Энергет

      Мягкий спуск лифта едва ощущался, лишь слегка отпружинив при остановке на указанном этаже. Двери плавно раскрылись, демонстрируя очередное «произведение» с почерком, который не спутать ни с чем. Один из самых защищенных отсеков, с легкостью детского шага, разгромлен.       Пастельно-голубые стены изукрашены алыми узорами и частичками подорванных тел, некогда учёных, которые пытались сдержать своими силами Девятого, нежелающего оставаться в их плену. Несколько ламп неприятно мигали из-за сбоя в электросети, который устроили змеевидные твари, единственные пробравшиеся сюда.       Атмосфера не казалась спустившемуся солдату благоприятной, но он понимал, что только этим путем он смог бы вывести возлюбленного из этой «тюрьмы». По коридору расходилось эхо двух знакомых голосов, принадлежавших Джею с АйЭмом, пришедшим сюда, чтобы проверить состояние Первого.       Шагая по липким лужам сворачивающейся крови, так насыщенно заполнявшей своим запахом пространство, двое не обращали больше внимания на окружающую картину, ставя перед собой одну цель. С неё их сбили находившиеся здесь альфа с бетой, заметившие тех через небольшой коридор, идущий в ответвление от основного. Они были обеспокоены и явно хотели чем-то поделиться, но стоило им направиться в сторону только что вошедшим, как энергет откинул их едва сильной волной назад и тут же выставил силовой барьер, блокируя парней в проёме. — Занимайтесь своим делом. Вы нас не видели, — строго проговорил Шону, смотря глаза в глаза Джею, который был младше по званию и возрасту. Он не хотел грубить, но в тот момент его приоритеты были иными. — Нет, постойте! Не уходите! — крикнул в ответ рыжий, стуча кулаками по выставленному прозрачному щиту, который заметно вибрировал от ударов. — У твоего друга проблемы, — пробасил Им, смотря на Девятого. — У меня нет друзей, отрепье, — хмыкнул тот, даже не поворачиваясь к нему. — Первый объект умирает! — настойчиво добавил тот, скалясь от злости. Он ненавидел, когда его не слушали в настолько важных ситуациях, а отодвигали на второе место. Это настолько раздражало его, что он бил все сильнее по выстроенной стене, пока та вмиг не исчезла, заставляя его пролететь немного вперёд. — Что? Тот самый?! — нахмурился Кихён, концентрируясь на жизненной силе ближайшего энергета. Она едва различалась. Он сильнее чувствовал Сильнейшего, чьи импульсы значительно возросли, несмотря на то, что тот находился уже довольно не близко.       Волосы сменили цвет на тёмно-синий, и парень тут же отпустил руки солдата, на которые облокачивался при ходьбе, срываясь с места и направляясь к той самой камере, на которую смотрел, когда его привезли сюда впервые. Сначала Девятый пробежал мимо некогда своей «палаты» — как её называли учёные, дверь была смята, словно лист бумаги. Он остановился у большого стекла, открывающего вид на того самого парня, о котором говорили эти двое. Энергет выглядел нездорово бледным из-за тонкой корочки инея на его теле, он дрожал, поджимал ноги к груди, и казалось, что почти не дышал. Его волосы практически потеряли природный розовый оттенок, становясь тусклыми, бесцветными. Также на суставных сочленениях кожа становилась прозрачной, давая рассмотреть соединительные ткани. — Как такое возможно? — поджал губы Ю, переводя энергию в свою ногу и вышибая ей с одного удара дверь. «Почему он не мог так сделать?» Кихён подошёл к погибающему, оглаживая ладонью его ледяную щёку и затем поправляя прядь волос. Тот едва среагировал на прикосновения, находясь уже в практически бессознательном состоянии. — Ещё вчера с тобой всё было в порядке, разве нет? — шептал обеспокоенный собрат. — Я же видел тебя… Почему не забрал отсюда, — он прикусил губы, и перевёл взгляд на подошедших к дверному проему солдат с посторонним альфой. — Тебе бы нужно убить кого-то…       Услышав такое, Чжухон тут же снял с ремня, идущего поперек через туловище, свой бластер, пока оставляя его на предохранителе, но уже держа на переключателе указательный палец. Шону положил руку на его плечо, одним этим жестом указывая, чтобы он оставил свою мысль. На всё это Девятый лишь усмехнулся, покачав головой из-за трусливой людской сущности, и в следующий момент он вернул взгляд на сородича. — Уверен, что сильнейший сможет спасти тебя, — он ближе склонился над бледным лицом, шепча тому на ухо. — Но я тоже кое-что умею… — Кихён легко повернул голову Первого, и, одарив его теплым дыханием, коснулся поцелуем ледяных губ, передавая частички собственной скопившейся энергии.       Сердце Хёну болезненно кольнуло, и он уже хотел сделать шаг, чтобы подойти к своему истинному и оттащить того, но на плечо упала рука черноволосого альфы, который также пытался остановить его, как он сам до этого — бету. Тянущее сжатие сердца обессиливало, несмотря на понимание ситуации, и что именно сейчас это не измена. Да, и в принципе, о каком предательстве здесь можно говорить, если они даже ещё не стали парой, как таковой. Строптивый омега, слишком своенравен. Его необходимо укрощать, если альфа хочет быть с ним. Он не настолько хорош в лидерских качествах, как его капитан, но зато обладал силой духа.       Девятый мял оледеневшие губы, прикладывая все свои умения к действию передачи жизненных частиц, хоть и опыта в этом имел не много, занимаясь обычно обратным — их вытягиванием. Перенастроить себя словно на «раздающий режим», оказалось не так легко. Но сумев настроиться он сумел найти в себе это природное умение, благодаря которому уже через минуту кожа погибающего оттаяла и стала возвращать свой естественный оттенок. Его волосы розовели, а кожа уплотнялась. Через три минуты молодой человек резко стал открывать глаза, и глубоко, тяжело дышать. — Привет, — улыбнулся отстраняющийся Кихён. — Не умирай больше, Че Хёнвон. Живи.       Бледно-розовые глаза пытались сфокусировать взгляд, который бегал по лицу своего собрата, а также по месту, которое он привык называть своим домом. В его палате стояла небольшая кровать, письменный стол с бумагами и фломастерами вместо привычных всем ручек или карандашей. Также лежало несколько книг, в основном детские сказки, так как учёные считали, что они сбавят его природную агрессию. — Подойди сюда, рыжий, — произнёс Ю, даже не посмотрев на того к кому обратился. Тот же хоть и нехотя, но всё же не стал ослушиваться энергета, подходя к нему ближе. — Сядь рядом, — последовал следующий указ, который он выполнил сразу, после чего синеволосый взял его руку за запястье и протянул Первому. Парень сразу понял, зачем это сделано, ухватываясь за кисть того, начиная вытягивать ещё жизненных сил, пока тот сам не вырвался. — Так то лучше, — довольно прошептал омега, помогая сородичу сесть в постели. — Теперь мы сможем отсюда уйти. Сможем жить так, как нашей природе необходимо, - заботливое поглаживание по голове, заставило Хёнвона почувствовать себя комфортно. — Мы правда сможем уйти отсюда? Увидеть небо? — удивленно спросил Че. — Конечно, хоть небо, хоть деревья, хоть оторванные головы. Всё, что пожелаешь! — кивал Кихён, улыбаясь так, как Хёну хотел, чтобы он улыбался ему. — Ещё одна такая фразочка, и вы никуда не уйдете! — рыкнул Джей, потирая посиневшую руку. — Мне не нравится быть втянутым в это дело, Шону. — Если ты хочешь выйти из игры — тебя никто не держит, — спокойно прохрипел Чангюн, чем явно задел самолюбие беты и заставляя того замолчать.       Поднять Первого не оказалось сложной задачей, а тем более вывести его из палаты, где к тому сразу же подползла вакцинированная чёрно-белая королевская кобра, с которой он не так давно игрался. Она поднялась по его ноге, заползая на руку и оставаясь там. — Привет, красавчик, — улыбнулся ей энергет, чуть поглаживая по гладкой теплой коже. — Теперь выводи нас отсюда, Шону, — посмотрел на своего истинного омега, чуть склонив голову. Солдат кивнул, подходя ближе, помогая возлюбленному вести его сородича, который тяжело переплетал ногами.       Выход уже был так близко, когда по коридору раздалось несколько оглушающих выстрелов, заставляющих упасть на пол энергетов и зажать свои уши от болезненного гудения, которое слышали только они. Змея также сползла, извиваясь на полу. — А вот и вы, — после слов последовал довольный грубый смех. — Я вас обыскался! — криво улыбаясь, вышел из тени мигающих ламп крупный мужчина в синем костюме, держащий огромную необычную пушку в руках. Позади него стоял целый отряд вооруженных солдат, в плену одного из которых находился без сознания Минхёк. — Министр обороны…? — прошептал Чжухон, роняя оружие на пол.

***

      Глаза Ли побелили, словно исчезла радужка со зрачком. Он держал Хосока, выкачивая из того энергию и заставляя предметы вокруг подниматься от пола. Ещё немного и альфа бы рухнул без сознания, не в силах противостоять своему истинному, как возле кабинета раздался выстрел необычного происхождения. За ним последовали вибрации сверх частоты, способные затронуть слух только энерегетов и некоторых животных, например таких, как летучие мыши.       Омега болезненно простонал, отпуская солдата и падая перед ним на колени, хватаясь за уши. Едва держась, Шин сел рядом, пытаясь отдышаться и понять, что происходит. Минхёк завывший от явно нестерпимой боли, ударил со всей силы кулаком по паркету, отправляя вокруг себя невероятной мощности волны, расходящиеся вокруг. Под его кулаком разошлись трещины, расходящиеся к стенам, а по ним к потолку. Разбились вдребезги окна, а стол полетел к стене. В глазах солдата двоилось, голова кружилась, и казалось, что его вот-вот стошнит. Он приложил ладонь ко рту, подавляя рефлекс и переводя взгляд в сторону двери, понимая что, что-то не так. И был прав. В следующий момент в помещение вошла знакомая ему фигура. Высокий мужчина в теле, в синем костюме, с неприятным оскалом и надменным взглядом. В зубах он прикусил маленькую деревянную палочку, а в руках оружие из засекреченного отдела, которое хотели ввести через полгода для отрядов СГИЭ. Он довольно хмыкнул, осматривая кабинет и находившихся в нем обнажённых истинных. У таких пар — после секса даже запах особенных, что тут же их выдает. — Как интересно, — хищно улыбался тот, проходя внутрь и впуская вслед за собой нескольких солдат, которые не охраняли периметр. — Наш капитан лучшего отряда истребления, нашёл свою половину в этой твари? Безумно интересно! Ты уже успел его оплодотворить? — альфа подошёл ближе к своему старому знакомому, хватая того за волосы на макушке и резко поднимая, чтобы заглянуть в глаза. — Или дал себя сожрать, словно альфа-самец богомола? — смех шакала разошелся по пространству. — Ты оказался слабаком и идиотом, Шин Хосок. — вооруженный откинул солдата в сторону, давая тому упасть, ударившись головой о угол дивана.— Кусок говна. Я был о тебе лучшего мнения. — Говном воняет здесь только от тебя, — процедил Минхёк, сквозь сжимающиеся от боли зубы. Частоты уже стали заглушаться, поэтому его силы постепенно возвращались. Он лишь выжидал. — Что ты сказал? — вся эта ситуация лишь забавляла незваного гостя. — Ещё что-то можешь выплёвывать там, своим поганым ротиком? — мужчина пнул острым носом своих крокодиловых туфель энергета прямо в живот, затем усаживаясь перед ним на корточки. — Ты думаешь, что я не знаю, как затыкать таким строптивым омежкам их грязные рты? — человек в костюме, прихватив того за точёный подбородок, провёл большим пальцем по его нижней губе, чуть оттягивая её, открывая белый ряд зубов.       Через это прикосновение Минхёк ощутил крупицы энергии своего сородича, к которому эти руки прикасались не так давно. Перед ним промелькнула картина, как пальцы бродили по истерзанной коже, как что-то вкалывали в молодого ослабленного парня, как касались его и делали то, на что он не был согласен. — Убери свои отростки от него! — рыкнул Хосок, пытающийся встать с пола. — Вы такие веселые. Мне нравится, — улыбаясь, он поднялся, осматривая «бедолаг» и затем поворачиваясь к своим подчинённым. — Смешные же?       В этом была его ошибка. Придя в себя энергет одним резким выпадом, оказывался рядом с ближним из солдат во мгновение ока, запрыгивая на него, обвив ногами и откручивая голову прямо в шлеме, заставляя ту отделиться от тела, забрызгивая фонтаном крови всё вокруг. Её же он метнул в соседнего альфу, пробивая тому защитное стекло. Импульсно сжимая свой кулак, череп вместе с лицом того искорёживались, словно сжимающийся пластилин. Следующему он вспорол живот, вытягивая кишечник и тут же обвивая им шею последнего, приканчивая сразу обоих, получая от этого какое-то особенное удовольствие. Стоны и скрипы дыхания, звучали особенно музыкально в предсмертной агонии. Запах крови, вызывал у течного энергета новую волну возбуждения, что казалось, когда он закончит со всеми, то вернёт силы своими истинному, чтобы они продолжили заниматься любовью, среди тел своих гостей. Но планы обрушились в точности до наоборот, когда Министр успел выстрелить тем же самым снарядом, что и до входа в кабинет.       Минхёк закричал. Все сосуды в теле запульсировали и загорелись, частично лопаясь и вызывая внутреннее кровотечение, которое тут же регенерировало и начиналось снова. Он вновь упал, отхаркиваясь тёмными сгустками, поднимая полный ненависти взгляд на самодовольного альфу, который поимел наглости поставить ногу в тяжёлом ботинке, на белую голову. К его лбу приставили дуло ружья, и указательный палец уже начинал зажимать курок, как министра сбил с ног Вонхо, напавший сзади. — Тварь! — рыкнул старший альфа, стреляя в Хосока, но промахиваясь с первой попытки, а вторую капитан уже не допустил, выбивая пушку ногой. Но на удивление ловкий мужчина, успевает выхватить с пояса одного из солдат пистолет с дротиками для энергетов, тут же стреляя в Шина. Один из них попал ему в плечо. Доза была настолько большой, что человека отключило через секунду. Следующие три выстрела принадлежали Минхёку, который не в силах сопротивляться, также потерял сознание.