Больше, чем...

            Гриша никогда особо не общался с Родионом. Для него было достаточно знания, что такой человек существует на планете Земля и, к счастью или сожалению, учится с ним в одном классе. Эта двухметровая вышка тоже не горел желанием начинать диалог — интересы слишком разные и круг общих знакомых ограничен параллелью. Поэтому, если бы у Гриши спросили: «Как ты относишься к Родиону?», — он наверняка бы ответил односложно: «Никак».       А желающих узнать что-нибудь о последнем в своё время было немало. За высоким парнем бегали толпы «фанаток», пытавшихся ему понравиться. И ведь шансы были у каждой — Родион никого не обделял вниманием, и, если девушке не удавалось занять место его «второй половинки», то она непременно пополняла ряды его подруг. Разочарование в жизни при этом несколько сглаживалось надеждой, что когда-нибудь она сможет выйти из фрэндзоны, доказав свою исключительность и превосходство над соперницами.       Даже при условии, что Гришу это, казалось бы, никоим образом не касалось, страдал от нападок влюблённых «принцесс» именно он. За четыре года бедный парень устал слушать одну и ту же фразу, произнесённую разными девчачьим голосами: «Ты же учишься в одном классе с Родионом, да?» — за которой непременно следовал целый шквал вопросов. Знал он этих девушек, не знал — не имело значения. Сказав «пока» и помахав ручкой, те исчезали, словно их и не было, оставляя брюнета с изнасилованным мозгом и огромным чувством усталости. «Что это было?» — каждый раз думал Гриша, возвращаясь домой после очередного внепланового диалога об однокласснике. А когда он садился делать домашнее задание, ещё долго не мог избавиться от посторонних мыслей и сосредоточиться на уроках.       Позже, к огромному облегчению парня, период массовой влюблённости в Родиона прошёл. Не найдя счастья в отношениях с шатеном, девушки наконец успокоились и либо порвали с ним насовсем, либо остались друзьями, полюбив его, как человека. Гришу это не могло не радовать. Наконец-то он стал свободен от вечных нападок и мог не волноваться, что, куда бы он ни направился, обязательно встретит очередную почитательницу шатена, и придётся вновь откладывать все планы, чтобы та смогла обрести иллюзию уверенности в своих силах. В этот период он и сам начал общаться с одноклассницами и, будучи уже привыкшим к женскому обществу, легко смог найти с ними общий язык и улучшить отношения с приятными для себя людьми. Казалось бы, жизнь наконец наладилась, но…       — Привет! Ты же учишься в одном классе с Родионом, да?       Гриша вздрогнул и остановился, не спеша оборачиваться на голос. Перед глазами замелькали сотни девчачьих лиц, смазанных и размытых из-за времени, без конца повторявших ту же самую фразу.       — Ээээй! Ты меня слышишь? — девушка подошла ближе и помахала ладонью прямо перед глазами застывшего парня.       Он быстро развернулся и едва не столкнулся лбом с особой, которую никогда раньше не видел. Её светло-русые волосы были завязаны в два хвостика, кончики которых едва доставали до оголённых плеч. Ярко-красная майка и короткие шорты вызвали у девятиклассника массу вопросов. На дворе от силы десять градусов тепла. Ей не холодно в такой одежде?       — Допустим, — Гриша скрестил руки на груди. Ему уже не нравилась эта беседа. Хотелось просто послать всех к чертям и уйти домой, чтобы не портить себе настроение и нервы.       — Так да или нет? — девушка нахмурилась и буквально вцепилась тонкими пальчиками с длинными накрашенными ногтями в его локоть, заметив, что школьник не намерен здесь задерживаться.       — Да, да, — брюнет устало выдохнул. Когда мимо проходили Наташа и Алиса, он кинул на них тоскливый взгляд, моля о помощи, но одноклассницы и не думали останавливаться. Последняя что-то тихо сказала подруге, отчего та засмеялась, и девушки ускорили шаг. Гриша с трудом подавил желание закричать от собственного бессилия в сложившейся ситуации.       — Значит, я не ошиблась, — незнакомка, тем временем, довольно улыбнулась и отпустила руку парня, сделав пару шагов назад.       — А что? — он знал, что последует за этим вопросом, но не задать его просто не мог — всё ради продолжения разговора и скорейшего прекращения пытки.       — Да так… Я спросить хотела… — девушка явно смутилась. Она опустила взгляд в пол и принялась накручивать на палец и без того волнистые локоны. — Слушай. Ты случайно не знаешь, как ему понравиться?       — Откуда, интересно, я должен это знать? — Гриша хмыкнул. Услышав короткое «ой» и увидев лицо незадачливой фанатки, он, едва удержавшись от «фейспалма», развернулся и быстрыми шагами направился к выходу из школы, оставив диалог, лишённый всякого смысла, позади.       — Пока, — тихо отозвалась девушка и глубоко вздохнула. Её голос эхом отразился от холодных стен пустого коридора.       Гриша шёл следом за библиотекарем и проклинал про себя ту, что уничтожила неплохие шансы вернуться домой на целый час раньше. Когда парень был уже почти у двери, его окликнула Мария Петровна, одна из хранительниц школьного собрания книг, и попросила кое с чем ей помочь. С условием, что это не займёт много времени, Гриша согласился. В конце концов, ему хотелось поскорее сделать уроки, чтобы посвятить остаток вечера себе любимому. Однако, когда парень увидел горы учебников для младших классов, которые нужно было перетащить в хранилище, понял, что это, мягко говоря, надолго. Отказываться было уже поздно, так что ничего не оставалось, кроме как начать работать, молясь, чтобы кто-нибудь ещё пришёл в школу в свой единственный выходной и помог ему. Но пока на горизонте никого не объявлялось, приходилось носить всё в одиночестве и надеяться, что руки не отвалятся от такого количества книг. Прижимая к себе стопку и чувствуя, как острые края давят на рёбра, Гриша преодолел лестницу, — последнее препятствие на своём пути — после чего с выдохом облегчения разместил учебники на столе.       — Это всё! Спасибо большое, теперь можешь идти, — библиотекарь благодарно улыбнулась, поправляя книги, лежащие неровно. Брюнет кивнул и пошёл к открытой двери.       — До свидания! — попрощался он, прежде чем покинуть хранилище и Марию Петровну. Руки тряслись от тяжестей, которые пришлось перетаскать, ноги дрожали из-за большого количества подъёмов и спусков по лестнице. Девятиклассник на секунду остановился, чтобы перевести дыхание, но когда он поднял глаза, увидел знакомую фигуру.       Родион стоял, облокотившись на стену, и с кем-то увлечённо переписывался. Настолько увлечённо, что даже не сразу обратил внимание на подошедшего парня.       — Дороу, Гриша! — спустя пару минут сказал он, подняв руку в приветственном жесте.       — Привет, — тот лениво поздоровался, не без подозрения глядя на одноклассника. Родион действительно был вездесущ. Стоило только кому-то упомянуть его в разговоре, пусть даже произнести одно его имя, этот человек моментально появлялся. — Что ты здесь делаешь?       — Допы, — пожал плечами высокий парень. — А ты?       — Разве они есть в воскресенье? — Гриша чуть прищурился. Он знал, что некоторые преподаватели набирали группы для подготовки к экзаменам, но о том, что проводиться они будут по воскресеньям, не имел ни малейшего понятия. Равно как и о том, что Родион будет туда ходить. Обычно такой «вид подростков» не заинтересован в дополнительных занятиях. Оставалось одно разумное объяснение: его заставили родители. Решив удовлетвориться этим, брюнет со вздохом продолжил: — Я на танцах был.       — Аааа, понятно, — протянул шатен и покрутил головой, рассматривая коридор. — А где Олеса и Тэтэша?       — Они уже давно ушли. А меня заставили книжки таскать.       — Лошара, — Родион посмеялся. Гриша закатил глаза.       Вдруг высокий парень спросил:       — Ты сейчас домой?       Второй вздрогнул и удивлённо на него посмотрел. К чему это вдруг?       — Ну да.       — Найс. Я тоже. Значит, пойдём вместе.       «А моего мнения кто-нибудь спрашивал?» — внутренний голос брюнета буквально кричал от досады и несправедливости. Это воскресенье определённо станет одним из худших в его жизни — сначала очередная репетиция танца (ведь скоро выступление, надо готовиться!), потом та не очень умная девушка, библиотекарь со своими книгами, а теперь ещё и это. Нет, серьёзно, его слова вообще имеют значение? Или сегодня просто день такой, когда всем плевать на мнение других людей? На самом деле Гриша совсем не был против компании, но вот разговор в таком тоне его не устраивал.       — Мне только до остановки дойти, — с явной прохладой в голосе ответил он, развернулся и зашагал к выходу.       — Да мне тоже в эту сторону. Так что не ломайся, — Родион усмехнулся и, догнав парня, пошёл рядом с ним.       Прохладный ветер ударил в лицо, стоило выйти на улицу, а солнце будто намеренно посылало свои лучи под таким углом, что даже козырёк над дверьми школы от них не защищал. Гриша, ослеплённый ярким светом, зажмурился и поплотнее запахнул куртку, чтобы ветер не продувал оголённые участки тела. Когда он вновь открыл глаза, первое, что он увидел — лицо Родиона. Тот выглядел… Встревоженным? Или брюнету показалось, и в зелёных глазах светилось не сочувствие, а издёвка? В любом случае, Гриша над этим задумываться не собирался. Парень спустился по ступеням и медленно пересёк школьный двор. Одноклассник не отставал и молчаливой тенью следовал за приятелем. Последнего это напрягало. В школе Родион никогда не замолкал так надолго. Гриша искоса посмотрел на него, но, встретившись с внимательным взглядом светлых глаз, немедленно развернулся. Он чувствовал, как щёки медленно заливает краска, и кончики ушей начинают гореть. Едва заметно помотав головой и закусив губу, девятиклассник ускорил шаг.       — Хей. Не задавай стометровку, — голос высокого парня заставил его приостановиться. — Чего ты такой быстрый? — Родион усмехнулся, приблизившись. — Сбежать пытаешься?       — Может быть, — хмыкнул в ответ Гриша и неосознанно сжал руки в карманах в кулаки.       — Стоп. Ты куда?       — В магазин, — брюнет уже стоял в дверях «Магнита», держась за ручку. Почему-то, когда до него дошло, что одноклассник сейчас уйдёт и остальная часть пути пройдёт в полном одиночестве, настроение снова испортилось. Каким-никаким, а Родион был единственным знакомым человеком, ещё не ушедшим домой. «Пожалуйста, останься,» — парень с некой мольбой во взгляде смотрел на приятеля, в то время как другая часть его разума всё ещё оставалась адекватной. Внутренний голос независимо декларировал: «Пускай уходит. Нужен он тебе? Вы ведь даже не общались,» — а Гриша из последних сил хватался за эти предложения, чтобы не высказать просьбу вслух.       — Окей, я с тобой, — шатен пожал плечами, проходя в открытую дверь. Удивлённый донельзя, кареглазый брюнет зашёл следом за ним.       Он даже предположить не мог, что Родион — настолько интересный человек. Разговор начался как-то сам собой, неумышленно, без лишних умственных усилий с каждой стороны. Общаться было легко и приятно, нужные слова возникали в голове самостоятельно, а в груди закрепилось приятное ощущение тепла, буквально заставляя Гришу улыбаться и смеяться даже над самыми идиотскими шутками про «мамку». Он и сам пытался юморить, что выходило не очень удачно. Однако, кажется, высокого парня это вполне устраивало. Тот ржал чуть ли на весь магазин, обращая на себя внимание случайных людей, пришедших за покупками, и не упускал случая похвалить и подколоть одноклассника. Брюнет в свою очередь перестал обращать на это внимание, понимая, что все издёвки не всерьёз. Это просто игра. Игра в «крутого парня», к которой сейчас присоединился и он. Оказывается, общаясь с человеком, который раньше для тебя был никем, тоже можно получить удовольствие и забыть о ходе времени. Как и о цели своего визита в какое-либо место. Только через полчаса Гриша наконец определился с выбором своего предобеденного перекуса и под пристальными взглядами консультантов и прочих покупателей, которые лишились большинства своих нервных клеток из-за пары одноклассников, прошёл на кассу. Вздох облегчения со стороны последних не заставил себя долго ждать.       — Кстати, я тут вспомнил кое-что, — брюнет, улыбаясь, застегнул портфель, где уже лежал кулёк с конфетами и сок. — Сегодня ко мне какая-то девушка подходила. Спрашивала о тебе.       — Да ладно, — Родион закатил глаза, но по его лицу Гриша понял, что тот даже не подозревал о существовании своей новой фанатки.       — Ага. Она хотела узнать, какой тип девушек ты предпочитаешь, — девятиклассник, уже стоя на улице, открыл упаковку с сухофруктами и орешками.       — Тупая деффка, — высокий парень, не спрашивая разрешения, запустил руку в кулёк, достал оттуда немного арахиса и немедленно отправил его в рот, не дав возможности Грише отвоевать еду.       — Почему-то она решила, что я должен знать, как понравиться тебе.       — На самом деле, очень просто. Нужно быть хотя бы отдалённо похожей на тебя.       От неожиданности кареглазый споткнулся и непременно бы встретился лицом с асфальтом, если бы Родион не поймал его и аккуратно поставил на ноги.       — Всё нормально?       — Да… С-спасибо, — заикания не заставили себя ждать. — Это был подкат? — парень попытался пошутить, но его действительно интересовал ответ на заданный вопрос. Нормальные люди подобными фразочками не разбрасываются. Особенно парни вроде Родиона. Особенно обращаясь к малознакомым представителями своего же пола.       — Да я рофлю, — тот громко засмеялся. — Тупая деффка.       Гриша тихонько хмыкнул в ответ, стараясь скрыть неловкость, и сосредоточился на поедании сухофруктов. Одноклассник ещё пытался с ним заговорить, но безуспешно. Брюнет хранил молчание даже тогда, когда шатен остался с ним на остановке, решив дождаться маршрутку.       — Блин! — Родион внезапно нарушил тишину, сопровождая восклицание громким хлопком ладони по лбу. — Я обувь забыл.       — Серьёзно? Ты носишь вторушку? — Гриша исподлобья окинул приятеля удивлённым взглядом.       — Ага. По-другому в шкалку не пустят. Сходи со мной.       — Иди сам. Там уже едет моя маршрутка, — школьник показал рукой в направлении, где действительно виднелась большая ярко-оранжевая машина, подъезжающая к остановке.       — Кидалова. Я же с тобой в магаз сходил.       — А я тебя не заставлял, — брюнет с невозмутимым видом отвернулся, скрестив руки на груди.       Однако Родион упрашивал настолько настойчиво, что не успел маршрутчик притормозить, как парни уже быстрым шагом шли обратно к школе. К счастью, учителя ещё не разошлись. Быстро найдя нужный кабинет, одноклассники забрали сумку со второй обувью и направились к выходу из здания.       — Как ты вообще смог уйти, не переобувшись?       — Да это чисто для вида. Я же не отсталый, чтобы переобуваться.       — Пф. Но из-за тебя я вернусь домой ещё позже, чем хотел, — брюнет глубоко вздохнул, прикрыв глаза, и ступил на первую ступень лестницы.       — За это извиняюсь. Но… — шатен внезапно замолчал.       — «Но» что? — кареглазый обернулся, но закончить фразу так и не успел, потому что оказался прижат к стене. — Что ты…?       — Но так даже лучше, — прошептал ему Родион, прислонившись почти вплотную к его уху. Гриша вздрогнул. По коже пробежали мурашки.       Шатен осторожно, будто боялся случайно навредить однокласснику, поцеловал его, впиваясь в тёплые губы. Последний наблюдал за тем, что происходит, не в силах пошевелиться. На него внезапно накатила слабость и смертельная усталость. Кареглазый тихонько сползал по стене, и лишь крепкая хватка мокрых ладоней высокого парня не давала ему осесть на пол. Гриша чувствовал горячее дыхание Родиона, буквально опаляющее шею. И внезапную боль от укуса.       Это помогло брюнету прийти в себя. Вскрикнув, он резко ударил последнего в пах и, едва почувствовав, что хватка ослабла, вырвался и побежал вниз по лестнице, пролетел мимо вахтёрши, вызвав у той массу вопросов, и, не сбавляя темпа, добежал до остановки. Только прыгнув в первую подъехавшую маршрутку, Гриша немного успокоился, ведь теперь его точно не могли догнать. Он обнял портфель, прижавшись к нему, будто ища поддержки, и весь как будто съёжился, прокручивая в голове недавнюю сцену и тщетно стараясь найти объяснение случившемуся.       В это утро девятиклассник особенно не хотел идти в школу. Он боялся. Боялся повторения вчерашней сцены на глазах у одноклассников, знакомых и незнакомых людей. Гриша с трудом смог заснуть ночью, стараясь отвлечься от воспоминаний, вгонявших в краску, и продумывая, как можно отмазаться от уроков. Притвориться больным? Глупо. Мать его с лёгкостью раскусит, а объяснять истинную причину желания не возникало. Прогулять? Уже звучит не так бредово. Но кто гарантирует, что Родион не сделает того же самого и не наткнётся на брюнета где-нибудь на аллее? А когда отец за завтраком сказал, что сегодня довезёт сына до школы, последняя надежда избежать нежелательной встречи рухнула. Оставалось только молиться, чтобы высокий парень не пришёл.       Алгебра. Класс Александры Витальевны встретил Гришу знакомыми фиолетовыми стенами, делавшими атмосферу, царившую здесь, ещё более неуютной. Эго учительницы давило на школьников, а холодные цвета в интерьере отнюдь не улучшали обстановку. Каждому, кто сюда входил, хотелось поскорее покинуть это место. Но сегодня кареглазого парня мало волновал сам класс и даже урок, к которому он плохо подготовился. Школьник вновь и вновь отрывался от правил решения систем неравенств, чтобы ещё раз окинуть взглядом одноклассников. Родиона не было.       Прозвенел звонок. Родиона не было. Второй. Всё ещё нет. Начался урок. Шатен не пришёл. Пока Александра Витальевна записывала на доске номера, которые ученикам предстоит решить, Гриша старался успокоиться. Все опасения были напрасны. Значит, у него в распоряжении целый день, чтобы разобраться в ситуации и подумать, что делать дальше.       — Здравствуйте. Извините за опоздание, можно войти?       Девятиклассник вздрогнул, услышав знакомый голос. Нет. Только не это. Неужели он всё-таки пришёл?..       Усилием воли брюнет заставил себя не поворачиваться в сторону опоздавшего. Но даже так он слышал его шаги, представлял, как тот быстро идёт по классу, садится на своё место, копается в портфеле в поиске учебников. И всё это время явственно ощущал взгляд светлых глаз, прожигающий его насквозь.       Этот взгляд пробирал до мурашек, заставлял краснеть и прятаться за учебником каждый раз, когда Гриша его чувствовал. Парень настолько сосредоточился на попытках скрыть пылающие щёки, что совсем перестал замечать, что смотрит на Родиона точно так же.