Преломление

Никогда не загадывай, друг мой, И стихиям, и богам ошибаться дано. Все наперед предсказать невозможно, Ведь страннее любви нет чувства порой.

      Ночь. Природа спит. Только звезды и луна бессменно светят одиноким путникам, скитающимся по пустынным горным дорогам в столь позднее время. Серые скалы серебрятся в холодном свете ночных светил, преображаясь. С заходом солнца здесь стало еще холодней, и поэтому блеклая трава покрывается хрупкими, невесомыми кристаллами льда. Изморозь, словно огонь, захватывала себе клочки земли и уже холодным пламенем перекинулась на кусты. Следуя за чьим-то провидением, она рисовала причудливые узоры на листьях, замораживая все, до чего могла дотянуться.       Герда сидела на повозке и смотрела на эту холодную бурю у ее ног. Легким движением пальца она приказала льду наброситься на дерево, которое тут же оледенело. Не было ни малейшего намека на ветер или снег — все замерзало тихо, только чуть похрустывал пони травой, которую девушка еще не заморозила. — Почему? — тихим надломленным голосом спросила девушка.       Но промерзлая земля не смогла ей ответить. Хотя, Герда и не искала ответа. Все равно никто не смог бы ей его дать. Все эти бесконечные поиски решения, спасения от холодной болезни… Зачем все это? Если видно, что не поможет ничто. — Что я опять сделала не так? — еще раз задала свой вопрос звенящей тишине неутешная.       Ответа не последовало снова. Луна светила равнодушно и холодно, а тени были смазанными и неясными, как призраки.       Тут девушка бросила взгляд на бутыль. Конечно, не факт, что сейчас что-то будет, ведь в предыдущие разы Эрлиса не удосужилась явиться. Что заставит ее прийти сейчас? Хотя Герда была уверена, что богиня снов появится. И уж ей предстояло много о себе услышать, и в основном нехорошего.       Девушка уже схватила сосуд и откупорила с громким, для этой замерзшей тишины, хлопком. Сладостный запах тут же разлился по поляне, призывая всех отправиться в царство Морфея. Или в этом случае правильнее будет сказать «В царство Эрлисы»?       Выпив почти до половины настойку лавзеи, Герда уставилась на Луну и стала ждать, когда она наконец уснет. Нужно было просто закрыть глаза и вот перед ней уже не залитая серебристым сиянием горная лужайка, а совершенно другое место…       Сон мягко окутывал девушку, и в тот момент, когда она уже была готова провалиться в мир сновидений, сладостная усталость отступила. Окружающие скалы стали нереально четкими и ясными, даже сам воздух стал более прозрачным. — Добрая ночь, Герда, — стоило девушке на мгновение отвлечься, как вместо побеленного Луной камня перед ней возникла Эрлиса.       Опять ее фигура в белых одеяниях возникла буквально из ниоткуда. Герду это начинало злить. Мало того, что она смела не приходить тогда, когда в ней нуждаются, так еще и потом ведет себя так, как будто ничего не случилось. — Добрая? — начала девушка, злобно кинув взгляд ледяных глаз на собеседницу, — Добрая?! Да ты хоть знаешь, что произошло?!       Герда вскочила. Где-то внутри она чувствовала, что поступает неверно, и это ей еще аукнется. Но в тот момент ярость заглушила любые попытки голоса разума остановить происходящее. — Знаю, — внезапно, как она и любит, Эрлиса оказалась у носа девушки, — и мне очень любопытно, что же такое выбило тебя из колеи.       Тут Герда вскипела окончательно. Сначала эта странная сила, свалившаяся на голову невесть откуда, потом появление этой, и новость о том, что Герда проклята. Что для исцеления от проклятия нужно делать хорошие дела, а в идеале помириться-полюбиться с Ролланом! А теперь, когда она попыталась исправить ту кашу, которую даже не она толком-то заварила, все идет прахом! И снова из-за кого? — Что? Неверный вопрос, — ледяным тоном сказала Герда, — не что, а кто. Роллан!

***

      Это был худший вечер в жизни Роллана.       Даже тот день, когда он обернулся Огненным Королем, по сравнению с тем, что произошло, был лучше. По крайней мере потому, что в нем все было на своих местах — вышедшие из-под контроля амбиции, которые остановила Герда. А что сейчас? Он не понимал. Что происходит? Что с Гердой? Почему она ведет себя так? Насколько он помнил, она всегда была доброй и прощающей, но теперь…       Парень очнулся все в том же зале. Чудом ему удалось убрать все так, чтобы никто не пострадал: снег и лед были растоплены, вода высушена, но комната все еще выглядела помято. Однако, Роллан сделал все, что мог, дабы помочь Герде избежать наказания — может быть, без доказательств, все слова очевидцев спишут на что-то, хотя он знал, что группового помешательства не бывает, и Герде самой предстоит разобраться с этой ситуацией.       Главное, чтобы она разобралась с ним.       Вернувшись домой, Роллана сразу встретил обеспокоенный Рауль. Он подозрительно посмотрел на своего помощника и спросил, где тот шлялся целых полтора часа после окончания спектакля. «Полтора часа?! — удивился парень, — Черт, а мне казалось, что прошло от силы минут двадцать». — Просто оказалось, что я знаю актрису, — начал Роллан. Он говорил это уверенно, ведь по сути и не врал, а просто представлял правду в ином свете, — и мы чуть загулялись. Я показывал ей город, даже мимо мастерской проходил, ты не видел нас в окно? — Нет, — хмуро ответил наставник, — и не «загуливайся» так больше. Мне нужно, чтоб с утра ты был бодр и свеж.       Роллан вздохнул. Ему правда нравилось работать у Рауля, не сколько сам процесс, сколько общество наставника, который был достаточно проницательным и добрым человеком. Видно, пребывание в Дании сильно изменило бывшего испанского мафиози в лучшую сторону. — И не вздыхай так, — сказал все в том же тоне мужчина, — если не собираешься рассказывать мне причину. — Да что там рассказывать, я все сказал уже, — ответил Роллан, но в его голосе было слышно сомнение. Желание сохранить все в тайне боролось с желанием рассказать все Раулю, ведь он был не только работодателем, но и другом, в некоторой степени даже отцом. — Не ври, — и, как у всех отцов, он чувствовал, когда его ребенок врал. Хотя они провели вместе не так много времени, одно ремесло сделало их близкими, ведь приходилось делить все: еду, работу, деньги. Не напополам, но все же.       И поэтому парень решил рассказать. В надежде на понимание и совет он выдал все, что было на спектакле: как началось представление, как его увидела Герда, как она сошла с ума. И как он остановил ее ледяное сумасшествие, какой фразой. — Я не должен был говорить, что она похожа на Снежную Королеву, — сокрушался он, пока Рауль обдумывал услышанное, — я же знаю, что это для нее — больная тема. Хотя… порой я начитаю ненавидеть ее за это. Она словно сама не знает, чего хочет! Почему нельзя просто высказать мне все после представления, а не устраивать зимнюю какофонию? — Женщины, они такие, — задумчиво ответил его собеседник, — особенно страстные, как твоя. Они не живут, сгорают. А ты сейчас похож на кусок льда в своем поведении, если честно. — Чего? — Роллан был шокирован ответом своего наставника, — Что значит «как кусок льда» Это она так-то чуть меня не заморозила! — В этом-то и проблема, — сказал ювелир, переведя взгляд на своего помощника, — я бы сказал, что Герде… «холодно». В смысле, в отношениях. А ты, вместо того, чтобы зажечь ее, продолжаешь и продолжаешь вести себя как заледенелое бревно.       У парня отвисла челюсть. Ему очень хотелось высказать все, что он думает о своем образе «оледенелого бревна» и о сравнениях Рауля в целом. Но тут Роллан задумался. Герда и вправду на том спектакле вела себя так, словно хочет ответа от него. Не хочет равнодушия между ними. «Кто-то говорил, что ненависть -это не злоба, изливаемая на врага, а холодность рассудка и равнодушие», — вспомнил парень. Это навело его на мысль. Очень рискованную и странную мысль. — Знаешь… — сказал он неспешно, — это так. Я попробую изменить положение дел.       Рауль улыбнулся, видя, что его слова дошли до разума Роллана. Он облокотился на спинку дивана и потянулся, как ленивый кот. — Ну тогда чудно. Иди спи, с утра займемся новым заказом… — но тут он остановился, — Хотя, знаешь… Я с ним и сам расправлюсь. Давно хотел сделать что-то чисто свое, раньше лень было, а потом ты явился. Тогда так: даю тебе отгул на неделю. Решаешь быстро свои сердечные проблемы — и ко мне. Понятно объясняю? — Да. Спасибо! — воскликнул обрадованный внезапной новостью парень и понесся наверх.       Оказавшись в своей комнате, он переоделся в ночнушку и лег спать. На удивление, сон пришел быстро. Даже очень. Словно там, в царстве снов, его кто-то очень ждал.

***

      Пока Герда в истерике описывала происходящее, Эрлиса скучающим взглядом смотрела на то, как она ходит из стороны в сторону, яростно жестикулируя. В какой-то мере богиня была рада, что не явилась девушке в физическом облике, а то своими неконтролируемыми силами Герда бы вмиг превратила ее в ледяную статую. Эрлиса от этого, конечно же, не умерла бы, но ощущения все равно были бы неприятные. — Ты меня вообще слушаешь? — возмущенно спросила рассказчица, глядя на игнорирующую ее собеседницу, — Как я могу все это исправить?       Богиня снов устало вздохнула и посмотрела на Герду. Та выглядела очень взъерошенной: косы растрепались, одежда была неаккуратно заправлена, глаза сияли голубым. Этот образ внезапно дал Эрлисе идею. Она поняла, как можно свести пламя и лед. Если до этого все мирные попытки особо не вмешиваться и дать им разобраться самим не дали успеха, то можно действовать иначе… Рискованно, но Эрлиса решила, что это того стоит. — У меня есть способ помочь тебе, — вкрадчиво начала она, подходя к девушке, — но ты должна меня ни о чем не спрашивать, только тогда все получится.       Герда фыркнула. Но она уже не была уверена в себе так, как раньше. Почувствовав тогда, как сила буквально льется из нее потоками холода, девушка запаниковала и поддалась эмоциям, и теперь она знала, что чувствовала Инга. Странные ощущения. Но еще больше, чем сами силы, ее пугало то, что Герде в кои-то веки… понравилось. Она, наконец-то, могла выражать чувства так, как хочет. В полной мере. — А может я уже не хочу себе помогать? — сказала Герда, с вызовом глядя на Эрлису. «А вот это я зря, — внезапно подумала девушка, глядя, как переменилась в лице богиня снов, — определенно, шуток она не понимает…» — Не хочешь, значит, — прошипела собеседница ей в лицо, — ну, значит, может ты хочешь увидеть, что будет, если ты позволишь Снежной Королеве захватить свой разум?!       Не успела девушка ответить, как глаза Эрлисы полыхнули белым, как у Луны, светом, и Герде пришлось зажмуриться, чтоб не ослепнуть. Из-под ног выдернули землю, а когда девушка попыталась схватиться за что-то, чтобы не упасть, то обнаружила, что не падает вовсе. Приоткрыв один глаз, она тут же уставилась на происходящее внизу.       Перед ней был город троллей. Но был он не таким, каким девушка его помнила, и даже не таким, каким он был во времена Снежной Королевы.       Если быть точным, его там вообще не было.       Все было покрыто снегом. Белоснежная пустыня простиралась вплоть до горизонта, а из сугробов торчало только несколько оледенелых башней замка, и больше ничего. Словно и не было тут никогда никакого города. — Довольна? — произнесла Эрлиса. Они вместе с Гердой висели в воздухе над городом, или тем, что от него осталось. Девушка сначала и не заметила, что левитирует. Хотя это было не удивительно — во снах возможно все. — Н-нет… — ошеломленно сказала девушка. — Чудно, — богиня улыбнулась не самой приятной улыбкой. Было видно, что Эрлиса в бешенстве, и только потому, что без добровольного решения Герды ей не справиться с этой проблемой, она еще не применила свою силу.       После ответа все снова полыхнуло белым, заставив Герду резко зажмуриться, а потом они снова появились на полянке, где девушка заснула. — Ты так и не сказала, что мне делать… — растерянно сказала она. — Как же долго до тебя доходит, — раздраженно сказала богиня, — но да ладно. Главное, что скоро дойдет. Суть в том, что скоро День Рождения короля Аррога. Ты же знаешь?       Герда удивленно посмотрела на Эрлису. — И ты хочешь, чтобы я там была? — не веря своим ушам, спросила Герда, — Я тут зря расписывала все, что произошло? — Я же говорила, без вопросов, — собеседница загадочно улыбнулась, — ты должна там быть, да. Не волнуйся, все будет хорошо… В этот раз я уверена.       Девушка посмотрела на нее. Будь воля Герды, она ни за что не поверила бы человеку, который так улыбается. Но особого выбора у нее не было. — Хорошо, — вздохнула она, — буду я там.       И тут же проснулась.

***

      Сны бывают разными. Роллану снились и кошмары, и его самые сокровенные мечты, и такие сны, которые забываешь после пробуждения, настолько они не значительные. Но никогда он не видел таких снов, как сегодня.       Если бы парень знал, что его ждет, он бы назвал этот сон вещим. Но в тот момент он и не предполагал, что происходящее в царстве грез произойдет наяву. А стоило бы задуматься о таком исходе.       Роллан был на празднике. То ли ярмарка, то ли празднество в чью-то честь, этого он не знал. Как и не видел лиц тех, кто находится на этом карнавале. Бывает такое чувство, когда что-то ускользает от тебя в самый последний момент, и именно это испытывал спящий. Каждый раз, пытаясь увидеть лица странных людей — людей ли? — он не мог их запомнить. Казалось, что этот народец просто не хочет показывать ему себя, и это начинало злить испанца.       Тут он услышал звонкий заливистый смех. Странно, что это был единственный ясный звук здесь, все остальное слышалось так, словно Роллану ваты в уши набили. Парень вздрогнул от такой неожиданности и посмотрел в сторону источника звука, но, как и предполагал, не увидел ничего. Внезапно смех раздался вновь, и парень, определив более точно, откуда он это услышал, пошел к предполагаемому центру всего этого празднества.       Пробираясь сквозь толпу существ, лиц или морд которых он все также не видел, он влетел в круг танцующих. Его подхватили, и Роллан, сам того не замечая, стал частью одного большого хоровода, что менялся и кружился, пестрел одеждой исполнителей танца, как рисунок в калейдоскопе. И вот снова раздался тот смех.       Наконец Роллан заметил его источник. Им была девушка примерно 20-ти лет, с темно-карей длинной косой, такими же карими глазами и ослепительно белым платьем. Оно было легким, словно сплетенным из лунного света, и само светилось. Это яркое белое пятно мелькало в цветном хаосе хоровода, то исчезая, то появляясь.       Но, вот, танец закончился. И Роллан с удивлением заметил, что он видит лицо этой девушки. Она тоже заметила, что на нее смотрят и подняла глаза на парня. — Привет, Роллан, — неизвестная в белом внезапно пропала из его поля зрения, а потом появилась около него, — как тебе этот сон?       Испанец остолбенел. «Подождите, но она же часть моего сна, — подумал он, — откуда она тогда знает, что я сплю?». — Н-нормально, — растерянно ответил парень, — а откуда ты.? — Знаю, что ты спишь? — перебила его девушка, — Видишь ли, я обязана знать сны. Ведь я их богиня. Эрлиса.       Назвавшая себя Эрлисой протянула Роллану руку для рукопожатия. Собеседник опасливо пожал ее, все еще с неким непониманием глядя на девушку. Хотя, на богиню снов она походила — платье было действительно каким-то… нереальным. И она выглядела слишком живой для того, чтобы просто быть частью сна.       Тем временем богиня щелкнула пальцами, и все обитатели этого сна испарились. Ярмарка стала совершенно безлюдной, не считая их двоих. — А теперь перейдем к делу, — сказала девушка, потянувшись, — так как мы уже встречались ранее, думаю, ты поймешь, почему я хочу тебе помочь. — Подожди, что? — Роллан был в растерянности. Его сон, совершенно нормальный, хоть и местами странноватый, стал перерастать во что-то не то. И не кошмар, и не грезы, а непонятное месиво из всего на свете. — Роллан, — Эрлиса посмотрела на него, — это я отнесла тебя в ту пещеру, после того, как ты был повержен. И теперь я надеюсь на то, что ты тоже поможешь мне. — Так вот как… я выжил… — прошептал он, задумавшись. Воспоминания о его последних часах в теле Огненного Короля внезапно вспыхнули с новой силой, и давно забытые раны отозвались неприятной болью в сердце. Камень. Огонь. Герда.       Предательство.       Смотря на душевные муки парня, Эрлиса молчала. Она не была способна исцелить его разбитое сердце, хоть и обладала большой властью над сознанием. Зато она знала, кто может. — Я прошу у тебя одолжение, — вкрадчиво начала богиня, — оно совсем простое, в нем нет ничего сложного для тебя…       Она сделала паузу. Роллан оторвался от разборок в себе и посмотрел с надеждой на девушку. Он не знал, что она скажет, но почему-то думал, что уже согласен. Увидев это, Эрлиса продолжила. — Все, что есть в этом сне, будет. Тебе нужно будет явиться в город троллей завтра на закате. И тогда, я обещаю, все изменится. В лучшую сторону. — О чем ты? Ты ведь знаешь, что мне путь туда закрыт, — начиная злиться, ответил парень. — Доверься мне. Я, в конце концов, богиня, — она усмехнулась, — тебе и не обязательно входить в сам город. Но будь поблизости.       Роллан зло посмотрел на Эрлису. Но та прекрасно знала, что он согласится. Живя уже несчетное количество лет, она научилась многому. На что надавить, о чем сказать. Эти двое для нее были чересчур легкой задачкой — они ненавидели и любили друг друга одновременно. И она бы никогда не обратила на них внимание, если бы не это проклятье. — Ты, наверное, думаешь, что раз Огненный Король ни разу до этого себя не проявлял, то и не проявит? — спросила богиня, сверля Роллана взглядом, — Но это не так. Он проиграл, но теперь будет ждать новой возможности. И, я уверена, она скоро представится. — Хочешь сказать, мне просто нужно побродить около города на закате и все само собой вернется на круги своя? — удивился парень. — Да. Ну-с, я все сказала, а у меня много дел. Так что, спокойной ночи! — Эрлиса лучезарно изменилась и щелкнула пальцами, после чего Роллан погрузился в спокойный сон без сновидений.

***

      Остановившись около знакомой пещеры, Эрлиса вошла внутрь. Она нечасто бывала здесь, особенно в своем физическом облике. Возможно потому, что здесь ее силы были бесполезны. Стихии, представленные здесь, поглощали страну за страной, мир за миром. И богиня уже видела последствия.       Храм Огня и Льда встретил ее как подобает.       Несмотря на все, произошедшее тут в недавнее время, храм выглядел так, словно ничего и не произошло. Даже время было не властно над этим местом, что там какой-то огненный демон. Ведь это место и было источником силы Огненного Короля и Снежной Королевы.       Богиня усмехнулась. Этот артефакт, камень двух могущественных противоположных стихий, давно стоял ей костью поперек горла. Уже пару раз мир чуть не погибал от рук тех, кого камень наделял силой. «Еще повезло, что Герду не переклинило, — фыркнула Эрлиса, хоть и не вслух, — они сейчас словно ролями поменялись… Может, это тоже часть проклятия? Я никогда не видела, чтобы оба хозяина обоих стихий рождались в одно время. Боюсь, что все это перерастет в конец света. Стоит сорваться одному — сорвется второй. Правильно ли я поступаю, надеясь на их чувства?»       Близко к камню богиня подойти не могла. Слишком сильная энергия кружилась вокруг него, защищая и приманивая тех, кто ищет исполнения своих желаний.       Богиня криво улыбнулась. Подобные эмоции очень странно смотрелись на ее лице, они были свойственны ее сестре, но никак не ей. Хотя, сейчас стоит готовиться к тому, что сестрица скоро выйдет на сцену, а богине грез придется уйти в тень на неизвестное количество времени. — Может, я не смогу справиться с сосудом… — тихонько сказала светлая, уходя, — Но я вижу и другой способ.