Так вышло...

– Ну, что там? – спросил Шастун. – Это Матвиенко, – выдохнул Арсений, пиная камушек на тротуаре. – А я говорил, блять, – отвечает Антон, – что делать будем? – Дима против, чтобы мы к нему ходили, – говорит Арс, – но я считаю, что поговорить с ним стоит. – Не поговорить, а рожу ему начистить, – закричал в трубку Шастун. – Это уже как пойдет, – отвечает Попов, – сначала надо попробовать решить все миром, а потом уже кулаками махать. – Я бы сначала врезал, а потом уже говорил, – фыркает Антон. – Да, а отдача тебя не смущает? – возмутился Арс, – угораздило же меня с малолетками связаться. – Ой, если тебе сложно, то я и один могу сходить, – ответил Шастун. – Дима не только тебе дорог, – сказал Арсений, – хоть Матвиенко и мудак, это не значит, что надо сразу его бить, он и ответить может. Надо думать головой, Антон, поэтому я и хочу просто поговорить, ну, а там как пойдет, – объяснил Арс, – так что пойдем вместе, я буду отвечать за разговор, ну, а ты уже, если что, будешь бить. – Договорились, – согласился Антон, – как действовать будем? – Где он живет, ты знаешь? – спросил Арсений. – Нет. – И я нет, – закусывает щеку изнутри Арсений. – Давай, завтра после школы проследим за ним, – предложил Антон. – У меня завтра смена, – отвечает Арс, – не смогу поменяться. – Тогда давай, я ему напишу сейчас, мол, поговорить надо, – опять предложил Шастун. – Давай, – согласился Арсений.

***

      Шастун медленно затягивался и выпускал белый дым. Арсений косился на него, снимал и надевал кольцо. Матвиенко согласился встретиться и поговорить вечером того же дня, ничего не заподозрив. Двое парней на «А» уже пять минут были на, так называемом, месте встречи, то есть за гаражами. – Что-то он опаздывает, – сказал Арс. – Нет, это мы раньше пришли, – посмотрев время на телефоне, ответил Антон, опять затягивался.       Проходит буквально пару минут, и на горизонте появляется Сережа. – Говорить буду я, – шепнул Арсений, пока Антон тушил бычок. – Какая странная компания, – ухмыльнулся Матвиенко, когда подошел к ним, – а не заразились ли вы от этого пидора? – А ты не ахуел? – возмутился Антон, делая шаг, но Попов остановил его рукой. – Мы поговорить хотели, – сказал Арсений. – Не о чем мне с вами, пидорами, разговаривать, – огрызнулся Сережа. – Нет, ты правда ахуел, – развел руки Антон, – ты нас пидорами обозвал? – Да, Шастун, тебе не послышалось, – улыбнулся Матвиенко, – от тебя я такого не ожидал, у тебя же баба была? – Не баба, а девушка, – ответил Антон, – и она все ещё у меня есть. – Не об этом речь, – сказал Арсений, – зачем ты так поступил, Сереж? – А, я понял, ты его дружок, да? – показал пальцем на Попова, – я в кофейне так и подумал, что ты из этих, когда увидел, все понятно теперь. Что, за любовничка впрягаешься? – А тебя не это волновать должно, – ответил Арс, – а то, что нас двое, а ты один. – Теперь ты на месте Димы, – толкнул его в плечо Антон. – Нравится? – спросил Арсений, – ещё раз спрашиваю, зачем ты так поступил, Сережа? – тот промолчал, парни сделали шаг на встречу, а Матвиенко шаг назад, – не будешь вести с нами диалог, я тебя поимею, причем без смазки, узнаешь какого это, когда не ты, а тебя, – сказал Попов, смотря прямо в глаза.       А Антон рядом ухмыльнулся, думая про себя, правда ли Арс сделает это с Сережей, или он блефует. Матвиенко вжался в стену гаража, по-очереди смотря то на Арса, то на Антона, которые нависли сверху. – Просто, – выдыхает он. – Просто? – переспросил Антон, – ты избил человека просто так? Ты еблан? – Нет, Антон, – говорит Арсений, – не просто так, а потому что человек испытывает к нему чувства. Ты правда еблан, Сереж, потому что не понимаешь самого главного в этой жизни… – Нет ничего лучше, чем знать и чувствовать, что тебя любят, – договаривает Антон, а Попов кивает, – того, какой ты есть. – И тебе с этим жить, – грустно улыбнулся Арсений, – к Диме больше не подходи, оставь его в покое, после всего, что ты сделал, он теперь смотрит на тебя по-другому, – отходит на два шага назад, – пойдем, Антон, – разворачивается и уходит. – Скажи спасибо, что не избили, – говорит Антон и догоняет Попова.       Сережа медленно опустился по стене вниз и сел на корточки, уставился себе под ноги. – Все-таки нужно было его пару раз ударить, – говорит Антон, доставая пачку сигарет. – Нет, не нужно, – отвечает Арсений, – слова делают гораздо больнее, он этот разговор на всю жизнь запомнит, – заглянул в его глаза Арс, – поверь мне. – Верю, – говорит Антон, – ты же у нас мудрый сэнсей. – Это намек на то, что я старый? – возмутился Арсений. – Очень мудрый, – отвечает Шастун, закуривая. – Если что, я и тебя выебать могу, – ухмыльнулся Попов. – Моя гетеросексуальность этого не переживет, – выдыхает дым Антон.

***

      На следующий день после школы Шастун отправился в больницу, чтоб навестить Димку, который залипал в телефон от скуки. – Здорово, Поз, – улыбнулся Антон, когда зашел в палату. – Привет, – отвечает Дима, откладывая телефон. – Ну, как ты тут? – спрашивает Шастун, присаживаясь на пустую кровать рядом. – Скучно, – отвечает Дима, – завтра вечером, сказали, выпишут, – смотрит на Антона внимательно, ищет ссадины или синяки, – а у тебя как дела? – Нормально, – пожимает плечами Антон. – Шастун, не тяни кота за яйца, – возмутился Поз, – вы ходили или нет? – Да, – отвечает Антон, – поговорили и мирно разошлись. – Че ты пиздишь, – фыркнул Дима, – когда это ты мирно расходился. – Это все твой Арсений, – отвечает спокойно Антон, – он мастер переговоров прям. Не веришь - у него спроси. – Придет - спрошу, – отвечает Дима. – У него сегодня смена, – говорит Антон. – Да, я знаю, – отвечает Поз. – Кстати, хотел спросить, – говорит Шастун, – вы с ним типа вместе? Ну, встречаетесь? – Да, хуй знает, – отвечает Дима, – серьёзно, мы как-то это не обсуждали. – Он тебе нравится? – спрашивает Антон. – Не знаю, – пожимает плечами Дима. – Он просто отличный вариант для тебя, – говорит Антон, а Поз поднимает удивленно брови, – он постоянно рядом, заботится о тебе, красивый, это я тебе как натурал говорю. Да, и вы уже трахались, почему бы с ним не замутить? – В этом-то и проблема, – говорит Дима, опуская взгляд, – в том, что мы уже трахались. – Не вижу никакой проблемы, – улыбнулся Антон, – или он плох в постели? – Ой, иди в жопу с такими разговорами, – махнул рукой Дима. – Это по вашей с Арсом части, меня не переманишь в вашу секту, – ответил Антон, – я, вообще-то, помочь хотел.

***

      Всю ночь Дима не мог уснуть, он лежал, смотрел в больничный потолок и думал. Ведь Шастун был прав, Арсений всегда рядом, когда ему нужна помощь, Арсений о нем заботится. Дима ни один раз слышал от него, почему это он не носит шапок и шарфов, ведь на улице так холодно. И когда Позов заболел, Арсений навещал его больше всех и всегда спрашивал, пьет ли он лекарства. Шастун был прав и в том, что Арс красивый, Дима бы сказал, очень красивый. Ему бы в журналах печататься или в кино играть, может, даже по подиуму ходить, а не баристой в кофейне работать. Арсений умный, правда, скрывал это за странными шутками и очаровательной улыбкой. Как в него не влюбиться? Вот только Дима не знал, влюблён ли он в него. Да, Арсений ему нравился, но влюблен ли? Он не мог ответить на этот вопрос. А ещё Дима не хотел делать ему больно.       Позов понимал, что Сережа редкостный мудак, особенно после того, что сделал. Но опять же Дима не знал, разлюбил ли он его, или у него все ещё остались к нему чувства. Он все гонял и гонял это в своей голове и уснуть смог только под утро, когда до рассвета оставалось каких-то пару часов.       Дима все спал и спал, он проспал завтрак, как его соседа выписали, и он остался один в палате, и как к нему пришел Арсений. Попов, увидев, что он спит, тихо прошел в палату, поставил пакет на пол и так же тихо сел на краешек кровати. Дима сквозь сон чувствует сухие губы у себя на лбу, начинает ворочаться. – Димка, – шепчет Арс ему на ухо, – жизнь проспишь, – улыбается он.       Дима хмуриться и открывает глаза, видит перед собой улыбающегося Арсения. – Арс, это ты? – спрашивает он, – или мне снится. – Не знаю, – пожимает плечами Арс, – такое тебе может присниться? – спрашивает он и накрывает его губы своими, втягивая в нежный поцелуй. Дима отвечает на него и обнимает за шею. – Вообще, мне раньше такое не снилось, – отвечает Дима, когда отстраняется от его губ. – Видимо, и вправду, я, – улыбнулся Арс, выпрямляясь, – я принес тебе гостинцев. – А смысл? – Дима тянется за очками, – меня же сегодня выписывают. – Ну, дома поешь, – отвечает Арс, – там апельсинки, шоколадки, сок. – Спасибо, – улыбается Дима, садится, подкладывает подушку под спину и откланяется на неё, – мне Антон рассказал, что вы ходили говорить с Сережей. – Ну, да, – отвечает Арсений, – поговорили и разошлись, и пальцем его не тронули. – А он вас? – уточнил Дима. – И он нас, – улыбается Арсений.       На какое-то время наступает тишина. Дима опускает взгляд себе на руки и решается задать один вопрос, а Арсений рассматривает его, такого заспанного, взъерошенного, уютного, домашнего что ли, и такого милого. – Арс, – поднимает взгляд на него, – у меня есть вопрос один. – Ну, задавай, – улыбается Арсений. – Что между нами? – тихо спрашивает Дима. – Я бы хотел назвать это отношениями, – отвечает Арс, – но не знаю, как ты к этому отнесёшься, – Дима выдыхает и опускает взгляд, – Хочешь ли ты, чтобы мы были вместе?       Вот он, момент истины. От ответа Дима зависит будущее двух людей. Зависит, будут ли они встречаться или, возможно, больше никогда не будут общаться. Ведь друзьями быть после такого сложно. Вдох-выдох. Глаза в глаза. – Хочу, – шепчет Дима, а Арс улыбается ярче солнца. – Иди сюда, – говорит Арсений, и Дима пододвигается к нему ближе, тот целует его нежно, любя, не углубляя поцелуй, отстраняется и держит его лицо ладонями, – значит, мы вместе.