Дьявол во плоти

— Ты хотел бы все изменить? — Да. Орочимару резко открыл глаза и попытался выровнять дыхание. Очередной кошмар. Сон больше не приносил покоя. Если бы он мог, то не спал бы вовсе, чем каждую ночь видеть одну и ту же сцену из своего прошлого. Он совершил много ошибок, на которые ему было плевать, и лишь эту, самую главную свою ошибку исправить был неспособен. Он знал, что уснуть уже не сможет и все, что ему оставалось это вглядываться во мрак, мучаясь от головной боли. И так до самого утра. Остывший кофе не дарил ощущения бодрости, даже не приближал к нему. День за днем из последних сил он пытался не уснуть, но организм забирал свое. Короткий и беспокойный сон завершался резким пробуждением, а чувство бесконечной усталости никуда не уходило. Орочимару завесил все зеркала в доме, лишь бы не видеть в них жалкую тень себя прежнего. Он перестал отвечать на звонки, не открывал дверь. Для этого мира он исчез, превратившись в затворника. — Ты хотел бы все изменить? Его ответ был неизменен. На телефоне сотня пропущенных звонков и сообщений от единственного человека, который считался его другом. Удивительно, как Джирайя еще не решился взломать его дверь, думая, что с ним случилось нечто ужасное. Не с ним. С ней. Орочимару убивал без сожалений. Не оставлял следов, приводя в замешательство полицию и СМИ. Никто бы не подумал, что тихий врач, чья жизнь расписана по минутам, был на такое способен. Все, кто знал правду, уже не покидали подвал живыми. — Что у тебя там? — Всякий хлам, ничего интересного. — Я думала, ты не держишь ничего лишнего. Он лишь улыбался, зная, что Тсунаде не сможет попасть туда, ведь Орочимару всегда запирал дверь и держал ключ возле себя. В тот роковой день он проснулся позже обычного. Будильник не сработал. Тсунаде не было в кровати. Не оказалось ее и на кухне, как и в других комнатах. Ушла? Нет. Ее обувь и пальто на месте, а это значило лишь… Сжав в руке острый кухонный нож, Орочимару медленно спустился в подвал. Тяжелая дверь была настежь открыта. Ему стоило лучше прятать ключ. — Ты… В ее глазах не было страха. Лишь непонимание. Она пригрела змею на своей груди. Орочимару сделал шаг вперед, спрятав нож за спиной. — Не подходи ко мне. Кровь была везде. На полу, на одежде и руках, которыми он сжимал ее тело. Никакой осторожности. Мертвая, она выглядела совсем не так как при жизни. Холодная и бледная. Ее глаза застыли в одной точке и чем больше Орочимару смотрел в них, тем сильнее ему становилось не по себе. — Мне жаль, — он коснулся губами ее лба и закрыл ей глаза. С того рокового дня каждую ночь она являлась ему во сне, задавая один и тот же вопрос. Кара, что настигла его откуда он не ждал. Поток жертв прекратился, а дверь в подвал закрылась навсегда. Темную кухню озарил свет из открытого холодильника. С верхней полки, из-под закрытых век на него глядела ее голова.