тебя - ни за что.

       Сынчоль идет к Вону, потому что тот единственный, кто сейчас может понять и не задавать вопросов. Он планирует просто протянуть другу пакет со сладостями вместо ненужных слов, потому что это всегда работает. Но когда он стучит в дверь, ее открывает почему-то Мингю. — Что ты здесь делаешь? — Интересуется Сынчоль, щуря глаза. — Вону-а, это Сынчоль, — кричит Мингю через плечо. — Для тебя Сынчоль-хен, вообще-то, — отвечает Чхве, отвесив парню подзатыльник за неуважение и толкнув его в сторону, проходит в квартиру.        Вону шмыгает носом, натягивая рукава кофты до кончиков пальцев, и Сынчоль почти чувствует его боль, поэтому поджимает губы, оставляя пакет на небольшом комоде и подходя ближе к Вону. Тот всегда после ссоры или недосказанностей смотрит на Сынчоля таким взглядом, от которого Чхве испытывает ужасное чувство вины.        Сынчоль расставляет руки в разные стороны, смотря Вону в глаза, и тот всхлипывает, крепко обнимая друга и сжимая пальцами его толстовку. — Я ненавижу тебя, — выдыхает Вону. — Я знаю, — отвечает Сынчоль. — Но я принес тебе твои любимые снеки. — Я люблю тебя, — исправляется Вону, улыбаясь и отстраняясь от Чхве.        Мингю не совсем понимает в чем дело, потому что будь он на месте Вону, он бы уже давно перестал общаться с кем-то вроде Сынчоля, который ради личных интересов разрушает чужие жизни. Но Вону, даже если признал свои чувства к нему прошлой ночью, все еще является непонятной загадкой, которую Мингю собирается разгадывать долго и с особым пристрастием. — Все в порядке? — Спрашивает Мингю, мягко коснувшись плеча Вону, и тот кивает. — Тогда я пойду, ладно? У меня сегодня четыре практики и если я не появлюсь, то Сунен сломает мне ноги, — говорит он. — Хорошо, — кивает Вону. — Зайдешь вечером? — Чтобы вытащить тебя на улицу? Конечно, — зачем-то кивает Мингю, и, поцеловав Вону в лоб, уходит. — Вы что теперь, парочка? — Щурит глаза Сынчоль. — Возможно, — пожимает плечами Вону. — Завари чай, я пока найду твой любимый мультик. — Я не заслуживаю тебя, — хватаясь за сердце, театрально выдыхает Сынчоль. — Так и есть, — отвечает ему Чон, пихая в плечо.        Как и ожидалось, Вону всегда на стороне Сынчоля, не важно какие ошибки он совершает и как это сказывается на самом Вону. Сынчолю иногда так жаль, что Чон не отворачивается от него, потому что так было бы легче для него самого. Но Вону словно синоним к слову преданность.        Вону вытаскивает все вкусное и не полезное из пакета, притаскивает подушки и два пледа из комнаты, он вводит в поисковик название мультика, ставя на загрузку, пока Сынчоль возится с чаем. Вону отправляет сообщение Джихуну, и тот отвечает почти сразу же, оповещая, что будет через пару минут и чтобы без него не начинали. — Готово, — Сынчоль ставит две кружки на стол. — Я позвал и Джихуна, — оповещает Вону. — Знал это, — хмыкает Чхве. — Поэтому заварил сразу три кружки, — он снова уходит на кухню, возвращаясь еще с одной кружкой горячего напитка.        Джихун не заставляет себя ждать, приходит через назначенные пять минут и, вклинившись между Сынчолем и Вону, укрываясь сразу двумя пледами и греясь о друзей, довольно улыбается, говоря, что можно уже включить мультик.        Сынчоль перестает чувствовать себя разбитым в такие моменты, потому что Джихун смеется, пока Вону спорит с главными героями. Ему даже кажется, что он может справить со всем этим, двинуться дальше, отпустить чувства, но стоит ему выйти из этого мирка, как все снова рушится на него. И почему нельзя ограничить себя только на двух людей и поставить табу внутри, да и снаружи, на всех остальных. — Джонхан говорил со мной, — выдыхает Сынчоль, когда титры в мультике заканчиваются.        Вону и Джихун поворачиваются к нему лицом, ожидая продолжения, но Сынчоль словно застыл где-то между мирами. Ему совсем не хочется рассказывать все, но почему-то когда озвучиваешь друзьям, то чувствуешь себя лучше, чем когда не. — Он все еще никогда ни за что, — хрипит Сынчоль, и Вону тихо вздыхает.        Этот круговорот боли непрерывен. Сынчоль просто не может разлюбить, у него не получается, он пытается так сильно, делает так много, но все равно ничего не получается. Он разрушил себя, испортил отношения между факультетами, устроил целую войну в университете, почти лишился друзей, но все равно не может справиться со всем. Может, он просто делает что-то неправильно.        Джихун ненадолго скрывается в комнате Вону, а после появляется с гитарой в руках, усаживаясь на пол. Никакие разговоры не могут исцелить разбитое сердце, но для них, людей музыки, реально даже собрать разбитое сердце через нужные аккорды. Джихун импровизирует, пробует нескладные аккорды, пока Вону подбирает бит, постукивая по столу, а Сынчоль перебирает слова. Получается ужасная песня ни о чем и обо всем сразу, такая, что они смеются и пихают друг друга.        В конце концов, Сынчоль понимает одну вещь в этот вечер — нет ничего лучше, чем нужные люди рядом.