Вечный сон

Последнее, что помнит Сакура, — захлебнувшийся крик Саске, отсутствие опоры и шум ветра в ушах. Она должна бы разбиться, разметаться внутренностями по скалам, но почему-то снова сидит под деревом и ждёт сенсея. Наруто и Саске вяло переругиваются, пришибленные жарой, а Сакура сжимает лютики и старается унять дрожь в руках. Они не помнят. Сидят, как ни в чём ни бывало, как будто не было ни миссии, ни нукенинов, ни смерти Какаши. Всё то же тихое раннее утро, с которого всё должно будет начаться. Сакура нервно заправляет прядь волос за ухо и вдруг нащупывает там цветок. Пытается убрать мусор из волос, но, потянув за соцветие, вскрикивает от боли. Наруто тут же подрывается, видит кровь на её пальцах и принимается суетиться, но Сакура лишь отмахивается, пустяки мол. Саске недоверчиво поднимает бровь. Сакура ничегошеньки не понимает, но позволяет событиям идти своим чередом. «Всего лишь страшный сон,» — говорит она себе, её преследует дежавю: те же улыбки и жесты, та же миссия и тот же маршрут. Сакура не находит себе места, в себе — сил сопротивляться потоку событий. Её хватает только на робкое опасение, нашёптанное на ухо Какаши. Тот меняет направление и, кажется, настораживается, но главной беды это не отводит. На этот раз первым умирает Наруто, беспомощно повисая на чужом проржавевшем копье, взрываясь напоследок жгучей рыжей чакрой. Солнце слепит Сакуре глаза, так что она даже не видит кунай, что перерезает ей глотку. Сидя под раскидистым деревом, Сакура находит на шее второй жизнерадостно-жёлтый лютик.

***

Примерно на двадцать пятом цветке — они оказались неожиданно крупными и уже укрывали всю шею — Сакура перестаёт реагировать. Безмолвно поднимается вслед за опоздавшим Какаши и идёт, машинально перебирая цветы рядом с сонной артерией. Горло ей перерезали чаще всего. Цветов никто не видит, оно и к лучшему: Сакуре почти стыдно за тот, что распускается внизу живота. Зато её странное поведение замечают и стараются аккуратно ободрить: подобное забитое молчание кажется неправильным, неестественным даже ей самой — ей уже давно не пять лет, чтобы вот так прятать голову в песок. Наруто и Саске помнят это, и Сакура пользуется их волнением, стараясь увести как можно дальше, прервать миссию, Сакура крадёт свиток с запретными техниками и учится, умирает от первой же попытки использовать теневого клона, пока человек в тёмном плаще ломает Саске шею в подворотне Конохи. Сакура кидается на Хокаге, после чего остаток дня проводит в допросной, где погибает от не рассчитавшего дозу сыворотки правды надзорщика. Сакура кричит АНБУ об опасности, не сдерживаясь, громко спорит с Какаши о новой стратегии и умирает, снова и снова. На шестьдесят седьмом цветке она сдаётся. Принимается подыгрывать, с каким-то пугающим её саму цинизмом менять события только чтобы увидеть новую развязку. Несколько цветков щекочут горло изнутри, и Сакуре всё чаще приходится останавливаться только чтобы вдохнуть. Цветы, усыпавшие грудь, определённо впиваются корнями в лёгкие: воздух проходит с трудом, как будто на рёбрах лежит большая тёплая кошка, в качестве хобби пускающая когти под кожу. Сто третий цветок прорастает через левый глаз, и Сакура слепнет, но старается не обращать внимания на острую боль в виске, где закрепились корни. Ещё чуть-чуть, ведь почти получилось отсрочить конец! Дело было в выборе, она уверена: стоило ей сфокусироваться на Наруто или Саске, иногда на Какаши, как история принимала кардинально новый оборот. Понять бы, кем пожертвовать, а кого спасти, чтобы разорвать этот проклятый круг!..

***

Сакура не видит — слышит, как вражеский нукенин подбирается ближе к открытой шее Наруто. Горло и торс разрывают прорастающие лютики, своей ядрёной желтизной затмившие ей мир, но она едва способна реагировать на что-то, кроме пульсирующего от боли и напряжения тела. Ничего, главное продержаться ещё немного, следить за дыханием и не терять сознание, потому что ответ так близко, что Сакура почти чувствует его кончиками пальцев. Когда вражеский шиноби словно вырастает из-под земли, первое, что встречает его тупое копьё — лёгкое девичье тело, разорвавшееся на ядовито-жёлтые цветы. Этой секунды хватает, чтобы её взбешённый наставник обнажил шаринган.