90

Ночью, как только стрелки часов подползли к отметке в два часа ночи, Женя практически бесшумно выполз из теплой кровати. Жена немного завозилась, но практически не обратила внимания. Одевшись теплее, Удальцов замер перед выходом в подъезд. Он не знал, что его ждет, чего этот Федор от него захотел, но Женя был склонен думать, что реальной опасности этот малый не представляет. Не внушал он какого-то ужаса и опасения, в отличие, в прочем, от его приятелей из вчерашней компании. Парень вроде и пытался показаться дерзким, нахальным да мерзким, а таким все равно не являлся. По крайней мере, так казалось Жене. Выпорхнув за дверь, оглядываясь по сторонам на двери соседей, молодой человек посеменил вниз. - Наконец-то! Ты опоздал! - Сейчас 02:03, - удивленно заметил Женя, подмечая все маленькие изменения, случившиеся с Федей за практически сутки, что он его не видел. У юного бандита была разбита губа и вся правая скула была синяя, даже фиолетовая, глубокого такого цвета, как грозовое облачко. А еще бровь рассечена, словом, кто-то хорошо его потрепал, даже отек еще спал не до конца. Взгляд из нахально-самоуверенного превратился в бегающий, а еще там почему-то было море раздражения и какой-то нетерпеливости. - Заткнись, - фыркнул младший и пихнул учителя под локоть, - пошли. - Куда? - Женя удивился, но отправился за новым знакомым. Двор был скудно освещен одним единственным фонарем, но лицом Удальцов почувствовал морось, поэтому довольно улыбнулся. Федя впихнул его в свой черный БМВ и вот здесь парень насторожился. - Куда мы? - кажется, он этот вопрос уже задавал, только вот ответа ему никто на этот вопрос не дал. Ни в прошлый раз, ни в этот. Вздохнув, Женя очень беспокойно заерзал. - Пристегнись, - небрежно бросил водитель, на что молодой человек удивленно приподнял брови, но, разумеется, просьбу выполнил. Поездка была недолгой, но прошла она в абсолютной тишине, да такой напряженной, что, казалось, воздух скоро начнет потрескивать. Когда парни приехали, Жене было уже все равно даже, куда они приехали. То есть, страшно ему немножечко было, но он старался этого не показывать. - Разувайся. Они пришли в какую-то однушку. Вот так все просто. Старые обои в полоску с мелкими завитками, советская тюль, пузатый телевизор и на нем пепельница. Однако, стоило заметить безукоризненный порядок в доме, так что, если это Федина квартира, то парень просто чистюля. - Уютно, - робко озвучил свои мысли Женя. - Заткнись, - это прозвучало больше нервно, чем угрожающе. Внезапный толчок в спину выбил из колеи, поэтому Женя, как и было рассчитано, мешком свалился на скрипящую пружинами кровать. Федя рывком содрал с себя кожанку, через голову снимая свитер, который был под ней. - Меня, блять, из-за тебя чуть не грохнули, - футболка полетела на пол, позволяя Жене увидеть бледный торс и щуплое весьма тельце с парой синяков в области ребер. За свои пытливые взгляды молодой человек получил пощечину, - не пялься на меня так, сука, я собираюсь сделать тебе так же больно, как мне было, когда я получил за спасение твоей задницы, понял? До этого Женя не очень понимал, зачем раздеваться, если его хотят избить. Теперь понял и все внутри перевернулось. - Может, не надо? - в лицо ему за это прилетела уже даже не пощечина, а полноценный удар кулаком. - Раздевайся и не трать мои нервы, уебок, давай уже! Руки слушались плохо, пальцы мгновенно стали ледяными после таких слов, но как-то на автомате Женя это сделал. Парень сложил все на краю кровати, оставаясь в одном белье и подрагивая. В комнате было холоднее, чем казалось. Сильным толчком его буквально распластали по кровати, животом вниз. Сердце забилось быстрее, затрепыхалось, как птица в клетке, дыхание тоже стало глубже и быстрее, молодой человек зажал подушку зубами и буквально завопил в тот момент, когда чужой твердый член вошел в него. Неприятное, буквально мерзкое ощущение того, как что-то внутри разрывается, заставило взрослого парня начать лить слезы как самый маленький ребенок. Обхватив подушку руками, закусив ее зубами, Женя просто ждал, когда все это кончится и тихо плакал, слушая ритмичный скрип пружин кровати в холодной комнате.

***

- Одевайся, - голос Феди перестал, кажется, быть таким нервным и раздраженным, - я подвезу тебя до дома. Скоро утро, жена хватится. Женя ощущал себя использованным презервативом или вроде того. Штукой, которую износили до крайней степени, а затем выбросили. Ему было холодно, а еще абсолютным образом мерзко находиться в собственном теле. Казалось, что эта пульсирующая боль в заднем проходе была с ним всегда, а когда член покинул его тело, показалось, что он стал куклой, которую надевают на руку кукловоды. Одевшись, но не говоря ни слова, парень уселся и на автомате пристегнулся. Они ехали по утреннему городу. Предрассветное розовое румяное небо - в любой другой день Женя был любовался, не отрывая взгляда. Сейчас хотелось только в душ, а потом в кровать и через часок в школу, где никто ничего не узнает, а самое главное - он забудется. Чем-нибудь, уроками, сплетнями, поведением учеников, не важно чем, только бы забыть. - Приехали, - кажется, они поменялись ролями: теперь Женя нервно молчит, а Федя пытается говорить, - пока. Ничего не ответив, Удальцов выбрался из автомобиля и, не чувствуя ног, поплелся домой. Кажется, он только что сломался.