Очки и зонтик

       Готэм — город проклятых, обречённый на вечную тьму. Освальд всегда это знал, он был одним из тех, кто проклял город, ненавидя его жителей и понимая, как сильно он напоминает Преисподнюю. Но никогда ещё в полной мере не испытывал всей разрушительности тьмы так, как сейчас. Когда пропал Мартин.        Он стал бить в набат, едва понял, что Мартин задерживается на прогулке. Пятнадцать минут задержки — абсолютно нормальное явление, на которое даже самый беспокойный родитель вряд ли обратит внимания, только если дело не происходит в Готэме. Пятнадцать минут задержки для любого ребёнка — ничто, конечно, если отец этого ребёнка не Освальд Кобблпот.        Освальд оббежал весь дом, звал сына, кричал так, что сорвал голос напрочь. Понял, что плачет. Побежал в полицию, наставив пушку на растерявшегося Гордона, взаимная ненависть к которому теперь возросла во сто крат. Гордон вёл себя сдержанно и, что странно, клялся, что понятия не имеет, где ребёнок. Так Освальд ему и поверил.        Притянув за грудки копа, Освальд ядовито прошипел, что убьет его. Убьет и расчленит, а внутренние органы сожрёт под соусом, когда вся кровь стечёт.        Уже через пятнадцать минут город был оточен, полиция, пожарные, спецназ подняты на ноги, охранная служба орала сигнализацией, и чувство было такое, точно Третья мировая война началась. Освальд плакал, даже не понимая, что по щекам водопады льются, и глотка рапой покрылась.        А всё это время маленький мальчик и элегантный умник в очках готовили праздничный торт для того, кто забыл о своём сегодняшнем юбилее. И добродушно посмеивались над забывчивым именинником.