Past in the future: love from the past

      Феликс в Пекине. Казалось бы, что он забыл в столице Минской империи? Ему тоже это интересно, но дракон, притащивший рыжеволосого в город, пока тот спал на его спине, ничего не отвечает. Молчит как ему свойственно. — Раз уж молчишь, молчи дальше, но верни меня домой, Минхо не знает, что я здесь. — омега пытается залезть на Джисона, но тот лишь отскакивает в сторону. — Эй! Джисон~а, ну будь хорошим мальчиком… — Дракон что-то начал чертить на песке когтём, выводит кривую линию и затем полукругом над ней очерчивает ещё одну линию. — Что это значит? Это море, да? А это… солнце? На закате? — Джисон мотнул головой. — На рассвете? Ты серьёзно? Что мне здесь делать до рассвета? И вообще, Минхо… Ай, да и ладно, но если меня снова отчитают… Да хватит толкаться, иду я, иду!       Внутренний голос Феликса вновь начинает нашептывать омеге. Он не говорит, чтобы парень искал развлечений до самого утра следующего дня, чтобы искал деньги и пищу, ведь Ли даже не догадывался о том, что окажется в Империи, но нашёптывает направление. Повернуть направо, пройти до конца улицы прямо, налево, направо, прямо… Рыжий оказывается напротив знакомых ворот дворца и… нескольких очень странных людей, похожих на бандитов. Они оглядываются в его сторону, смотрят злобными взглядами на неизвестного человека в капюшоне и плаще. Феликсу не по себе. Не то чтобы он боится этих альф и бет, но что-то явно в них ему кажется неприятным, пугающим и странным. Вот-вот что-то точно произойдёт, Ли уверен в этом.       Он не подходит к вратам, не заходит в какие-либо заведения и на рынки с торгующими дорогими иностранными товарами купцами. Омега молча наблюдает за движениями мужчин, явно о чём-то спорящих, подставляя под их слова в уме самые нелепые диалоги и усмехаясь. Вот один из них сильно жестикулирует, может описывает то, какую гору навоза ему пришлось тащить к некой вдове, что внезапно через пятнадцать лет ничегонеделанья решила вдруг устроить огород на заднем дворике. Или о том, как много он видел грибов в лесу. Другой же пытается остановить оного, успокаивает, по-видимому. Иначе зачем бы ему затыкать рот того? Хотя… может они говорят вовсе не о вдове или грибах, а о чём-то, что услышать не должен больше никто? Может быть, предательство? Покушение? Переворот? О чём говорят они?       Ли далеко не глупый, понимает, что если они готовят что-то против императора, то пострадает в первую очередь армия, а вместе с ней и — Чанбин…       Омежье сердце — очень чувствительная вещь, если есть хоть один малейший повод, оно начинает биться как бешеное, вызывает панику и острое желание увидеть генерала, прижаться к нему и увезти в Чосон подальше от этого места. И когда это Феликс стал настолько чувствительным?.. Ли держит руку на груди, сжимая ткань плаща, будто бы это ему поможет успокоиться. Парень становится более спокойным, когда ворота дворца открываются и до рыжего долетает слабый запах чая от генерала, идущего в сторону принца. А если быть точнее, он просто идёт на рынок, но Феликс ещё это не понимает. Запах клубники должен был уже услышать Чанбин. По идее. Но альфа останавливается лишь тогда, когда уже проходит мимо вжавшегося спиной в холодную стенку Ли. Стоит с минуту, принюхиваясь к воздуху, и внезапно разворачивается к парню.       Пора сваливать?       Уже поздно бежать или прятаться от генерала, поздно, ведь позади стена, сквозь которую как ни старайся, всё равно не пройдёшь, а впереди — Со Чанбин, с удивлением на глазах, мечом в ножнах и более лучшей выносливостью при беге. А ещё с ужасно манящим запахом зелёного чая… — Как ты здесь оказался? — молчание. — Слушай, я уже понял, кто ты. Твой запах выдаёт тебя всего.       Феликсу нечего сказать. Точнее есть чего, только он не знает, что из всех его мыслей будет более логичным. Не говорить же альфе, что прилетел на драконе, так? — Молчишь значит, — Чанбин хватает Ли за руку и ведёт во дворец, — как обычно. Посмотрим, что ты скажешь у меня в покоях.       Так, стоп, покоях? Не рановато ли для такого? Не настолько Феликс близок с Чанбином, чтобы бывать у него в покоях. «Точно…» — вдруг вспоминает рыжий момент расставания с альфой в Чосоне.       Феликс вдруг опоминается, то ли из-за боли в руке, то ли из-за вредности, выдёргивает своё запястье из большой ладони Чанбина и резко останавливается. В его планах было ещё развернуться и убежать, но Со быстрее и сильнее омеги, одной рукой обхватывает за пояс и, прижимая к себе, ведёт дальше. «Ещё раз попытаешься вырваться — понесу на руках», — шепчет на ухо генерал. «Не буду», — тихо отвечает омега, краснея и замечая улыбку Чанбина. Со Чанбин не был бы Со Чанбином, если бы действительно не понёс на руках испугавшегося императора Мина Феликса, когда они оба встретились взглядами. — Эй, я просто остановился, я не сопротивлялся! — бьёт маленькими кулачками по груди генерала Феликс. — Не надо смотреть на других альф, когда есть я, — капюшон Ли спадает с его головы и Мин с удивлением смотрит на рыжую макушку, которую так и не смог добиться, усмехаясь про себя: «Кажется, генерала лучше сегодня не беспокоить». — Да говорю же я тебе, я приехал сюда просто погулять по городу! — уже в который раз повторяет Ли, сидя на расстеленной постели Чанбина. Со не верит, что этот хрупкий омега самостоятельно преодолел такое расстояние в одиночку, припоминая как он, убегая, упал с обрыва и чудом выжил (о драконе он не знает). Его просто не могли отпустить без охраны и Чана. — Ну вот что мне сделать, чтобы ты поверил? — Сказать правду? — омега со стоном падает на одну из подушек, закрывая другой свое лицо и проговаривает «это не ложь». — Может тогда ты примешь меня? — Да я давно тебя принял! — Правда? — Да я готов тебе прямо сейчас отдаться! — кажется, это было лишним. Лицо Чанбина максимально близко от Феликса, альфа смотрит прямо в глаза, неотрывно. — Т-ты чег…       Пухлые губы Со накрывают феликсовы, нежно мнут их, пока язык альфы господствует во рту у омеги. Тот в свою очередь отвечает, переплетая их языки, руки запускает в длинные чёрные волосы, притягивая ближе. Чанбин спускается ниже, выцеловывая каждый сантиметр шеи и слегка прикусывает белую кожу, с лёгкостью сдирает верхнюю часть одежды омеги, целует и —       — раздаётся стук в дверь.

***

      Чанбин был зол, когда узнал, что его позвали в королевский сад только из-за какого-то дракона. Чёрного молодого дракона, который даже не думает нападать на кого-либо. Но приказ есть приказ, а значит нужно поскорее закончить с этим и вернуться к желанному Феликсу.       А Ли тем временем бежит к альфе. Он знает, что там дракон, не нападающий на людей. Это должен быть Джисон. Какой ещё нормальный дракон не станет убивать людей? Он бежит и в памяти его почему-то предстаёт картина происходящего в саду. Такая чёткая, как будто он видел это уже своими глазами где-то. Только вот где? Может в том самом забытом сне? Феликс пробегает мимо слуг и придворных, кричащие принцу о том, что туда не стоит идти и лучше вернуться в покои Чанбина. Нет, Ли знает что стоит, а что не стоит, уворачивается от пытающихся его поймать уже в саду стражей и, завидев как Чанбин возносит меч над несопротивляющимся существом, кричит: — Джисон! — оба — дракон и генерал — оборачиваются на крик. Джисон — потому что его позвали, Чанбин — потому что знакомый низкий голос окликнул не его. Феликс встаёт между ними лицом к Со, расставляя руки в разные стороны, всем своим видом показывая, что защищает дракона. — Это мой дракон, Чанбин~ни.       Джисона оставили в покое в саду — слишком большой для коридоров дворца. Все знали, что у Феликса был когда-то дракон, который только его слушался, но никто не подозревал, что это правда. Вокруг омеги всегда ходили странные слухи, даже когда он жил далеко от родины.       Что же касается самих Со и Ли, то эти двое вернулись в покои, однако Чанбин не спешит продолжать начатое полчаса назад дело. — Бинни, может хватит, а? — Феликсу уже надоело, он хочет Чанбина. — Неа, ты молчал о своих похождениях, теперь ты наказан. — рыжий снова падает на мягкие перина, хватает одну из подушек и кидает в старшего, пока тот говорит о том, когда зачем и почему они завтра пойдут. С драконом. -…мы отправ… Эй! Ёнбок! — Я Феликс! — Ёнбок, ты меня вообще слушал? — И да и нет, я больше думал о том, как тебя соблазнить. И вообще, я — Феликс. — Потом не ной, что я не говорил ничего.       Они спят вместе. Чанбин, когда пришло время ложиться спать и Феликс хотел пойти к императору, чтобы ему выделили покои, крепко сжал его в своих обьятиях и упал на кровать. На ворчание Ли о том, что они должны спать раздельно, Со лишь усмехается, утыкается холодным носом в плечо рыжего, вдыхая сладкий запах клубники.       Феликсу действительно стоило послушать, что говорил Чанбин, потому что отправившись к Джисону с утра, рыжего встретили ещё сам генерал, несколько слуг, стражей и император. Дракон доедает мясо быка, зарубленного специально для него и слегка мотает концом длинного хвоста вверх-вниз, пока на его спине закрепляют ремешки сидения, явно большего, чем для коней. — Что здесь происходит? — спрашивает принц и получает довольно ожидаемый ответ «слушать надо было». Однако, Мин омеге поясняет, что генерал отправляется с ним на неопределённое время, попутно пожелав удачи и красивых детей, раз уж между самим императором и Феликсом ничего не вышло. — Детей? Мы не… — Спасибо, Ваше Величество, — улыбается Со, — нам пора, милый.       Феликсу явно стоило бы послушать вчера Чанбина, а не думать о том, как его совратить.