Бессмертник. Цветок счастья...

Вечер брал город в свои объятия первыми в этом году заморозками, которые пришли, кстати говоря, достаточно рано. Борис Чалый пробыл в клинике доктора Шольца практически допоздна, прежде отправив с водителем доктора Поллока на квартиру Полину, Олю и Ярика, который, словно липучка, обнял любимую тётю и ни за какие коврижки не хотел её отпускать. Вообще, Ярик бьл каким-то нервным и вялым, почти что засыпал на коленях у Оли, поэтому, собственно говоря, и согласился поехать отдохнуть к тётей Олей, а не оставаться с мамой и дядей Олегом. Честно говоря, и Полина, и Надя, и Олег были безмерно благодарны Чалому и Оленьке за то, что они хотя бы немного вытаскивали Ярика из больничных стен, ведь раньше Ярик с боем уходил из палаты дяди Олега, с которым стал практически неразлучен. А Боря с Олей, узнав у Сандры адреса парков аттракционов и торгово-развлекательных центров, спланировали для Ярика целую развлекательную программу. А когда Ярик заявил, что не хочет так надолго оставлять амму и дядю Олега, веь он им очень нужен, Борис преподнёс мальчику довольно-таки солидный подарок, который приготовил ему ещё в Киеве, да только возможности не было вручить – новомодный смартфон со всеми функциями и номером компании «Борей линк», который, кстати говоря, был напрямую привязан к номеру Нади – функция «родительский контроль», идею разработки которой в своё время предложила она сама, вступила в работу и уже вполне была готова сослужить службу для самой Надежды. Стоит ли говорить о том, что от этого подарка Ярик был просто-таки на седьмом небе от счастья? Но не только потому, что теперь сможет играть в новомодные игры и прочее –а от того, что и он теперь, как и мама, может быть на связи с дорогими людьме – с другом Андреем, тётей Катей и дядей Патей, а также, с мамой и дядей Олегом, когда находился в квартире доктора Поллока с кем-то из взрослых – тётей, которую он теперь всё чаще называл бабушкой, Полиной, дядей Гансом и Сандрой или же с дёдей Борей и тётей Олей. Также, Ярик загорелся мыслью самостоятельно, по совей иннициативе изучать английский и немецкий, для чего Сандра посоветовала мальчику замечательное приложение для изучения иностранных языков, в котором для деток были разработанные специальные задания. Одним словом, скучать Ярику было некогда и он послушно согласился поехать домой вместе с Олей и Полиной (доктор Поллок дали м в личное распоряжение одно из своих авто с личным водителем – кстати говоря, это была идея Сандры, которая на миг представила, сколько же Горским придётся тратиться каждый день на такси, ведь если от клиники до квартиры Ганса было недалеко, то поездки по разным делам, по работе Нади, которая уже официально работала в компании Юлии, никто не отменял, делам по поиску лекарственных препаратов и разнообразных приспособлений для Олега – одним словом, без «колёс», как говорится, в большом городе было достаточно сложно). И если Ярик, Полина и Оленька отбыли домой, то Борис каким-то шестым чувством решил остаться и поговорить с доктором Шольцом по поводу того, что же может понадобиться Олегу для его дальнейшего лечения. Кстати говоря, Надя ещё не знала того, что компания «Борей линк» решила целиком и полностью взять на себя все растраты по поводу лечения и восстановления Олега. Да и сказать об этом Надеже в тот вечер Борис, по сути-то, и не успел даже, ведь когда он, проводив отдыхать основной состав «группы поддержки», поговорил с врачом, вернулся в палату Горского и успел перекинуться парочкой шуточек с ним и Надей, как вдруг… Прямо на глазах у Бориса Олег вдруг замолчал, начал тяжело и отрывисто дышать, хватая вмиг побелевшими, даже посиневшими губами воздух. Испуганная Надежда успела взять себя в руки и вовсе отреагировать на это. Она бросилась Олегу, крикнув Борису: -Боря, нажми на кнопку вызова персонала, быстро!- затем, она принялась одной рукой быстро-быстро растирать грудь Олегу, держа другой ладонью его за руку, при этом ласково и успокаивающе шептала: - Ччч…. Дыши… Дыши, мой родной… Спокойно-спокойно-спокойно… -Дым… Дым… Неч..чем дыш..шать… Дым.. Дыш..шать…неч..чем…- хрипел Олег, непроизвольно выпучивая глаза и отчаянно цепляясь за жизнь, ловя посиневшими губами воздух. В палату тут же бросились медики во главе с пульмонологом доктором Шварцем и оттолкнув в сторону не на шутку напуганную Надежду, которую Борис тут же, вовремя среагировав, обнял за плечи и практически силой вывел из палаты, и принялись приводить Олега в чувство. Уже в коридоре, рыдая и положив дрожащие пальцы на стеклянную дверь палаты, Надежда с ужасом наблюдала за тем, как Олегу на шее, возле гортани делают небольшой надрез, вставляя туда трубку, после чего несчестный больной наконец-то сделал несколько свободных, глубоких вздохов. Трубку на шее тут же зафиксировали и подключили её непосредственно к апапарату ИВЛ, который, по сути, и начал «дышать» вместо Олега. Когда Горский немного «раздышался» и начал постепенно приходить в себя, то напуганными, впалыми глазами тут же начал искать Надежду, словно бы ребёнок, который затерялся в толпе и ищет глаза мамы. Когда их с Надей глаза встретились, Надежда одними лишь губами произнесла: «Я люблю тебя… Всё будет хорошо..», нарисовав пальцами в воздухе сердечко, после чего на измождённом лице Олега вместо синевы начал проступать слегка розоватый оттенок, его всё ещё синие губы растянулись в едва заметной улыбке и также неслышно ответили «И я тебя очень люблю…», после чего к Олегу подошла медсестра для того, чтобы сделать ему укол, после которого глаза Олега начали постепенно закрываться – больной уснул. Увидев, что Олегу стало вроде бы лучше, Надя и сама облегчённо выдохнула – веь пока любимого выводили из кризиса, ей казалось, что она и сама не дышала. Когда из палаты Олега вышёл пульмонолог, Надежда тут же бросилась к нему и они с доктором Шварцем очень долго о чём-то разговаривали. Сам разговор вёлся на немецком, который Надя уже хорошо усвоила (у неё не было другого выхода, собственно говоря), и Чалый, по чути, ничего из него не понимал и только по выражению лица Нади ему стало понятно, что дело плохо. Лицо Надежды побледнело, она просто стала не похожа сама на себя, - могла только кивать и говорить что-то на мотитив «Я поняла…», «Да-да..», «Спасибо…». Когда разговор закончился и врач, откланявшись, направился в оринаторскую (рядом с Олегом осталась дежурить медсестра), Надя словно бы на автомате подошла к скамейке, где её ждал не знающий, чего и ожидать Боря, и также на автомате опустилась рядом с ним, смотря в одну точку. -Ну чего там, Надь? Что врач сказал? Олегу лучше?- спросил Чалый, после чего Надежда только отрицательно замотала головой и её плечи то и дело начали вздрагивать от рыданий.- Тааак, Шевченко! А вот это вот совсем уж не дело, скажу я тебе!- строго сказал Борис своим фирменным «начальственным» тоном, после чего мигом бросился к кулеру, набрал в стаканчик воды, затем, снова вернулся к Надежде, сунув ей тот самый стаканчик с водой прямо в руки. – На вот, пей! Пей, кому сказал, Шевченко! Ну-ка соберись!- рявкнул Чалый на Надю так, что на них тут же возмущённо посмотрели сразу несколько медсестричек, сделав тихие замечания. А так как сам Борис не знал немецкого и очень плохо знал английский, он только коротко извинился перед медработниками и снова обратил взор на Надю. Главным для него было сейчас привести её в чувство.- Ну так что там, Надь? Что врач сказал? Да не томи ты, а?! -Инфекция в лёгких. Откуда она взялась, ума не приложу..- сказала дрожащим голосом Надя, после чего Чалый едва слышно чертыхнулся. -Чёрт! Где она взялась?- растерянно спросил Борис, после чего Надя лишь неопределённо пожала плечами. -Не знаю. Возможно, простыл во время переезда. Ох..- тяжело вздохнула Надежда.- Олег и так плохо переносить температуру, а тут.. К тому же..- голос Нади снова задрожал.- Доктор Шварц сказал, что, возможно, это навсегда.- хриплым голосом добавила Надежда и её губы снова задрожали. -Блин, Шевченко, ты можешь толком говорить, в конце-концов?- теряя терпение, спросил Борис. -Возможно…- Надя выдохнула.- Возможно, что Олег никогда больше не сможет полноценно дышать.. И любая инфекция может стать для него роковой…- добавила девушка и, не сдержавшись, снова разрыдалась. Борис же, в свою очередь, начал мигом успокаивать подругу, то и дело поглаживая её по голове и по плечам. Наверное, такое вот столь нежное проявление чувств от Бориса исходило впервые в адрес девушки, которую он Борис Чалый в своё время дико ненавидел всемми фибрами своей души и даже несколько раз помышлял убить, считая, что именно Надя виновата в гибели его любимой девушки и неродившегося ребёнка. Но со временем, как говорится, все такое стало явным и Бориса с Надей объединила борьба – сначала за справедливость, а теперь вот и за жизнь Олега – невероятного человнка, который изменил жизни каждого из них без исключения к лучшему. -В смысле, Шевченко? В каком смысле, не сможет дышать? Совсем? – не сразу понял Чалый, ведь он был, по сути, очень далёк ото всех медицинских нюансов. -Возможно, что и совсем. Вернее, не сможет без воспомогательных средств, то есть, без кислородного аппарата и кучи лекарств.. -Твою ж мать… - выругался Чалый, то и дело смотря в одну точку. По правде говоря, ему было невозможно даже представить, каково это, когда когда-то полный сил, разнообразных идей, генератор шуток и разнообразных фразочек Олег, который был готов всегда и всем прийти на помощь, сейчас может быть лишён не только возможности двигаться, но и полноценно дышать. -Господи, ну да, я виновата, так ты меня наказывай! Меня!- рыдала Надя, несколько раз ударив себя кулачком в грудь.- Олега-то за что?! Неужели за его отказ помочь мне с камерами?! Так он не должен был делать этого, у него могли бы быть проблемы! Но и, коль уж на то пошло, если уж он и считал себя виноватым, то давно уже искупил свою вину! Да он безгрешен по сравнению со мной! Он чист и безгрешен, как ребёнок! Он же… Он же только хотел любить, быть любимым, нужным, иметь родных, друзей и… -Так, Шевченко! Кончай! Всё! Баста! Хватит причитать!- крикнул Чалый, котоырй решил жёстко оборвать истерику Нади.- Вы не одни! Олег не один! Мы с вами! И что врачи скажут сделать для Олега – всё сделаем! Нужен будет этот чёртов кислородный апарат – и его купим,в конце концов! -Ты… С ума… Сошёл?- прохрипела Надя, возобновив дыхание после плача.- Ты можешь себе представить… Сколько он стоит? -Сколько он стоит? Денег он стоит! Штучек таких, знаешь, с президентами и прочими дядьками важными на них! Всего-то!- говорил Борис. Он пытался шутить, но вместе с тем, продолжал отчаянно хлопать глазами, чтобы прогнать непрошенные слёзы. -Эти, как ты говоришь, штучки с президентами надо ещё где-то найти…- прохрипела Надя, делая ещё несколько глотков воды из стаканчика, принесённого Борисом. -Об этом, Шевченко, не думай даже. Это уже моя забота.- сказал Борис, время от времени до хруста сжимая зубы. Осознание того, какие страдания терпит сейчас его друг, человек, который столько для него сделал, причиняло Боре почти что физическую боль.- Деньги – не проблема! Сколько нужо будет – столько и достанем! Надо будет – акции «Борей линк» выставлю на продажу, франшизы, саму фирму - но у Олега будет всё, что нужно! Поэтому, про денежные вопросы не пекись даже, Шевченко, это не твоя забота!- сказал Борис.- Ты лучше о себе подумай..- добавил он, кивнув на подругу. -Да что обо мне думать-то?- махнула рукой Надя.- Жива, здорова,с руками и ногами! Обо мне в своё время думали много, даже слишком – и какой результат?- с горечью добавила девушка, кивнув на дверь больничной палаты, за которой стояла тишина, которую нарушали только писк аппаратов, монотонную работу кислородной помпы и стоны Олега. -Ну вот!- всплеснул Борис руками. – Наша песня хороша – начинай сначала! Ну сколько можно этих самобичеваний, а, Шевченко? -Всё-всё, я не буду больше! Всё. Да! – решительно выдохнула Надежда, затем, уронила голову на руки, помассировала виски, шумно выдохнула и вытерла слёзы.- Борь, ты… Ты знаешь что? Ты езжай к нашим... Ну, то есть, на квартиру доктора Поллока. -То есть? Без тебя? Без тебя я не поеду, Шевченко!- полным решимости голосом сказал Борис.- Поэтому, ты сейчас же собираешься и едешь со мной! Ты же сама едва на ногах стоишь! Тебе также надо отдохнуть! Да-да, Надь!- строго сказал Борис, поймав умоляющий Надин взгляд.- В конце концов, я твой начальник и… -Вы уж простите, Борис Иванович, но здесь Ваши полномочия не действуют. –грустно улыбнулась Надя, но когда она встретилась со строгим взглядом Чалого, то тон девушки сразу же изменился на умоляющий – таким тоном она, наверное, отпрашивалась у своей матери Людмилы Петровны ещё пять минуточек погулять или же позволит ей пойти куда-то гулять с подругами.- Борь, я… Я в норме, правда… И я знаю, что Олегу легче, когда я рядом с ним. Я нужна ему, Борь, понимаешь?! Как мама грудному ребёнку! Я… Я не могу, не имею права бросить Олега в таком состоянии! Да, да, здесь лучшая клиника, первоклассный уход, но… Я знаю, что Олегу нужна именно я и моё присутствие! –закончила Надя, выдохнув и поправив белый халат у себя на плечах.- Поэтому, ты меня отсюда, Борь, и силой не вытащишь! -Ну почему же, Шевченко?- невозмутимо парировал Борис.- Вот, например, я сейчас позову медсестру, попрошу её сделать тебе смирительный укол и потом…- жестикулировал Борис, показывая, как он закинет Надю через плечо и унесёт прочь, после чего сама Надежда, не сдержавшись, рассмеялась. -Ничего у Вас не получится, Борис Иваныч!- сказала молодая женщина, продолжая улыбаться.- Меня здесь уже все знают, так что, весь персонал будет за меня, можете даже и не сомневаться!- добавила Надя, после чего они с Борисом едва слышно рассмеялись.- А если серьёзно, Борь, езжай на квартиру доктора Поллока один. Позаботься о Ярике, Полине Андреевне и Оленьке, пока я здесь… Я же… Я не могла от неё ничего скрыть и написала ей о том, что Олегу плохо… Нам с доктором Поллоком удалось уговорить её остаться дома и не ехать никуда, на ночь глядя..- с волнением добавила Надя. Она видела, насколько сильно подкосилось здоровье Полины Андреевны после несчастного случая с Олегом и чувствовала свою ответственность за неё. -О чём ты говоришь, Надя? Конечно! Конечно!- кивнул Борис, который сейчас ощущал по отношению к Полине Андреевне особый трепет. Помня, сколько они с Олегом сделали для него, Бориса, как вытащили самого Чалого фактически с самого дна и помня то, как он их подставил, к тому же, зная от Нади, что Полина Андреевна уже была фактически в двух шагах от инсульта, Борис был готов заботиться о матери друга с таким же трепетом, с каким сам Олег когда-то заботился обо всех них. -Спасиьбо тебе, Борис.. Спасибо.. И ещё… Ты не мог бы мне привезти кое-какие вещи? Я напишу тебе список сообщением на телефон.- попросила Надя. В тот момент ей очень сильно хотелось спать, но из-за сильной тревоги об Олеге Надя осознавала, что сон сейчас не для неё, что он для неё сейчас, как говорится, непозволительная роскошь, поэтому, девушкой и было принятно решение прогнать дурные мысли и сон ещё одной порцией животворящего кофе. Затем, Надежда снова потянулась было к кофемашине, сделала себе двойной эспрессо с молоком, а затем, поймав на себе полный негодования и тревоги взгляд Бориса, тут же поморщилась и произнесла: -Ой, Борис Иванович, не надо только вот этих твоих взглядов тут мне, ладно?- поморщилась Надежда так, словно бы выпила какое-то очень горькое и неприятное лекарство.- И уговаривать меня снова поехать отдохнуть бесполезно, так что… -Да я уже понял, понял, Шевченко! – сказал Борис, исподлобья посмотрев на Надю, а затем, проворчал: - Славной… Тьфу ты, Кулик на тебя нет! Вот уж у Катерины ты бы точно не забаловала, Шевченко – и кушала, и спала бы, как все нормальные люди! И Олег бы, конечно же, тоже не остался без внимания!- вздохнул Борис, с горечью посмотрев на дверь палаты, за которой сейчас отчаянно борется за жизнь его друг… Лучший из лучших… -Борь, только я тебя прошу, пока что Кате тоже ни о чём не говори! Авось всё обойдётся, как говорится! Знаешь ведь, как она за Олега переживает, а ей сейчас нервничать категорически нельзя! – с волнением и даже знанием дела сказала Надя. Она не по наслышке знала о том, насколько сильно и трепетно должна беречь себя женщина, когда у неё под сердцем развивается маленькая жизнь. Поэтому, собственно говоря, Надя и волновалась за подругу. «Оказывается, ты умеешь думать о других! Молодец! Растёшь!»- с неким сарказмом говорил Наде её внутренний голос, её совесть. И почему-то голос совести в её голове звучал именно голосом Олега… Её любимого и такого дорого Хэма… Именно он, её милый Хэм изменил Надю к лучшему, заново научил её любить – себя, мир, окружающих... -Шевченко, ты меня за дурака, что ли дежишь, я не понял юмора, вообще? – возмутился Чалый .- И Кулика, кстати, также попрошу молчать, если позвонит.. -По секрету всему свету?- грустно улыбнулась Надежда.- Ладно, ладно, Борь, извини, расслабься, шучу я! Езжай, отдохни! Я в норме, правда! Спасибо за всё! -Ладно, Шевченко! Если что-то будет нужно или если что вообще – звони! В любое время дня и ночи! Поняла? – спросил у Нади Борис и у них обоих словно бы рассыпали пто спине ледяную крупу – ведь они оба поняли, что же было вложено в это Борино «вообще», да только вот никто из них двух не решился сказать об этом вслух. -Хорошо, Борь, конечно…- вздохнула Надя, поправив халат на своих плечах. -Хорошо, ладно, Надь, я поехал. Ты знаешь, если что, я на телефоне. Я рядом.- шепнул Борис Наде на ухо, а затем, снова строго посмотрел на неё.- И да, Шевченко, с кофе мне не переусердствуй тут! Поняла меня? – строго спросил он. -Да поняла я, поняла! Езжай и ни о чём не думай!- сказал Надя,а когда Борис ушёл, сказав едва слышно: «Всё будет хорошо! Я рядом!», она неслышно поднялась со стула и подошла к двери палаты Олега, положив руку на стекло и наблюдая за его дыханием. - Я рядом, Хем. Рядом. Дыши. Всё будет хорошо.- с невероятной нежностью сказал Надя. Олег спал, апарат продолжал качать кислород, но Надя была готова покласться, что в тот момент веки Олега дрогнули, а на губах появилось подобие улыбки. Значит, Олег услышал её… И всё у них будет хорошо… Непременнно будет…