От чистого истока я начинаю путь

Баки Барнс Раннее утро начинается с кофе. А моё — еще и со скандала. Небольшого, примерно мне по плечо и с длинной косой до пояса. — Я что, маленькая девочка?! Или, может, эльфийская дева в беде?! Мне что, уже пора надевать воздушные платья и вышивать у окна, изображая нежность и тоску?! Я лирим! Я дракон! У меня ограда из черепов! — Не кипятись, — успокаивающе похлопываю по макушке разбушевавшуюся Асту, надевающую сапоги с металлическими накладками. Лучше бы мой дружище тогда подарил ей что-нибудь более неприметное. — Тебе придется с этим смириться — Стив очень упрямый, если ты не заметила. Он такой с детства, потому вечно получал в нос и ходил там, где другие обойдут. И тоже постоянно говорил, что с проблемами справится сам. — Он приставил ко мне няньку! То есть тебя! — тыкает пальцем, гремя набойками по дорожке их дома в пригороде. — Скорее, телохранителя. Это вполне разумно, учитывая твою беспечность, — закрываю за собой дверь и прячу ключ под коврик. — Хватит ворчать, babushka Аста. — Чё?! — останавливается на половине пути к гаражу и яростно упирает кулаки в бока. Склочная тетя Роза, один в один. Только фартука и скалки не хватает. — Ничё! — нависаю над мелкой девчонкой, ставшей мне сестрой. — Мы попросили тебя быть осторожнее, а ты что сделала? Пошла лечить Росса! И никого не предупредила! Хочешь стать мертвой богиней, мисс Баст?! — Перед этим, мистер Немо, я подкараулила его и заглянула в душу, — вздернула указательный палец и сверкает карими глазами под треск воздуха. — Таддеус Росс, пусть он зануда и редкостный солдафон, стоит на своих принципах и верен закону. Он не стал бы меня убивать. Хоть и остается хреновым отцом и скучным человеком. — Но мы этого не знали, — и добавляю, чтобы оставить слово за собой: — Я обратился к Душе Мира, чтобы найти заказчиков покушения. Знаешь, куда она меня привела? В Пентагон. За тебя взялись военные, а ты беспечно пришла к одному из них. Мы тебя предупреждали, так что теперь не рыпайся. Думать надо было своей дурной головой, балда. — Кто бы говорил, — скрылась в гараже, откуда теперь слышен обиженный голос: — Творцы без тормозов. Решили повторить удачу с лемурками… А какой итог? Это ее возражение справедливо. Сколько бы книг о магии я ни прочитал, о Творении толком ничего не нашел, только немного упоминаний о воле и врожденной силе. Смешно, но скажи мне кто раньше, что «просто Баки», «сержант Барнс» или «Зимний Солдат» начнет шерстить и пролистывать толстые ветхие тома в поисках сведений о сотворении новых организмов или артефактов, — покрутил бы пальцем у виска. А тут Стив решил попробовать создать еще одно существо. Получилась только маленькая бабочка, но и после нее мы вдвоем лежали пластом и еле пришли в себя — слишком мало мощи, а Стив так вообще в магии слабосилок. Заготовка, а не Творец. Все, как и раньше, хоть и мышц у него теперь намного больше, чем у художника-иллюстратора из Бруклина. — Знаешь, что самое поганое, брат мой Джеймс? Тебе придется быть рядом со мной постоянно, пока я не дома или не на базе. А у меня большая программа, — выкатывает свой мотоцикл из гаража и прячет косу под куртку, пока прогревается мотор. — Тебя Эмма из дома не выгонит? — Даже не надейся. Так, куда собралась? Даже не думай, что будешь за рулем — у меня опыта ухода от погони больше. «Недалеко» в ее понимании — это поехать в Нью-Йорк к Старку за новыми костюмами, а потом в Храм, где живут маги-монахи. Они не отвечают на письма с предложением устроить обмен опытом и копиями библиотечных томов. Неужели решили, что книга у нас всего одна? Хотя от единственного бумажного формата мы уже отошли — протеже Старка, Питер Паркер, подал идею выложить учебник в сеть, раскидав в интернете множество ссылок на ролевых и подростковых сайтах — все же будущие маги если и родились, то еще не вышли из поры детства и юности. Когда я увидел это безобразие на экране смартфона, у меня от мигающих баннеров и яркой рекламы заболели глаза. — «Что делать, если ты волшебник? Пройти тест и выполнить задания», «Настоящая ли ты фея?», «Шизофрения или дар свыше?». Ты серьезно? Ай! — сильно дернула меня за волосы, которые заплетает, раз поедет пассажиром — не хочет отплевываться. — Кто вообще придумал этот бред? Ну хватит! — Я придумала и заказала сайты одному умельцу. Будешь смеяться — завяжу косу розовым бантиком, — пыхтит, возясь с волосами. — Уже до лопаток отросли. Эмма тебя на стрижку не подбивает? — Ей нравится. Пока есть время, оглядываю местность, пытаясь заметить засаду. Чуть запущенный газон, почтовый ящик с поднятым флажком, ведущая к развязке дорога вдоль кустов, рассеченная отброшенными от старых вязов косыми тенями на пеструю ленту. Пусто. Ни одного человека, хотя пару дней назад репортеры снова осаждали дом. Оказалось, что Асте надоело сидеть как в осаде, и она просто договорилась с пробужденным духом-озорником, чтобы он путал мысли назойливых писак. Так что теперь каждый, кто считает себя журналистом, просто проезжает мимо и не видит поворота. Нет человека — нет проблемы. Радует, что она наконец научилась просить о помощи. Печалит, что не посоветовалась перед этим с нами. Еще вляпается по беспечности куда-нибудь.

***

— И все-таки в этом комбинезоне ты похожа на беглую заключенную, только цвет не оранжевый, — в мастерской Старк искоса посматривал в сторону крутящейся перед зеркалом Асты. — А вкупе с тем бесформенным плащом-дождевиком с капюшоном, что ты выбрала, так вообще выглядишь, как маньяк со стажем. Шури, скажи же! — Точно, — темнокожая девушка в яркой одежде на мгновение отрывается от смартфона, в котором что-то быстро записывает. — Не хватает только мачете с хоккейной маской, и получится вылитый Джейсон Вурхиз. Только угрожающего роста нет. — Р-р-р… — Аста приняла вид лирим и размахивает хвостом, прижав уши. Даже пару деталей со стола смахнула. — Небольшой такой Джейсон Вурхиз, — добавляет Старк, поглаживая подбородок. — Карликовый… С ушками и хвостиком… Ик! Совести у тебя нет! Ик! — Это я любя, папенька, а в любви и на войне все средства хороши, — накладывает на лицо иллюзию пошарпанной и грязной хоккейной маски. — А идея с маской хороша, но невыполнима — у лица и морды форма разная. — Поэтому мы с Шури… ик!.. разработали нечто в высшей степени новое. Ик! Можно сказать, что прорыв в технологиях! — отходит к минибару и наливает себе виски, который из-за насланной икоты не может выпить. — Ик! Зараза… Но я тебе это не покажу. Ик! Ты наказана. Плохая кошка! Ик! И не делай такие глазки. — А тебя смягчат, скажем… десять минут полета? Заодно костюмчик проверю. — Ик! Ах, черт с тобой! Ик! Он отказался пройти Темными Путями, и мы вчетвером поднимались в лифте на крышу, где Аста и проверит, насколько хорошо «сидит костюмчик». По расчетам слегка нервного Старка, который дождался прекращения икоты и все же выпил, балки и армокаркас открытой площадки должны будут выдержать дракона и не проломиться. Аста оперлась плечом о двери, пыталась расспросить о новшествах Тони, мурлыкала под кошачий нос невнятную мелодию и трясла в такт ушами. Так забавно, что я не удержался и дернул ее за косу, которая болталась по спине толстым канатом. Ассистентка Тони хихикнула и сказала, будто мне повезло, что у Асты нет тяжелого учебника, иначе я получил бы им по голове, как школьник. — Хей, мистер Старк! — Шури слегка толкнула локтем кусающего губы механика. — Вы что, боитесь высоты? Вы же постоянно летаете. — В костюме. Где я могу всё контролировать и у меня куча систем безопасности. И несколько компактных парашютов. И Пятница. — Я тут, босс, — бодро откликнулась ИИ, — Для беспокойства нет причины — Аста еще никого не уронила. Но если вы так волнуетесь, то можете взять прототип нового Марка. Вместо парашюта. Если упадете, то сможете активировать его за полторы секунды. — Точно! — Старк щелкнул пальцами одновременно с шуршанием открывшихся дверей. — Детка, ты столь же гениальна, как твой папочка. — Спасибо, Тони, — по смущенному голосу Пятницы было похоже, что она зарделась. Если бы была человеком. — Так, шайка умников и драчунов, — Старк зашел обратно в лифт. — Подождите, пока я не вернусь. Чур, бар не разносить и мебель когтями не драть. Кричал он это уже через закрывающиеся створки, увидев, как Аста в облике лирим и одежде маньяка из второсортных ужастиков ползет на верхнюю платформу огромного кошачьего домика. И разочарованно скулит, не обнаружив там книг про какого-то мага-сиротку. Она нечаянно достала первый том серии, а потом еле уговорила сэра Нумминориха Кута по запаху пробраться в Мир, где есть остальные части. Говорит, что пришлось скупить половину ассортимента магазина для художников и играть целый день с Фило, чтобы получить еще две книги и дальше читать о злоключениях «очкарика со шрамом». А теперь они пропали. Как сказала Шури, их взял почитать Питер. У которого сегодня идут занятия. К которому «вот прям щас» хочет пойти Аста. В людное место, полное подростков с телефонами и нестабильным гормональным фоном. За книжками. Просто так. Потому что захотелось. А мне захотелось с силой тереть гудящий лоб, но руки заняты — по краям ограждения крыши леплю стикеры с отвлекающей внимание руной Лагуз, чтобы пролетающие мимо частные вертолеты и люди в небоскребах не заметили дракона. — Сначала спарринг, чтобы проверить твой новый костюм в бою, — скидываю куртку и разминаю плечи под заинтересованным взглядом Шури и мелкой лирим. — Может, лишняя дурь выйдет. Условие — начинаем без преимуществ от звериной формы. — А потом мы пойдем дразнить магов! — Аста тянет руку, с которой сходит шерсть. — Договорились, Джеймс Бьюкенен Барнс? — Идет, — и пока взаимно сжатые запястья прошибает электрический разряд, легонько бью локтем в нос, стоило ей принять человеческий вид. Пожалел — кошачий нос больше чувствителен к боли. — Ай! — делает мне подсечку и буквально откатывается назад, держась за лицо. — Больно! — В любви и на войне… Твои слова, между прочим. Нападай! Без магии. Не зря уточнил — спустя долю секунды из-за спины раздалось расстроенное сопение и что-то с громким шлепком упало на каменные плиты открытой площадки. Когда только успела иллюзию с отводом глаз поставить? И кто ее этому научил? Локи, конечно, — его стиль. А вот замахнуться на меня энциклопедией Древнего Мира, как учебником на перемене… Явно за косу отомстить решила. Начало боя было неплохим, даже несмотря на то, что удары босыми ногами не столь эффективны, как попадание ботинка по ребрам. Краем глаза я заметил, что Шури присела на край большой каменной вазы и внимательно следит за нами, опираясь локтями о колени. Отвлекся на секунду — получил голенью по бедру, отчего немного онемели мышцы. Молодец, не смотрит туда, куда собирается нанести удар, и перестала медлить. Пользуется моментом и делает подножки, одновременно пропуская мимо себя удары и целясь кулаком в незащищенную подмышку. Она сама при этом открылась, но взять ее в захват я не успел — резкий поворот растрепанной головы, и толстая коса наотмашь ударила меня по глазам, а потом она еще и с силой выбросила ногу, попав в грудь. Отчего я прокатился до самого ограждения крыши. — Blyat, — потираю ушибленные ребра. Аста в этот момент изображает перед хлопающей в ладоши Шури танцовщицу фламенко, шлепая голыми ступнями по плитам из камня и вскидывая к небу щелкающие пальцы. Сейчас довыделывается — быстро избавляюсь от обуви. — Празднуешь победу? Еще рано, — частично оборачиваюсь в волка и прыгаю к девушке, что сейчас тоже отошла от человеческого вида. Я нечасто бываю в облике волка, поэтому хоть и соблюдаю концентрацию, чувствую каждую мышцу и привык к измененному центру тяжести, но охотничьи инстинкты во мне еще не пробудились. Локи по секрету сказал, что в своем змеином виде научился охотиться и сразу же реагировать на движение только спустя несколько лет. А это значит, что меня сейчас выручает только превосходящая сила и рост — Аста стала ненамного выше, но лирим и человек в ней давно смешались, как кофе с молоком. Попытки повалить на землю сменяют друг друга, но все тщетно, пока моя противница не скидывает с плеч плащ-дождевик. Пара обманных движений хвоста, отвлекающие внимание хлопки ткани на красном ветру Темной Стороны — и сначала лапа со втянутыми когтями бьет меня по уху, а потом следуют подсечка и удар вдогонку, отчего я снова качусь кубарем к ограждению. Концентрация ушла, и я задыхаюсь в виде человека с отбитыми легкими, к которому прыжками приближается существо с полыхающим оранжевым огнем глазами. То, что белки у нее не черные, радует только мгновение — лапа цепко обхватила меня за подбородок. Задерет вверх — и горло будет открыто. И абсолютно беззащитно перед клыками, спокойно разгрызающими кости. — Горе побежденным! — и устрашающая кошка с горящими глазами и красными ветрами за спиной… лизнула меня, поцарапав шершавым языком нос и лоб. Будто теркой прошлась. — Еще один раунд? Могу только в полном непонимании до боли сдвинуть брови. Воздух полыхал алым, как в самых кровавых сражениях, глаза светились, словно прошлая Аста снова взяла верх… Но в рычащем голосе ни капли ярости. Только азарт хищника, разогревшегося игрой в «кошки-мышки». — Еще! Давай же! — Аста вскочила и скользящими шагами начала обходить меня по дуге, а от ее горящих глаз в воздухе оставались оранжевые следы, как от угля, тлеющего ночью на конце веточки. — Брат мой, даже если бы ты был мне врагом, я бы тебя убивать все равно не стала — такой противник попадается раз в сто лет. Бальзам на мое черное сердце! Будь мы злодеями, держали бы в страхе страны. Города сдавались бы без боя, стоило бы только страже завидеть нас на горизонте! Да! — все так же сверкает глазами, а у меня бегут по спине холодные мурашки, ведь сейчас рокочет голосом не девчонка, а клыкастое существо, у которого руки по плечи в крови. — Хорошо, что мы не злодеи, — переглядываюсь с уже не такой веселой Шури. Она не выглядит испуганной, скорее… воодушевленной? Что вообще здесь творится? — Аста, мы ведь не злодеи? Правда? — говорю с нажимом, чтобы вернуть в чувство. — Чистая, мой дорогой Немо, — с зажмуренными глазами чешет когтями шею. — Злодеями быть скучно. Ну да, а скука — бич бессмертных. Угораздило же Стива влюбиться… Пока я вытирал с лица остатки кошачьих слюней, Аста подняла с пола брошенную перед спаррингом книгу и начала как ни в чем ни бывало листать страницы с яркими иллюстрациями и перекидываться заурядными фразами с Шури. — Мда, кошка… Стоило оставить вас на пять минут, как ты уже захват мира планируешь, — Старк явился как раз вовремя, чтобы разрядить обстановку. На груди у него приколот треугольный прибор размером с ладонь. — Все покрытие мне поцарапали. У тебя и правда мозги набекрень. Может, это из-за постоянных превращений в котика или дракона? — А ты поживи с мое, — Аста принимает переходный вид человека и начинает увеличиваться в размерах, опускаясь на четвереньки, но голос еще прежний. — Похорони несколько сотен друзей, научись наслаждаться сполна каждым моментом, тогда и поговорим. А… ЗАБУДЬ И ВЫКИНЬ ИЗ ГОЛОВЫ, ТОНИ. ХМ… А УДОБНО, ДАЖЕ ИЗ КАРМАНОВ НИЧЕГО НЕ ВЫСЫПАЛОСЬ, — кинжальным драконьим когтем подергала собравшийся вокруг длинной шеи комбинезон. Площадка на крыше достаточно большая для вечеринки, но мала для дракона, постоянно поджимающего хвост и осторожно переступающего лапами. Даже крыло толком не подставишь вместо ступеньки, так что пришлось мне подсаживать Старка. Шури же подошла к рогатой морде, потирая руки в странного вида перчатках без пальцев. — А можно мне тоже полететь? На правах члена клуба «Дебаста»? — прислоняет ладонь к вертикальной стене и подтягивает согнутые в коленях ноги, оставаясь висеть в воздухе, будто ее приклеили. — Я не свалюсь. Это моя новая разработка — «перчатки-паучатки». Как название? — ВОЛШЕБНОЕ СЛОВО, ДОЧЬ САВАННЫ? — сквозь хитрый оскал зубов вырываются тонкие струйки дыма. — Никаких публикаций в интернете. Ну… может, одно фото для брата. И для папы с мамой. И для хама-кузена. Для вредного родственника они сфотографировались, дружно скорчив страшные рожи и показывая в объектив средние пальцы, а потом Аста осторожно размяла крылья, начертила на себе руну Лагуз и исчезла из вида, но звуки остались. Вместо десяти минут я полчаса слушал двухголосые крики, вопли, хлопанье больших кожистых крыльев и предупреждения о маневрах с фигурами пилотажа. «А ТЕПЕРЬ ШТОПОР, НЕСЧАСТНЫЕ. НА СПИНУ НЕ БЛЕВАТЬ!». Хорошо, что над башней Старка вертолеты летают достаточно редко, не то быть бы авиакатастрофе. Но навыки мелкого лечения все равно пригодились — позеленевшая Шури неаккуратно скатилась по покатому чешуйчатому боку и расцарапала о грубые края роговых пластин кончики пальцев, не закрытые перчатками. Старк явно отцепился раньше, но не упал, а медленно спустился в новом золотом костюме, не раскрашенном в привычные цвета. Где он его прятал? — Хм… Застежки немного косо соединяются, — босая девушка смотрит на свой висящий мешком комбинезон. Изобретатель нажимает на почти незаметную кнопку на воротнике балахона, и тот тут же становится облегающим. — Тони, ну я же просила… Хотя для пробежки сквозь кусты отлично подойдет. — Тебе не угодишь, кошка, — шлем исчезает, и видно, что механик тоже немного зеленый. Достает откуда-то еще одну треугольную пластину и кидает ее Асте. — Стань пушистее, приколи на одежду и нажми в центр. Это тебе подарочек от нас с Шури. Новое слово в нанотехнологиях! — И патент пятьдесят на пятьдесят! Хм, даже жаль расставаться с вашей лабораторией, мистер Старк, — Шури рассматривает залеченные пальцы. — Спасибо, мистер Немо. Заряда хватит примерно на сотню циклов, но сам по себе он восполняет энергию через солнечные батареи. Материал — вибраниум. В смысле, ваш вибраниум, а не из Ваканды, но основные свойства идентичны: прочность, стойкость к коррозии и поглощение колебаний. То есть, чтобы поломать ребра, вам придется ОЧЕНЬ сильно постараться. — Да, получше твоей брони будет, Хвост. Ну давай, цепляй уже, — Старк переглядывается с Шури. — Аста, а у тебя систр есть? Ну, такая древняя погремушка. Есть? Ах ты ж черт, держи свои сто баксов! — передает купюру крайне довольной темнокожей девушке. — Она это знала, так что забирай бабло обратно, — Аста-лирим нажимает на «брошь» и тут же покрывается чем-то, сравнимым с тисненой черной кожей. До самых кончиков острых ушей, когтей и хвоста, похожего теперь на толстый хлыст. Морду закрывает жесткая маска с зеркальными стеклами на месте глаз. — Мать моя кошка! Да я теперь недругам могу дорогу перебегать! Даже без пустого ведра. И не раскидывая соль… Охренеть! Я как Бэтмен! Только Кэтмен и без бэт-плаща. — Не знаю, кто это, — Старк забрал из рук Шури энциклопедию, вытащенную из небытия, и наобум раскрыл ее на красочных страницах. — Ого, это знак судьбы! Мы просто назвали новую броню «Бастет». Как все совпало… Систр у тебя есть? Есть. Кошачья богиня с бзиком и женихом-ваятелем, который дает ей по ушам, если с катушек начинает съезжать. Локи за Озириса сойдет — любит зеленое и вечно воскресает, — и развернул книгу в нашу сторону. На развороте был нарисован пантеон богов Древнего Египта. — Я тогда назову себя Ра. Спустившийся с неба и сверкающий, как солнце… в незавершенном прототипе нового костюма, мда. Шури в своей леопардовой куртке сойдет за Сешат, пантеру-покровительницу науки. А Барнс так вообще может волком становиться. Почти Анубис. Как тебе, Летний Сержант? Не хочется провести в страну мертвых пару сотен людей? — Не говорите ерунды, мистер Старк, — раздраженно шнурую ботинки под непрерывную болтовню неосведомленного гения. — Нельзя просто брать и называть себя богом — это накладывает обязательства, которые ты должен будешь исполнять в любом случае, иначе — смерть. Или вы думаете, что «мессии» и самозванцы плохо заканчивали из-за банальной неудачи? Примеров этого достаточно, чтобы просчитать закономерный итог. — О как, опять я «мистер Старк», а не друг Тони, — захлопывает книгу и с демонстративным расстройством приглаживает усы с бородкой. — А ты что скажешь, хвостатый специалист по магии? — Что Баки прав — присваивать себе чужие лавры нельзя, — Аста впускает и выпускает когти, проверяя новую броню. — Как говорил сэр Джуффин Халли: «В Мире полно дерьмовых провидцев». Кто знает, может, какой древний шаман нажрался грибов и увидел этот момент? Современный Нью-Йорк с его небоскребами, огромными вывесками и машинами люди прошлых веков вполне могли принять за город богов. Не веришь мне — вспомни Толкина. — Да ладно тебе, — машет рукой, пока сверкающий золотой костюм стягивается в закрепленную на футболке «брошь». — Ты вполне могла рассказать или еще как-то дать знать профессору об Арде. Он любил сидеть в пабе, а у тебя после того, как выпьешь, язык становится без костей. — Толкин начал писать «Сильмариллион» в тысяча девятьсот четырнадцатом году. Меня тогда еще здесь не было, Тони. Провожая нас в гараж, Тони притворно вздыхал и говорил, что в роли солнечного бога он был бы неплох, так как красив, умен, богат и вполне может при помощи миссис Старк руководить целым городом, полном хоть богов, хоть людей. «Как жаль, как жаль». Аста во время самовлюбленного монолога кусала губы, а потом ткнула его локтем в бок и напомнила, что все фейри и многие духи-покровители когда-то были смертными, но не смогли усидеть на том свете и вышли к людям, взяв на себя обязанности хранить и оберегать Мир. Даже могущественный Папа Легба в свое время был рожден человеком. Как и Джаспер Ситуэлл, которого я отправил на тот свет, когда еще был Зимним Солдатом без памяти, сомнений и человечности.

***

Моя сестрица скорчила зверское выражение лица, двумя руками схватила хамоватого одноклассника Паркера за куртку на груди и подняла так, что его ноги не касались асфальта. Хоть от лирим в ней сейчас только уши и клыки, но смотрится все равно угрожающе. Даже слишком — Паркер вздрогнул, а его пухлый друг хоть и был поначалу испуган, но сейчас только беззвучно шепчет слова «класс» и «вау». Детишки… — И почему с остальными так не получается? — сестра кидает на меня мимолетный потеплевший взгляд, отвернувшись от наглого мальчишки. — Потому что ты мелкая, — отвечаю, не слезая с мотоцикла на школьной парковке. Если бы не легкий отвод глаз, то на нас смотрели бы из всех окон, но подростки просто проходят мимо. — Спасибо, Капитан Очевидность, — благодарно мне кивнула, сменила мягкую доброту на угрожающую улыбку-оскал и со сверкающими глазами повернулась обратно к смуглому мальчишке, который так и болтается в воздухе. — Где МОИ книги, Флэш Томпсон?! — Мисс Аста, может, не надо? — робко похлопал ее по плечу Паркер, сдуру ляпнувший про уничтожение собственности. — Подумаешь, много какие книги рвут и выбрасывают… Я могу рассказать, что дальше было. Сириус Блек на самом деле оказался… — Никаких спойлеров, Питер! Они — чистое зло, — перебила, не прекращая запугивать школьного хулигана. — А ты, маленький кусок балроговой жопы, прямо сейчас пойдешь искать по мусоркам МОИ книги с вырванными листами и принесешь их мне, иначе… — Вы его сожрете и заберете голову? — с неуместным энтузиазмом вклинился Нед Лидс, а потом под яростным взглядом Асты поднял руки. — Всё, я вспомнил, что вы не едите разумных. Мне Пит говорил. Почему вы так смотрите на меня? Я же все удалил. Даже с компьютера и телефона. Ух ты, глядите, как он быстро побежал! Нед тычет пальцем в сторону почти скрывшегося за углом хулигана, пытаясь перевести внимание одной мрачной кошки, от которой исходит тихий рык с желтыми и зелеными ветрами. Ох, что сейчас будет… Подыграть, что ли? — Аста, без глупостей, — обыденно смахиваю пыль с бензобака. — Я не взял с собой лопату, и копать яму ты будешь самостоятельно. Я не буду подбирать за тобой хвосты, — и подмигиваю Питеру, который мечется взглядом между застывшим другом и напряженной кошкой, чей голос обещает страшную кару. — Знаешь, мой дорогой Нед, что случается с теми, кто уединяется с похабными картинками? У них мутируют руки, ладошки становятся волосатыми, — медленно наступает на пухлого мальчишку и резко вскидывает перед его лицом покрытые шерстью лапы с когтями. — ВОТ ТАКИМИ! Лидс только позорно взвизгнул и упал задницей на асфальт, а Аста начала хохотать, держась за живот и утирая слезы. Месть свершилась, поэтому она подняла свою жертву и уверила, что ТЕПЕРЬ больше на него не злится. Чтобы закрепить результат, моя взбалмошная сестра предложила зайти в какую-нибудь «тошниловку», а потом подбросить школьников до дома, перед этим спрятав их в пригоршню, ведь все мы на двухместном мотоцикле не уместимся. Если возражения и недоверие имелись, то после моих слов у двух подростков загорелись глаза. — У Мстителей это называется «Халк-экспресс». Ну или «Халк — дрова». Как же они сейчас называются? Ах, да… Фанаты.

***

Драконы — очень зловредные существа. Раньше они за любое мелкое оскорбление сжигали города и разграбляли сокровищницы, но Аста доброе чудовище. И трикстер с шилом в заднице. Поэтому, вместо того чтобы обидеться на магов Земли за проигнорированные письма с просьбой обмена знаниями и разрушить их Храмы, она потащила меня Темными Путями к яблоне, которую маги облюбовали и назвали своей. А еще она взяла с собой стремянку. — …и обвинили меня в том, что я ворую ИХ волшебные яблоки. Хамы! Вот ни одного не сорву, только попорчу. Баки, держи ровней, а то шатается, — балансирует на верхней ступеньке и тянется к новой ветке. — Если не съем, то понадкусываю… Хрум. — Может, лучше было бы наставить здесь ловушек? У меня большой опыт, — переставляю лестницу чуть в сторону. — Несколько растяжек со светошумовыми зарядами, пара дымовых шашек и три-четыре рунных линии с мелким, но неприятным проклятием. И даже Стиву ничего не скажем. — Перебор, как мне кажется. Мы же не на войне, а жаль, — подтягивает к себе другую ветку, усеянную бледно-золотыми яблоками. — Ни ответа, ни привета, ни «иди нахер»… Хрум. Хрум. Кидалы! Хрум-хрум-хрум. Пока кое-кто беззаботно портил урожай, я решил осмотреться. Здесь хорошо и тихо, а воздух свежий и немного разреженный — мы в небольшой долине, затерянной высоко в горах. Острые снежные пики нависают, как штормовые волны, редкие тропические кусты и густая трава не несут на себе даже следов прошедших людей, кроме небольшого пятачка вокруг хилой яблони, чьи плоды слабо светятся, в отличие от исполинского материнского дерева. Всё у этих магов не так, как у нас: заемная энергия, аскетичная монашеская философия, повышенное чувство собственной важности и странная магия из искр. Которые зашипели на границе вытоптанной травы! Еле успел поставить отвод глаз и дернуть Асту за штанину, кивнув в сторону возникшего круглого портала, явившего часть старого монастыря с каменными пагодами, зажженными курильницами и двумя входящими магами. Судя по простой одежде плотного китайца и потрепанному виду заросшего европейца, они явно не из верхушки Мастеров мистических искусств — жуткая в своем спокойствии Старейшина выглядела куда более впечатляюще. А два мага тем временем о чем-то спорят и обходят яблоню, подходя все ближе ко мне и застывшей на стремянке девушке. — Ай, да брось, Вонг… Не верю, — европеец машет свободной от корзины рукой и начинает идти спиной вперед. — Неужели даже про «Аватар» не слышал? Фильм про людей-котов. Как там она говорила… «Я тебя вижу, Джейк Сулли», — и как раз в этот момент столкнулся затылком с невидимой перекладиной покачнувшейся стремянки. — Стрендж? — тот, кого назвали Вонгом, встал в боевую стойку, и у его рук появилось два узорчатых круга из оранжевых искр. — Быстро уходи отсюда и приведи остальных. Аста бы по своему обыкновению грохнулась, с матами придавив так неудачно пришедших магов, но я удержал стремянку и растерявшуюся сестру. Предупредив ее, чтобы держалась крепче, я спрятал девушку с лестницей в пригоршню и тут же ушел Темным Путем, подальше от случившейся ситуации. Через пару дней ей пришло письмо из нью-йоркского Храма, но она бросила его в папку с раздражающей корреспонденцией. К письмам от рогатого эльфа и предложениям послужить на благо науки в лабораториях Пентагона. Чувствую, ответа они дождутся не скоро. Что же, сами виноваты. Нечего было вести себя, как напыщенные индюки, ведь мы люди простые и добрые, но с хорошей памятью. Кто старое помянет, тому глаз вон. А кто забудет — тому два. Хоть я, как бывший пленный американец, не люблю русских, но выражения у них что надо.

***

— Подъем, сержант Барнс! От резкого крика прямо в ухо я подскочил и встал по стойке «смирно», до конца не открывая глаз. Даже успел пробормотать: «Так точно, сэр», прежде чем понял, что дело здесь нечисто — под тихий женский смех шею обвили мягкие руки. Вместо казармы — освещенная косыми двойными лучами бежевая спальня, под босыми ногами пушистый ковер, а на стене не армейские плакаты со схемой разбора автомата, а горный пейзаж кисти Стива. На котором листочки редких деревьев колеблются, как живые. — Эмма, когда ты прекратишь так делать? — ладони сами сплетаются в замок на теплой пояснице коварной девушки. За светловолосым обликом и ангельскими голубыми глазами всегда виден краешек Сатаны. — Когда ты перестанешь так реагировать… — промурлыкала моя жена и выскользнула из объятий, крича уже с лестницы. — Завтрак на столе, соня. Будешь возиться — и пойдешь в душ в одиночестве. — Есть, мэм, — и потом неслышно добавил, расплываясь в улыбке и надевая брюки: — Chertovka! Не знаю, почему Стив так цепляется за ошметки прошлого. Я вот давно принимаю все как должное, решив не взрывать себе мозг. С того самого момента, как очнулся примотанным скотчем к стулу перед всколоченной и грязной девчонкой, аристократически потягивающей кофе в доме с холодным оружием на охряных стенах. Магия, Миры, интернет, продвинутая техника, другой стиль одежды и жизни? Все идет как надо, пока мы живы и пока я отдаю свой долг, восстанавливая равновесие. Выезд на задания со Мстителями, нейтрализация затаившихся остатков ГИДРЫ, спуск с ворчливыми наугрим в вибраниумные и мифриловые шахты, споры с надменными эльфами, присмотр за Астой, которая стала слишком покладистой… Ланнистеры всегда платят свои долги, добром или грубой силой — неважно. — О чем задумались, мистер Немо? — Эмма подливает мне кофе в кружку, перегнувшись через стол. Ах, какой мне открывается вид… Обожаю современную женскую одежду. — О работе и отдыхе, миссис Барнс. Мы вышли на след Кроссбоунса, который раньше звался Брок Рамлоу. Он работал на ГИДРУ и скрывает лицо, но методы у него прежние. Не нравится мне его интерес к Африке. — У нас в ЩИТе тоже нехорошие шевеления, — Эмма бездумно ковыряет вилкой желток глазуньи. — Об этом нигде прямо не говорится, но я прежде всего аналитик и только потом оперативник. На вас, Мстителей, направлено пристальное внимание. По приказу вышестоящего руководства на любые ваши действия требуют составлять подробный отчет, даже если это благотворительная поездка в школы. На вашу организацию ищут любой компромат, Джим. — Ты же знаешь, что официально я не Мститель, как и Аста. Мы добровольцы. — Именно поэтому отчеты на вас составляются отдельно. И уходят в Пентагон, — отодвигает тарелку, потеряв аппетит. — У меня есть один должник-хакер, так что это точная информация. Будьте осторожны. Я все же волнуюсь. А вот это уже нехорошо. Любой проступок или ошибка — и нас начнут загонять, как диких зверей. За что? А черт его знает. Но пока можно просто жить, переходя из Мира в Мир по временным маякам. Небольшая квартирка в Бруклине — лишь ширма для прохода в наш дом под двумя солнцами, где я потихоньку высаживаю деревья. — Ешь, моя колючка, — подвигаю в сторону скривившейся девушки сияющее золотым светом яблоко, которое продлит срок ее жизни. — Знаю, что надоели, но надо. От них уходит печаль. Я промолчал, что имел в виду свою тоску о будущем. Когда-нибудь я найду способ, чтобы Эмма задержалась на этом свете, раз вариант с клятвой верности Асте ей не по душе. Моя жена — жуткая гордячка, но это мне в ней и понравилось.

***

Кроссбоунс все же где-то прокололся, и мы хотя бы узнали, что он что-то задумал в Лагосе. Силы он стянул небольшие, но из бывалых наемников, поэтому на задание мы вышли расширенным составом, кроме Роудса, Халка, Вижена и Бартона. И без Асты, конечно же — ее меч на крюках, как она и обещала, а мы в засаде и небольшой частью группы притворяемся праздными туристами. Некоторые под маскировкой играют свою роль чересчур хорошо. Я это вижу сквозь оптический прицел, сидя на крыше. — Мистер Максимофф, не так активно клейте дам. Будьте начеку, — Стив из засады пытается по связи встряхнуть седого мальчишку, распустившего хвост перед случайной девушкой. — Ваш инструмент сегодня должен остаться без дела. — Мисс, вам знакомо чувство, когда поднимается… настроение и крепнет… уверенность в своем выборе? — скороход умудряется отвечать одновременно нашему командиру и хихикающей собеседнице. — До заложенных ушей и закатанных глаз, но не судьба для инструмента. Оставите телефончик? — Это не смешно и очень пошло, Пьетро! Я имел в виду косу Жнеца, а не то, что ты подумал, — Стив по передатчику выговаривает шустрому бабнику под дружный смех Мстителей. Больше всех заливаются Романофф и Сокол. — Сэм, проверь тот мусоровоз. Он слишком подозрительный — неаккуратно едет. А потом все пошло кувырком. Кроссбоунсу с его бандой нужен был не полицейский участок, а Институт инфекционных болезней, где в лабораториях много образцов опасной заразы. И биооружия, которое всегда разрабатывают в таких местах, прикрываясь исследовательской деятельностью. Я в очередной раз сказал спасибо своей паранойе (которую предпочитаю называть предусмотрительностью) за то, что всю предыдущую ночь потратил на разведку местности, — пришлось много ходить Темными Путями, чтобы прикрывать команду. Жаль только, что Рамлоу с украденным оружием решил убегать через рынок, полный людей, — там я остерегаюсь стрелять, чтобы не попасть в гражданских. Придется действовать по-старому, отдавая долги. — Помнишь меня, Брок? — вклиниваюсь в драку Стива и Кроссбоунса, отвлекая внимание на себя. — Я вот тебя помню. И всё, что ты делал, ублюдок. — Ничего не мог с собой поделать — всегда мечтал навалять по печени Зимнему Солдату, который после зажарки мозгов похож на овощ, — огрызается жестокая тварь и начинает шевелить губами. «Zhelaniye. Rzhavyy. Semnadtsat’…» — удар в зубы прервал боевика ГИДРЫ, упавшего на колени посреди африканского рынка. — Твою мать! Какого черта?! — Зимнего Солдата больше нет, Рамлоу, — Стив перехватывает покрепче ручку щита и достает из разгрузки на ремне наручники. — Биооружие у нас. Сдавайся и ответь за все перед законом. — Черта с два, зведно-полосатый! Уйдем красиво, и твоей телке нечего будет после тебя собирать, — сжимает в кулаке кнопку с ведущими к бронежилету проводами. Рамлоу объяло пламя, которое наверняка бы уничтожило рынок вместе со всеми людьми, но Ванда своей алой магией не дала взрыву нас убить. Заряд мощный, и она уже не может его удерживать, несмотря на все тренировки по концентрации. Невинные жизни или я — вопрос не стоит. — Ланнистеры всегда платят свои долги, — встаю между бывшим агентом ГИДРЫ… и всеми остальными. Даже спрятанный в пригоршню нож, уменьшенный до микроскопических размеров, колет иголками пальцы. Что уж говорить про пламя, сжигающее кожу и вырывающееся крохотными языками из кулака. Боль и запах жаренного мяса. Боль! Отравленными когтями разрывающая руку! Все время, пока я иду Темными Путями хоть куда-нибудь, подальше от всех. В пустыне Невады нет холмов с барханами, и спрятаться мне негде. Только ровная выжженная солнцем поверхность, на которую я вытряхнул самоубийцу Рамлоу и тут же оказался сбит взрывной волной — сила Ванды пламя больше не сдерживает. Ватная голова, писк в ушах от контузии, и теперь горит не только рука, но и почти все тело, пока огонь лижет кевлар, закрывающий подложку из драконьей чешуи. Сухая безжизненная почва облепила глубокие ожоги открытых рук, головы и шеи, когда я до скрежета стиснул зубы и начал кататься по земле, чтобы сбить пламя. Как и агент ГИДРЫ — живучий, гаденыш. Хотя мы наверняка оба здесь умрем. Больно. Больно! БОЛЬНО! В Неваде сейчас рассвет, и небо алое, как огонь, повредивший при нечаянном вздохе гортань и легкие. Хорошее место, чтобы уйти. Жаль только, что с Эммой не успел проститься, но от боли в горле я все равно нем. Сколько бы ни хрипел, невольно пародируя Рамлоу, но кислорода в крови все меньше, и уже кажется, что начались галлюцинации — из ниоткуда среди чахлых кустов возникла белая кобыла с двумя седоками. Бред, Аста опасается Папу Легба и никогда бы не села позади него, крепко обхватывая парня-старика за пояс. И она всегда легко соскальзывает с Гинервы, а не сваливается, размазывая по лицу слезы. — Дебил! Идиот! Олигофрен! — орет и всхлипывает, как истеричка, чертя над обожженной кожей лица и рук исцеляющую Соулу и останавливающую боль Ису. — Хоть бы вякнул, куда побежал, мудак! Герой, бля! Взрывная волна сломала мне пару ребер и ключицу, поэтому моя сестра и верховный лоа перекрестков и дорог осторожно поднимали меня с земли, чтобы осколки сломанных костей не пробили зажаренные изнутри легкие. Мы почти ушли, когда от куска горелого мяса, который недавно был наемником, раздался хрип. Все еще жив. Был, пока Аста не воткнула ему нож в сердце и не набросила на остатки лица без век простой платок. «Лети домой, мой бывший враг, Рамлоу-Валерьянщик». И поцеловала воздух, удерживая его руками, как будто кто-то невидимый подставил лоб для последнего прощания. — Баст, милостивая и сердечная… — Папа Легба поддерживает меня за относительно здоровое плечо, стараясь не касаться железных замков и пряжек на обгоревшей броне. — Столько лет прошло, и ведь нисколько не изменилась. Правда, Анубис? — Мне кх-х… кажется… уф… х-х-х… что вы ошиблись, сэр… — хоть боли я не чувствую, но обожженная гортань с голосовыми связками позволяют мне только шипеть и хрипеть. — У Земли уже есть проводник мертвых… кха-кха… и Жнец. — Это так, но я говорил не про Землю, Джеймс Бьюкенен Барнс. Стать духом в Мире Двух Солнц — твой шанс выжить, брат богини. Которой она еще окончательно не стала. — Х-х… я же умру… — Конец — это всегда начало. Только если это не конец всего. Темнокожий юнец в соломенной шляпе расстроенно цыкнул и больше ничего мне не сказал. Он вообще замолчал и открыл рот только тогда, когда Аста разрешила ему пройти вместе со мной в наш Мир — не хотела лишний раз тревожить ожоги, забирая меня у главного лоа Земли. Он пошел с нами на Темную Сторону, но быстро отвернулся и скрылся за гигантским стволом яблони, стоило почве стать прозрачной, а небу превратиться в кусок полированного малахита. Здесь у моей сестры все снова пошло через жопу хвост — все отобранные у меня раны просто скатились с шипов в траву. Как тогда, при отращивании руки. Нет боли для чудовища, которого любит Темная Сторона.

***

— Знаешь, мне так тоже нравится, — помятая со сна Эмма ворошит едва заметный ежик отросших волос. Остальные сгорели. — Если ты все же убиваешься по своей косе, я точно знаю, что у Асты есть какое-то чудо-средство из Ехо. Она предлагала заманить тебя в засаду, связать, намазать и подождать пару часов. — Леди, я не маленькая девочка, чтобы плакать из-за косичек. Сами отрастут, — потираю непривычно голый затылок. — Только попробуйте меня связать, и обе получите по задницам. — Ох, суровый парень Джим… — коварно зашевелила бровями и повела плечом, с которого соскользнула лямка ночной сорочки. — А за преступные мысли карать не будешь? — Chertovka! — валю хохочущую женщину обратно на кровать. Время в разных Мирах течет по-разному, поэтому для нас оно не важно — хватит минут для радостей, для сборов на Землю и для тревог… — Последние несколько дней в правительстве все стоят на ушах. Это даже в новостях было, но мало кто сложил всё в одну картину, — Эмма благодарно кивает, когда я наливаю ей сок. — Около двадцати высокопоставленных чиновников подали в отставку и решили пожить в глуши, подальше от больших городов. Но перед этим по теневому миру прокатилась волна странных смертей. Она и сейчас идет. И не все чиновники успели подать заявление об увольнении. — И что же в этом удивительного? — натягиваю футболку через голову и по привычке хочу вытащить из-за шиворота хвост. Которого нет. — Ну, допустим… Нескольких зарезали бомжи и наркоманы, как-то пробравшиеся в притоны с борделями. Часть погибла от несчастного случая. Кстати, поскользнувшись на банановой кожуре или споткнувшись о собственные ноги при спуске с лестницы. У некоторых вдруг внезапно появилась острая аллергия, а у остальных просто остановилось сердце. Как по волшебству, Джим. — Думаешь, это?.. — Уверена, хоть доказательств нет. К тому же ни один из них не был банально застрелен. В криминальных кругах ножи, конечно, ценятся, но от огнестрельного оружия они не отказываются, — берет мою руку и проводит большим пальцем по узору на золотом браслете. Знак принадлежности семье и маяк, благодаря которому Аста почувствовала, что я умираю. — Погибшие вполне заслужили свою участь, но раньше постоянно выходили сухими из воды благодаря адвокатам, подстроенным алиби и высокому покровительству. Не я одна так думаю, но заявить это прямо значит усомниться в правительстве Соединенных Штатов. А это чревато последствиями. — Blyadstvo… Слишком покладистая после покушения Аста, которая всегда предупреждает, когда собирается целый день провести дома или в библиотеке Лиирдиса, где в отделе «Магия» собрано около двух тысяч томов. Лечение, выращивание растений, ворожба, благословения… и проклятия с набором методик Гильдий убийц. Около их со Стивом дома все так же тихо, но теперь мне кажется, что репортеров она отвадила, чтобы случайный и не желающий зла взгляд не смог заметить ее отлучки. Мой друг, как всегда, на базе Мстителей, мучает боксерскую грушу и личный состав, а в самом доме слышен только шум воды из ванной и исковерканная мелодия веселой песни. Про маньяка-гробовщика, да. «Тут у каждого внутри Червь могильный угнездится. В глубину, на метра три — Где ж ему еще водиться? Много входов он найдет В мир ваш внутренний, богатый. Терпеливо подождет, Чтоб исправился горбатый. Это мой осенний рай. Полигон для психопата. Кого хочешь выбирай -- И под землю, вот лопата. Снегопады, листопады — все сырое. Ваши трупы унесу, И уродство, и красу, И в могилку, как сокровище, зарою». Всё как обычно и настолько обыденно, что я уже хотел подождать ее внизу, но… Песня после мгновения тишины началась сначала. У нее же их полно, она может их горланить сутками, ни разу не повторяясь. А еще за дверью, от которой веет влажностью и запахом цветов, совсем не чувствуется магия. Ни единого дуновения разноцветного ветра. Я позвал, но она не ответила, продолжая выть простой мотив. На стук она тоже не реагировала, поэтому я вслух предупредил и выбил замок. Пустая ванна была наполнена остывающей водой с осевшей пеной, а рядом с мыльницей лежал плоский камень с начерченными рунами, от которого и исходил голос, затянувший песню в третий раз. Смылась! Я не сэр Нумминорих и не могу найти человека по запаху, но у меня есть возможность спросить тех, кто знает почти всё. Мысленно моя грудная клетка обнажена, залеченные ребра с треском расходятся, как хищная пасть, в глубине которой бьется сердце, открытое перед Душой Мира. Где Аста, на которую скоро могут объявить негласную охоту? Зажатая в руке золотая нить привела меня в Лас-Вегас. Прямо в квартал красных фонарей, где неприлично одетые девушки легкого поведения завлекали прохожих, ведь здесь только разгар ночи. Одна из них, высокая блондинка с неестественно пухлыми губами, очень знакомо зубоскалит, почесывая длинным ярким ногтем за ухом. Высматривает кого-то, а потом играется с пудреницей, пытаясь поймать в отражении взгляд мужчины, который заходит в ближайшее казино с охраной. Губы двигаются, но не слышно ни звука, а где-то в глубине души я чувствую, как мимо проносится затхлая, как могильная земля, магия. Прямо к человеку в окружении головорезов, который поймал мимолетный взгляд и похабно подмигнул блондинке с выжженными краской волосами. Нить как раз ведет к ней, и когда я тоже подошел, гогочущие девицы сказали мне, что Черри — пташка высокого полета и меньше чем за три сотни баксов со мной не пойдет. — Эй, парнишка, иди лучше к нам — мы меньше берем, — и опять засмеялись, сбившись в кучу и сверкая дешевыми блестками. — Хотя можешь ее покормить. Или она от голода откинет копыта с такими запросами. — В таком случае не желаете пойти со мной в кафе, мисс? — беру «путану» под локоть и тихо шиплю на ухо с безвкусными серьгами. — «Весь день буду дома», значит? Из-за проявленной вежливости меня приняли за маньяка, а Аста помахала своим «коллегам» ручкой и почти утащила меня в подворотню, где маска беззаботной Черри слетела с нее, стоило скрыться в тени. — Ты что, вообще на нас плевать хотела? Тебе мало одного отравления, так ты теперь еще и киллером на службе справедливости заделалась? Твой маскарад — дерьмо собачье! Даже Эмма тебя вычислила, — нависаю над девчонкой в небронированном комбинезоне от Старка. От надменного вида и искривленных губ появляется желание схватить ее за шиворот и хорошенько встряхнуть. — Тебе Стива совсем не жалко, а? Зачем ты прокляла того парня? Что ты, черт возьми, делаешь?! — Исполняю свой долг и оставляю ваши руки чистыми, Немо! — шлепнула по ладони, которая уже тянулась к воротнику. — Тот хмырь торгует людьми и синтетической наркотой. У него связи на уровне губернатора и Сената. Что мне надо было делать? Заявление на него написать? Или с плакатиком на площадь выйти? — Ты могла бы не ходить одна и посоветоваться с нами. С Наташей. С Фьюри. Да хоть со Стивом! — оглядываюсь по сторонам, но вокруг только пустой тупик, заклеенный рекламными листовками. — Особенно со Стивом. — А что ты предлагаешь ему сказать? «Мо анам, ты любишь свою родину, но здесь живут монстры в человеческом облике, и их покрывает правительство, которое ты поклялся защищать хрен знает сколько лет назад, поэтому я их по-тихому грохнула». Если я в ближайшее время скажу это главному патриоту США, то все, что я услышу, — хлопок дверью. — Мы обещали защищать страну и людей, а не чьи-то шкурные интересы. И ты много раз говорила, что скрывать от него ничего не будешь, — хочется повернуть ее за подбородок к себе, чтобы она перестала меня игнорировать и сверлить глазами стену. — Неужели соврала? — Я боюсь. Зря она сомневается — Стив не отречется от нее. Тот, кого я знал хилым романтиком, не откажется, даже если она при нем будет рвать зубами убитого стрелой оленя и вытирать о портрет президента окровавленные руки. Я думаю, что понял это еще в тот момент, когда он в сороковых показал мне рисунок странно одетой девушки с трубкой в руках.

***

Через несколько дней с нашим куратором Хилл связался теперь уже госсекретарь Росс и попросил нас всех собраться на базе для важного заявления. Даже взявшего отпуск Бартона и Старка с Астой. Не знаю, зачем, но я прихватил с собой несколько светошумовых зарядов и пару скрытых керамических ножей, необнаружимых металлоискателями. На всякий случай. Даже Стив пошел со своим щитом. Таддеус Росс сначала долго пил чай, а потом долго говорил о том, какие мы все хорошие и «почти все — достойный идеал для подражания подрастающего поколения». При слове «почти» он выразительно косился на настороженных Наташу с Брюсом и безучастную Асту, которая молчаливой тенью сидела рядом с собранным Стивом. «Чего как воды в рот набрала?» — спрашиваю ее по Безмолвной Речи. «Жду, когда он доберется до сути». Росс сейчас вроде как шутил, рассказывая о недавних выборах президента в Индии. В твиттере кто-то предложил избрать главой страны специй и Болливуда Тони Старка, так как он гениальный миллиардер с самой красочной броней среди всех Мстителей, пару раз приезжал в Дели и любит музыку. — При юмористическом опросе выбрать мистера Старка согласилось восемьдесят пять процентов опрошенных. А еще эти люди считают, что у настоящего мужчины должны быть усы, — госсекретарь с усмешкой разглаживает свое богатство. — Но если серьезно, то в официальных бланках двадцать шесть процентов избирателей просто дописали: «Железный Человек». Вот это уже не очень смешно — вы из неуправляемого военного объединения становитесь символом и политической силой. ООН это не нравится, поэтому мы подготовили для вас Заковианский договор, который сделает отношения Мстителей с правительствами стран более… прозрачными. И законными — вам абсолютно наплевать на пересечение государственных границ, а спецслужбы других стран вы просто предупреждаете. Если вообще вспоминаете об этом. Толстая папка пошла гулять по рукам. Порядка двухсот страниц мелким шрифтом, текст составили сто шестнадцать стран. Почти весь мир хочет, чтобы Мстители потеряли независимость. — Почему договор назван именно Заковианским? — Стив быстро листает документ, иногда вскидывая бровь на особенно жестких или насквозь бюрократических оборотах. — Мы тогда действительно не предупредили спецслужбы о готовящейся операции, чтобы не допустить утечки информации к Альтрону. Но нас прикрывал и координировал ЩИТ. Тогда это было целесообразно. — Это уступка для всех вас. После слаженной работы в Заковии Мстителей перехотели линчевать, — Росс самодовольно прохаживается мимо сидящей за общим столом команды. — Сначала договор хотели обозначить Йоханнесбургским -- после вашего провала и того безобразия, что устроил в ЮАР горячо вами любимый монстр с кровожадными близнецами, — остановился как раз между застывшей Вандой и набычившимся Пьетро. — Я уже давно не монстр, Росс, — чуть раздавшийся вширь и позеленевший Брюс стянул очки, дужки которых заскрипели на увеличившейся голове. — Меня загоняли, как дикое животное. И я вел себя, как дикий зверь, чтобы выжить. Если бы ты был не так зашорен, то мы смогли бы договориться. И ненужных жертв можно было бы избежать. — Вот как ты заговорил, Халк. А что скажет Бэннер? То же самое? Хм… вы и правда смогли договориться, — оппонент подошел к альтер-эго Брюса. — В таком случае как вы делите мисс Романофф? — При всем моем уважении, сэр, это не ваше дело, — Наташа складывает руки на груди. Похоже, что Таддеус Росс просто решил начать с Халка, а потом взялся за остальных. Мы будто оказались задержаны после уроков и выслушиваем нотации, вслед за которыми учитель потребует от нас извинения. Стив слушал все это с каменным лицом и потирал подбородок, а Старк только цыкал и не отрывался от прочтения договора, когда ему выговаривали за создание Альтрона. Аста читать договор не стала и просто передвинула его ближе к Вижену, не открывая. После фразы, что она не имеет права приносить кому-либо клятву верности или подписывать такие документы, Росс даже будто обрадовался и полез в принесенный портфель, а потом кинул перед скептичной девушкой новую папку, раза в три толще. — Не подпишете вместе с остальными -- и мы начнем над вами суд по всем вашим похождениям, мисс Аста. И здесь только убийства первой степени. Даже если мы докажем хотя бы четверть, вы уедете в тюрьму на несколько сотен лет, — хлопает ладонью по пухлой папке. — Я безмерно благодарен вам за вылеченное сердце, но закон есть закон. Тем более что такой порядок одобрен Мировым советом безопасности. Монстр подобного масштаба должен либо быть управляемым, либо сидеть в клетке. — Совет безопасности поклялся, что не будет устраивать охоту на дракона, госсекретарь Росс, — Стив резко встает, скрипнув ножками отъехавшего стула. — Если даже им нет веры, то что уж говорить о нас. Этот договор — способ надеть на Мстителей ошейник. Пока ООН будет совещаться, отправлять нас на задание или нет, начнут гибнуть невинные люди. Раньше спасение гражданских стояло превыше всего остального. — А теперь важнее соблюдение законов, чтобы мир не погрузился в хаос, — перебил его бывший генерал. — Привыкайте к современному ведению дел, капитан Роджерс. Иначе да поможет вам Бог. — Пустое пожелание — ваш Создатель давно умер, — Аста демонстративно отрастила шесть рогов и скалит частокол острых зубов в два ряда. — И у меня такое чувство, что он вышиб себе мозги, увидев, что в будущем родится такой упертый сухарь, как вы. Осторожнее, человек с новым сердцем. — Вы мне угрожаете? — Что вы… — откинулась на спинку и на пластике папки выцарапывает когтем узоры и звезды. — Вот если бы я сказала, что вырву ваше сердце, сожгу ваших людей, разрушу ваш дом, пересыплю вашу землю солью, чтобы она стала бесплодной, и уничтожу малейшие воспоминания о вас… Вот тогда это была бы угроза. — Аста, пожалуйста, держи себя в руках, — Стив положил руку на узкое плечо спокойного дракона, пока раздраженный чиновник уходил прочь, прихватив пустой портфель. — Как скажешь, мон шер, — прижалась к ладони острым чешуйчатым ухом и наконец открыла объемный компромат. — В конце концов, я намного чаще болтаю, чем делаю. Хм… Вот это явно не моих рук дело. А это не мой стиль. А про Кеннеди так вообще грязная ложь и клевета — я не беру в руки огнестрельного оружия. Изгнать ее с Земли Мировой совет безопасности не сможет — никаких сил не хватит. Если они хотели разделить договором Мстителей и загнать их под пяту, то у них ничего не выйдет. А Аста потянет для нас время, притворившись пугалом-приманкой, и попытается устроить такой балаган, чтобы о маразматичном документе все забыли. Она сама сказала это каждому, не размыкая губ и кивая на огоньки работающих камер наблюдения.