Энергет

      Перед Минхёком стоял тяжёлый выбор: остаться вместе с истинным и командой, с которыми возможен разлад со скорейшим крахом; или побег вместе с человеком заслужившим безоговорочное доверие, и испытает тёплые чувства. Ситуация требовала скорейшего решения, так как его настроение и смятение легко могли учуять сородичи.       Энергеты ещё никогда в истории не сходились даже в такие небольшие группировки. Чем это могло обернуться — неизвестно.       Главной проблемой беловолосого, о которой ему вечно твердил Кей, была его эмоциональность. Именно она приводила к неверным поступкам и решениям, именно из-за этого своего качества он ещё больше закапывался в проблемы. И сейчас эмоции кричали о том, что нужно бежать. Ощущалось некое жжение в области за ухом, словно намекающее на сдающие нервы. Парнем управляли смятение, страсть, агрессия и лёгкая обида за то, что ещё совсем недавно целовавший его альфа, сейчас совсем не замечает того, с кем спал. Разве такое может быть? Но вновь ошибаться омега не хотел. — Мы не можем сбежать сейчас, — поджал губы Ли. — Не бойся, Мин, мы можем, — Чангюн склонил голову, чтобы посмотреть исподлобья и заглянуть в зелёные глаза. — Нет. Я не боюсь. Мы не сделаем это… сейчас. Нужно время, и нужно улететь отсюда.       Возможно, ожидание и было верным путём в данной ситуации, но надежда подаренная влюблённому альфе ещё может обернуться ошибкой. — Выдвигаемся к самолёту! Немедленно! — командным тоном указал капитан отряда, жестикулируя руками в сторону дверей, когда всё было подготовлено, почесывая за правым ухом.       На улице уже давно стемнело и похолодало, а влажный воздух заставил покрыться тела мурашками, как только помещение открыли. Первым выходил бета с несколькими сумками медицинского инвентаря, за ним последовал Хёнвон. — Давай я тогда отдам тебе свои джинсы и кроссовки, — предложил Им, расстёгивая ремень. — Не сходи с ума, — отрезал Минхёк, потянув друга к выходу, ухватившись за его плечо. — Мне в твоей длинной кофте тепло. — Тогда я могу донести тебя на руках до самолета. Хочешь? — услышав это энергет искренне засмеялся, забываясь. Картина представшая перед ним, показалась настолько смешной, что разразившийся смех не мог никак утихнуть. Ему — невероятно сильному, способному левитировать, убийце, предлагают Такое. — Что? Я же серьёзно! — хотел было возмутиться младший, но не смог удержаться, подхватив смех омеги. — Что тут у вас? — наконец к ним подошёл Вонхо, нахмуривший брови. Он совершенно не был похож на человека, чьего истинного сейчас придерживает за талию другой альфа. Казалось, что в нём не таилась ни ревность, ни какие либо ещё чувства. — Н…ничего, — опешил Ли, слегка краснея, то ли от стыда за своё поведение, то ли от головокружительного запаха шоколада. — Ступайте на борт. Я пойду за вами, — отрезал мужчина, перекидывая через плечо ремешок бластера. — Хосок, — решил обратиться беловолосый. — С тобой всё нормально? Как твоё ранение? — Всё в порядке. Ступайте на борт.       Служебная интонация Шина резала слух Минхёка и заставляла беспокоиться ещё больше. Но времени на выяснения не оставалось. Чангюн повёл омегу к самолёту, осознавая как тому сейчас не просто находиться в этой ситуации. Убийства сородичей, которые он пропускает через себя; Течка; обнаружившийся истинный, который теперь словно не знает его; Двое энергетов рядом; Появившийся друг детства давящий своими чувствами. Этого было много для такого хрупкого парня, которого Им зарекался беречь.       В самолёте Им сел вместе с возлюбленным, разыскав для него плед и личные вещи солдата Аконита, среди которых нашёлся сменный комплект одежды, а также подавители. Омегу трясло и ломало от естественной потребности в соитии со своим истинным, присутствие которого слишком ярко ощущалось. Но почему он его словно не замечает? Даже Шону сел в самый дальний угол самолёта, лишь бы не идти на поводу у своих инстинктов, которые в нём пробуждал течный энергет. И это при том, что эти порывы в нём ещё и подавлялись благодаря своей паре. Что-то здесь не так, и это понимал каждый находящийся на борту. Может только кроме Хёнвона, который не особо проявлял интереса к ситуации.       Для Первого всё происходящее не имело особого смысла. В его голове прокручивались события последних суток, в которых он винил себя за то, что позволил министру совершить с собой. Он сидел у окна, уставившись на острое крыло самолёта, лавировавшего в облаках. Его тело наполнялось силой, не появлявшейся уже долго из-за огромного количества нейролептиков. — Кто-нибудь знает куда мы летим?! — возмущенно воскликнул Кихён, нарушая тишину. — Мне надоела эта «военная тайна», бесы вы проклятые. — Думаю, что мы направляемся в сторону Китая. Чтобы скрыться, — спокойно ответил Хёну. — А я думаю, что твои дружки опять на пытки везут! Хотят сдать какой-нибудь службе очередной, на опыты, а сами деньга за это получат! — волосы Девятого покраснели, а сам он скрестил руки на груди. — Ты сел на самолёт с теми, кто не причинит тебе вреда. Лучше начать доверять нам, — потянулся к возмущенному парню солдат, оставшийся с пассажирами, положив руку ему на плечо. — Я говорил тебе это уже. — ощущение недоверия, на эмоциональном уровне, расходилось между тремя энергетами, которые вовсе не боялись ловушки, но расслабляться не собирались.       В кабине пилотов царила не менее напряженная атмосфера, пропитанная гудением электроприборов. Бета не был уверен, специально так себя ведёт его капитан или же с ним всё-таки что-то случилось. По уговору, во время заданий, они не могли общаться как друзья, тем более выяснять личные проблемы. Но Чжухону всегда было сложно держать своё любопытство при себе, особенно тогда, когда небольшой разговор мог решить столь крупное недопонимание. В итоге, ещё немного поразмыслив, он нажал на кнопку связи со вторым пилотом, обращаясь в микрофон: — Капитан, могу ли я задать вопрос о том, что случилось с Вами, незадолго то того, как вы к нам спустились на минусовой этаж института? — решил начать самым безопасным для себя путем. — Я собирал часть необходимых препаратов и инструментов для вылета, — казалось, что даже не моргнув ответил Шин. — Мм нет… Ещё до этого, — поджал губы рыжеволосый, сжимая пальцы плотнее на управлении. — До этого? — задумался альфа, одной рукой потирая кожу за ухом, которую словно прожигало. — Кажется, в меня стрелял министр Ким. — Уже вернее идём, — пробормотал себе под нос Джей, но не услышанным это не осталось. — Вы были в тот момент один, капитан? — Я же сказал, что с министром. Ещё его солдаты там были. — Да нет же! — раздраженно крикнул бета, но тут стушевался, понимая, что перешёл на неофициальную речь. — Хосок! — решил он так и продолжить в итоге. — Что с тобой? Ты же был с тем энергетом! С Минхёком! Со своим истинным… — О чём ты? — искренне удивился мужчина, покосившись на товарища. — Со мной больше не было никого. — Хорошо же тебе попало… — вздохнул рыжий, решив пока закрыть эту тему, чтобы затем посоветоваться с Шону.       Последнему, как раз в тот момент, тоже было чем заняться. Обстановка в салоне накалялась: Кихён, чья энергия выливалась от длительного безделья через край, решил направить свои силы на солдата. Он незримо схватил альфу за пояс, обвивая талию словно поймавший добычу питон и поднимая того на весу. Военная форма характерно смялась, давая остальным увидеть ту самую энергетическую хватку Девятого. Парень, словно рысь «взмахнул когтистой лапой» перед лицом Сона, после чего на его щеке проявились глубокие царапины. Сбитый с толку военный, едва ухватился за спинку кресла стоящего перед ним, пытаясь осознать это секундное действие. — Что ты делаешь? Зачем?! — воскликнул он, пиная сидение Ю. Данная потасовка привлекла внимание остальных трёх пассажиров, двое из которых сменили цвет глаз на огненно оранжевый. — Ненавижу вас всех, негодные отбросы! Вы должны сдохнуть! — энергета явно переключило, причиной чему скорее всего стали мысли и эмоции Хёнвона, которые расходились от него, словно сигналы радио-вышки. — Приди в себя, Ки, — нахмурился Минхёк, уделивший внимание ситуации. — Если будешь нападать на своего, то чем ты лучше человека? Чем ты не такой же отброс?!       Прозвучало немного грубовато, но вместе с импульсной пощечиной, слова подействовали убедительно, возвращая рассудок красноволосому. Шону резко плюхнулся в своё кресло, делая глубокий вдох и прикладывая ладонь к оцарапанной щеке, на которой проступила кровь. Рана неприятно защипала, заставляя невольно нахмуриться и зашипеть. Он считал, что готов к любой выходке энергета, но был таков. Качая головой, альфа встал с места и направился в уборную, желая умыться и прийти в себя. Хёну сдержал эмоции у всех на виду, но стоило ему выйти из центрального отсека самолёта в хвостовой — он выпустил несколько ударов по незримой мишени. Брюнет злился на самого себя, ощущая произошедшее, как собственную слабость и поражение. В тот момент ему хотелось забыться и не видеть Кихёна хотя бы до конца полёта.       Хёнвон же отвернулся ото всех, съезжая ниже на своём сидении, чтобы не встречаться ни с кем взглядом. Он понимал, что являлся пассивным зачинщиком данного спектакля, являясь источником распространения эмпатии. И несмотря на то, что понимали это, никто из них не собирался предъявлять претензий, или в принципе, начинать разговор с ним. — Может тебе стоит пойти и извиниться? — с напутствием спросил Ли, глядя на Ю. — Он ведь не понимает… — А может мне ещё отсосать ему? — недовольно фыркнул парень. — Уверен, ему бы это понравилось! — хрипло воскликнул Чангюн, не высовываясь со своего места, чем заставил Мина усмехнуться. Девятый рыкнул словно четырнадцатилетний подросток, которого достали родители, но последовал указанию, встав с места и направившись в сторону туалетной кабины, в которую зашёл солдат.       Постучав в белую дверь, находившуюся в хвосте, омега сменил цвет волос на чёрный, а глаз на карий. Такую внешность он предпочитал «носить» в условиях города, чтобы не вызывать лишних взглядов и слиться с толпой. А в тот момент он желал казаться максимально безобидным и простым в глазах альфы. С подобными вещами у него всегда были проблемы, так как он привык иметь лишь краткосрочные контакты с людьми, после которых следовала генеральная уборка. — Шону? Можно мне поговорить с тобой? — постучался энергет, ощущая манящий аромат хвои. Не желая признавать своей истинности с этим человеком, всё его существо кричало об обратном. Сердцебиение участилось от невероятного волнения, а также чувства того, что он мог навредить мужчине. — Нет, я не готов сейчас вести диалоги, Ю Кихён, — послышался скрип рычага крана, после которого затих поток воды. — Но почему? Я хочу объясниться. — Мне нужно обдумать многое. Ступай. И не пытайся заводить разговор больше сегодня, — отрезал альфа. Его давящую энергию девятый ощущал даже через стену, кажется, впервые, не желая спорить или стоять на своём. Он просто оставил мужчину наедине с собой.       Перелёт не стал приятной частью дня ни для кого из пассажиров. Тянущее, словно патока, ощущение растекалось в сердцах каждого. Потеря уверенности в завтрашнем дне — выбивала из себя. Настроение дополнялось грузными тучами, погружающими салон в полумрак. — Вернитесь на свои места и пристегните ремни, — раздался по радиосвязи голос Чжухона. — Мы заходим на посадку, и через сорок пять минут выйдем на землю Шэньчжоу. Остальная информация поступит позже. Спасибо за внимание. — Шэнь…что? — нахмурился усевшийся на своё место Ю. — Шэньчжоу. Это Китай, провинция Хэнань… — прохрипел Чангюн. — Но больше ничего не скажу об этом месте. — Вот так прилетели.