, которую я тут же перевожу на счет больницы. Этого должно хватить по меньшей мере на месяц, со всеми процедурами и необходимыми лекарствами. Улыбаюсь, а мужчина глазами делает недвусмысленный намек на выпирающую ширинку. Уговор легок и прост: я даю ему то, что он не может получить без моего согласия в этих стенах. Даю то, чего он жаждет с первой встречи, как только заставил меня смотреть на свои зверства за плотным стеклом.“ — В таком случае. Позволь мне объясниться, Анита, — выражая стальное спокойствие проговорил Бенн. — Я хочу предложить тебе другую сделку, — елейно начал он, но я тут же отрицательно завертела головой. Нет! Никаких больше сделок! Никогда в этой чертовой жизни! Увидев отрицание в моих глазах, мужчина нахмурился, а я отшатнулась. — Я не хочу тебя пугать, милая, — выставив ладони вперед, сказал Брайанс, а я меня уже тошнило от его “милая”. Ненавижу! Как же я тебя ненавижу! — Я не пойду с тобой ни на какие сделки! Оставь меня в покое! Ты нашел. Увидел. Посмотрел. А теперь оставь меня! — собравшись с духом, зло зашипела я, ругая себя за трусость. — Ты даже не стараешься выслушать. А ведь я склонен предложить тебе довольно реальные вещи. Даже некую власть надо мной, пусть тебе будет так угодно, — снисходительно улыбнулся монстр, а я еще больше нахмурилась, совершенно не понимая его. — Я предлагаю тебе стать моей женой, — нарочито спокойно произнес мужчина.