Согрей меня

      С приходом весны в сердце Люси возвращается застаревшая грусть. Она прокрадывается на мягких лапах в ее сердце, царапает коготками по венам, а ее скулеж эхом отдается в ушах. Тоска и сожаление идут рука об руку с ней, тащат цепи уныния за собой и с обреченностью арестантов заковывают в них настроение. Прошлое стучится в окна, приходит с песней ветра, подмигивает с темного небосвода.       Для Люси весна всегда ассоциируется с мамой. Мамой, что рано ушла, что оставила ее одну, что любила ее настолько, что не могла позволить себе переложить на нее такое тяжкое бремя.       У Люси традиция — купить букет полевых цветов, взять билет до Акалифы и провести целый день наедине с ней. У Люси печаль в глазах, что вырывается из сердца со слезами. У Люси желание вернуться в прошлое и крепко-крепко обнять ее. Хотя бы еще один-единственный раз.       Но прошлое всегда остается в прошлом. Мертвые не оживают, а живым остается лишь хранить память о них и жить дальше. Стремиться вперед и лишь иногда оглядываться, чтобы позволить путам памяти опутать с головой и погрузить в пучины воспоминаний.       — Что-то случилось, Люси?       Привычный ритуал дает сбой. Грей встревоженно смотрит на Люси, отрешенно выводящую узоры на окне. Она сидит так уже с час и ни на что не реагирует. В любой другой ситуации это не показалось бы странным, но так происходит третий день подряд. Грей не на шутку обеспокоен этим. Его солнечная девочка вдруг превращается в жалкую тень себя.       — Мне нужно кое-куда съездить. Ненадолго. Я хотела бы…- Люси замолкает. Она не находит слов, чтобы выразить свои переживания. Воспоминания о матери — самое дорогое что есть в ее жизни. Но Грей теперь тоже важная ее часть. И она не знает, совершенно не знает, что должна сделать с этим.       Как соединить их воедино.       — Если ты хочешь, я поеду с тобой и буду рядом. Либо я могу остаться здесь и терпеливо ждать твоего возвращения, — сдержанно говорит Грей. А у самого желание сорваться и не отпускать ее руки. Даже если придется отправится на край света.       — Я хочу, — неуверенно отзывается Люси. Она не уверена, но должна попробовать. — Только если я попрошу, то ты сможешь остаться в стороне? — Люси впервые за весь разговор поднимает глаза. В них водоворот невысказанных слов, в них рушатся надежды, в них умирают звезды.       — Я сделаю все, что ты скажешь.       Грей подходит к ней, сжимает руку осторожно и немо обещает быть всегда рядом. Даже если между ними будет расстояние.       Следующий день становится откровением для Грея. Они едут в соседний город. У Люси в руках пышный букет незабудок, она молчит и отрешенно смотрит на проплывающие за окном поля. Только в некоторые моменты руку сжимает его сильно, но и не замечает этого. Когда они сходят с поезда, она ведет его только ей ведомыми тропами, а место назначения не заставляет себя долго ждать. Городское кладбище встречает их тишиной и покоем. Ветер не гуляет среди ветвей, солнце внезапно прячется за облаками, а редкие посетители — вороны — срываются со своих мест и исчезают в вышине.       — Подождешь меня здесь? — Люси указывает на одиноко стоящую скамейку у самых ворот, а сама уходит вперед, мелькает между могил и останавливается.       На небольшой гранитной плите имя — Лейла Хартфилия. И Грей все понимает. У каждого есть что-то, чем сложно поделиться. У каждого есть прошлое, которое возвращается. У каждого есть свое собственное кладбище.       Люси стоит неподвижно. Грей знает — сейчас она говорит со своей матерью. Он и сам так делает. Поэтому мешать, нарушать этот личный момент не посмеет. Возможно, однажды он и станет его частью, но пока Люси не готова этим делиться, он не будет торопить. Будет ждать столько, сколько потребуется.       Темнеет. Люси тихими шагами подходит к нему и несмело трогает за плечо.       — Я хочу вас познакомить.       — Ты уверена?       — Да, мама хотела бы этого. Я хочу этого.       Грей касается ее руки и некрепко обхватывает дрожащие пальцы, идет вслед за ней и останавливается на шаг позади.       — Я обещала, что однажды познакомлю вас, — Люси делает робкий шаг, отпускает его руку и поднимает глаза. — Это Грей, мама. Он тот человек, ради которого я просыпаюсь по утрам. Он стал тем, кто научил меня снова смеяться. Он моя звезда, что никогда не меркнет ночью. Я люблю его. Прямо как в тех сказках, что ты читала мне на ночь. Я не верила тебе, говорила, что глупости все это и такого не бывает. Но оказалось, что бывает. Со мной случилось. Я благодарна, что ты мне рассказала о том, какая на самом деле любовь, и что я встретила ее. Я люблю тебя, мама. Я тебя никогда не забуду. Я всегда буду помнить о тебе. Благослови нас.       Люси говорит сбивчиво, тараторит, спешит. Пытается выплеснуть все, что накопилось. Словно исповедь, которую она боится забыть, боится не успеть, боится не сказать так, как чувствует на самом деле. Грей не мешает. Грей стоит рядом.       — Я буду беречь ее и никогда не оставлю, — только и говорит он, когда на секунду Люси замолкает.       А Люси замирает. Это то, что она хотела и боялась услышать. А Грей как всегда смывает все страхи одним только словом. Его рука находит ее руку, сжимает холодные пальцы, тянет к себе. Люси отходит на шаг. Она чувствует успокоение. Тоска медленно отступает, сматывая цепи. Легкие снова начинают дышать в полную силу, и Люси внезапно понимает, что замерзла, что уже практически ночь, что они опоздали на поезд. Но это все такое неважное и глупое.       Грей держит ее за руку и нет ничего более правильного.       — Прощай, мама. — «Я вернусь в следующем году», — мысленно заканчивает она.       Они разворачиваются и медленно уходят. Грей благодарен за эту прогулку к ее прошлому. Грей благодарен за этот момент, разделенный с ней. Он будет беречь это воспоминание и ни за что не отступится от своих слов.