От боли не кричат

Когда Билл в бешенстве, лучше его не трогать… И именно в бешенстве он прибывал после очередной выходки Диппера.

***

В начале нового дня, проснувшись с тяжестью в штанах после навеянного непонятно чем «мокрого сна», он уставился на красивый дубовый рабочий стол, стоящий в углу комнаты, целостность которого обещала быть нарушенной посредством использования какого-нибудь разрушающего заклинания. Этот мальчишка только вертится перед носом, мозоли глаза, а теперь еще и во снах преследует! Билл уже представлял, как сломает каждую кость в его теле, снимет кожу, выколет глаза, вырвет язык и съест на ужин вместе с сердцем, запеченным с грибами и овощами, и омлетом с почками… Мысли о еде унесли Билла в другие миры, а конкретно на кухню, что и спасло старинный дубовый стол, стоящий в углу комнаты. После завтрака Сайфер спустился в гостиную, где его ждал бледный, как смерть Форд, которому еще вчера вечером было приказано привести своего племянника в пирамиду, чего он, по-видимому, так и не сделал. — Где он? — громовой голос прокатился по стенам гостинной, окатив Форда холодной волной. Его нет, нигде не было: ни дома, ни в городе, ни у озера, ни в лесу… Нигде. И это плохо… Форд не боялся за себя, но за Диппера. Он знет, что Билл делает с неугодными, и знает, как. Больше трех лет назад Форд заключил с демоном сделку: бесконечная преданность и вечное служение их с братом Сайферу, взамен Билл не тронет ни одного Пайнса и его друзей. Но Билл не Билл, не найдя он лазейку. И ведь верно, то, что он не может навредить кому-то, не значит, что этот кто-то останется невредимым. В первый раз Билл заставил Форда избить до полусмерти брата, затем его самого чуть не убила Венди… Билл не может им навредить, но они друг другу по его приказу могут. И это пугало. Форд знал, что сделает Билл, если не получит желаемого, а именно, Диппера. Четкая картинка встала у Форда перед глазами. Залитый кровью пол темницы, ржавые цепи, держащие еле живого хрипящего подростка, он почти не дышит, из глубоких ран льется, не переставая, кровь, но он в сознании, оно не покинет его, пока так не решит Билл… И сам Форд с ножом или кнутом в руке, залитый кровью племянника, слушающий дрожащие мольбы Диппера и наконец, почти не слышно, еле шевеля губами: «За что, дядя?»… — Я не знаю, где он, — опустил голову Форд. Он ненавидел Билла, ненавидел себя за то, что до дрожи в коленях стал боятся его. — 24 часа. — Что, — не понял Форд. — У тебя есть 24 часа, а потом я найду его, и произойдет именно то, что ты себе представил. Щелчок. Билл исчез, а Форда словно прошибло током. Он стоял, еле удерживаясь на ватных ногах, дрожь, которую он так ненавидел, била его с огромной силой, губы пересохли, а в голове все стояла та картина… Он бросился из пирамиды в город, спрашивал у каждого, проходящего мимо, звонил Дипперу, обошел все улицы, закоулки, заброшенные дома и подвалы, кафе у Ленивой Сьюзен, прочесал лес вдоль и поперек… Но Диппер будто сквозь землю провалился. Только Мэйбл сказала, что он ушел куда-то рано утром с Саймоном, прихватив с собой сок, чай да бутерброды. И Форд сдался. Давно пробило 11 вечера, Гравити Фолз погрузился во тьму. Когда Форд зашел в Хижину Тайн, ноги перестали его держать. Он сполз вниз вдоль стены и так и остался сидеть. И Стен, и Мэйбл уже спали, а Диппер все еще не вернулся… Форд опустил голову, выдохнул и пошел в ванную. Вскоре послышались шаги и голоса. — Постой, Мейс. Вдруг кто-то еще не спит, мы даже наверх не поднялись. — Я так устал, — простонал Диппер, уткнувшись носом в ширинку Саймона, — мы весь день ходили, не хочу больше никуда идти… Форд вышел из ванны и теперь смотрел на то, как его раскрасневшийся племянник сидит на коленях и умоляет друга его оттрахать. В темном углу прихожей его не было видно, но свет уличного фонаря отлично освещал кухню и подростков. — Перестань, хоть одну ночь мы должны поспать нормально… — пытался стоять на своем Саймон, но Диппер, как маленький ребенок, надул губы и умоляюще посмотрел снизу вверх. И похоже этого было достаточно. Саймон приподнял друга и они растворились во мраке, а с чердака послышался топот, хлопок двери… И тишина. Форд не хотел знать, что происходит. Он бы взбесился, заорал, отлупил обоих извращенцев, если бы не тяжелый день и затуманненая усталостью голова. Он присел в прихожей на стул, и глаза закрылись сами собой.

***

Утро встретило Пайнса прохладой, головной болью и лицом племянника, висящим в пяти сантиметрах от лица самого Форда. — Ты чего тут спишь? — улыбнулся Диппер. — Сколько времени? — Форд нахмурился, потер глаза и уставился мрачно на парня. В голову лезли ночные сцены кухни (их он точно не оставит без внимания, хотя может и получилось от усталости… Но потом обязательно разберется. Только потом) и разговор с Биллом. — Пять утра, а что? — А тебе разве не надо спать? Во сколько вы вчера вернулись? — поинтересовался Форд, но Диппер состроил невинную гримасу и сказал, что в районе полуночи. — Нам надо идти. Без твоего друга, желательно, и побыстрее, — Форд встал со стула и открыл дверь. Диппер удивился, но, крикнув Саймону, что скоро вернется, вышел вслед за прадядей. Они шли молча, Форд смотрел в землю, искренне надеясь, что Билл не оторвет ему голову в приступе гнева. Много лет назад, когда они только познакомились, Форду Билл показался странным, забавным, но никак не опасным или сумасшедшим. Как же он ошибался, он думал, что знал демона, знал, как его убить, как перехитрить, но это было не так. Билл никогда не показывал всей своей силы, даже сейчас, Форд был уверен, этот желтоглазый не использовал всю её. Погрузившись в тревожные мысли, он не заметил, как дошел до пирамиды. В холле первого этажа стоял ОН, это исчадье ада, готовое убить кого угодно ради достижения своих целей. Конечно, в Гравити Фолз об этом качестве Билла мало кто знал. Для горожан он был просто очередным «мэром», чуть более чудаковатым, чем все предыдущие вместе взятые. — Надо же. Успел, — ухмыльнулся Билл и щелкнул пальцами. Стены холла сменились стенами пентхауса, черный мраморный пол — красным ковром. — Сядьте, — приказал Билл, и Стен тут же подчинился. — Почему ты слушаешь его во всем? Помнится, ты его на дух не переносил… — удивился Диппер — сам он остался стоять. — Ох, позволь объяснить, — не дал Форду заговорить Сайфер, — Твой дядя, как настоящий герой, решил пожертвовать собой, он желал, чтобы я не трогал Пайнсов и их друзей, а я — его полного мне подчинения. Если он ослушается меня хоть раз, то и мне не придется больше выполнять свою часть сделки. Вот только я нашел лазейку, позволяющую мне вредить вам, а он нет. И Билл засмеялся. Электрический смех разнесся по комнате, неприятно пробежавшись мурашками по спине Форда. С одной стороны он мог расслабиться — Билл ничего не сделает Дипперу, а с другой, кто сказал, что это так? Он не говорил, что Диппер останется живым и здоровым, если Форд приведет его к демону. Только сейчас прадядя понял, что вновь понял все слишком поздно. Он неуверенно взглянул на Билла, но тот его будто не замечал, а говорил с Диппером. — Меня беспокоит то, что ты, Сосна, находишься на моей территории. Мы долго не виделись, я не могу залезть к тебе в голову, понять, что тебе сниться, я тебя совершенно не знаю. Мне интересно, что с тобой не так. Может твои родственные мясные мешки и не чувствуют, но ты пахнешь по-другому… — И что? Может я просто слишком долго жил в горах в другой стране, в которой ты скорее всего не был? Билл нахмурился. Этот ответ его не устраивал, хоть и был достаточно правдоподобным. — Я хочу от тебя сделки, — продолжил он начатую еще вчера тему, — мне нужны твои воспоминания о Странногедоне и, так и быть, ничего больше. Дай услышать свое желание. — Я же сказал, ты его не исполнишь. Я не могу загадать что-нибудь незначительное, ведь сделка предполагает равнозначные желания, но мое ты исполнить не сможешь, — покачал головой Диппер. — Почему же? — вновь удивился Билл. Что такое мог загадать этот паренек, что сам демон разума не может это исполнить, — С чем он связано? — Со Странногедоном, — улыбнулся парень и добавил, — Сколько времени? — Шесть, — не задумываясь ответил Билл, и Диппер на секунду замер. — Я тебе сказал, не надо пытаться заключить со мно сделку — не выйдет, отмер парень, — Извини… Диппер все же подошел к дивану, на котором сидел прадядя, и медленно начал садиться. Не понявший этого «извини» Билл внимательно за ним следил. Вот рука Диппера коснулась подлокотника, вот вторая опустилась на седенье, он согнул колени, опустил голову и улыбнулся. Не мило, не невинно, в его улыбке мелькнули хитрость и хищный оскал. И вот наконец он сел на диван… И в тот же момент растворился, рассыпавшись черным дымом, который тут же рассеялся и исчез вслед за мальчишкой. И вот теперь ничто не могло спасти красивый старинный дубовый стол, стоящий в углу пентхауса. Раздалось оглушительное нечеловеческое рычание, в щепки разлетелись все предметы в комнате, кроме дивана, на котором сидел Форд. Стены задрожали, все стекло побилось… Пока Билл бушевал, его глаза краснели все сильнее и сильнее, волосы развивались, и все меньше он походил на человека, Форд, как завороженный, смотрел на то место, где только что стоял его племянник. Не прошло и недели с его возвращения, а он уже выписывает чудеса похлеще ребят из «Иллюзии Обмана». Вот только в темнице его эти чудеса не спасут… Потому что Билл в бешенстве. Он найдет способ, не руша сделки, получить свое, а потом еще и убить Диппера. Билл отправил Форда вон, а сам принялся успокаиваться — на горячую голову работать нельзя. Он отдышался, вернул человеческий облик и, нахмурившись, принялся что-то искать среди разлетевшихся ко всем чертям листочков. Прадядя ушел. На душе его было несопокойно, и он сразу решил пойти домой. Солнце еще не успело нагреть утренний воздух, птицы заканчивали рассветные песни, но это мало волновало Пайнса. Он не был уверен, что сделает Билл. Это может быть что угодно. К тому же, чтобы найти изъян, демону понадобится время. Не сразу ведь он понял, как обойти их сделку… День обещал быть долгим… И вот, когда Форд, охваченный тревожными думами, вернулся в Хижину Тайн, и Саймон встретил его вопросом: «А Мейсон не с вами?» — новая волна мурашек, холодного пота и липкого страха окатила прадядю.