Нормальным доступ запрещён

Лишь ближе к вечеру наступила блаженная прохлада. Маринетт обнаружила тоскующую Джулеку на заднем дворе и окликнула её. Взгляд маргиналки казался пустым и ничего не выражающим. Она словно бы и совсем не обращала на приятельницу внимания. — Ты в порядке? — спросила Маринетт, присаживаясь рядом. — Наверняка, расстроилась из-за Роуз. Джулека сделала долгую затяжку и неспешно выпустила изо рта колечки белёсого дыма. — Я уже привыкла к неудачам, ещё одна меня вряд ли убьёт. — Но может оставить рубец на твоём сердце, — грустно произнесла костюмерша. — Рубцы и раны — норма вещей, я к такому привыкла. Маринетт подняла глаза и уставилась на догорающий закат. — Не хочешь пройтись? Ветер сейчас такой тёплый, — задумчиво произнесла она. Джулека качнула головой: — Почему бы и нет. На фоне угасающего дня две девушки брели по берегу. Время от времени, Джулека собирала лежащие на земле камешки и ракушки, чтобы зашвырнуть их в море. И Маринетт никак не могла начать разговор. Она смотрела на круги, расходящиеся по воде от каждого нового броска приятельницы. Одни были совсем мелкими, другие большими. Но каждый раз, когда исчезал один, то вскоре появлялся следующий. — Джулека, — позвала Маринетт. — Да не заморачивайся, — грустно улыбнулась визажист, уже заранее предугадывая направление мысли приятельницы, — я изначально понимала, что ничего путнего не выйдет из затеи влюбиться в такую девушку. Каким бы ангелом не была Роуз, но всё же она ещё и та самая глупышка, что раз за разом попадает в неприятности. Когда она напьётся, то творит что-то совершенно безумное. Её любопытство заносит в невероятные дебри. А ещё она снимается в порно, чтобы погасить все свои долги. И с огромным количеством мужчин в её жизни я свыклась. — Но ты ведь расстроилась из-за того, что завтра ей предстоит. Выпрямившись во весь рост, Джулека поправила волосы и задумчиво взглянула на ту границу, где небо и море соединялись воедино. — В любом случае, я навсегда останусь её лучшей подругой. Хотя бы эту дружбу у меня никто не сможет отнять. И если такова моя доля — всегда быть ей только другом, что же, я готова это принять. — Джулека! Но это же будет бесконечная пытка. Как долго ты ещё собираешься скрывать всё это внутри себя? Но мрачная девушка только молча прикусила нижнюю губу, сдерживая всю муку, что разъедала её изнутри. Казалось, она вот-вот заплачет. Собравшись с силами, Маринетт резко ухватила руки Джулеки и начала говорить так активно, что периодически дыхание перешибало: — Подумай об этом Джулека — а может быть это сама судьба! Да, конечно, не исключено, что Роуз не сможет принять твоих чувств, но она и не сможет отвергнуть твою дружбу. Послушай, я на самом деле думаю, что знать правду и получить отказ — намного лучше, чем мучиться от неразделённых чувств навеки. Ты должна прямо сейчас пойти к Роуз и рассказать ей о том, что чувствуешь! В первый раз за всю её жизнь, Джулека так густо покраснела, она смотрела на Маринетт, чьи огромные синие глаза казались такими решительными и от этого мурашки пробегали по коже. Слова застревали в горле, пусть это и должен был быть положительный ответ. Но в этот момент их вдруг окликнул знакомый голос: — Эге-гей, девчонки! При виде загорелого блондина у Маринетт дёрнулся глаз. — А тебя-то зачем сюда занесло? Всё так же озаряя мир своей белозубой улыбкой, Нуар не обращал внимания на едкие слова брюнетки. За его спиной показался Нино. Он курил и выглядел измотанным. — Ты же знаешь, конфетка, — ухмыльнулся блондин, ласково поглаживая талию девушки, — мне приходится вечно приглядывать за тобой, а то ты так и норовишь сбежать от меня. — Отстань уже наконец-то, — фыркнула девушка, — от тебя не скрыться даже на том свете и при всём желании! — Конечно, — нахмурился Нуар, складывая руки на груди, — ты ведь так и норовишь наброситься на кого-нибудь, стоит мне только отвернуться! Я даже не удивлюсь, если ты сейчас снова что-то учудишь! — И какое тебе с этого дело? — прошипела брюнетка. — Я к тебе в собственность не набивалась. Могу делать что хочу и с кем хочу! Девушку явно заносило моментом не в ту степь, но в эту секунду она вообще мало что соображала. Схватив Джулеку за воротник, Маринетт притянула её к себе и прижалась к прохладным девичьим губам. Завидевший данную картину Нуар так и открыл рот от изумления, а Нино чуть не подавился сигаретой. Но ничто из этого не могло сравниться с тем отчаянным криком, который послышался неподалёку. И только тогда до Маринетт начало доходить что же она вытворяет. Однако даже весь стыд, охвативший девушку не мог сравниться с тем ужасом, страданием и мукой, что отразились на бледном лице Джулеки. Она смотрела на ту, что так громко вскрикнула и губы её беззвучно шептали её имя: — Роуз… Голубые глаза блондинки были наполнены слезами. Всхлипнув, Роуз побежала прочь. Выкрикивая её имя, Джулека тут же последовала за ней. — Ты! — злобно прошипела Маринетт, оборачиваясь к Нуару. — Ну почему тебя вечно тянет прийти именно в самый неподходящий момент? Вот опять ты всё испортил! — рассвирепев, девушка принялась бить кулаками в широкую грудь блондина. — Да что же ты за наказание такое? — Эй! — сдвинув брови, попытался отодвинуть её от себя Агрест. — Ты сама вытворяешь что-то немыслимое, а потом на мне срываешься! Не кажется ли тебе, что это как-то несправедливо! — Да это ты выводишь меня из себя! С самого начала я сама не своя из-за тебя! Сволочь, придурок, аморальный тип! Какого лешего ты ко мне прилип? Поймав её руки, Адриан в очередной раз потянул девушку на себя и поймал нежные девичьи губы, заставляя Маринетт успокоиться. — Я уже сто раз говорил, что люблю тебя, глупая! — настойчиво произнёс Нуар, глядя брюнетке прямо в глаза. — Когда же до тебя дойдёт? Но в ответ он получил лишь громкий шлепок по правой щеке: — Исчезни из моей жизни, придурок! — со слезами на глазах прокричала Маринетт. — Я знать тебя не желаю! Сегодня ты поклянёшься мне в любви, а завтра найдёшь следующую такую же! Оставь меня в покое наконец-то! Как только мир носит такого выродка? Да твой отец должен был бы сердечный приступ схватить, зная какой у него сын! И в этот момент вечно довольное лицо блондина переменилось, мгновенно побледнев. Глаза потухли и опустились в землю. — Да, — грустно улыбнулся Агрест, — ты совершенно права. Больше он не сказал ни слова, молча возвращаясь в особняк. Щёки Маринетт горели, глаза широко распахнулись, грудь высоко приподнималась на каждом вздохе. Невольный свидетель всего произошедшего, Нино молча докурил сигарету и откинул её в сторону. — А знаешь, что совсем не смешно, — произнёс он, поравнявшись с Маринетт, — месье Агрест уже давно нас покинул безвозвратно и, по ходу, наш хвостатый до сих пор мучается из-за этого. Надо бы с ним полегче. Девушка похолодела от этих слов. Она не могла издать ни единого звука, не могла сдвинуться с места и даже хоть как-то отреагировать. В душе понимая, как может аукнуться ему его дурацкая доброта, смуглокожий режиссёр тихо выругал самого себя и кивнул девушке: — Чего ты ждёшь? Иди уже за ним, успокаивай! И не слушай больше никого. Этот придурок на самом деле любит тебя. И он, действительно, хороший парень, пусть и великий балбес. Маринетт двигала губами, не понимая как вести себя. — Беги уже! — подтолкнул её Нино. И когда она сорвалась с места, в попытке исправить то, что натворила, режиссёр поправил очки, вынул из пачки новую сигарету и сел прямо на песок: — Вот какой же я дебил, на самом-то деле, — выдохнул он. — Да ещё какой! — хихикнул рядом женский голос. Обернувшись, Нино тут же увидел Алью. Без лишних слов, мулатка уселась рядом с ним и вытащила сигарету из пачки для самой себя. Парень чиркнул зажигалкой. Госпожа продюсер затянулась и молча уставилась на границу неба, что медленно заполнялось сияющими звёздами.