We don't need no thought control

Когда они вывернули на нужную линию на грузовике Учреждения, Юнги в полной мере ощутил себя смертником. Остановившись на вымершей в самом разгаре рабочего дня улице так, чтобы их не сразу увидели с КПП, он открыл окошко в фургон и спросил: - Ну что? Въезжаем внутрь? - А не слишком рискованно? Я бы машину оставил снаружи, так будет легче убраться, случись что. Хоть кому-то из нас, - Джин, судя по бледности, ощущал примерно то же самое. – Иначе придется при выезде ломать ворота. Разве нет? - Давайте подъедем ближе, - Намджун попытался выглянуть, чтобы осмотреться. – Сколько там человек на КПП хоть? - Не знаю, рискованно или нет. Но если начнем подъезжать, то придется сворачивать к въезду и перекрывать его. А это уже будет выглядеть странно, - Юнги опять тронулся с места. – Обычно там сидят трое человек. Один следит за камерами, второй за въездом, третий, наверное, на всякий случай. Все вооружены… Ворота в Учреждение были приоткрыты. Юнги почувствовал, как на языке появился неприятный металлический привкус – все это не просто выглядело ловушкой, доктор Чен разве что светящуюся надпись на вход не повесила. - Что там? – спросил Чимин. – Сколько там человек? - Ни одного, - Юнги остановился прямо рядом с воротами. – За забором никого, ворота приоткрыты, двери открыты. - Может, вернемся и обдумаем? – замогильным голосом предложил Джин. – У меня уже сейчас такое неприятное ощущение внутри… - Уже поздно, - Чимин выбрался из фургона и подошел к кабине со стороны Юнги. – Идем. Посмотрю по камерам, а твои проекции пока оглядятся. Пусть Джин сядет за руль. Если что – уедет отсюда. - Ладно. Меняемся, Джин, - Юнги спрыгнул на асфальт, поморщившись от неожиданной боли в ноге. Иногда он умудрялся, даже не совершая никаких спортивных подвигов, на несколько минут вот так вот травмировать что-то в ноге. Хорошо хоть проходило оно чаще всего так же быстро. Проекции осторожно вошли на территорию. На КПП не оставили даже дежурного, бездыханных тел тоже нигде не лежало. - Идем, - Юнги пошел первым, стараясь прикрыть собой Чимина. В конце концов, от того здесь зависело намного больше, чем от самого Юнги. За открытой дверью Учреждения царила такая плотная тишина, что Юнги инстинктивно отозвал проекцию обратно – одному туда заходить ему совершенно не хотелось. - Трупов не вижу, санитаров тоже, - Чимин сел за мониторы и привычным жестом пододвинул к себе камеру. – Ну, посмотрим. Территория также пустовала, правда, кое-где проекции нашли выброшенные или, может, потерянные ключ-карты, такие же, как в предыдущем Учреждении. Две – обычную и с красной линией – одна из проекций принесла к КПП. Пока Чимин осматривался, Юнги посетила безумная, совсем детская мысль о том, что, может, доктор Чен не исчез тогда бесследно, потому что умер, а просто построил себе новый центр, тренировал там кого-то получше, чем его старые ученики, а сейчас вернулся, чтобы помочь. Звучало даже в голове по-дурацки. - Там никого, - наконец, хрипло сказал Чимин. - В коридорах пусто, есть камера с заключенными, внутри очень темно, но особенных там… - Много, я знаю, - Юнги постарался выбросить все ненужные надежды из головы. – У меня была своя карта таких, как мы, я присматривал за ними. Некоторые люди соглашались за небольшую плату оповещать меня об их состоянии. Два месяца мне приходили оповещения об их исчезновении, а я… - Проебался? – Чимин вздохнул. – Ну, сейчас сможешь все исправить. Я видел Стирателей, и, думаю, что они ждут меня. У нас с ними есть необъяснимая тяга друг к другу. Так что я иду к ним, а вы всех выводите. - Зайдем все вместе, - Юнги еще раз осмотрел каждое помещение в КПП, пока его проекция звала всех остальных. – Откроешь ворота? - Конечно, - Чимин нажал на кнопку. – Джину это не понравится. - Почему тут никого нет? – спросил Юнги, надеясь не столько на ответ, сколько на поддержку. - Или что-то пошло не по ее плану, - Чимин погладил камеру, словно она была его лучшим другом. – Или все наоборот идет так, как она задумала. Пока не зайдем, не узнаем. Но она же оставила Стирателей тут – значит, ждала нас. - Выглядит как фильм про конец света, - признался Чонгук, заглядывая к ним. – Мне не по себе. Давайте побыстрее найдем моих родителей и Тэхена. - План такой, - Юнги постарался говорить уверенно. – Я в комнату управления, посмотрю, не приготовила ли она каких-то сюрпризов. Чимин занимается Стирателями. Все остальные выводят к грузовику пленников – их тут больше трех точно. Мои проекции идут с каждой группой. - Может, мне пойти с Чимином? – спросил Намджун. - Нет, я один справлюсь, - Чимин прищурился. – Иди к Тэхену, слышишь? - Если все и всё поняли, то дверь там, - Юнги первым двинулся к открытому входу в здание, стараясь, чтобы его проекции прикрывали каждого. Дурное предчувствие не просто не проходило, с каждым шагом оно становилось все сильнее. Коридоры встретили их все той же недвижимой тишиной, которая не предвещала ничего хорошего. По сравнению с медицинской стерильностью предыдущего Учреждения это больше напоминало тюрьму строгого режима. Здесь никто не озаботился стенными панелями или ярким белым светом – главным оставался плохо обработанный камень, поглощающий любые силы. Тусклые лампы только добавляли этому месту безысходности. - Мне наверх, а вам до конца коридора, за железную дверь и в третью дверь по правую сторону. Вот карточка, - Юнги толкнул дверь на лестницу – планировки настолько въелись в память, что он мог бы найти нужные комнаты с закрытыми глазами. – Удачи. - Не желают удачи перед такими делами, - сварливо бросил ему в спину Джин. А потом все звуки отсекло дверью. По ступеням он поднимался под аккомпанемент собственных медленных шагов, то и дело ожидая, наконец, ловушки. Ему даже показалось, что, отруби ему сейчас руку какой-нибудь хитрой пилой, выскочившей из стены, он бы почувствовал себя спокойнее. На административном этаже все выглядело не таким безжизненным – кто-то бросил папки с бумагами у лифта, в кабинетах в беспорядке лежали вещи, точно сотрудник в спешке собирался и решал, что именно забрать с собой. - Куда же вы ушли? – спросил Юнги себе под нос. Красная ключ-карта дала ему возможность спокойно войти в комнату управления и обнаружить там все тот же бардак. Около огромной стены с мониторами располагалось большое, кожаное кресло – отсюда она могла наблюдать не только за Учреждением, но и еще за несколькими точками в городе. Юнги совершенно не удивился, обнаружив среди них вход в дом родителей Чонгука и несколько знакомых ему улиц, где жили другие особенные. Она ведь все предусмотрела, да? Юнги сел на ее место, ощущая неприятный холодок в области сердца. Привычное щелканье клавиш успокаивало, но ожидание подвоха не пропадало. На мониторах послушно сменялись пустые помещения – ни одного спецназовца, ни одного санитара, ни следа присутствия доктора Чен. На улице тоже никто не спешил закрывать ворота или окружать их. - Чего же ты хочешь? Изображение Стирателей возникло точно само собой – они сидели в воссозданной белой комнате, в которой доктор Чен так любила встречаться с пленниками – когда к ним зашел Чимин, они обе встали, взявшись за руки. Прямо идеальные школьницы в идеальной школе. На другом мониторе Хосок вскрывал дверь камеры, пока остальные оглядывались по сторонам. Пока все шло даже лучше, чем могло бы. Разве нет? Когда что-то грохнуло так, что по полу пошла ощутимая дрожь, это ничуть не удивило. - Гермозатворы опущены, - сообщил приятный мужской голос. – Система самоуничтожения активирована. Начат отсчет в пятнадцать минут. - Ах ты ж сука, - Юнги не успел даже попытаться остановить эту чертову систему, как почти все мониторы погасли, остался только один – в самом центре. - Ну, здравствуй, - она записывала этот ролик, пока за ее спиной лаборанты спешно паковали вещи. – Не смог удержаться и не попробовать занять мое место? Это же то, чего хотел для тебя он? Юнги показалось, что сердце начало биться как-то неравномерно. Где-то на фоне шел бесстрастный отсчет их времени, а он никак не мог отвести глаза от ее безмятежной улыбки. - Я долго думала, кто же ты, и, кажется, теперь знаю твое имя. Или у тебя больше нет имени? – она улыбнулась. Царящая вокруг суета совершенно не сбивала ее с мысли. – Жаль, что нам сегодня не удалось встретиться, я бы с радостью поговорила с тобой, ведь когда мы разговаривали пару месяцев назад, не все карты были открыты. По виску поползла ледяная капля пота. - Но у меня есть кое-что для тебя. Подарок на прощание. Или наставление, как тебе угодно. Запомни, ты следуешь словам человека, который не представлял собой ничего. Он жил, как ничтожество, и умер также. Никто из вас не знал, что с ним случилось. Но тебе я покажу. Когда ее изображение сменилось записью с видеокамер, Юнги почему-то отчетливо понял: он никуда больше отсюда не уйдет. Все это просто больше не имело смысла. *** Шуга оставил их в коридоре, но его проекции следовали за ними, внушая уверенность в собственных силах. Чонгук старался дышать ровно и не поддаваться ни панике, ни желанию броситься вперед бегом и увидеть родителей. - Куда они все делись? – напряженным голосом спросил Джин. – Думаете, они могли… распылить что-то? Яд? Вирус? Крошечных мини-роботов, которые уже сейчас уничтожают наши внутренние органы? И зачем я так много смотрел фильмов, а? Мне бы просто так такие идеи в голову не пришли… Намджун успокаивающе похлопал его по плечу. - Здесь что-то не так, но у нас есть цель. Давай о ней думать, ладно? Все остальное нам неподвластно. Если тут газ или яд – Шуга нам скажет, верно? - Надеюсь, - уже почти простонал Джин. – Простите, я нервничаю. - Все мы нервничаем, - Хосок улыбнулся. – А ты просто озвучиваешь то, о чем мы думаем. Сейчас найдем своих, и уже не так страшно будет. Почему-то Чонгуку подумалось, что может стать еще страшнее, но он благоразумно промолчал. Карточка открыла им нужную дверь, и Чонгук снова, как тогда в подъезде своего дома, ощутил дрожь в коленях. Увидит ли он родителей? Или она забрала их? Или рассказала о нем так, что они даже не захотят повернуться в его сторону? - Вот нужная дверь, - Намджун первым заглянул за зарешеченное окно. – Очень темно. Есть кто живой? Ему ответил неслаженный хор голосов – похоже, в этот раз доктор Чен решила сэкономить на отдельных камерах. Но сидящие внутри определенно были живы. - Так, - начал Намджун, но тут шум внутри прекратился, и к окошку кто-то подошел. - Я Ча Ыну, - представился он. – Нас тут очень много. Вы пришли нам помочь? - Ага, - Намджун приложил карточку к считывателю, но тот только отрицательно пискнул. Тогда он положил ладонь на дверь - она едва прогнулась под его силой. - Давай лучше я, - Хосок оттеснил его в сторону и сообщил в темноту: - Отойдите от двери, я могу кого-нибудь задеть. - Хорошо, - отозвался Ыну, а потом спустя минуту отчитался. – Все так далеко, насколько могут. Насколько могут? Чонгук хотел уточнить, но Хосок уже ударил своей силой в дверь, буквально проделав в ней огромную дыру. Он потряс рукой и сразу же повинился Намджуну: - Я хотел выбить замок. Намджун оглядел металлическую рамку, оставшуюся вместо двери, и пожал плечами: - Так тоже можно выйти. Выходите, нужно убираться отсюда побыстрее, - скомандовал он в полумрак. Особенные, оглядываясь и, кажется, не веря во вдруг обрушившуюся на них свободу, начали выходить в коридор, и Чонгук не выдержал. Он просочился между двумя выходящими со странными наручниками на руках, закрыл и открыл глаза, чтобы они привыкли к полумраку помещения, и вдруг увидел своих родителей у дальней стены. - Мам? Пап? – позвал он. В глазах защипало, и он уже бегом кинулся к ним, боясь, что они сейчас растают в воздухе, оказавшись иллюзией или обманкой. - Сыночек, Чонгук, - мама прижала его к себе и, конечно, сразу же разрыдалась. Папа обнял их обоих и старался держать себя в руках, но Чонгук слышал, как он прерывисто вздыхает. – Мы чуть с ума не сошли! Ты цел? Ты не ранен? Эта женщина ничего тебе не сделала? - Со мной все хорошо, мам, - Чонгуку захотелось просто закрыть глаза и постоять так, но доктор Чен явно приготовила им какую-то ловушку. Ему стоило оставаться сильным и отвести их в безопасное место. – Мы пришли вас забрать. - А с этими что? – спросил Намджун у кого-то за их спинами. Чонгук обернулся и обнаружил, что несколько человек остались сидеть на длинных скамьях вдоль стен. Ноги каждого удерживали огромные каменные кандалы. - Летуны, - пояснил Ыну, оказавшийся высоким приятным парнем с чудовищным обручем на голове. – Они даже стоять нормально не могут. - Из-за меня, - тихо прошептал Чонгук, не зная, что теперь делать, но Намджун уже протянул руку и расколол ближайшие от себя кандалы. К счастью, камень на них пошел не из стен. - Это твои друзья? – спросила мама. - Да, это Намджун, а там Джин и Хосок около дверей. Они присматривали за мной. - Не то чтобы за вашим сыном нужен был присмотр. Скорее, он присматривал за нами, - Намджун освободил последнего летуна и повернулся к ним. – Здравствуйте, я Ким Намджун, телекинетик. Мама улыбнулась ему и хотела что-то сказать, но тут же встревожено всплеснула руками: - Ваш друг! Ким Тэхен! Они забрали его после этой жуткой сирены. Я хотела им помешать… Чонгук представил, как его мама пытается помешать санитарам, и тут же спросил: - Вы не ранены? - С нами все в порядке, - мама так крепко держала его за руку, словно, как и он, боялась, что сейчас Чонгук растворится в воздухе. - А куда забрали? – Намджун нахмурился, и Чонгук запоздало понял, что он, наверное, вглядывался в каждого, пытаясь узнать Тэхена. А его тут даже не было. - О, я видел, - Ыну неслышно возник рядом. Чонгук предполагал, что раз летунов заковали в кандалы, а всех, кто мог использовать силу руками – в наручники, то Ыну определенно был контролером, как Чимин. – Его повели вниз в подвал. Там прямо напротив лестницы комната с гробами… То есть, простите, с клетками для таких, как мы. - Отведите всех к грузовику, а я пойду за ним, - впервые Намджун выглядел испуганным. – Я должен. - Все будет хорошо, - Чонгук кивнул ему, не зная чем помочь, и потянул родителей к выходу. – На улице грузовик, поедем туда, где безопасно. - А ты не можешь снять его? – спросил Ыну, указывая Намджуну на свой обруч. - Могу, но боюсь навредить. Со способностями контролеров у меня последнее время не ладится, - признался Намджун. – Приедем в безопасное место, и там наш врач посмотрит. Думаю, она с легкостью тебя освободит. Ыну тяжело вздохнул и потер висок – видимо, обруч причинял ему беспокойство, но послушно кивнул. - Попарно, - организовывал всех на выходе Джин. – Двадцать шесть. О, ты нашел родителей? Здравствуйте, я Ким Сокджин. - Спасибо за то, что присматривали за Чонгуком, - мама так обрадовалась, словно знала Джина давно. Засмущавшись, Джин чуть было не пропустил еще одну пару выходящих, но тут же внес и их в свой мысленный список. - Двадцать восемь. Все? - Еще Ыну и мои родители, - подсказал Чонгук. – Ну что идем? Где-то вдалеке раздался тяжелый грохот, а потом спокойный мужской голос из динамика сообщил: - Гермозатворы опущены. Система самоуничтожения активирована. Начат отсчет в пятнадцать минут. - Что? – Чонгук почувствовал себя так, будто его с размаху окунули в ледяную воду. – Намджун? Что происходит? - Без паники, - Намджуну пришлось повысить голос, чтобы задавить ее в зародыше. – Мы все идем к выходу, а там уже разберемся с гермозатворами, ясно? Тут и пятнадцати минут хватит. - Ты иди, - Джин еще раз всех пересчитал и посерьезнел. – Иди за Тэхеном, я всех выведу. - Хочешь в очередной раз меня удивить? – Намджун попытался улыбнуться, но вышла только странная гримаса. - Ага, только этим и живу, - Джин подтолкнул его к двери на лестницу. – Иди, давай. Времени пятнадцать минут, ну! Намджун кивнул им всем и бегом бросился к двери. Чонгук держался за родителей и старался не думать, что может видеть его в последний раз. Голос сверху продолжал отсчет. *** Стоило увидеть выходящих из темной камеры растерянных детей, каждый из которых абсолютно точно был младше Джина, как страхи мгновенно вымело из головы. Больше всего теперь его беспокоило, что они кого-то потеряют или забудут, поэтому Джин, как в школе, выстроил их в пары и принялся пересчитывать. Зато теперь они достаточно организованно и быстро шли, и Джин не боялся, что кто-то останется позади или в ужасе бросится бежать в неизвестную сторону. - Этот отсчет настоящий? – спросил Хосок. Он то и дело бросал тревожные взгляды на динамики в коридорах, точно именно они и угрожали им в первую очередь. - Звучит как настоящий, - Джин старался с одной стороны не вслушиваться, а с другой – не упустить оставшееся им время. – Похоже, она решила всерьез от нас избавиться. Раз и навсегда. - Моя сила не проломит этот камень, - предупредил Хосок. - И не понадобится, - Джин почувствовал легкую дрожь волнения в пальцах. Он не представлял, что будет делать, если трюк Сыльги не сработает – но он ни на минуту не сомневался, что получится. Она проделывала все с легкостью, так почему бы и ему не повторить за ней? - То есть все открыли карты, а ты решил сделать нам сюрприз? – спросил Чонгук, выглядевший не то восхищенным, не то разозленным внезапным признанием. - Я не думал, что мои тренировки нам понадобятся так быстро, - Джин помолчал, а потом признался. – Ладно, я надеялся, что понадобятся. Мне понравилось быть героем дня. Хочется испытать такое еще раз. Чонгук фыркнул, но в его улыбке проскользнуло понимание. - Ты и так спасаешь день все эти два месяца, - подтвердил Хосок и, поравнявшись с родителями Чонгука, представился: – Здравствуйте, я Хосок. - Здравствуй, Хосок, - ответила ему мама Чонгука. Джину показалось, что она тоже считает всех, чтобы никто не потерялся. – Друзья моего сына – это и наши друзья тоже. Его папа отмалчивался, но Джин видел, как он встревожен и как ему действует на нервы отсчет. Как и им всем, наверное. - Вот отсюда мы пришли, - Чонгук указал на дверь, проем которой теперь закрывала гладкая стена из камня. – Похоже, все перекрыто. Интересно только, какой она толщины? - Сейчас узнаем, подождите меня здесь, - Джин услышал чьи-то взволнованные голоса, но Ыну уже наводил порядок, так что он просто положил ладонь на стену, подождал привычной волны и вошел внутрь. После тренировок он уже не ощущал глубинного страха: мысль о том, что его сейчас раздавит массой этого камня, что он рухнет ему на голову, что он хрустнет, точно Чистильщик в своей броне, и умрет, уже не так часто и навязчиво приходила в голову. Пройдя насквозь, он вышел на улицу, поразившись, какая умиротворяющая тишина царит снаружи – особенно после стучащего по голове отсчета. Затем повторил все действия заново: пока все шло по плану. - Сейчас выйдем, - пообещал он, на мгновение высунувшись наружу. Ыну уже всех успокоил, но Джин заметил, что они сильно измучены экспериментами, скудным питанием и постоянным страхом, а, значит, взрыв может произойти в любой момент. Он остановился в самом центре стены, развернулся, вспоминая последовательность движений, а потом руками точно сгреб стену у самого пола, начал поднимать руки все выше и выше. Та осталась прежней, и Джин ощутил укол страха. Обычно у него все получалось с самого первого раза. Он снова наклонился, стараясь забрать побольше этой невидимой, жидкой стены, поднял руки вверх, точно удерживая на себе небесный свод. - Движение должно заканчиваться позой атланта, как в древних храмах, - объясняла Сыльги, раз за разом создавая туннель в стене. – Хотя я, скорее, симпатичная кариатида. Максимальная длина моего туннеля два метра, но, возможно, с тренировками мне удастся улучшить результат. Главное, не бойтесь – и все получится. Удачи! Джин не боялся – он готовился повторить сто раз, но добиться нужного результата. Толщина гермозатвора была не больше двух метров, так что ничего сверхъестественного от него и не требовалось, правда ведь? Если не считать сверхъестественным саму возможность превращать стены в такую странную форму. Стоило отвлечься и делать все на автомате, как туннель возник сам собой. Джин услышал, как особенные охнули, а потом Хосок преувеличенно бодро сказал: - Ну, вперед по туннелю. По очереди, не застреваем. Собираемся у вон того грузовика рядом с КПП. Стоило потоку двинуться вперед, как он уже совсем другим голосом спросил: - Ты в порядке? - Почти, - признался Джин, ощущая себя последним идиотом. Во время тренировок он так сосредоточился на создании самого туннеля, что совсем забыл о продолжительности трюка. Гермозатвор лег ему на плечи всем своим весом – плечи, голова и руки заныли первыми, потом подключилась спина и колени, а стопы ожгло точно огнем. Пока эта боль оставалась терпимой, но Джин понимал, что с каждой минутой она начнет только усиливаться. Внутри оставались Шуга, Чимин и Намджун с Тэхеном, которые понятия не имели, как важно для него время. - Может, выпустишь всех, а потом выйдешь и подождешь, пока остальные подтянутся? – предложил Хосок, с тревогой вглядываясь в его лицо. – Так ведь будет легче. - Боюсь, что не повторю, - с короткими перерывами ответил Джин. – Идите, я справлюсь. Последние пленники покидали Учреждение и растерянно собирались около КПП, видимо, ожидая указаний. - Теперь вы, - Чонгук кивнул родителям на туннель. - Ты не идешь? – считала его выражение лица мама. – Чонгук? Ты идешь с нами? - Нет, я должен забрать Чимина, - Чонгук закусил губу. – Он там один со Стирателями, он может не услышать и не успеть. Мне нужно пойти. - Мы ждем тебя там, у грузовика, - маме пришлось встать на цыпочки, чтобы поцеловать его в лоб. – Возвращайся к нам, хорошо? - Хорошо, - Чонгук сорвался с места и бросился в ту сторону, куда ушел Чимин, видимо, боясь, что передумает. Похоже, он успел каким-то образом запомнить карту на КПП, пока остальные искали, в чем подвох. Его родители спешно миновали туннель и принялись наводить порядок рядом с грузовиком. Теперь Джин, по крайней мере, не тревожился из-за того, что их с трудом спасенные новые знакомые разбегутся, кто куда, и так и не увидят Убежище. - Иди, - велел он Хосоку, который почему-то медлил. Кто-то из них должен был выйти к грузовику. - Мне нужно пойти за Шугой, - тот выглядел таким растерянным. – Ты не заметил? Все проекции исчезли. Что-то случилось… - Проекции? – только сейчас Джин обнаружил, что действительно ни одной проекции рядом с ними не оказалось. Он попытался вспомнить, когда видел их в последний раз, но не выходило. – Давно они исчезли? - Я не помню – я следил за пленниками, а теперь вдруг понял, что стою один. Шуга всегда находился рядом, а сейчас… Я должен идти. Хосок словно извинялся перед ним – и Джин хотел бы сказать, чтобы он перестал, но на дальнейшие разговоры сил уже не осталось. Он закрыл глаза и вспомнил массивные фигуры атлантов на зданиях бывшей Европы. Вроде бы их старались вырезать из монолита, чтобы вес всего дома не разрушил их раньше срока. Джин не мог позволить себе дать слабину – и ему приятнее было думать, что он тоже вырезан из какого-то прочного материала, который обязательно вынесет любой вес. *** Хосоку не хотелось оставлять Джина одного, но исчезнувшие проекции могли означать, что Шуге нужна помощь. Кто знает, что доктор Чен оставила для него в комнате управления? Рано или поздно ее гнев обратился бы на Шугу – как на того, кто пытался не дать умереть делу ее отца. О докторе Чен она говорила с Хосоком только один раз, когда тот спросил, есть ли кто-то еще в их семье. «Нет», - сказала она тогда тоном, который не допускал никаких дополнительных вопросов. – «В нашей семье остались только ты и я. Все остальные оказались слабаками, но это не страшно. Нам больше никто не нужен». Отсчет отдавался в висках, и больше всего на свете Хосок боялся не успеть. Он включил свою скорость – будто нажал специальный тумблер - взлетел по пустой лестнице на административный этаж, бросился сначала налево вдоль длинного ряда дверей в офисы, распахивая каждую дверь. Всюду царил примерно одинаковый беспорядок. В основном, везде валялись распечатки с какими-то столбцами цифр, диаграммами и ровными абзацами текста. Наверное, каждый из них был описан и посчитан в этих листах, но времени читать их ни у кого больше не было. За последней дверью комнаты управления тоже не оказалось. Прямо посреди полуразорванных листов с исследованиями что-то спешно допечатывал небольшой, усердно мигающий огоньками принтер. Хосок взял листы, понимая, что теряет время, но что-то толкало его к ним. «Нестабильная ситуация на границе… немедленно выдвигайтесь в научный центр «Телос»… Запущена программа 5864X». Неужели началась война с Башнями? И это место опустело, потому что всех ученых отправили в этот «Телос»? И доктора Чен? И что означала эта программа? Что-то ныло внутри, как больной зуб, но Хосок задавил это ощущение в зародыше. Какая бы новая способность ни пыталась вырваться наружу, ей пришлось бы подождать своей очереди. - Шуга, - позвал он, снова оказавшись в коридоре. Он опять бежал вперед, открывая все двери. Офисы, офисы, офисы, куча техники для того, чтобы планировать эксперименты, описывать эксперименты, превращать людей в монстров и получать за это деньги. Чьи-то кружки со смешными надписями и потеками кофе, мотивирующие картинки, разноцветные ручки. Обратная сторона пыточной камеры для таких, как он, выглядела до ужаса нормальной и даже оптимистичной. В щели под одной из дверей постоянно вспыхивал свет – слабый, совсем не похожий на перегорающую лампу или отблески от мониторов. Кажется, Хосок нашел Шугу, но почему-то медлил и не решался коснуться ручки. - Шуга? – позвал он, надеясь получить какой-то ответ. За дверью что-то гудело, как провода после дождя, но никто не отзывался. Кажется, перед глазами Хосока пронеслись сразу все возможные способы, которыми Шугу могли убить там, или он сам свел бы счеты с жизнью. Он схватился за ручку, чувствуя неприятное покалывание, и открыл дверь. В темноте комнаты управления горел только один монитор – на нем бесконечно транслировалось одно и то же, какой-то мутный ролик с камер видеонаблюдения. Хосок не стал вглядываться, тут же перевел взгляд на паутину из разрядов, оплетающую кресло перед мониторами. Как-то Хосок видел похожую картину – кажется, такой сувенир назывался плазменная лампа. Теперь в центре такой импровизированной лампы сидел Шуга. Хосок сделал несколько шагов вперед, боясь повредить или убиться самому, и позвал: - Шуга? Ты как? Нужно уходить. Голос звучал странно, точно доносился издалека. - Иди. Я побуду здесь, - Шуга смотрел мимо него, даже мимо мониторов, точно видел что-то невероятно важное. - Побудешь здесь? – Хосок сделал еще один шаг, пытаясь попасть в поле зрение Шуги, но тот по-прежнему находился где-то не здесь. – Отсчет идет. Здание может взорваться или провалиться под землю, не знаю, что уж она там придумала. А ты побудешь здесь?! - Иди, - снова повторил Шуга. Его ладонь чуть шевельнулась и часть разрядов втянулась внутрь – Хосок с облегчением осознал, что ток порождал сам Шуга, а не неизвестная ловушка. Но разве у таких, как они, пробуждаются новые способности? Вопрос навязчиво крутился в голове, хотя сейчас возник совсем не к месту. - Шуга? Ты вообще в себе, а? – Хосок бросил быстрый взгляд на мониторы, и тут же отвел его, разглядев, наконец, что же именно происходит. На видео связанному и поставленному на колени человеку стреляли в затылок. Кто-то зациклил его, и оно напоминало трансляцию из круга ада, в котором грешника бесконечно пытали и убивали. - Больше нет ничего. Нет смысла. Иди, Хосок, - голос Шуги звучал так размеренно, что Хосок чуть не забыл об осторожности и едва не рванулся вперед, чтобы влепить ему оплеуху. Но тот надежно защищал себя разрядами – наверное, специально. - Нет смысла? – поняв, что сделать он ничего не может, Хосок впал в такую ярость, что комната даже немного поплыла перед глазами. – А у меня был смысл, когда она уничтожила всю мою жизнь в Учреждении? У меня было желание жить?! Ты протянул мне руку тогда. А сейчас я говорю тебе – подними свою задницу, и идем, пока тут все к прародителям не взорвалось! Я не собираюсь тут умирать, слышишь? В глазах Шуги мелькнуло что-то, какой-то проблеск осмысленности, но стоило ему снова взглянуть на мониторы, как тот пропал. Хосоку захотелось завыть, но он только коротко выдохнул, вытянул руку и ударил светом в пол рядом с креслом, в сплетение разрядов. Его сила коснулась чужой, сплелась с ней – Хосока откинуло назад, приложив спиной о чей-то стол, и он обессилено сполз на пол. Стало вдруг очень жарко, кожу закололо, а во рту пересохло. «Сейчас ток дойдет до сердца, и я умру», - почему-то отчетливо всплыло в голове, и Хосок зажмурился, ожидая неотвратимого конца. - Хосок? Эй, ты в порядке? Посмотри на меня, - Шуга коснулся его лица, и все жуткие ощущения пропали. Осталась только усталость и паника от продолжающегося отсчета. - А ты в порядке? – спросил Хосок, открывая глаза. Ему стало страшно увидеть, что Шуга выпустил проекцию для него, а сам так и остался умирать в этом проклятом кресле. Но кроме них двоих больше никого в комнате управления не было. - Относительно, - Шуга криво улыбнулся ему и качнул головой в сторону мониторов: - Она… она добралась до меня. И до него. Я надеялся, что однажды он вернется, чтобы защищать нас, как прежде. - Она умеет разрушать людей, - Хосок встал с пола, поднимая за собой и Шугу. – Но ты сильнее, чем она считает. Идем. Ему безумно хотелось обнять его, попытаться утешить, но если бы они промедлили еще немного, то и сами погибли бы, и Джина утащили с собой. - Думаешь? – Шуга немного прихрамывал. – Проклятая нога. - Я уверен, но давай об этом позже, - Хосок повернулся к нему и предложил. – Сможешь, забраться мне на спину? Нужно быстрее попасть к выходу. - Давно я на людях не ездил, - ворчливо отозвался Шуга, но принял предложение. Людей на себе Хосок еще на скорости не носил, но это только совсем немного отразилось на его маневренности и величине заноса, так что они пронеслись по коридору, слетели вниз по лестнице и оказались рядом с Джином в тот момент, когда голос произнес: - Осталось пять минут. - И давно он так стоит? – спросил Шуга, протягивая руку к Джину, вспотевшему так, будто тот попал под сильный дождь. Джин замычал и мотнул головой к выходу. - Минут десять, - Хосок поставил его на землю за пределами Учреждения. – Похоже, никто больше из наших не вернулся. Эй, Шуга? Тот завис, разглядывая туннель и Джина, точно решил повторить недавнее свое состояние. - Вот идиот, - выругался он, наконец, а потом велел: - Надо еще пару грузовиков, чтобы вывезти всех. А потом идем за нашими, если они не вернутся. И, Хосок… Он помедлил, обдумывая, а потом попросил: - Называй меня Юнги. Меня зовут Мин Юнги. *** Более длинного и неприятного спуска у Намджуна никогда не случалось – каждая ступенька давалась с определенным усилием, и при этом ему будто кто-то миксером взбалтывал все внутренности. Еще и проклятый отсчет мешал нормально сосредоточиться на предстоящем спасении. Спасении Тэхена, которого он так и не вспомнил. Намджун хотел бы не думать, что сейчас случится, когда тот все поймет. Если уж Чимин едва не оторвал ему голову, хотя они с ним, к счастью, и не встречались, что уж говорить о человеке, с которым они «были парой» по словам Суран. Намджун не задумывался о полном смысле этого выражения, но чем ближе к подвальной двери он подходил, тем хуже ему становилось. Только неумолимый ход времени, озвученный для разнообразия мужским голосом, не давал Намджуну повернуть назад и попросить хоть Чонгука, хоть Джина, хоть Хосока сделать это за него. Его слабость сейчас могла обернуться для Тэхена медленной и мучительной смертью. Вроде бы нужная дверь легко поддалась, впустив Намджуна в полутемное помещение. У дальней стены действительно лежали какие-то странные конструкции больше напоминающие гробы или древние саркофаги, прямиком из Древнего Египта с его мумиями. - Эй, есть кто живой? – позвал Намджун, пытаясь понять, туда ли зашел, или доктор Чен рассредоточила эти проклятые гробы по нескольким помещениям. - Намджун? – спросили откуда-то справа. Пришлось повернуться, сглатывая кислый комок в горле – теперь Намджун видел, что у гробов не было привычных крышек. Длинный прямоугольный или иногда многоугольный каменный мешок закрывался на каменную же решетку с боков. Все это напоминало безумную переноску для древних огромных кошек – саблезубых тигров или грифонов. В темноте одной из переносок кто-то зашевелился, свет отразился от блокирующих способности наручников. - Тэхен? – Намджун слишком поздно понял, что зря спросил, а не позвал. Тот замер, не шевелясь, оглушенный его интонациями. – Все в порядке. Я сейчас… Он подошел ближе, пытаясь понять, как ему открыть эту чудовищную клетку. Поймав себя на том, что оставляет между ними расстояние, Намджун заставил себя сесть рядом с решеткой и заглянуть внутрь. Тэхен опустил голову, завесился челкой от его взгляда. - Я не знаю, что они сделали, но я не помню, - признался Намджун, чувствуя, как ломит в висках. – Я действительно ничего не помню, прости, Тэхен. Я пытался… Тот упрямо мотнул головой, заставив его замолчать, и сдавленно сказал: - Ничего. Они же Стиратели, да? Это их работа. Он, наконец, посмотрел на Намджуна – в темноте сложно было понять, действительно ли у него по щекам текут слезы, или просто свет так отражается. - Они тебя били? – спросил Намджун, чувствуя себя с каждым словом все большим идиотом. - Ничего, заживет, - Тэхен ответил ему неожиданно широкой, странно прямоугольной улыбкой. – Вытащишь меня отсюда? - Конечно, - Намджун коснулся замка, закрывающего решетку, единственной части клетки, которую не вырезали из камня. Сила ухнула где-то в груди, выплеснулась на металл, но мгновенно потонула в окружающем камне. – Сейчас… Он закрыл глаза, собирая внутри все эмоции своего бесконечного спуска, всю неловкость, всю злость от собственной бесполезности – над головой затряслись и загудели лампы, пол завибрировал, но замок остался на своем месте. - Не выходит? – уже нормальным голосом спросил Тэхен. – Значит, они все предусмотрели. Санитар выкинул ключи куда-то в тот угол, - он с трудом, но указал направление своими скованными руками. – Поищи там. - Хорошо, - в темноте искать ключи в горе хлама и каменных махин оказалось не самым простым делом. Намджуну пришло в голову, что если сейчас он не найдет нужное, то ему придется выбирать: остаться здесь и умереть вместе с Тэхеном, которого он не помнит, или сбежать, сделав вид, что отсутствие памяти заодно дает ему индульгенцию на предательство. - Если ты захочешь, - Тэхен говорил совсем тихо, то ли пытаясь не отвлекать, то ли не находя в себе нужных сил. – Мы можем познакомиться заново. - Познакомиться заново, - точно эхо повторил Намджун, не понимая, как к этому относиться. В руки попалась ключ-карта, но ей вряд ли открывался тот замок. - Главное же, что с тобой все хорошо. Тебя отбросило взрывом, и я не знал, насколько все серьезно, - Тэхен шептал, все еще улыбаясь, точно мог защититься от Намджуна этой улыбкой. – Но я знал, что ты придешь за мной, и ты пришел. Это важно, а все остальное – нет. Где-то над ними загудело – или это слышал только Намджун. Пол немного качнуло под ногами, и перед глазами на миг пронесся шахматный узор. Черные и белые клетки, огромная доска. - Намджун? – Тэхен стукнул руками по решетке. – Намджун, все в порядке? - Да, просто они не отпускают меня, - Намджун впервые пожалел, что не носит с собой фонарика. Под руки попадались обломки железок, фрагменты решеток, раскрытые и сломанные обручи, вроде того, что сдерживал силы Ыну. И все это никак не помогало. Ему подумалось, что ключи лежат где-то совсем рядом, на виду, и будь у него хотя бы немного света, он обязательно нашел бы их и уже открывал клетку. У Тэхена сейчас были все шансы погибнуть из-за его вечного невезения, которое уводило руку от ключей. - Если бы я мог… - прошептал Тэхен, и Намджун услышал слезы у него в голосе. Это напугало его сильнее, чем оставшиеся девять минут до самоуничтожения Учреждения. - Ничего, Чимин ими займется, - Намджун потряс головой, надеясь, что заодно вытрясет мерцающий перед глазами шахматный узор. – А мы познакомимся заново, и все будет хорошо. Память ведь не самое главное. - Не самое, - легко согласился Тэхен. – Я мог вообще тебя больше не увидеть. Намджун кивнул, пытаясь теперь избавиться не только от узоров, но и от навязчивых картинок всех тех сюрпризов, который могла оставить ему доктор Чен. Почему-то он не сомневался, что ей показалось бы уместным оставить ему в подвале мертвого Тэхена. Забитого насмерть, задушенного, сломанного после падения с той лестницы, по которой ему было так тяжело спускаться. Последний подарок для того, кто не помнит. - Намджун? – живой и относительно невредимый Тэхен опять стукнул руками по решетке. – Опять они? - Нет, просто мысли жуткие в голову лезут, - Намджун нащупал связку на полу и поднес ее ближе к лицу, надеясь, что это не отвертки или другие инструменты на кольце. - Так сотри их – они ведь из неслучившегося? – предложил Тэхен. – О! Ключи! - Точно. Я всегда стираю, иначе с ума можно сойти, - Намджун поднялся на ноги и вернулся к клетке. - Да, это ты меня и научил, - Тэхен прерывисто вздохнул. – Мне кажется, что это маленький ключ с прямоугольной головкой. Намджун улыбнулся, вставляя ключ в замок, а затем его накрыло волной дурноты. В голове точно что-то взрывалось раз за разом – сначала заныло за глазами, потом в переносице, следом отдалось в челюсть. Там, где память раньше буксовала, нашлось что-то. В ее мутных водах Намджун обнаружил осколок воспоминания. - Ты хотел… - хриплым и чужим голосом сказал он. – Ты хотел, чтобы между нами осталось то, что не сотрется. Боль стала такой сильной, что Намджун закричал, выпуская ключ из рук и оставляя его торчать в замке. - Да что же все невовремя так, - голос Тэхена доносился будто издалека. – Намджун, пожалуйста, открой и можешь отключаться. Намджун! Ким Намджун, чтоб тебя! Поверни ключ в замке! Он бился о решетку, пытаясь как-то помочь, но Намджуна уносило куда-то далеко. И так тусклый свет мерк, а поверхность качалась, точно палуба в сильный шторм. Из последних сил он дотянулся до ключа и повернул его. А потом все выключилось. С ним остались только воспоминания, выплывающие к нему из темноты. *** Контролер никогда не стал бы другом другому контролеру. В этом Чимин никогда не сомневался – пара встреч с другими такими же, как он, в его списке неприятных воспоминаний присутствовала. Но Стиратели очень близко подошли к той черте, за которой Чимин хранил ненависть разве что к доктору Чен. Они оказались слишком близко к Чонгуку, они попытались украсть его родителей, они забрали Тэхена – даже одной причины из списка для Чимина хватило бы, чтобы поджарить их мозги и хорошенько перемешать. А они выбили три из трех. Чимин открыл дверь и будто перенесся на несколько месяцев назад, опять оказавшись в белой комнате. Голос доктора Чен, приказывающий ему захватить человека – испытуемого, милый – зазвучал в ушах так отчетливо, что Чимин заподозрил воздействие. Но это всего лишь воспоминания играли с ним в игры. Стиратели поднялись со стульев, держась за руки и улыбаясь – они ждали его, хотели окончательно уничтожить, чтобы доказать свою силу. Чимин не сомневался в их мотивах. Они выглядели совсем одинаковыми, точно один человек. Даже их косы были сплетены в одну, подчеркивая слитость воедино. - Мы Кумико, - сказали они. – Добро пожаловать, Чимин-кохай. В этот самый момент Чимина вышибло из тела с такой силой, что он не сразу сориентировался. Его тело упало на колени где-то в белой комнате и замерло. Часть контролеров предпочитала действовать в реальном мире – Чимин сам был из таких, хотя может ему просто не хватало воображения, чтобы создать себе поле битвы. У Стирателей такой проблемы не возникло. Они сразу же увели его на свою территорию – их битва проходила на огромной шахматной доске, точно взятой из книги о безумных людях. Чимин оглядел себя – конечно, они вернули ему пижаму из Учреждения, то ли желая поиздеваться, то ли не представляя в другой одежде. Сами они стояли перед ним в черном и белом платье с пышными юбками. Черная и белая королева, не иначе. Зубья корон на их головах напоминали копья, на которые поднимали мятежников в средневековых замках. - Поиграйте с нами, Чимин-кохай, - они подняли руки, и Чимин увидел, как клетки заполняются пешками. В первом ряду он заметил соседку родителей Чонгука – она чуть покачивалась и смотрела вперед пустыми, стеклянными глазами. Так вот, как все это происходило. Они не стирали память, они закрывали доступ к воспоминаниям, одновременно насаживая человека на крючок. А потом пополняли жертвами свою коллекцию. Каждая жертва управлялась свисающими сверху нитками, точно марионетка. Через несколько рядов Чимин увидел Намджуна, такого же равнодушного и безжизненного, как и все остальные пешки в их руках. - Простите, мы в приюте в шахматы не играли, - Чимин представил свою силу обычной битой и, покрепче стиснув рукоять, пошел к ним. – Как уж сумею. - Поиграйте, не пожалеете, - Стиратели сделали несколько шагов назад, и пешки пришли в движение, выстраиваясь перед ними. Насколько Чимин вообще помнил, королевы никогда не стояли в первых рядах на доске, вот и здесь спрятались за спины совершенно невинных людей. - Сучки трусливые, - Чимин подошел к первому ряду пешек, стараясь больше не смотреть на Намджуна. Конечно, ему ничего не стоило раскидать их сомнительную защиту битой-силой, но что бы тогда произошло с этими людьми? Не убил бы он заодно и Намджуна вместе со всеми? Такую цену за демонстрацию силы Чимин не собирался платить. Поэтому он отошел немного назад, а потом разбежался и воссоздал в памяти чувство легкости, охватившее его, когда он использовал способности Чонгука. Конечно, тот находился достаточно далеко, но здесь – в этом безумном мире огромных шахматных досок – не существовало ничего невозможного. Он взлетел и приземлился ровно в зазор между первым рядом и вторым. Стиратели с поощряющими улыбками наблюдали за его попытками, разве что не аплодировали. Чимин уже приготовился к следующему прыжку, но пешки вдруг пришли в движение, надвинувшись на него со всех сторон. Руки, опять проклятые руки тянулись к нему, как в кошмарах, как иногда бывало и в реальности. Чимин попытался увернуться, не дать им себя схватить, понимая, что сейчас сорвется и выпустит силу. «Эти люди не виноваты», - чья-то ладонь скользнула по спине, еще не хватая, просто дотягиваясь. – «Не виноваты. Они могут погибнуть. Мне нельзя ничего делать». - Нет! Отошли от меня! Пошли прочь! Руки на лице, руки на горле, руки на плечах – тянут, давят, готовы разорвать в любой момент. В уши ввинтился высокий, невыносимый звук, предвестник грядущего взрыва. - Чимин! – меньше всего Чимин ожидал услышать Намджуна. Он повернулся, выворачиваясь из волны чужих прикосновений, и увидел, как тот бьется в своих нитках, пытаясь оборвать их и освободиться. - Нет! – Белая королева заткнула уши и попятилась. – Ты не можешь! Ты не можешь! Вернись на место, пешка! Вернись на место! - Что, не нравится? - Чимин воспользовался ее замешательством, руками оттолкнул от себя несколько особенно резвых пешек и вырвался на пустое пространство прямо перед Стирателями. Бросив биту, он потянулся к Белой королеве – к тому огоньку, который теперь всегда мерцал рядом с каждым особенным, исключая разве что Суран. - Что ты делаешь? – завизжала Черная королева, бросаясь к нему и поднимая руку с массивным жезлом. - Убиваю ее, - ответил Чимин. Ему казалось, что ощущение от чужих пальцев на коже теперь больше никогда не пропадет – содрогнувшись, он протянул вперед руку и сжал огонек в пальцах. Так старшие пиро в приюте, красуясь, крошили и тушили угольки из костра. Что-то зазвенело, точно оборвалась струна, Чимина обдало чужой силой, такой мощной, такой манящей, теперь полностью принадлежащей ему – Белая королева упала. В ушах по-прежнему звенело, от потока силы, Чимин словно ослеп, поэтому, когда он услышал совсем рядом: - Чимин? - то просто рефлекторно поймал еще один огонек в ладонь, тут же ощутив, как от ужаса в животе все леденеет. - Чи-мин? Он открыл глаза и обнаружил себя все в той же белой комнате. Рядом с ним на коленях сидел Чонгук с белым, точно бумага, лицом, больше похожим на маску, а его жизнь трепетала у Чимина в руке. Медленно, не дыша, Чимин принялся разжимать руку, стараясь не повредить ни один язычок пламени. Кажется, из носа опять пошла кровь, но Чимин сразу же отсек это, как совершенно лишнюю информацию. Только когда огонек снова освободился от его хватки, Чимин выдохнул и стер кровь рукавом, чувствуя, как сразу же начинает кружиться голова. Слова никак не шли, внутри все тряслось, как желе, он просто смотрел на Чонгука, понимая, что секунду назад мог убить его. - Все хорошо? – шепотом спросил Чонгук, на его бледном лице снова начали появляться краски. – Это было оно? Твоя сила? Да? - Прости меня, - Чимин потянулся к нему, ожидая, что Чонгук оттолкнет его, но тот только судорожно вздохнул и стиснул его так сильно, что дыхание перехватило. - Нужно уходить, - сказал Чонгук. – Здесь не слышно, но она запустила отсчет. Здание скоро будет уничтожено. Чимин взглянул на Стирателей: одна из сестер неподвижно лежала на полу и широко открытыми глазами смотрела в идеальный потолок, а вторая держала ее руку и что-то говорила на языке, которого он не знал. - Нужно уходить, - Чонгук помог ему встать и, помедлив, сделал нерешительный шаг к Стирателям, в ужасе глядя на мертвую сестру. Чимин на всякий случай встал между ними, но оставшаяся не собиралась нападать. - Уходите. Нас больше нет. Ты выиграл, Чимин-кохай. Наслаждайся своей силой, - она смерила их тяжелым взглядом почерневших глаз. – Не пожалей об этом. - А вы жалели? – не удержался Чимин, вспоминая армию марионеток. - Мы были вместе, - она отвернулась, продолжая держать мертвую сестру за руку. Чонгук потянул его к выходу, точно боялся, что Чимин решит добить и ее. В коридоре Чимин, наконец, услышал голос, отсчитывающий их оставшееся время. Получается, доктор Чен заперла его со Стирателями, решив избавиться сразу от троих? Они шли молча, и Чимин все никак не решался ничего сказать. Медленно, с ее подачи – или даже без – он превращался в монстра. Он никак не мог отделаться от потрясающего ощущения, когда чужая сила стала полностью принадлежать ему, чужая жизнь стала частью его собственной – восторга, который отдавал безумием. - Прости, - еще раз тихо сказал он, но это единственное, что удалось выдавить. Чонгук остановился, точно слова сейчас были важнее, чем остаток времени – четыре минуты сорок секунд. - Ты сражался с ними за нас, за меня и за Намджуна, - он нахмурился, пытаясь найти слова. – Ты не хотел мне навредить. И пусть я испугался, я верил, что ты сможешь это контролировать. - А если не смог бы? – Чимин увидел туннель в гермозатворе. – Это еще что?! - Но ты смог, - упрямо повторил Чонгук. – Это Джин нашел способ выбраться. И судя по умирающему виду, угробиться способ тоже нашел. Они быстро миновали туннель, и Чимин огляделся. Он видел Хосока и Шугу, помогающего пленникам залезть в один из фургонов, а вот ни Намджуна, ни Тэхена не было. Чего тому стоило сопротивление Стирателям? - Если они не вернутся до двух минут, я иду за ними, - предупредил Чимин, на самом деле не представляя, как он будет вытаскивать обоих сюда. И как забрать с собой Джина. *** Тэхен никогда не думал, что факт, что Намджун начал его вспоминать, может стоить ему жизни. Если бы тот не успел повернуть ключ до того, как привалиться к соседней клетке и вырубиться, они оба погибли бы. Выбив решетку ногой, Тэхен выбрался на свободу, чувствуя себя столетним стариком. От неудобной позы у него болела спина, ноги, руки и даже голова немного. А еще говорили, что йога полезна для здоровья. Намджун дернулся, как в судороге, и несколько раз позвал Чимина. Кажется, где-то в здании тот сейчас бился со Стирателями, власть которых оказалась не настолько сильной, как Тэхен думал. - Намджун, надо уходить, - позвал он, касаясь его лица через плотную ткань. - До полного самоуничтожения осталось пять минут, - бесстрастно сообщил голос. - Видишь, - Тэхен легко встряхнул Намджуна, пытаясь понять, что делать, если тот не откроет глаза. – Поспать еще пять минуточек не выйдет. Намджун, пожалуйста, вернись ко мне! Тот снова содрогнулся, точно освобождаясь от чего-то, а потом все-таки открыл глаза. Как-то Намджун обещал никогда не оставлять Тэхена, и Тэхен намеревался заставить его исполнять это обещание. - Помнишь меня? – спросил Тэхен, нависая над ним. - Помню, - кивнул ему Намджун, и тогда Тэхен наклонился к нему и поцеловал. Под отсчет это вышло особенно драматично, но он просто не мог не проверить. Где-то в глубине души он боялся, что Намджун сделает вид, что вспомнил, а на самом деле их общее прошлое так и окажется навсегда утерянным. Но поцелуй вышел таким же, как раньше, пусть и быстрым. - Идем, - Намджун с трудом, но встал на ноги. – Может, руки тебе освободить? - Или потеряем время на поиски нужного ключа, - Тэхен кивнул на связку, валяющуюся на полу. – Или на концентрацию силы. Уходим, быстро. Идти они мне не мешают. - Мне жаль, что все санитары сбежали, - каким-то не своим голосом сказал Намджун на лестнице. Тэхен не видел выражения его лица, но живо его представлял – на лестнице свет сильнее подчеркивал все его синяки. - Ну, она не могла не встретить меня с помпой, - Тэхен фыркнул. Единственное, что доставляло ему неудобство – стоило начать улыбаться, как все лицо стягивало болью, но хоть голова чувствовала себя хорошо. – Зато мама Чонгука выбила мне эксклюзивное лечение… Ты бы слышал, как она говорила с доктором Чен… - Другие родители вряд ли могли бы воспитать такого, как Чонгук, - Намджун остановился, а потом взял его за запястье. – Можно я не буду пока тебя отпускать? - Все равно так или иначе придется… - Тэхен послушно разрешил тащить себя на буксире. Они вылетели ко входу в тот самый момент, когда голос отсчитывал две минуты и тридцать секунд. Гермозатвор уже опустился, но внутри него Джин умудрился как-то сделать довольно большой туннель, ведущий во двор. - Это что, твоя идея? – Намджун остановился рядом с Джином. Тот выглядел точно статуя человека в натуральную величину, разве что сильно взмокшая. - Мы думали, вы решили остаться, - заметил Чимин, стоящий у выхода. – Со Стирателями я разобрался, теперь нужно его вытащить. - Тэхен, поменяйся местами с Чонгуком, - отрывисто велел Намджун. Судя по лицу, даже если они вытащили Джина, в Убежище Намджун разорвал бы его на мелкие кусочки за такие неожиданные идеи. - Оставшееся время – две минуты. Обратный отсчет начнется с пятидесяти девяти секунд. - Этот парень удивительно надоедлив, - сказал Тэхен, чувствуя, как нервно вцепляется в него Чимин, когда Чонгук снова вошел в туннель. Весь гермозатвор выглядел, как аттракцион в аквапарке – колышущаяся толща воды вокруг небольшого стеклянного прохода, вот только вместо воды их окружал камень, а проход мог в любой момент исчезнуть. И тогда всех троих ждала мгновенная смерть. - Так, слушай меня, герой, - Намджун положил руку Джину на пояс. – Я тебя держу, сейчас Чонгук тоже подключится. Чонгук мгновенно повторил его движение – теперь они стояли по обе стороны, готовясь, видимо подхватить Джина, если тот начнет падать. - Теперь я дополнительно зафиксирую тебя силой, слышишь? – голос Намджуна звучал так непривычно мягко, что Тэхен заволновался. Неужели он боялся, что не получится? – Легче? Джин промычал что-то соглашающееся или просто обругал их всех, но Намджун улыбнулся, а потом скомандовал: - А теперь я говорю, и ты делаешь шаг. Ясно? На счет раз – раз, и шаг! Шаг! Джин шагнул вперед, точно его вели на расстрел. Часть прохода за их спинами снова стала камнем. Чонгук обернулся, оценив риски, а потом стиснул зубы и покрепче схватился за Джина. - Отлично, молодец. Теперь второй шаг, на счет раз, как и тогда. На счет раз – раз, и шаг! Джин сделал еще один шаг, покачнувшись. У него на лице появилась животная обреченность, точно он готовился шагать так вечно. - Все последний… Последний шаг и мы тебя подхватим, - Намджун даже не успел скомандовать, как Джин уже буквально вывалился на асфальт во двор, потащив их за собой. Чимин бросился к Чонгуку и дернул его на себя за секунду до того, как гермозатвор стал прежним. - Чуть не оставил там свой кроссовок, - признался Чонгук, помогая Намджуну поднять Джина на ноги. - Скорее уж ногу, - Чимин коснулся лица Джина, приводя того в чувство. – Эй, пора бежать. Отсчета не слышно, но там уже около минуты. - Тогда бегом, - скомандовал Намджун, и они рванули к машине, из которой им уже махал рукой Хосок. Тэхен задумался на бегу, куда делись все те, кто сидел в камере, но вряд ли их оставили там умирать. – Залезаем. Совместными усилиями они закинули Джина в фургон и затолкали в угол. Намджун припер его спиной, не давая рухнуть, а Тэхен привычно привалился к нему, только сейчас вдруг запоздало испугавшись того, что только что произошло. Его могли убить санитары, Намджун мог никогда его не вспомнить и снова начать кочевать по городам, гермозатвор мог обрушиться прямо на него… Все эти кошмарные варианты заставили Тэхена поморщиться – он бы с радостью потер занывшие виски, но наручники мешали. Наверное, именно так чувствовали себя лошади – с их копытами сложно было жить. - О чем думаешь? – спросил Намджун, когда грузовик тронулся. - О лошадях и о том, что не случилось, - Тэхен чувствовал, что засыпает. – Сейчас сотру, не волнуйся. - Твоих родителей мы отправили в предыдущем грузовике. Я сказал, что кроме проекций Юн… Шуги, там должен быть кто-то взрослый, - видимо, Хосок объяснял Чонгуку, куда делись его родители. Тэхен мысленно пообещал себе, что поблагодарит их, как только снова увидит. - Значит так, - вдруг раздраженно начал Намджун, одновременно с этим осторожно прижимая Тэхена ближе к себе. Похоже, Джину пришло время выслушать лекцию о благоразумии. – Если ты еще раз выкинешь что-нибудь подобное, чтобы доказать всем, что ты силен, не старайся. Считай, я заранее впечатлен. - Но я же герой? - спросил Джин. - Герой. А в следующий раз я тебе голову оторву раньше, ясно? – Намджун, судя по движению, все-таки ткнул его в плечо. - Ой. Это от зависти, - полусонно заключил Джин. – А почему мы остановились? Окошко в кабину отодвинулось, и Шуга ответил: - Хотел посмотреть, что будет со зданием. Оно просто сложилось – ни лишнего грохота, ни взрыва до небес. Просто утилизация. Я думал, что она могла соврать о системе самоуничтожения. - Нам нужно в магазин заехать, - каждое слово Джин проговаривал очень медленно. – Столько народа, нам нечем будет их кормить. - Он там совсем стукнулся? – спросил Шуга. - Ничего, сейчас выспится и сам в магазин поедет, - ответил ему Намджун. – Спи давай, пока мы тебя не отпинали всей машиной за безумные идеи. Перед глазами Тэхена опять поплыли касатки, так красиво двигая огромными хвостами, что хотелось смотреть и смотреть. - Ты меня спас, - тихо сказал Чимин совсем рядом: Намджуну, наверное. - Это ты меня и его спас, - у Намджуна впервые дрогнул голос, и Тэхен хотел посмотреть на них обоих и попросить раз уж так чудесно сложилось, больше не устраивать перебранки по утрам, но касатки все плыли и плыли… Грузовик затормозил – резче, чем до этого, и Тэхен вывалился из своего сна, выскользнул из рук Намджуна и чуть не сломал свой все еще ценный копчик о пол. Сила Намджуна мягко подхватила его и вернула на скамейку. - Вот и приехали, - Шуга опять заглянул к ним. – Намджун, ты мне нужен. В гараже удивленно и растерянно переговаривались спасенные особенные, к ним уже быстро шла Суран снова по всем инструкциям вооруженная короткоствольным автоматом. Тэхен спрыгнул на бетонное покрытие, чувствуя себя странником, вернувшимся домой из долгого путешествия. Чонгук промчался мимо него и влетел в объятия своих родителей. - Я же говорил, что они спасут нас, - сказал Тэхен, помахав им рукой. Чимин нерешительно замер, почти спрятавшись у него за спиной. - Идем, - Шуга сделал знак Намджуну и Суран следовать за собой и решительно забрался на крышу ближайшей припаркованной легковушки. – Итак, мне нужна минута вашего внимания. Тэхен раньше не слышал от него таких интонаций, зато Хосок так довольно ухмыльнулся, будто лично ставил ему это публичное выступление. - Я не мастер речей, и сейчас заморачиваться не буду, - Шуга обвел всех тяжелым взглядом. - Я Мин Юнги, это Ким Намджун и Шин Суран. Мы здесь отвечаем за все. Здесь безопасно для таких, как мы. Можете остаться жить здесь, можете развивать свои способности в тренировочных залах, можете прийти в себя и отправиться своей дорогой. Добро пожаловать в Убежище. - Поаплодировать? – спросил Тэхен у Чимина, и тот улыбнулся ему. Кажется, все-таки оттаивал потихоньку. - Мам, пап, это Чимин, - конечно, Чонгук не мог не познакомить его с родителями, но Чимин выглядел так, будто сейчас, не имея способностей, все-таки создаст астральную проекцию и сбежит. - Чимин. Так вот кого я видела, - мама Чонгука вгляделась в его испуганное лицо и удовлетворенно кивнула, а потом протянула Чимину руку: тот схватился за нее, как тонущий. – Идемте, нам нужно о многом вас расспросить. Сейчас Тэхен ему совсем не завидовал, тем более что Намджун уже исполнил свою роль трети хозяина этого места и шел к нему. Хорошо было вернуться домой, туда, где его помнили – во всяком случае, пока ему хотелось только заснуть рядом с Намджуном и потом, проснувшись, понять, что все страшное закончилось.