Мишина любовь

Испытания сотни на «Танцуют все» были сложными, и у Миши практически не было времени на любовные томления, но он следил за Никитой по мере возможности. Оказалось, что сильный вогер довольно слаб в неродных стилях и ненадежен как партнер. Миша испытал от этого странное удовлетворение: ему, конечно, хотелось, чтобы Митрофанов прошел дальше, но в то же время было приятно осознавать собственное превосходство и неидеальность объекта любви. К сожалению, Мише не хватало уверенности в себе: он знал, что внешне во многом уступает Никите, да и танцевальным талантом он не был наделен. Миша работал над собой, но, надо признать, танцевал достаточно коряво и был плохим хореографом, поэтому для выступлений часто брал чужие номера. У Митрофанова был дар, который дается единицам, и с первого взгляда было ясно, что этот человек рожден для танца. Потрясающая музыкальность, пластичность, харизма, внешность — всего этого Митрофанову хватало с избытком. Зато у Миши была настойчивость, и он знал, что это качество поможет ему завоевать не только танцевальный Олимп, но и сердце Никиты. Несколько адских дней закончились быстро, и результат был отличным: Миша, Никита и Рита прошли в предварительный топ. Теперь надо было приложить все усилия, чтобы попасть в прямые эфиры. Миша втайне надеялся, что его соседом по комнате будет Митрофанов, поскольку это увеличило бы шансы на соблазнение, но его поселили с юным би-боем Курочкой. Впрочем, Миша подумал, что это даже к лучшему, ведь постоянное искушение мешало бы сосредоточиться на проекте. Первый вечер нового этапа на проекте выдался спокойным. Почти все ребята ушли на прогулку, чтобы немного отдохнуть перед предстоящими испытаниями. Миша решил остаться в номере и почитать Акунина; ему нравился цикл про Эраста Фандорина, заставлявший шевелить мозгами больше, чем лекции в институте. Также Миша надеялся при случае поразить Никиту своей начитанностью. Внезапно в комнату вошел Митрофанов. Это было неожиданно, потому что они почти не общались: Миша боялся предлагать ему свою дружбу из опасения быть отвергнутым, ведь он не был таким крутым парнем, как Никита. Он наблюдал за прекрасным вогером издали, продумывая различные планы завоевания; самым смелым шагом было то, что Миша подписался на Никиту в инстаграме (правда, он не стал листать ленту, боясь наткнуться на признаки того, что сердце красавчика занято). Никита в ответ не подписался. И вот теперь он стоял перед Мишей, озаряя номер своей красотой. — У тебя есть зарядка для айфона? — спросил он, присаживаясь на кровать. — Дома забыл, — ответил Миша, у которого пока не было айфона. — Жаль. Никита медленно облизнул губы, и Миша понял, что он пришел вовсе не за зарядкой. С бешено колотящимся сердцем Миша прикрыл эрекцию книгой, пытаясь сообразить, что делать дальше. Никита встал и подошел к окну. — Красивый вид. «Но не такой красивый, как ты», — надеялся и боялся услышать Миша. — У тебя есть что-нибудь пожрать? — спросил вместо этого Митрофанов и порочно улыбнулся. — Есть кое-что вкусненькое, — подыграл ему Миша, закрывая дверь на ключ и снимая трусы. Никита с ужасом и восхищением смотрел на него, широко распахнув красивые глаза. — Но я не настолько голоден, — смущенно сказал он. — Аппетит приходит во время еды, — подбодрил его Миша. — Раздевайся. — Пожалуйста, не надо, — стыдливо шептал Митрофанов, расстегивая молнию на джинсах. В обнаженном виде он был еще прекраснее. Тонкий, хрупкий юноша вызывал желание защитить его, но вместе с тем — сломать. Миша подошел к нему и мягким, но строгим движением велел опуститься на колени. Никита повиновался и теперь смотрел снизу вверх взглядом невинной, но искушенной нимфетки. Миша провел пальцем сначала по своим, потом по Никитиным губам. Митрофанов аккуратно облизнул палец и слегка прикусил его, продолжая смотреть на Мишу огромными наивными глазами. Тогда Миша решил, что лучше начать с обычного секса, и отнес Никиту на кровать. Тот встал на четвереньки и кокетливо выгнул спину. Миша наслаждался оттягиванием долгожданного момента: достал из тумбочки смазку (он и не подозревал, что сможет воспользоваться ей чуть ли не в самом начале проекта), зажег свечу с ароматом ванили и принялся искать в телефоне музыку для секса. — Скорее возьми меня! — изнывал Митрофанов. Наконец Миша забрался на кровать; при этом он больно ударился коленом, но возбуждение пересилило боль. Только теперь он заметил необычную татуировку на спине Никиты — длинную полосу на позвоночнике. Миша намотал на кулак одной руки Никитины брейды, заставляя вогера выгнуть спину еще сильнее и запрокинуть голову назад; второй рукой он медленно поглаживал татуировку, опускаясь все ниже, к самому копчику. И тут Мишу кто-то затряс за плечо. — Вставай, пора ужинать! — Чертов Курица, такой сон испортил! — закричал Миша, в сердцах швырнув в назойливого би-боя подушкой. Тот отскочил на безопасное расстояние и полюбопытствовал: — Что приснилось? — Что я выиграл проект, — находчиво соврал Миша.