Твоё Тело

«У лжи постоянная спутница — хитрость». Джон Локк POV.Кэролайн       Не знаю, сколько часов я спала. Десять. Двенадцать. Сутки? Здесь, вдали от реальности время тянется крайне медленно. В любом случае, выспаться мне так и не удалось. Просыпаюсь я, почему-то, ужасно измученной, словно пробежала стокилометровый кросс. Первой осознанной мыслью становится сильнейшая жажда, адским пламенем обжигающая горло.       Встав с дивана, направляюсь на кухню, где меня поджидает вторая положительная. Что ж, вполне себе неплохо. Это конечно не моя любимая третья отрицательная, но пить можно. Почему-то мне внезапно захотелось маминых кукурузных лепёшек, которые всегда просто тают во рту. Ну да, Кэролайн, мысль о лепёшках сейчас самая важная твоя забота.       Отбросив мечтания в сторону, я делаю один осторожный глоток из пакета. Кто знает, может эта психованная подлила в него что-нибудь. Очередной дозы магических снадобий мне получать не хочется. Однако все мои опасения оказываются напрасными. Кровь не слишком свежая, но вполне пристойная.       Закончив трапезу, я отправляюсь в ванну в надежде, что холодный душ приведёт меня в чувства. Раздевшись, я вновь смотрюсь в зеркало, провожу руками коже, невероятно мягкой и нежной. С удивлением обнаруживаю на животе две аккуратные, едва заметные, полоски растяжек, вероятно образовавшиеся ещё при жизни Пирс. Я злорадно хихикаю. Не всё в ней так идеально, как кажется на первый взгляд. Интересно, а откуда они? Ах, ну конечно! Она же была беременна! От этой мысли, я почему-то начинаю улыбаться. Наверное глупо сейчас выгляжу, но мне всё равно.       Когда ледяная вода касается кожи, я чувствую необычайное блаженство. Такое ощущение, что вода смывает в канализацию все переживания и страхи, свалившиеся на меня в последние дни. Пока струи душа ласкают кожу, я закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться на плане побега.       Скорее всего я нахожусь не Мистик Фоллс, ведь в воде нет и намека на присутствие вербены. Значит… окрестности. Да! Вероятнее всего я где-то в окрестностях Мистик Фоллс. Но сейчас эта информация малополезна. Нужно понять, как выбраться из дома, не подвергнувшись магическим опытам Виктора.       Раз Кэтрин сказала, что без её желания, я не смогу покинуть место заточения, то скорее всего ей известно заклинание, но Пирс не ведьма. Что-то тут не сходится. Или она прикидывается или…ну, конечно! Скорее всего заклятие снимается с помощью пароля, произнести который сможет даже вампир. Нужно только узнать его. Подумать только — от знания одной фразы или дурацкого слова зависит моя судьба.       Я громко вздыхаю и, выключив воду, вылезаю из душа. Протерев ладошкой запотевшее зеркало и взглянув в него, с внезапно нахлынувшей на меня злостью, начинаю расчёсывать запутавшиеся локоны. Волосы настолько густые и непослушные, что гребень с треском ломается и запутывается в них. Это и становится последней каплей моего ангельского, до сего момента, терпения.       Из горла вырывается дикий вопль, и я нервно начинаю рыскать по ящикам в поиске ножниц. Вот и они! Я судорожно хватаю их и подношу к волосам. Одно ловкое движение и локоны Кэтрин лежат на кафеле. Подровняв кончики, я оставляю мисс Пирс с изящным бобом чуть ниже подбородка. Пусть насладится такой длиной волос. Теперь ей уж точно будет сложнее прикидываться Еленой.       Самодовольно любуясь проделанной работой, я не замечаю, что за мной уже несколько минут пристально наблюдает пара карих глаз. Заметив гостя, я, как идиотка, начинаю визжать и носиться по ванной в поисках полотенца. — Катерина, — он произносит имя Пирс медленно, словно пробуя на вкус каждую букву, затем осматривает меня с ног до головы и с видом заботливого папочки продолжает. — Вот, возьми это и оденься. Я подожду тебя внизу.       Я неуверенно киваю, провожая его взглядом.       Элайджа.       Всё. Мне конец.

***

      Когда я спускаюсь, Древний сидит на диване, на котором ещё виднеется силуэт, оставленный моим спящим телом. Он оборачивается в мою сторону, быстро встает и подходит ко мне. Я замираю, в ожидании наихудшего. Но Элайджа лишь нежно проводит ладонью по моей щеке и заправляет за ухо растрепавшийся локон. От его прикосновений по коже бегут приятные мурашки. Это тело привыкло к его ласкам, а я нет. Мне становится неловко, и я одёргиваю его руку. — Не надо, — шепчу я. — Катерина, пожалуйста! — он прижимает меня к себе и целует.       Его объятия, необычайно мягкие, но в тоже время властные, не дают мне отстраниться. Его поцелуй нежный и всепоглощающий. Я закрываю глаза и пытаюсь представить, что нахожусь где-то далеко отсюда с Тайлером. Однако у меня ничего не выходит, и я начинаю протестующе бить его кулачками в грудь. Он отстраняется и с улыбкой произносит: — Нет, на это раз ты от меня не убежишь. Когда я позволил тебе уйти в прошлый раз, ты попала в это место. — Мне всё равно некуда идти, — бормочу я в ответ.       Вдруг игривая искорка исчезает из его глаз. Элайджа вновь осматривает меня. Минуту он молчит. За это время его лицо меняет своё выражение несколько раз. Сколько эмоций! Недоверие, сомнение, любопытство и, наконец, облегчение: — Что-то не так? — неуверенно мямлю я.       С озадаченным видом он берёт меня за руку и произносит: — Прости за мою нетактичность. Просто мне показалось, что меня специально направили сюда, приманив тобой. Я думал, что ты Елена. Как же глупо! Неужели я не способен отличить мою Катерину от бесчувственной вампирши с повадками маньяка? Прости. Ты изменила причёску? Тебе очень идёт. Ты прекрасна. — Спасибо, — я не знаю, как отвечать на подобные речи, и лишь примирительно улыбаюсь в ответ. — Откуда ты узнал, где я? — К Клаусу пришла подруга Елены Гилберт, — начинает он. — Кэролайн, — догадываюсь я. — Да. Она заявила, что у неё есть информация про тебя. Затем стала задавать глупые вопросы… — Какие, например? — Отпустит ли он тебя, если она попросит. — И… что он сказал? — аккуратно интересуюсь я. — А как ты думаешь? — он ухмыляется и пристально смотрит на меня. — Как ты здесь оказалась? — Нет-нет! Не отходи от темы! — протестую я. Мне нужно знать всё. — Он ей отказал, а дальше? — Она предложила ему кое-что. Тебя. — Вот так просто? И он согласился? — я возмущена до глубины души. Но понимая, что ничего другого от Клауса ожидать не стоило, делаю глубокий вдох и продолжаю. — Он просил тебя привести меня к нему? — Катерина, — я вижу дикую боль в его глазах, но мне уже всё равно. — Да или нет? Просто скажи мне. Да или нет? — Ну, он надеется, что я сделаю это. Но я не хочу. Я в очередной раз предам его ради тебя. Он был прав, называя меня влюблённым идиотом. Послушай, я спрячу тебя. Ты поедешь в мой дом в Нью-Йорке и… — Нет. Ты отвезешь меня к Клаусу, — перебиваю его я. — Я хочу, чтобы ты отвёз меня к нему. — Хорошо, — не знаю, почему он не стал со мной спорить, но решаю, что не стоит пытаться понять тысячелетнего вампира. — Есть одна проблема. Я не смогу выйти из дома без согласия Кэт… — моё тело пронзает острая боль, когда я пытаюсь произнести имя Кэтрин, — …без снятия заклинания. — Что за магия? — Знаю лишь то, что колдун говорил на арамейском. И на латыни тоже, — пожимаю плечами я. — У тебя же есть знакомые ведьмы? — Минутку, — он достаёт из кармана тоненький мобильник и набирает чем-то номер. — Николь? Это Элайджа. Сразу к делу. Ты знаешь какое-нибудь заклинание, способное запереть вампира в здании? Ага. Прекрасно. Есть ли способ снять его без твоего вмешательства? И всё? Спасибо. Я у тебя в долгу. До свидания! — Ну? — осторожно интересуюсь я.       Он лишь ухмыляется и произносит какую-то непонятную фразу. Я сразу чувствую легкость во всём теле.       Всё! Я могу уйти прямо сейчас. Элайджа не остановит меня. Но я не могу. Мне нужно увидеть Клауса. Он единственный, кто сможет помочь мне. Больше мне не на кого надеяться. Елена — бесчувственная тварь, Бонни потихоньку сходит с ума, местонахождение Тайлера мне вообще не известно, Мэтт безнадёжен, а Сальваторе… нет. Сейчас у меня есть только Клаус. Мой «друг» Клаус.       Я поворачиваюсь к Элайдже: — Вези меня к Клаусу. Давай поскорее разберёмся со всем этим дерьмом! — Но, Катерина. Ты мне ещё не объяснила, как попала сюда и как с этим связана Форбс. — Знаешь, пожалуй, я предоставлю ей честь всё объяснить тебе. И Клаусу тоже. Поехали! — Поехали, — устало говорит Древний, вновь берёт меня за руку и шепчет. — Я не дам ему тебя в обиду. Ты не останешься одна. Я тебя люблю. Ты говорила, что любишь меня тоже… Мы пройдём через это вместе. Обещаю.

***

      Городок, в котором находится скромное пристанище Кэтрин, располагается в получасе езды от Мистик Фоллс. Всю дорогу я молчу, чем, очевидно, заставляю Элайджу понервничать. Он то и дело подозрительно смотрит на меня, а я, заметив его взгляд на себе, притворяюсь, что сплю.       Наконец, когда мы въезжаем в родной Мистик Фоллс, я расслабляюсь и даже выдавливаю из себя что-то похожее на улыбку: — Неужели ты на меня посмотрела? Впервые за всю дорогу! — подтрунивает надо мной Древний. — Прости. Ты же видел, что я спала, — пытаюсь оправдываться я. — Моя прекрасная лгунья, — он мечтательно улыбается, не отрывая взгляда от дороги. — Я не… неважно, — вздыхаю я.       Кажется, что в последнее время, я только и делаю, что вздыхаю. — Ну вот мы и приехали, Катерина, — напряженно произносит он и сильно сжимает мне руку. — Идём? — я аккуратно вырываю кисть и отрываю дверцу. — Постой, ты же помнишь, что я сказал тебе? Я обещаю… — его бархатистый голос срывается на полушёпот. — Я помню и верю тебе, Элайджа. Всё будет хорошо, — я устало улыбаюсь и выхожу из машины.

***

POV.Кэтрин       После ухода Элайджи, я буквально не нахожу себе места. Все мысли о том, что он предпримет, обнаружив свою любимую Катерину в заточении.       Клаус оставляет меня наедине с Ребеккой, сославшись на какие-то неотложные дела. Интересно, что может быть важнее поимки вечной беглянки Катерины Петровой? В любом случае, его уход позволяет мне передохнуть и осмыслить дальнейшие действия. Как мне объяснить, что я знала, где находится Кэтрин? Как отреагирует Элайджа на наложенное заклинание? Догадается ли? Сомнений нет — он быстро найдёт ведьму, которая освободит Кэролайн. Вот только… — Эй! Форбс, ты опять меня не слушаешь? — Да. Но согласись, ничего важного ты не говоришь уже минут десять, — паясничаю я. — Я сказала, что завтра в полдень бассейн будет уже готов к использованию, а что это значит? — цедит Ребекка сквозь зубы. Готова поспорить, что она просто мечтает вцепиться мне в шею. — А я тебе сказала, что я уже сделала свою работу в этой области. Моё дело — предложить тебе организовать вечеринку, твоё — собственно организовать её. Такие дела, Бекка! — я пожимаю плечами и ехидно улыбаюсь. — Ах ты… наглая Барби! И что в тебе такого нашёл Ник? Ты просто стерва! Похуже этой Пирс! — вспыляет Древняя и со всех сил швыряет в меня какую-то старинную вазу, так не вовремя оказавшуюся у неё под рукой. Я ловко уворачиваюсь от брошенного предмета и показываю Ребекке язык. — Дамы, ну что вы как дети малые? Бекка, тебе уже сколько лет? — знакомый бархатистый баритон за моей спиной, заставляет меня замереть. — Элайджа… — шепчу я. — Итак, мисс Форбс, прошу Вас объясниться, — вежливо начинает он. — Я… Я ничего не буду говорить, пока не придёт Клаус, — мой голос предательски дрожит.       Вот он — момент истины.       И, почему-то именно сейчас, меня заживо начинает пожирать чувство паники. Я оборачиваюсь и вижу того, кому всего несколько дней назад призналась в любви, того, кому я действительно не врала. Но сейчас всё это неважно, ведь я больше не являюсь той, которая произнесла те самые заветные слова. Я теперь никто. Для Него я — никто. И никакое ощущение свободы не сможет мне вернуть Его. Моя ложь слишком далеко зашла, теперь даже я осознаю это. — Так тебе нужен Клаус? — он ухмыляется и цинично произносит. — Никакой Клаус не спасёт тебя, если с Катериной что-либо случится. Это я тебе обещаю. — Элайджа, а я-то думал, что ты у нас благородный вампир. Как не стыдно, так разговаривать девушкой? — в гостиной появляется Гибрид, ведя за собой безропотную Кэролайн. Ей, кажется, всё равно, что Клаус так небрежно к ней относится. Он указывает ей в сторону кресла, и она тут же садится в него.       Я сразу обращаю внимание на «её» новую причёску. Боже, что она натворила? Моему возмущению просто нет предела, но я сдерживаю себя. Как она посмела посягнуть на мои чудесные волосы?! Ей это просто так с рук не сойдёт!       Видя моё безмолвное возмущение, эта сучка злорадно улыбается. Кажется, что ей совсем не страшно находиться около Клауса. Я что-то упустила? — Хм-м, Кэролайн, все в сборе. Поведай мне, как ты умудрилась сделать за несколько дней то, чем я занимаюсь не одно столетие? — ласково начинает Никлаус, и четыре пары глаз в одно мгновение уставляются на меня. — Это всё очень сложно, — робко отвечаю я. — Я никуда не спешу, — он улыбается и обращается к Кэролайн. — А может быть ты хочешь всё нам рассказать? — Я хочу послушать версию, Кэролайн, — она мило улыбается ему, а затем переводит взгляд на меня. — Начинай же. — Если вкратце, то… У меня есть знакомая ведьма. Её зовут Виктория. Она уже давно точит зуб на Пирс. И, собственно, она и помогла мне во всём. Я отвлекла Кэтрин, а Виктория сделала всё остальное, — нагло лгу я, смотря в глаза Клаусу. — Интересно, — задумчиво произносит Гибрид. — Так просто? — вмешивается Элайджа, — Ты хочешь сказать, что так просто сумела обмануть Катерину Петрову, самую предприимчивую лгунью из всех, кого я когда-либо встречал? — Да. Не нужно меня недооценивать. Я хоть и выгляжу наивной, но таковой вовсе не являюсь, — с вызовом тяну я. Знал бы он, как мне хочется сейчас обнять его. Но я не могу. — Так что, Кэтрин? Это правда? — Клаус не обращает внимания на слова брата и сосредоточенно смотрит на Кэролайн.       Я вижу, как внутри себя она отчаянно борется, пытаясь опровергнуть мои слова, но заклинание, наложенное Виктором слишком сильное, и, закрыв глаза, она лишь повторяет за мной. — Значит, мы всё выяснили, — подытоживает Клаус. — Ребекка, проводи нашу гостью в спальню Кола. Она останется у нас. Пока что. Это для тебя, Элайджа. Надеюсь, ты оценишь мой подарок и отдашь мне лекарство. А ты, Кэролайн… Не знаю, как благодарить тебя. — Никак. Я уже говорила тебе это. Прости, но мне пора, — быстро тараторю я, пытаясь не смотреть в сторону Элайджи, нежно обнимающего Кэролайн. На глаза наворачиваются слёзы и, ещё раз извинившись, я выбегаю из дома Майклсонов.       Этот спектакль зашёл слишком далеко. Но нельзя бросать дело на полпути к свободе.

***

      Как только я отдаляюсь от дома Майклсонов на достаточно дальнее расстояние, я сажусь на ближайшую скамейку и начинаю громко во весь голос рыдать. Я уже и забыла, каково это — просто расплакаться, поддаться эмоциям, не обращая внимания на мнение окружающих.       Почему я плачу? Наверное, наконец поняла, что могу потерять единственного близкого человека. А всё из-за чего: из-за своего же эгоизма. Молодец, Катерина! Так держать!       У меня всё получилось. Клаус мне поверил, и даже Элайджа, кажется, воспринял всерьёз кроткое молчание своей любимой «Катерины». Как же он на неё смотрит! Он целует её, обнимает, успокаивает, а я… вынуждена выслушивать шуточки Клауса про «нашу крепкую дружбу». Я пытаюсь унять внезапно нахлынувший приступ ревности. Да, я прекрасно понимаю, что сама заварила эту кашу, но как же больно смотреть на их нежности!       «Стоп! Прекрати истерить! Ты могущественная, хитрая и обольстительная вампирша. Тебя многие боятся. Ты выше того, чтобы пускать слёзы из-за какого-то мужика! Пусть даже сейчас тебе кажется, что ты его любишь. Не смей отказываться ради него от свободы, когда ты так близка к ней! Слишком долго… Слишком долго ты шла к ней, Катерина!» — голос разума возвращает меня в реальность, и я начинаю успокаиваться.       Пора продумать дальнейшие действия. Ничего оригинального в голову не приходит, и я решаю просто поддаться обстоятельствам. Будь, что будет. Не высовывайся особо, Кэт!       Шаг третий — выжди время.       Кажется, пока что всё идёт по плану. Все мне доверяют, ведь я милашка «Кэролайн». Что плохого я могу сделать? Но теперь, когда судьба «Кэтрин Пирс» целиком и полностью зависит от настроения Клауса и действий Элайджи, мне становится по-настоящему не по себе, ведь я продумала всё до этого момента.       Что же делать дальше? Как себя вести? Стоит ли рисковать и появляться в доме Майклсонов? На предвыпускную вечеринку идти всё равно придётся, но в другие дни не стоит геройствовать. «Катерина» у Клауса, но сейчас ему будет не до неё. Всеобщая забота — Сайлас, а зная натуру Кэролайн… Она будет всячески пытаться помочь устранить Главное Зло Мистик Фоллс, даже рискуя разозлить Гибрида и получить кол в сердце.       Хм, если Кэролайн действительно сделает это, Клаус может поменять своё мнение обо «мне», а значит шансы на освобождение резко возрастают. Или же он решит, что я опять хочу всех подставить и сбежать. Да уж, моя репутация работает против меня. Плюс ко всему, Элайджа в любом случае постарается повлиять на брата. Шантажом, угрозами… неважно. Для меня самое главное, что он прилагает все усилия, чтобы не дать мне умереть.       Мой нежный и благородный, прости, что сомневалась в тебе. Жаль, что не могу сказать тебе этого.       Если всё и дальше пойдет по плану, уже скоро я смогу вернуть всё обратно, но если мне не повезёт… мне навсегда придётся остаться Кэролайн Форбс, а значит — я потеряю Элайджу.

***

POV.Кэролайн       Не ожидала, что Клаус поверит бредням Катерины. Даже Элайджа заподозрил что-то неладное, а он… вот идиот же! Боже, да кто угодно почувствовал бы какой-то подвох! Неужели Клаус настолько мне доверяет? После всего того, что я сделала ему. После того, как предавала его ради друзей. Либо он сумасшедший, либо… действительно влюблён в меня.       Смешно, но в голове просто не укладывается, что Клаус способен любить. Я думала, что ненависть его второе имя, а он и вправду полный идиот. Ничуть не лучше Элайджи: такой же наивный влюбленный идиот. — Ну, вот твоя комната, — Ребекка указывает мне на белую дверь с красивейшим орнаментом. — Тут раньше Кол… спал. Так что, если обнаружишь нечто мерзкое, не пугайся. Ты же знаешь, он был ещё тем извращенцем! — Да уж, спасибо, — мирно отвечаю я ей с улыбкой. — Нет-нет! Даже не рассчитывай пустить мне пыль в глаза! На меня твои штучки не подействуют, Кэтрин. Я не Элайджа. Я вижу тебя насквозь. Вижу все твои подлые мыслишки, — говорит она, продолжая цинично улыбаться. — Но я ничего не сделала! — робко возмущаюсь я, но Древняя уже меня не слушает, открывает дверь каким-то чудаковатым ключом и толкает меня внутрь комнаты. — Добро пожаловать в семью, дорогуша, — язвительно произносит она и со смехом закрывает дверь.       Слышится скрежет ключа в замке. Я одна.       Устало плюхнувшись на огромную кровать, я чувствую необычайное облегчение. Не потому что Клаус оставил меня в живых. Хотя и поэтому тоже. Мне хорошо, потому что самое трудное позади. Я больше не томлюсь в неизвестности в чужом городе, у меня есть шанс всё исправить и отомстить Кэтрин. На этот раз она зашла слишком далеко! Осталось только найти способ всё рассказать Клаусу.       От размышлений меня отвлекает стук в дверь. Наверное Элайджа пришёл удостовериться, что я в порядке. Что ж, не буду его расстраивать. Я медленно встаю и подхожу к двери: — Кто? — Это я, Катерина, — его голос встревожен, но он тщательно пытается скрыть это. Плохой из него актёр, однако! — Через два часа мы ждём тебя в гостиной. Приоденься пожалуйста. Ребекка принесет всё необходимое. — Под «мы» ты имеешь в виду… — недоверчиво тяну я. — Мы — это я, Никлаус и Ребекка, — уже спокойнее произносит Древний. — Катерина, у нас будет семейный ужин. Ты приглашена. Ты моя гостья. Да и Никлаус настаивал. — Семейный ужин? Серьёзно? — восклицаю я. — Как тебе уже сказала Ребекка… Добро пожаловать в семью!