Глава 2. Незваные гости
3 ноября 2018 г., 22:15
В то, что было написано в письме, Питер не особо верил, но при его нынешнем положении у него появилась последняя надежда. Он постоянно перескакивал с работы на работу вот уже года три, и везде ему с ней не везло. В Новом Орлеане его знали все без исключения. Конечно, если ты делаешь хорошие дела, то тебя вообще не замечают, с плохим делами все в точности да наоборот. Так что сегодня он потерял последнюю работу из списка всех рабочих мест Нового Орлеана, где он когда-либо работал.
Если адресат письма, некий «Филл Уокер» не распространяет лапшу по городу, тихонько похихикивая за своим столиком, то у Питера появится шанс начать заниматься привычным делом и получать нормальные деньги, если нет — ему придется проводить остаток жизни, прося милостыню у прохожих и довольствоваться крысами. Мысль насчет искренней честности «Филла Уокера» ободряла, но не настолько, чтобы довериться ей полностью. Во-первых, не указан адрес отправителя, из контактных данных только его имя, и не факт, что оно подлинное.
В бред насчет «существ неопознанного происхождения» Хорт тем более не только не поверил, а от души посмеялся, подивившись такой обширной и разнообразной фантазии автора письма. Ну кто, кто поверит в этот бред?
«За сумасшедшего приняли, блин, » — подумал он и погнал свой старенький скрипучий «Форд» наперерез встречным машинам, стремясь поскорее попасть домой. Вечером доблестные хранители правопорядка не особо разъезжают по Орлеану, так что Питер без проблем и лишних мигающих хвостов доехал до дома.
Припарковав машину возле соседской клумбы, которую из-за своей неухоженности и запущенности и клумбой-то нельзя было назвать, Питер, насвистывая под нос знакомую мелодию и раскручивая связку ключей вокруг указательного пальца, направился к дому, лениво перебирая ногами. Тут Хорт вспомнил одну вещь. Он обратно вернулся к клумбе, достал нож и принялся копать землю в самых зарослях неухоженных, покрытых шипами, засохших роз. Холодная, сухая земля плохо поддавалась, но наконец-то в ней показалось то, ради чего Питер терзал эту землю ножом: на свет вылезло горлышко, закупоренное пробкой, а затем Хорт вытащил бутылку портвейна, которую он закопал месяц назад и только сейчас вспомнил о ней.
Обрадованный своей забытой находкой, Питер отряхнул алкоголь и теперь уже направился домой в более чем бодром расположении духа.
«Твою мать, ворота не закрыл, » — подумал Питер, увидев распахнутые настежь ворота, которые он утром в спешке забыл закрыть. Посетовав на себя за такую оплошность, он закрыл ворота и задвинул на них засов.
Теперь со спокойной душой можно было заходить в дом, что Питер и сделал, на цыпочках пройдя мимо собаки, которая спала, задрав ноги и высунув язык. Если бы не наметанный глаз мужчины, он бы подумал, что собака мертва, но его глаза видели как грудная клетка питомца медленно опускалась и поднималась.
«Странно, с ней никогда такого не было, » — подумал Хорт и начал подниматься по ступенькам террасы. В голову Питеру начали вкрадываться подозрения. Тут он приметил еще одну вещь, которой раньше не видел.
На последней ступеньке лежали два толстых сигаретных окурка. Питер никогда не курил сигарет и прекрасно знал, что этих окурков тут и быть не должно. А если они есть, то это значит, что кто-то был у него дома. Или, возможно, и сейчас там. Ибо сами окурки здесь появиться не могли.
Внутри Питера начало расти легкое напряжение, такое знакомое и не появлявшееся с момента его последнего убийства. Он спустился с лестницы и пошёл в обход дома, аккуратно и бесшумно ступая ногами.
Вот он прошел боковую часть дома. Никого не увидев, Питер прижался к стене задней части дома и замер. В таком положении он пробыл минут десять, изучая каждый уголок заднего двора и наблюдая за малейшим движением, происходившим в поле его зрения. Штукатурка, покрывавшая дом еще со времен динозавров, начала осыпаться Питеру за воротник, но он не обращал на это особого внимания. Не приметив ничего подозрительного, кроме ободранных котов, что всей сворой дрались за дохлую тушку мыши, которая периодически вместе с ними взлетала в воздух, Хорт обошел дом и опять оказался перед террасой. Что ж, двор чист, оставалось лишь проверить сам дом, так приветливо смотрящий на него черными глазницами окон и нетерпеливо приглашающий Питера зайти внутрь.
Дверь была чуть-чуть приоткрыта, Питер открыл ее без лишнего шума. Он немного постоял в дверном проеме, вглядываясь в непроглядную темноту. Ни черта не видно, хоть глаз выколи. Полностью привыкнув к темноте, Питер зашёл в коридор и закрыл за собой входную дверь, которая издала еле слышный щелчок.
Снова зависнув на месте, Питер прислушивался к звукам внутри дома. Темнокожий двинулся по коридору, приближаясь к первой двери, тоже немного приоткрытой. Тихонько толкнув ее, он оказался на кухне. Она вся была залита ярким лунным светом, который на мгновение ослепил Хорта. Тот поспешил к окну и опустил жалюзи. Теперь на кухне стало темно, но и никого, кроме Питера, там не было. Но ощущение того, что он не один, только усилилось. Питер поставил бутылку портвейна на керамический столик рядом с раковиной и пошёл к выходу с кухни.
Тихонько выйдя и закрыв за собой дверь в кухню, Хорт двинулся к двери напротив. Она была широко распахнута, и герой, прежде чем зайти, осторожно высунул голову и осмотрел помещение гостиной. Никого не заметив там, он тихо зашёл и опустил все жалюзи на окнах. Если здесь и окажется кто-то, то закрытые окна его дезориентируют, и в темноте он просто наделает шуму, не успев подойти к окнам.
Закончив опускать жалюзи, Питер вышел из гостиной, закрыл плотно дверь и пошёл к лестнице в конце коридора, которая вела на второй этаж.
Здесь Питеру пришлось попотеть, так как ступеньки лестницы были очень скрипучие, и он потратил очень много времени, отыскивая те участки лестницы, в которых она не скрипела. Наконец была преодолена последняя ступенька и Питер оказался на втором этаже.
Второй этаж был похож на первый своим длинным коридором, но здесь ремонт был не полностью закончен, и серые, не покрытые обоями бетонные стены навевали зловещую атмосферу, а деревянные резные двери, покрытые толстым слоем лака, создавали яркий контраст с этими стенами.
Питер направился к первой двери, за которой оказалась ничем не примечательная ванная комната, в которой никого не оказалось. Закрыв дверь, он направился ко второй, которая была плотно закрыта, и за ней Хорт что-то услышал. В предвкушении скорого возмездия он двинулся к этой двери. Звуки тут же прекратились. Питер остановился и, дождавшись, пока звук возобновится, резко открыл дверь, занеся перед собой нож. В туалете никого не оказалось.
«Опять мышь скребется, » — с досадой подумал Хорт и закрыл дверь. Теперь остались его комната и чердак. Почему-то он был уверен, что жертва прячется именно на чердаке, но для пущей убедительности проверил комнату, где, конечно же, никого не оказалось. Даже кровать, которую он забыл утром заправить, была нетронутая.
Тут Питер вспомнил, что есть еще и подвал. Но чердак был ближе и первым делом он направился к лестнице, ведущей на чердак.
В отличие от первой лестницы лестница на чердак вообще не скрипела, и Питер быстро добрался до двери. Она была чуть-чуть приоткрыта, но это не помешало Питеру осмотреть почти половину чердачного помещения.
Лунный свет, падавший из окошка, позволял разглядеть в мельчайших подробностях все углы чердака, и в одном из них Питер приметил большую кучу белья, в которой блеснули два глаза, на мгновение отразивших лунный свет.
Питер решил подыграть ночному гостю, ибо тот до сих пор думал, что его не заметили. Выждав драматический момент, он еще раз пробежался глазами по чердаку, сказал с наигранной злостью:
— Убежал, скотина! — мужчина закрыл дверь. Встав сбоку от двери, Питер стал ждать.
Он простоял так целый час. Затекли колени, заломило в костях. К тому же еще жутко захотелось спать. Хорт уже собрался было зайти на чердак и прям там показать, кто тут хозяин, как услышал за стеной едва слышное шуршанье тряпок и тихие шаги. Питер приготовился встречать гостя и вжался в угол, стараясь быть более незаметным.
Человек на чердаке встал возле двери, Питер слышал его тяжелое дыхание, похожее на дыхание зверя. Немного потоптавшись на месте, что было очень хорошо слышно, гость начал медленно открывать дверь.
Питер ждал, когда тот высунет свою голову, но и тут гость не оплошал, опять замерев, вслушиваясь, как и Питер, в темноту дома. Хорт даже дышать перестал, боясь, что его дыхание спугнет незваного гостя. К счастью, жертва не заставила себя долго ждать. Подумав, что опасность миновала, он полностью вышла с чердака, сделав огромную ошибку: не посмотрев по сторонам.
Питер выбросил вперед правую руку, ударив по шейной артерии, и вырубил гостя. Обмякшее тело начало заваливаться вперед падая на лестницу, но Питер подхватил и с трудом удержал его, что оказалось задачей не из легких. Грузное, накаченное тело жертвы было очень тяжелым, и, спускаясь с ним по лестнице, Питер рисковал сломать себе шею. Но все обошлось, и Хорт благополучно донес его до кухни.
Кое-как приземлив тело на маленький по сравнению с ним стул, Питер достал из кухонного шкафчика изоленту и положил на стол, решив сначала обыскать гостя. Одежда того была мешковатой, клетчатой, какую носят рабочие на стройках или в каменоломнях, где он когда-то отбывал исправительный срок. А вот кепка была чистенькой, не тронутой временем. Обычная черная кепка с белым рисунком, чем-то напоминающим прицел, Питеру она очень даже понравилась, и он, не долго думая, одел ее себе на голову. Теперь нужно проверить карманы.
Покопавшись по карманам гостя, Питер извлек пачку сигарет, небольшой карманный пистолет и телефон. Вид русского «ОЦ-21» конкретно рассмешил Питера: такие пистолетики обычно носят дамы, чтобы отстреливаться от озабоченных бомжей, а не бодибилдеры-переростки, которые и выстрела от этой пукалки не почувствуют. Но вот что Питера в конец поставило в тупик — это то, что заряжен был он миниатюрными бронебойными патронами 7H16.
«А вот это уже немного даже солидно, » — подумал он и отложил пистолет подальше от громилы. Питер взял синюю изоленту и начал обматывать гостя. Из-за обширных размеров громадины Хорт решил не заморачиваться, полностью обмотав его скотчем, а всего лишь туго стянул его запястья и полностью обмотал его ноги от лодыжек до колен. Затем он примотал его к стулу для точной уверенности в том, что он никуда не сможет сбежать. Теперь дело было сделано, и можно было расслабиться.
Питер придвинул стул с обездвиженным громилой к столику, лицом к двери, и налил в стакан портвейна. Залпом осушив стакан, он нарочито громко поставил стакан на стол, надеясь разбудить своего гостя. Попытка была напрасной, тот и головой не пошевельнул. Видимо, перестарался с ударом, подумал Питер и пошёл к стенному шкафчику в поисках нашатыря.
Найдя нашатырный спирт, Хорт смочил им кусочек ваты и, подойдя к громиле, грубо мазнул им по носу.
Спустя несколько секунд гость зашевелился и на всю кухню раздалось громкое: «А-А-ПЧХИ!»!
— И тебя с добрым утром, малыш, — Питер уселся прямо напротив него и плеснул в стакан алкоголя. — Долго ждал-то меня?
— Что все это значит, мистер Хорт? Немедленно развяжите меня!
— Зачем, о дорогой господин, мы же еще не познакомились с вами! Вы, как почетный гость, который пришел ко мне в дом с добрыми помыслами, должны рассказать, кто вы и с какой целью пожаловали в мои скромные владения? — деловито спросил Питер, сцепив руки в замок и положив их на стол.
— О, мистер Хорт, я иногда поражаюсь вашему чувству юмора… Вы как маленький ребенок прям, любите поиграться и пошутить своим изощренным и изобретательским умом. Вы прочитали письмо?
— О да, мистер Уокер, я прочитал его, — ответил Питер. — Вот вы говорите что у меня ум изобретательный, но такой ум наоборот, у вас. Надо же, выдумать тут про каких-то инопланетян! Вы считали, что с легкостью меня надуете? Нет, ребята, вам это не удалось, совсем не удалось…
— Во-первых, — перебил Питера громила, — я не Филл Уокер, а Марк. Филл Уокер является нашим боссом, он руководит фондом «SCP». А во-вторых, ты рассудок свой не потерял только благодаря нам, ибо если бы то, что мы держим на своих базах, было бы среди нас, на планете давно бы уже прекратился род людской.
— Ой, боюсь-боюсь, — Питер комично замахал руками и изобразил на лице гримасу ужаса, но тут же сделал лицо серьёзным и подпер его кулаком. — Продолжайте, мне очень интересно вас слушать. И кстати, зачем я вам нужен?
— Никогда не задумывался о том, как будут реагировать люди, смотря на лужи крови, вывороченные кишки, лица с маской ужаса? Да они от этого в обморок падают, в лучшем случае их просто вырвет. А вот взять, к примеру, тебя. Хладнокровный убийца, который и глазом не моргнет при виде истерзанного в фарш тела, а колоть ножом других — обычное повседневное дело для таких, как ты. Понятное дело, многие просто сумасшедшие, но ведь попадаются среди них вполне адекватные и осмысливающие свои поступки люди. Вот такие люди нам и нужны на работе. Тем более нам нужны крепкие нервы, а не неженки, которые ходят под стол в случае любой непредвиденной ситуации.
— А вот для чего вам нужны такие крепкие орешки-то?
— Ты ведь не веришь во все это, считаешь бредом сивой кобылы. А между прочим это все чистая правда, как бы ты не хотел в это не верить. Вы, люди, живете, ограниченные жесткими рамками и исключительно по стадному признаку: вот они так думают, и я так буду думать, они в это не верят, и я в это не буду верить. Вы не хотите жить по своим принципам, ибо думаете, что все обернутся против вас. Именно из-за этой боязни люди перестают верить в существование чего-то потустороннего, неопознанного. На протяжении уже почти ста пятидесяти лет этот стадный принцип работает на полную мощь, заставляя людей ограничивать себя в мировоззрении, а наш фонд вот уже более пятидесяти лет помогает вам не сойти с ума от разнообразия форм жизни, появляющихся на нашей многострадальной планете. Тебя устраивает мой ответ?
— Довольно складно врешь, — ответил Питер собеседнику. — С одной стороны, хочется поверить во всю бредятину эту, а с другой стороны, желание вообще пропадает во что-либо верить…
— Не хочешь верить — не верь, я не заставляю. Твое дело, но если ты не согласишься, то будешь до конца своих дней жить на улице, потому что твои реальные навыки здесь никому уже не нужны. Ни-ко-му. Абсолютно.
«А он прав, » — задумался Питер — «Здесь я уже никому не нужен: родных все равно уже нет, все знакомые люди отвернулись от меня, я остался наедине с собой. Может, стоит ему довериться?»
— Ладно, я поверю тебе. Все равно уже деваться некуда, — Питер налил пол стакана портвейна и протянул громиле. — Будешь?
— Непьющий, — бросил он.
— Зато курящий, — сказал Питер с усмешкой.
— Ну, у тебя наоборот: некурящий, зато пьющий. Тем более у меня руки связаны, я не смогу взять стакан.
— Ну, это я для личной безопасности, — сказал Питер и развел руками, мол, тут он поделать ничего не может.
— Можно тогда мне сигаретку? — спросил громила у Питера.
— Да пожалуйста, — сказал Питер и раскрыл пачку, чтобы достать сигарету. Тут он увидел, что в пачке недостает только одной сигареты.
— Так-так-так… Тут нет только одной сигареты, мистер. Зато на крыльце лежат аж два окурка. Это значит, что вы не один явились ко мне в дом, так?
— Все верно, мистер Хорт, — и тут, к великому удивлению героя, громила высунул руки из-за спины и начал их потирать их. — Вы были таким наивным, Хорт, когда попытались меня вырубить, мне даже жалко стало вас. Я решил вам подыграть. А с изолентой справиться просто, уж больно легко она тянется. Ладно, засиделись мы тут, Питер, задерживаешь ты нас, поэтому мы прибегнем к следующим мерам. Вырубай его, Майк!
— Кого вырубай?.. — хотел было спросить Питер, но не успел. Холодная железная иголка впилась ему в шею, впрыскивая внутрь что-то жгучее и холодное. В глазах помутнело, тело начало слабеть и заваливаться набок.
— В машину его грузи… — это было последнее, что услышал Питер перед тем, как сознание полностью покинуло его и он погрузился в бесконечную темноту…
